Purple Camp

      Утро без раннего будильника было весьма странным. В голове автоматически крутились шестерёнки — умыться, собраться, пойти за детьми. Но сегодня всё было иначе. Сегодня был первый день, когда лагерь был без присутствия детей.       Аддерли приоткрыла глаза, пытаясь понять, где она. В поле зрения не было суетящейся Лирён, которая просыпалась раньше всех. Не было Нэнси, что пыталась доспать последние минуты до будильника, чтобы потом ещё примерно двадцать раз его перенести.       Комната была похожей на их, но немного поменьше. Плотные тёмные шторы, естественно, тёмно-фиолетовые, не пропускали утренний солнечный свет. А две кровати были сдвинуты вместе для ленивого хозяина этого жилища. И тут девушка вспомнила, что вчера она осталась у Юнги. Они смотрели мультфильмы, которые любила вожатая, а диджей просто был рядом, подавал ей снэки и напитки и не выдал ни одного возмущения по этому поводу. Номинант на премию «Лучший мужчина» найден, но все его проступки записаны карандашом.       Лиз лениво вытянулась всем телом, понемногу вытаскивая себя из сна, полного сопок и лесных чащ. Прохладный лесной ветер медленно заменился тёплым одеялом с мягкими подушками. Всё ещё на грани сновидений она прижималась к горячему телу грудью, чувствуя тепло рук. Изучающие её не как в первый раз, а как то, чем дорожишь больше всего на свете.       — Ты спишь? — осторожно спросила шёпотом девушка, не открывая глаз, боясь отрезвить так приятно кружащуюся голову.       В ответ блондин положительно промычал, не прекращая поглаживания нежной кожи.       Лиз тоже была на пороге сна, не желая окончательно просыпаться. Поддавшись эгоистичному желанию, нашла губами шею Юнги, сладко и бессовестно целуя. Девушка закинула ногу на его бедро, чтобы лучше прижиматься к любимому, томно дыша на мокрые дорожки от языка. Мин низко застонал, открывая больше шею, а у Лиз от этого только больше разыгрался аппетит. Пробираясь руками через разгорячённые тела, девушка отодвинула мешающую ткань в сторону и достала член, прижимаясь сильнее, и уже сама не устояла от стона.       — Лиз, мы спим, — сказал Мин с придыханием, явно находясь во внутренней борьбе между сладким сном и не менее сладкой реальностью.       — Войдёшь в меня, и можем продолжить спать, — девушка поднялась ближе к лицу мужчины, продолжая ленивые поцелуи, которые могли возбуждать больше любых страстных.       Мокрые губы сминали друг друга, растягивая удовольствие и замедляя время. Осторожные касания без проникновения создавали удовольствие на грани боли, будто Лиз просто взорвётся, если не получит член. А она понимала, что такой сценарий очень даже вероятен, ведь она имела дело с главным ворчуном лагеря, поэтому действия усилились.       — Юнги, пожалуйста, — девушка шептала сквозь поцелуй, почти хныча от утреннего желания.       Мин тяжело вздохнул, будто сдаваясь. Подхватив ногу своей прекрасной дамы, пристроился поудобнее, чтобы войти. Мучительно медленно член вошёл на небольшую часть, продолжая дразнить короткими толчками. Но для Аддерли это было пыткой. Ей нужно было больше, здесь и сейчас.       — Терпение, русалка, — Юнги поцеловал висок девушки, реагируя на нетерпеливые стоны.       Неторопливый и ленивый темп работал лучше любого будильника. В голове была вата, Лиз не могла думать ни о чём другом, кроме как о том, что этот член должен быть внутри неё каждый день в неделю. Примерно следующие семьдесят семь лет.       Член вошёл полностью, немного ускоряя ритм. Диджей в первый раз лениво открыл глаза, пока парочка начинала задыхаться в удовольствии.       — Доброе утро, милый, — сбивчиво проговорила девушка, открыв глаза.       А после на всю комнату раздался пронзительный стон, ведь Мин сделал резкий толчок. Этот день определённо с каждой секундой становился всё лучше и лучше.       Тем временем настал второй по тяжести момент после отправки детей домой. Прощание с лагерем оставшихся.       Было что-то болезненное в этом моменте. Говорят, что привычка формируется за двадцать один день. И явно работники лагеря получили особенную фиолетовую привычку под названием Purple Camp. Солоноватый запах. Музыка с утра. Режим дня.       Но важнее было не только это. Вежливый и обаятельный директор. Требовательный и понимающий старший вожатый. Угрюмый и не любящий улыбаться диджей. Талантливый и вдохновляющий хореограф. Добродушный и милый шеф-повар. Недоступный и умеющий удивлять медик. Энергичный и отзывчивый тренер. И трое вожатых, которые решили вновь вернуться к любимому делу и получили гораздо больше, чем просто новый опыт, эмоции и заработную плату.       Purple Camp навсегда останется тем местом, где можно исцелить свою душу. Сюда может прийти любой, чтобы отпустить все невзгоды и просто побыть собой — молодым, свободным и счастливым.       То, что говорил Юнги, пока он и Лиз подходили к КПП, тут же перестало быть интересным. Перед девушкой предстала вся интригующая картина, что она очень хотела бы изобразить в своём скетчбуке — Лирён в явно чужой мужской толстовке, что была на несколько размеров больше, и Чонгук, который обнимал её и целовал, от чего та мило хихикала. В воздухе сразу запахло сексом, и виной тому не была их небольшая шалость с Мином. Для Ян такие действия были слишком откровенными, а Чон был настолько довольным, что кот со сметаной на усах точно бы обзавидовался.       Юнги, нёсший сумки за двоих, сказал, что сходит за машиной и пригонит её к этому месту, а Аддерли остановилась возле парочки, пассивно-агрессивно привлекая к себе внимание.       — Ну что, вас можно поздравить? — не выдержав, вожатая ухмыльнулась.       Те тут же отскочили друг от друга, будто школьников застукали. Это только больше подтверждало догадки.       — Это ж как так? — не унималась Лиз. — До свадьбы прям? Ух, какие вы извращенцы!       Лирён тут же хотела ответить, припоминая все случаи до свадьбы у подруги, но Чонгук обхватил краснокосую за плечи, сбивая с настроя на оправдательную тираду.       — А может, свадьба как раз вчера была, но семейство Мина было занято, — усмехнулся тренер, — но, так уж и быть, фотографии скинем по почте.       — Вам бы радоваться, что в лагере мало где камеры стоят, — парировала девушка, — а то Намджуну явно было бы чем заняться после тяжёлого трудового дня.       После осознания сказанного все трое дружно скривились. Никто не хотел знать, чем директор лагеря мог бы заниматься за закрытыми дверьми своего кабинета. Неловкость прервала Нэнси, которая очень вовремя вернулась из поездки к подруге. Выскочив из такси, она забрала свой чемодан из багажника и поспешила к троице.       — Я уже готова была драться с таксистом, который ехал со скоростью зародыша черепахи, — раздражённо сказала она, — но даже при такой медленной езде меня укачало. Надеюсь, что Юнги водит нормально.       Это явно разрядило обстановку, и все уже забыли о кабинете Джуна и принялись строить догадки, насколько диджей аккуратный водитель. Но в это верилось с трудом. Коннорс только в этот момент заметила, что в их компании кое-кого не хватало. Не то чтобы она прям так жаждала увидеть две причины своих сердечных переживаний и позорного бегства к подруге, но отсутствие медика и шеф-повара было ощутимым.       — А где Чимин и Тэхён? — девушка всматривалась вперёд, надеясь увидеть две знакомые фигуры. — Они успеют до отъезда?       Возникла новая неловкая пауза, но в ней Нэнси почувствовала себя лишней. Будто все знали какой-то глобальный секрет, а её не торопились сделать его частью. Девушка посмотрела на Чонгука, который больше всех старался смотреть на красоту леса острова Чеджу.       — Чонгук, где они? — в голосе проскользнули нетерпение и закипающая злость.       — Они до утра пили в столовой, — нехотя ответил тот, — знаю только, что они о чём-то говорили и очень долго. Я хотел поесть перед дорогой, а они меня выгнали.       Брови Нэнси тут же поднялись от услышанного.       То есть они там пили до утра? Значит, это у них всё было настолько тяжело? Возмущение девушки было просто колоссальным. Она уже хотела вернуться в корпус и каждому популярно объяснить, кому это нужно было напиваться до утра и разговаривать на серьёзные темы. Но от такого решительного действия её отвлёк звук подъехавшей машины Юнги.       — У вас несколько минут, чтобы загрузиться и сесть на места, — в привычном недовольном тоне сказал блондин. — Те, кто не успеет, могут дождаться новой смены следующим летом здесь же.       — А как же Ким и Пак? — спросила Лиз, озвучивая вопрос Коннорс.       — Они сказали, что сами сегодня вечером уедут, — Мин махнул рукой. — Не моя проблема, что время пьянки они выбрали настолько удачное.       У Нэнси что-то болезненно кольнуло в грудной клетке. Конечно, любопытство распирало до невозможности — ей чрезвычайно важно было узнать суть разговора этих двоих, что растягивали её сердце в две разные стороны. Но казалось, что всем известна тема их затяжной беседы. Просто все не хотели сделать эту ситуацию ещё хуже. Настроение, что и так скатывалось вниз по наклонной из-за отъезда из этого чудесного места, стало ухудшаться ещё быстрее.       Чонгук подхватил свою сумку и нагло отобрал чемодан у Лирён в явной рыцарской манере.       — Вообще-то, я и сама могла справиться с тем, чтобы донести чемодан эти несколько метров, — возмутилась Лирён, догоняя парня.       — Вообще-то, моя дама не должна носить что-то тяжелее букета цветов, — передразнивая, ответил ей парень, от чего глаза двух подруг позади округлились.       — А такие малыши, как ты, вообще должны только с бутылочкой ходить! — не унималась Ян, подходя к машине и открывая дверь багажника.       Чон сложил вещи и перехватил сумки у девушек, которые быстро ретировались на заднее сиденье машины, чтобы не быть свидетелями такого странного диалога новоиспечённой парочки. Тренер закрыл дверь и приблизился к вожатой, от чего та задержала дыхание.       — Кажется, ещё вчера я доказал, что малышом я вообще не являюсь, — прошептал он, отчего кожа девушки покрылась мурашками. — И я готов тебе это доказывать каждый день, чтобы закрепить твою уверенность.       — Ну дурак какой! — лицо Лирён было почти таким же красным, как и её косы.       Под смех парня она быстро забралась в машину к подругам и закрыла за собой дверь. Чонгук занял соседнее пассажирское сиденье рядом с Юнги. Автомобиль начал движение.       Посигналив на прощание дяде Юну и Джеха, компания стремительно покидала территорию лагеря навстречу своему будущему, где снова были взрослые дела. Что их ждало там? Пока думать об этом не хотелось.       Лиз, что сидела позади Юнги, наклонилась ближе к подругам и испытывающим взглядом начала сверлить Лирён.       — Мне нужны абсолютно все подробности ваших приключений с Чоном, — прошептала она.       — А что случилось? — непонимающе спросила Нэнси, которую всё ещё беспокоило бесцеремонное поведение двух парней, что остались в лагере.       — Ты пропустила весьма пикантную сцену между нашим тренером и вожатой, — шёпот Лизы был заговорщическим, будто она предлагала план захвата страны, а не просто обсуждала своих коллег. — Я на двести процентов уверена, что у этих двоих был некий секс.       — Что-о? — Коннорс так громко это спросила, что парни повернулись к ним.       — У вас там всё нормально, буйные? — нахмурившись, спросил Мин.       — Милый, не отвлекайся от дороги, — Аддерли ласково погладила блондина по плечу, что успокоило его и вернуло в прежнее положение, а девушка повернулась к подругам и снова заговорила шёпотом. — Так, сегодня вечером собираемся у меня, ничего не знаю. И ты, Лирён, расскажешь нам обо всём.       — И во всех подробностях! — согласилась Коннорс. — А то я явно многое пропустила за эти сутки.       Ян оставалось лишь закатить глаза и кивнуть. Она прекрасно знала своих подруг и понимала, что, если она откажется, они её даже на другой планете достанут, Нэнси особенно. Поэтому она уже понимала, как проведёт этот вечер — за любимым красным полусладким, в окружении двух подруг с горящими глазами. Как всё начиналось, так всё и продолжится.       Осознание произошедшего за эти двадцать шесть дней ещё не приходило. Будто маленькая жизнь пронеслась за мгновение, а в моменте они тянулись слишком сладко.       Казалось, вопросы о будущем терзали каждого сидящего в машине. Сможет ли Лиз сглаживать угрюмость Юнги вне лагеря? Получится ли в сумасшедшем ритме жизни сохранить тёплые отношения Лирён и Чонгука? И главный вопрос — что же всё-таки решит Нэнси? Чимин или Тэхён?       Или есть другой выбор?