Charm/Очарование

— Грейс —

Я успеваю спуститься по лестнице часовой башни как раз вовремя, чтобы увидеть, как дракон сворачивает влево и ударяется спиной о стену гигантской библиотеки напротив сцены — и при этом Хадсон тоже ударяется о нее. Я вскрикиваю и бросаюсь бежать, ужас проникает в каждую мою клеточку. Дракон огромный — по крайней мере, такой же большой, как пять внедорожников, стоящих спина к спине, а здание построено из кирпича и камня. С той скоростью, с которой дракон двигался, когда врезался Хадсоном в здание, он не может… не может быть, чтобы он выжил. Пожалуйста, Боже, пусть он выживет. Дракон замирает на секунду, как будто он ударился так сильно, что оцепенел — что определенно не является хорошим знаком. Я прошу его двигаться. Пусть он позволит мне увидеть, как Хадсон дышит. Черт, да пусть я просто увижу его. В конце концов, дракон отходит, и каким-то образом — каким-то образом — Хадсон все еще лежит на спине. Он выглядит помятым и явно хуже, чем обычно, но он все еще жив. И он все еще держится, что, кажется, несказанно возмущает дракона. Теперь он фыркает огнем. Кричит от ярости. Он брыкается, как дикая тварь, пытаясь сбросить Хадсона со своей спины. Что еще хуже, он летит выше. Набирает скорость. И кружит вокруг, словно хочет еще раз ударить Хадсона о здание. Я не думаю, что Хадсон переживет это. Честно говоря, я понятия не имею, как он пережил первый удар, и я знаю, что должна придумать способ, чтобы он не было второго. Конечно, у меня очень ограниченный запас трюков, так что у меня не так много вариантов. В конце концов, я делаю единственное, что приходит мне в голову. Я бегу в сторону библиотеки, крича так громко, как только могу. Если дракон охотится за мной, а все улики — за исключением того, как он сейчас пытается убить Хадсона — указывают на то, что это так, то, по здравому размышлению, я — лучший отвлекающий маневр. Мне просто нужно привлечь его внимание. Это труднее, чем кажется, учитывая, что все остальные на площади бегут из библиотеки, а я практически затерялась в толпе. Добавьте к этому, что я иду против очень мощного потока, и кажется, что за каждым моим шагом вперед следуют два вынужденных шага назад. Это не то, что я бы назвала быстрым продвижением — что является проблемой, учитывая, что дракон наконец-то вернулся назад и снова мчится прямо к библиотеке. — Эй! Остановись! Я здесь! — кричу я, прыгая в тщетной попытке привлечь его внимание. Когда это не срабатывает, я оглядываюсь вокруг в поисках чего-нибудь еще, что помогло бы мне выделиться. Но в толпе невозможно разглядеть, невозможно сделать что-либо, кроме как пробиваться вперед по одному маленькому шагу за раз. Я не могу опоздать. Я не могу опоздать. Я не могу опоздать. Эти слова звучат в моей голове как мантра, бьются в моей крови как боевой клич. Но даже когда я воплощаю их в жизнь, я боюсь, что ничего не получится. Страшно, что я опоздаю. И тут я слышу это. Звук трубы, прорезающий крики, танцующий над толпой и наполняющий напряженный ночной воздух. Это Оребон, я просто знаю это. Я поворачиваюсь на звук, и вот он уже на вершине беседки в центре площади, играет на своей трубе так громко, как только может. Он пытается отвлечь дракона, привлечь его внимание посреди всего этого хаоса. И это тоже работает. Чудовище отклоняется от курса на библиотеку и кружит вокруг беседки, из его пасти вырывается пламя. Оребон ожидал этого и уже бежит, его труба висит на ремешке на шее. Когда огонь настигает его, он скользит по крыше беседки прямо с края. Затем он хватается за край и залезает внутрь беседки. Секунды спустя, как раз когда я добралась до беседки, труба зазвучала снова, ее яркие, духовые ноты разнеслись в ночи. Наверное, драконы и трубы не сочетаются, потому что тварь еще больше разозлилась. Очевидно, он не забыл, что Хадсон находится у него на спине, потому что он все еще извивается и брыкается, пытаясь сбросить его. Но он также настолько сосредоточен на трубе, что больше не пытается врезать Хадсона в здание, и я считаю это победой. По крайней мере, на данный момент. Решив не позволить кому-то еще пострадать из-за дракона, который против Хадсона и меня, я жду, пока зверь направится прямо к беседке — прямо к Оребону — и тогда я делаю единственное, что я могу сделать в этой ситуации. Я встаю между ними и жду, что будет дальше.