Оковы нефритового сердца. Проклятая душа <1>

«Де-жа-вю». Стоило ему открыть глаза, как взгляд неосознанно упёрся в уходящий ввысь потолок с золотистым орнаментом, абстрактные фигуры которого уже более чётко обретали формы и походили на каких-то птиц с распахнутыми крыльями. Как прозаично, жизнь Се Лина в этом ордене на самом деле была похожа на жизнь птицы в золотой клетке. Можно ли было винить его в желании сбежать? «Де-жа-вю номер два». Стоило ему зашевелиться в постели, как откуда-то со стороны раздался пронзительный звон, словно что-то тяжёлое брякнулось на пол, женский визг, а после удаляющиеся быстрые шаги. Се Лин почему-то не сомневался в личности убежавшего визитёра, как и в том, что в скором времени стоит ожидать новых гостей. И правда, не прошло и пары минут, как порог его покоев, едва не застряв в проёме, одновременно переступили двое встревоженных встрёпанных мужчин, один из которых поспешил к его постели, присел на край, тут же вцепившись в покоящуюся поверх покрывала ладонь. В привычном жесте тонкие пальцы обхватили запястье. — А-Лин, как ты себя чувствуешь? Что-нибудь болит? Ты... ты же помнишь, кто я? Се Лин прислушался к себе, но никаких изменений или болей не ощутил. В ушах только немного звенело. А что произошло? Собственно, почему он оказался в своих покоях? Он помнил, что наблюдал за скучной игрой Вей Фа и Ци Линя в Вейци, потом пришли трое проблемных учеников, он вроде как пытался выгородить двоих из них, а после... «Блять!» За долю секунды лицо молодого человека перекосило в припадке вспыхнувшей ярости, а в глазах блеснула искра знакомого безумия, отчего наблюдавший за ним Ци Линь невольно отшатнулся. Слишком хорошо он знал это выражение лица, слишком свежи были воспоминания, когда второго господина Ян обуревало мрачное помешательство, из-за которого он бросался на всех без разбора в стремлении причинить серьёзный вред. В такие моменты буйства даже Вей Фа не удавалось его сдержать, а потому приходилось магически усыплять и пережидать этот безудержный стихийный всплеск. Однако на этот раз всё было совсем иначе. Второй господин медленно прикрыл глаза и низко опустил голову, какое-то время были слышны лишь тихие вдохи-выдохи и заметно, как медленно разжималась свободная рука, освобождая кусок одеяла из плена бледных пальцев. Вей Фа и Ци Линь напряжённо переглянулись между собой, не зная, чего ожидать в следующий момент, но вдруг молодой человек вновь поднял голову, и уголки его губ слегка дрогнули в подобие слабой улыбки. — Я упал в обморок? Как долго я был без сознания? Голос его скорее был отстранённым, нежели источал привычный яд. — Ты не просто упал в обморок, — осторожно заговорил Вей Фа и неосознанно крепче сжал чужую ладонь. — Циркуляция ци в твоём теле остановилась на какое-то время. Ты... ты понимаешь, что это значит? «Ещё бы мне не знать, в конце концов, мне уже знаком этот морозный холод, льющийся по венам. Чёрт. Как такое могло случиться?! Меня снова пытались убить? Как? Кто?» Он умер. Он точно помнил то бесконечное ощущение парения, а потом резко — падение в тёмную непроглядную бездну. На этот раз он не слышал никаких посторонних голосов, а перед тем, как очнуться в этом теле, его охватило предчувствие столкновения с чем-то там, где-то на дне. Будто ступаешь в чёрный-чёрный туннель, не видишь, но слышишь гудок приближающегося локомотива. — Очередная попытка меня убить? — он невесело хмыкнул, высвобождая свою ладонь из чужой, и поднял взгляд на Ци Линя. — Нельзя исключать такую вероятность, хотя у меня есть некоторые сомнения на этот счёт. Второй господин, всё ещё не хотите поведать имя столкнувшего вас в ущелье ЛаоЕ? Немного подумав, Се Лин отрицательно мотнул головой. Во-первых, он сильно сомневался, что свою вторую смерть в этом мире принял от рук того же самого человека. Он не так хорошо разбирался во всей этой даосской лабуде, меньше всего знал о способностях заклинателей, но точно был уверен, что убивать одной лишь силой мысли они не могли. Отравить... тоже сомнительно, ведь он ничего не ел со вчерашнего дня, а чай в беседке распивали они втроём. Во-вторых, со слов того же Шань Юана, у него не было намерения убивать Ян Се Лина, лишь сделать его калекой или же умалишённым. Кое в чём этот юноша был прав — есть вещи похуже смерти, а для такого самовлюблённого и ничтожного человека, как второй господин Ян, стать физическим или психическим уродом и при этом продолжать влачить своё существование стало бы худшим наказанием. — Надолго меня выбило из жизни? — День тот же, близится время отбоя. Время отбоя в ЛаоЯне приходилось на часы Свиньи*, а значит, в мёртвом или бессознательном состоянии он пробыл приблизительно восемь-девять часов.

[*Час Свиньи — промежуток времени с 21 до 23 часов]

— А что случилось потом? То есть, я просто очнулся? — Потом твоё тело хотели предать огню по всем правилам погребения, но... в общем, почитай брата своего, ты всё ещё жив благодаря ему. Ци Линь решил умолчать о том, какое исступление нашло на главу Ян, который несколько часов не выпускал бездыханное тело из своих рук, не внимал словам и просьбам своих учеников, не на шутку перепугавшихся за состояние Наставника. Ци Линь и сам настолько был растерян внезапной смертью Ян Се Лина и помешательством Вей Фа, что они упустили время для начала погребальной церемонии. В ночь проводить её было нельзя, все знали, что в это время особенно набирают силу тёмные духи, способные перехватить потерянные души и утащить в своё царство, потому было решено на время поместить тело второго господина в павильон Юности Юнхэ и дождаться утра. К тому времени ему бы удалось привести в чувства Вей Фа. — Хан Янь Линь очень просилась попрощаться с тобой, девочка сильно плакала и винила себя в неосмотрительности. А сейчас, наверное, жутко напугана твоим «воскрешением». «Я напуган не меньше. Почему я не могу вырваться из этого замкнутого круга смерти? Так, надо успокоиться и всё хорошо обдумать». — Я хочу побыть один. Вей Фа нахмурился, губы его сжались в прямую линию, между бровей залегла глубокая морщинка. — А-Лин, не прогоняй меня. Мне будет спокойнее, если ты будешь рядом со мной. Я не переживу, если с тобой что-то случится, если снова- — Ещё предложи жить вместе и спать в одной кровати, — несдержанно огрызнулся Се Лин и тут же пожалел о своих словах, заметив полное решимости выражение лица главы Ян и усмешку, искривившую губы павлина. — Нет! Не бывать этому! Спор всё набирал обороты, ни один не хотел уступать. В конце концов, Се Лин был вынужден согласиться на то, чтобы подле него осталась Янь Линь, так хотя бы дагэ мог не волноваться, если с ним что-то случится в его отсутствие. Странно, что никого не заботило и не смущало присутствие юной девы в покоях мужчины, да ещё и ночью. Самого Се Лина это не беспокоило, не в его положении даже пытаться кого-то домогаться, но для самой девушки эта одна-единственная ночь могла обернуться проблемами в будущем. Запятнанная честь и всё такое, особенно учитывая срамное прошлое самого второго господина. Впрочем, статус личной слуги и долгие годы прислуживания всё упрощали — просто молодой повеса считал себя выше того, чтобы путаться с второсортными людьми, считая их не более чем грязью на подошвах своей обуви. Янь Линь, наплакавшаяся вдоволь в своих горьких причитаниях, мирно посапывала на двухместной лавочке у дверей, кое-как уместившись трогательным комочком, а к молодому человеку сон всё никак не шёл. Паранойя, чёртова паранойя навалилась сразу же, как за окнами весь ЛаоЯн накрыла вуаль ночи. Смириться с окончанием своего пусть и не праведного и лёгкого жизненного пути — это одно, но переживать смерть второй раз за неделю — уже перебор. Более того, застрять в чужом теле, в совершенно незнакомом, чуждом мире подобно тонкому деревцу яблони на вершине заснеженной горы, продуваемой всеми ветрами. Вскоре на место паранойи пришли отчаяние и злость. Отчаяние, потому что в этом новом теле он не ощущал своих былых сил, которые пробудил в прошлой жизни. Он вообще ничего не ощущал, словно приходился пустым, в трещинах сосудом. Но игравший в его ногах котёнок с двумя хвостами и лиловыми, как его собственные, глазами давал зыбкую надежду на чудо; если Духовные Посланники были у таких прославленных заклинателей, как глава ордена Ян и целитель Тан, значит, не всё у этого Ян Се Лина потеряно. Знать бы только, с чего начать. А вот злость усмирить не получалось. Злость на влюблённого юнца без мозгов! Очевидно, о последствиях он не сильно думал, когда нёс возмездие «ублюдку», судя по тому, как трясся из-за разоблачения перед Ян Вей Фа. Хотел проучить и покалечить, а в итоге всё-таки убил, хотя и не знает об этом. «А мне теперь вариться в этом котле! Душа напрямую связана с магической сутью... нет, не так. Три основы — остов Единения: тело, душа и магическая суть. Проблема в теле, и исправлять нужно, в первую очередь, его». К моменту, как над Долиной Туманов занимался рассвет, он извёл себя беспокойными думами, но какой-никакой слабенький план по выживанию в голове оформился, оставалось самое сложное — вырваться за пределы ЛаоЯна. Но сначала еда — от голода живот болезненно сводило, а в конечностях ощущалась слабость. Разбудив Янь Линь, он попросил её помочь ему одеться и заплести волосы, после чего настоял, чтобы она проводила его в трапезную; со дня своего пробуждения в этом мире, он ещё ни разу не посещал местной кухни, поскольку Янь Линь или Вей Фа приносили ему еду в покои. Но он уже видеть не мог ни эти стены, ни этот треклятый потолок — в прошлой жизни, ощущая себя загнанной в угол, она давила в себе первобытный инстинкт, душила страх и неуверенность и делала шаг, бросаясь в омут с головой. По крайней мере, сейчас шансов захлебнуться и утонуть куда меньше. Учитывая то, что после преодоления Четвёртой* ступени совершенствования на пути к бессмертию заклинатели развивают в себе способность к инедию, необходимости в потреблении животной и растительной пищи у них нет. Однако не всем ученикам удавалось, во-первых, достигнуть этого этапа, во-вторых, полностью отказаться от такой маленькой радости. Потому под кухню и трапезную отводилось целое сооружение, а каждый месяц в Долину Туманов прибывали повара из окрестных деревень, получая оплачиваемую работу и заботу в лице голодных юных дарований.

[*Четвёртая ступень совершенствования — этап развития ментальной системы, последняя ступень на ранге Ученик]

Увы, являясь абсолютной бездарностью в духовном развитии, Ян Се Лин был далёк даже от Первой ступени (совершенствование тела) духовного развития, так что бренному телу нужна была вполне естественная для него подпитка, и не меньше трёх раз в день! Как только они вошли в распахнутые двери зала Шэнши, в помещении наступила гробовая тишина. Не то, чтобы до этого в нём царили шум и гам, всё же принятие пищи было едва ли не делом искусства и своего рода таким же способом медитации (когда я ем, я глух и нем, точное выражение), но даже прекратившийся стук палочек и шорох одежд заставил Се Лина внутренне содрогнуться. С десяток пар глаз ещё не до конца проснувшихся учеников впились в него жалящими иглами и с каждым новым вздохом всё сильнее побуждали развернуться и позорно сбежать. — Второй господин? «Ай, к чёрту!» Трапезная представляла собой вытянутое прямоугольное помещение из материалов светлых тонов, вдоль стен стояли отдельные низкие столики, какие-то уже занятые учениками, а какие-то с пустыми чашами и столовыми приборами. Специальное место в самом конце, видимо, отводилось главе ордена, а вот второе пустующее место молодой человек приметил для себя, решив, что Вей Фа с его чрезмерной любовью к младшему брату не позволил бы ему есть с остальными. Не зная, куда идти и что делать дальше, он попросил Янь Линь принести то, что он обычно ест, а сам занял приглянувшийся столик, напрочь игнорируя медленно жующих и глазеющих на него учеников. Девушка отсутствовала недолго, вернулась с большим деревянным подносом, заставленным множеством набитых доверху плашек. От одного взгляда на изобилие жирного мяса и красной приправы, подозрительно похожей на перец чили, его замутило, к горлу подступил тошнотворный комок. Рубленное мясо, мясо на кости, сыры, что-то похожее на сало в чём-то склизком, заправленное тёртыми орехами... — А что, риса или лапши нету? — вопрос прозвучал жалобным блеянием, и он в безмолвной мольбе посмотрел на девушку. Янь Линь если и удивилась вопросу, то ничем этого не выдала, лишь молча кивнула, и через минуту на его столик водрузилась чашка с рассыпчатым рисом. Есть приходилось очень аккуратно и медленно: нынешнее тело помнило, как держать и управляться с палочками, однако сноровки всё же не доставало, комки риса разваливались, более-менее нежирные кусочки мяса то и дело норовили сорваться обратно в тарелку или на одежды. В своей прошлой жизни он чаще был перфекционистом и терпеть не мог попадать впросак в каких-то делах, тем более на глазах у кого-либо, а потому старался обдумывать каждое своё действие. Увы, это же не относилось к его языку, и тут реальность действовала наоборот — он говорил прежде, чем думал, со всей ответственностью принимая удары впоследствии. Ни одно из блюд он так и не осилил, совершенно не привыкший ни к такому качеству еды, ни к таким её объёмам. После завтрака он попросил девушку проводить его до личных покоев дагэ, после чего отпустил, так как в её сопровождении более не нуждался, да и не хотел, чтобы она стала свидетелем его с главой разговора. Как и подозревал, в прошлый раз после оказии в пруду Вей Фа действительно привёл его в свои личные покои, располагавшиеся не так далеко от площадки для медитаций, которая в это время пустовала. Перед закрытыми дверьми он затормозил в нерешительности от промелькнувшей мысли, что, возможно, глава Ян в такое время может либо спать, либо заниматься делами и не желать принимать гостей, тем более в своих личных покоях. «Мда, неудобненько как-то. Может, попозже зайти?» Однако не успел он и шагу в сторону ступить, как двустворчатые двери перед ним распахнулись, и на пороге замер сам хозяин покоев, нарядный и бодрый, встретивший его с нежной улыбкой. — Ты чего здесь мнёшься? Заходи скорее. Внутри покои посредством ширмы разделялись на две части: на одной размещалось спальное ложе, низкий столик, чаша для омовения и платяной шкаф, а на второй половине, отведённой под рабочий кабинет, царил полный беспорядок из свитков, книг и звёздных карт. Лёгкий и свежий запах незнакомых благовоний витал в воздухе, моментально расслабляя и настраивая на благожелательный лад, а большие кадки с зелёными ростками и распустившимися цветами радовали глаз. Мужчина провёл его к низенькому столику и тут же засуетился, чтобы разлить по пиалам чай. — Прости за беспокойство, я не знал, сможешь ли ты увидеться со мной. — Сердце болит от того, что ты так говоришь, — старший мужчина не сдержал расстроенного вздоха. — Но пока память к тебе не вернётся, мы будем неспеша и постепенно вновь узнавать друг друга. Я рад видеть тебя в любое время и при любых обстоятельствах знать, что с тобой всё хорошо. Се Лин неуверенно улыбнулся и, чтобы не завязнуть в этой смущающей атмосфере, перешёл сразу к делу, по которому, собственно, явился к главе. — Я хочу на время покинуть ЛаоЯн. На добродушном лице Вей Фа, казалось бы, за мгновение проскользнул весь спектр эмоций от удивления до неодобрения, фарфоровый чайничек в его руках брякнул крышечкой. — Зачем? Уже неплохое начало разговора, да и к счастью, тут не присутствовал Ци Линь, иначе расспросов было бы не избежать, с его проницательностью попадание было бы не в бровь, а в глаз. — По-моему, логично, что после двух пережитых здесь смертей мне не очень хочется, сидя в комнате, дожидаться третьей. Всего на день или два... для меня это очень важно, дагэ. «Надеюсь, я не перегнул палку». — Тебе сейчас опасно действовать необдуманно и своевольно. Расследование покушения на тебя ещё не завершено, а ты не хочешь помочь нам с Ци Линем и сказать имя напавшего. — Уверен, эти два случая никак между собой не связаны, а с тем человеком я разберусь лично. Обещаю, глупостей творить не буду. Ну, отправь Янь Линь со мной, чтобы тебе спокойнее было. — А-Лин, расскажи мне, я смогу- — Мне нужно вырваться из этой клетки, — неожиданно даже для самого себя Се Лин повысил голос, из-за чего сразу же почувствовал себя неуютно и поспешил вернуть утерянный самоконтроль. — Мне просто нужно немного отвлечься, иначе... мне кажется... я с ума сойду. Янь Линь говорила, что покинуть Долину Туманов можно только с твоего разрешения, прошу, Вей Фа, помоги мне. Молчание Ян Вей Фа всё затягивалось, и сердце в груди Се Лина билось, как бешеное, в нервном ожидании. В голову лезли невесёлые мысли, что в случае, если с мужчиной договориться не удастся, худший из вариантов — это побег, процент удачи которого неотвратимо приближался к нулю. Когда по ощущениям напряжение достигло своего апогея, мужчина поднялся и зачем-то прошествовал на вторую половину комнаты, вернувшись с какой-то табличкой и бумагой в руках. — Совершенствующимся, не достигшим Седьмой* ступени, покинуть ЛаоЯн можно в двух случаях: отметившись о месте и времени, и только на один день, и для выполнения заданий, — спокойно и размеренно заговорил Вей Фа, внимательно наблюдая за проявленным братом интересом к деревянной табличке. — У меня как раз есть одно задание, оно очень лёгкое, но у меня всё никак руки до него не дойдут.

[*Седьмая ступень совершенствования — этап формирования золотого ядра, последняя ступень ранга Мастер]

— Какое? Се Лин вовремя прикусил язык, чтобы не спросить, что вообще из себя представляют эти самые «задания». Пристальный взгляд мужчины и без того заставлял нервничать. — Работая в горах, местные жители деревни Гуэй обнаружили странное украшение, судя по описанию, это браслет из чёрного золота и серебра. Староста деревни, уважаемый Му Го, обратился в наш орден после необычного случая: дело в том, что на следующее утро после обнаружения браслета, человек, у которого он хранился, был найден в своём доме мёртвым с иссохшей левой рукой. Я предпринял меры предосторожности и отправил им защитную шкатулку, чтобы запечатать угрожающее жизням жителей деревни влияние, однако будет лучше доставить неизвестный артефакт в ЛаоЯн, чтобы уничтожить его. Это письмо для старосты Му Го, он передаст тебе шкатулку с браслетом. Жители этой деревни весьма дружелюбны и гостеприимны, так что ничего страшного, если ты задержишься у них в гостях ненадолго. — Притащить шкатулку с безделушкой и всё? — молодой человек уже было обрадовался своей маленькой победе, как следом услышал: — Да. Однако у меня будет условие: на это задание ты отправишься не один, я подыщу тебе сопровождение. В последнее время в Срединном царстве неспокойно, пусть это будет моей подстраховкой. Се Лин состроил кислую гримаску, но, в конце концов, согласно кивнул. Сопровождение так сопровождение, он в любом случае найдёт способ улучить пару свободных часов, чтобы осуществить задуманное. — Вот, это пропуск, предъявишь его Стражам на главных вратах. Советую не терять. Он с интересом глянул на протянутую Вей Фа прямоугольную деревянную дощечку размером с ладонь, на одной стороне которой зелёными чернилами был вырисован символ клана Ян — меч, заключённый в три круга. Его он уже видел на флагах, что развевались над некоторыми постройками, и не ошибся в своих догадках насчёт его значения. — А как твой Духовный Посланник себя чувствует? Стоило мужчине упомянуть о нём, как котёнок поднырнул под правую руку своего хозяина, взобрался на колени, потоптался немного, демонстрируя истинно кошачьи повадки, и свернулся клубочком. Се Лин был приятно удивлён тому, что животинка проявляла к нему необычную привязанность и без проблем шла на контакт, даже не пыталась вырваться, когда он брал её на руки или трогал за лапки. — Это девочка, я назвал её Мяута. Дагэ, а от чего всё же зависит появление Духовного Посланника и в чём его предназначение? Ещё меня немного беспокоит, что она долго спала и только недавно открыла глазки — это нормально? Вей Фа мягко улыбнулся, ощутив приятное тепло, разлившееся в груди. Ещё некоторое время назад он не допускал и мысли, что у младшего брата появится Духовный Посланник, в следующем году Старейшины могли поставить крест на его будущем, как совершенствующегося, и изгнать в человеческий мир. Но теперь у них появился шанс отвратить глупые предрассудки, возможно, ему даже удастся убедить Се Лина пройти путь совершенствования до Небожителя. Только так. — Духовные Посланники явление не столь распространённое и зачастую предзнаменует собой изменения в мире заклинателей. Как я уже говорил, эти создания рождаются и развиваются в духовном мире и приходят к совершенствующемуся лишь на определённой ступени его культивации. Хотя это и не единственное условие для его появления. С твоих слов, твой Духовный Посланник ещё слишком мал и не развился полностью, поэтому слаб и ему требуется больше времени, чтобы собрать духовную энергию для восстановления. Просто прояви терпение, он будет расти вместе с тобой. И его силы тоже. И всё же, такое объяснение многих ответов не давало. Похоже, роли и способности Духовных Посланников были индивидуальны в зависимости от уровня совершенствования того или иного заклинателя. «Что ж, очень похоже на мою связь с фамильяром из прошлого. Ладно, будем разбираться по ходу дела». Распив с Ян Вей Фа по две чашки чая, Се Лин отправился в свои покои, чтобы переодеться в более подходящую для недолгого путешествия одежду, а кроме того, собрать кое-что в дорогу, вроде припасов еды и припрятанного прошлым владельцем тела компактного кинжала, легко поместившегося в плотно охватывающем левое запястье рукаве исподней рубашки. С волосами мучиться не стал, просто собрал их в высокий хвост и перевязал лентой. Вей Фа обещал, что через пару часов сопровождение будет ждать его в галерее павильона Юности Юнхэ, и прибывший туда ко времени Се Лин вот уже несколько минут изваянием стоял между колонн, костеря и матеря главу и всех его предков на свой красочный лад. «Маза фака». Сопровождение — понятие относительное в значении единственного и множественного числа, а молодой господин как-то упустил из внимания озабоченность дагэ его безопасностью. Ладно бы это были просто трое рандомных тел, сошлись и разъехались. Но у него уже только при виде чёртового Нефритового поколения подскочило давление и задёргался глаз. Благо, троица стояла к нему спинами и о его мрачных метаниях не подозревала, так что он сделал глубокий вдох, расправил плечи и с нацепленной на лицо отстранённо-вежливой маской вышел из своего укрытия. Услышав его шаги, ребята спешно обернулись и ограничились полупоклонами, как если бы приветствовали не старшего, а какого-нибудь не слишком приятного знакомого. «Уважение надо заслужить, но сложнее будет с доверием. На что рассчитывал Вей Фа, приставляя их ко мне? Да они сами меня где-нибудь по дороге прикопают». — Второй господин, мы будем сопровождать вас в деревню Гуэй по велению нашего уважаемого Наставника. Не охваченный сильными эмоциями голос Фэн Ли Лу был подобен мягкому перезвону чистого хрусталя и очень даже подходил нежной красоте девушки-подростка, ещё не перешагнувшей совершеннолетия. Се Лин на мгновение замер, мысленно прикинув, что ребятам перед ним нет и двадцати, дети ведь, гормоны бушуют. Это ему в этой жизни двадцать шесть, а в прошлой уже перевалило и за тридцать. Не зная, что ответить, он промычал односложное «угум» и уставился на них в ожидании. Те тоже уставились на него с мрачными и настороженными лицами. Немного прочистив горло, он спокойно заявил: — Я без понятия, где находятся главные врата. Ведите.