Оковы нефритового сердца. Проклятая душа <1>

Вырваться из осадного кольца мертвецов оказалось сложнее, чем казалось на словах, парочка из них и впрямь погнались за Фань Цзю, но резко отстали, стоило ему приблизиться к черте города Лоюян. Поведение мертвяков не столько удивляло, сколько настораживало, и Ло ступил на некогда оживлённые улицы с опасениями худшей беды. Ещё и непроходящая боль в ноге. Он уже принял крововосстанавливающую пилюлю, рана от укуса даже немного затянулась, однако то и дело дёргало нерв и болезненно покалывало. Повезло ещё, что область поражения небольшая, а не то Сунь ядом исходить будет на его немощность. Атмосфера в городе сложилась, мало сказать, гнетущая. Ни в одном доме не горел свет, все двери и ставни были плотно заперты, лишь меж домами и в проулках по теням угадывалось чьё-то присутствие. Скорее всего, то были бродяги или же беженцы из соседних городов, рассчитывавших на спасение и защиту от Демонов в Лоюяне. А тут своя напасть. Неудивительно, что город будто вымер. — Эта префектура находится под протекцией Благословенного Ордена Хэйсе, но они просто переложили ответственность на других! Гармония, гармония*... Нет в этих местах никакой гармонии!

[*Хэйсе — в переводе «гармония»]

Ругаясь про себя, он завернул за угол дома и едва не был сбит с ног кем-то, кого не смог разглядеть в сгустившейся темноте. Лишь мельком заметил бесформенную тень уже в самом конце переулка и тут же бросился за ней следом. На бегу боль в нижней части ноги усилилась, не суля ничего хорошего — даже лучшие лекарственные пилюли Ли Лу не могли справиться с последствиями укуса. Отвлекшись на боль, Фань Цзю непроизвольно замедлил шаг и сам не понял, как оказался перед трёхэтажным зданием, вывеска которого гласила «Дом тысячи трав». Очевидно, когда-то здесь изготавливали и продавали лекарства, а теперь вместо ярких и насыщенных запахов трав оттуда тянуло затхлостью. На втором этаже в оконном проёме мелькнула тень, и Фань Цзю с настороженностью и решимостью переступил порог, оказавшись в огромном зале со сваленными и переломанными стульями и столами. Над головой скрипнули доски второго этажа, и всё затихло. — Эй, есть кто-нибудь? Ступеньки лестницы под ногами чуть поскрипывали, как бы Фань Цзю ни пытался ступать осторожно. На втором этаже перед ним вытянулся коридор со множеством комнат. — Кто не спрятался, я... — с этими словами он открыл первую ближайшую дверь. Пусто, в сумраке можно было различить лишь очертания предметов мебели. Вторая дверь оказалась заперта, и Ло не стал ломиться внутрь. Однако подойдя к следующим покоям, он неосознанно схватился за рукоять меча, тогда как вторая рука потянула за ручку двери. В мгновение ока перед глазами всё завертелось, и он буквально провалился в комнату, тут же оказавшись под прицелом трёх клинков; четвёртый смертоносным холодом прижался к его горлу. Застыв неподвижным изваянием, Фань Цзю смог разглядеть маленькую, забитую всяким хламом комнатку, в которой кое-как смогли развернуться заклинатели в ало-серебристых одеяниях ордена Мэйдо. — Скрой свои духовные силы, иначе ты нас всех погубишь, — за спиной, прямо над самым ухом, раздался грубый холодный голос, топором высекавший каждое слово. Фань Цзю не решился ему противиться, и скрыл свои духовные силы, насколько смог, и только после этого почувствовал, что вновь может свободно дышать, и давление от чужого присутствия спало. Обернувшись, хотя Фань Цзю уже и догадался о личности четвёртого заклинателя, всё равно не смог сдержать нервного смешка. В паре шагов от него стоял непревзойдённый Золотой Дракон ордена Мэйдо, Лю Вань Цзы, а из-за его правого плеча выглядывал эфес знаменитого Цюгэ — оружие божественного типа. — Приветствую молодого господина Лю и адептов ордена Мэйдо, — сухо поприветствовал братьев и сестру по совершенствованию Фань Цзю, сложив руки перед собой в каком-то подобие приветственного жеста. Троица младших учеников, поглядывавших на него кто с враждебностью, кто с мольбой на спасение, проявленного неуважения и вовсе не заметили, но хотя бы мечи убрали. — Ло Фань Цзю. Как давно вы прибыли в город? Сколько вас? Как всегда, от жёсткой манеры общения молодого господина Лю коробило не по-детски — с этим чёрствым сухарём только братец Ю мог вести дела. — Трое. Мы прибыли в Лоюян пару шичэней назад и сразу отправились в имение ордена Шиху, но там подверглись нападению живых мертвецов. Судя по их одеяниям, они когда-то были последователями местного ордена. Мы нашли укрытие, но оказались в осаде тварей. Я выбрался разведать обстановку, думал отвлечь на себя мертвяков, но на окраине города они повели себя как-то странно и прекратили меня преследовать. Похоже, вы тоже уже успели с кем-то схватиться? Взгляд Фань Цзю выцепил из общего состояния адептов чужого ордена их дёрганность и несколько помятый вид. Один из юношей вообще тяжело привалился плечом к стене, весь бледный и с залитым потом лицом. Единственная девушка, неуверенно поглядывая на своего дашисюна, негромко заговорила: — Как только мы вошли в город, на нас тут же напали какие-то люди в чёрных балахонах. Они сражались с таким неистовством, что заставили нас отступить, но даже после этого преследовали нас, где бы мы ни укрылись. В конце концов, шисюны и молодой господин Лю оказались ранены и...

[*Дашисюн — самый старший из соучеников / старший наставник / способный человек среди учащихся]

— Эти твари, как охотничьи псы, выслеживают и идут по пятам за духовной силой, — перебил напуганную пережитым девушку Лю. — Рубишь их на куски, а им всё нипочём. И что хуже, нашему ордену до сих пор не удалось выяснить способа их уничтожить. Значит, этих тварей привлекает духовная сила? Тогда не удивительно, что они облепили имение Шиху, как муравьи подгнивший фрукт, — барьер Суня сдерживал их, но и источал жизненную энергию. «Нужно возвращаться как можно скорее. И почему у меня такое чувство, что я о чём-то забыл?..» — Наш второй молодой господин Ян как раз справился с одним таким мертвецом в Цяйху. Его познания, несомненно, глубоки и незаурядны, он точно сможет что-нибудь придумать. — Неужели? Его познания так глубоки, что вы решили в осаде отсидеться? Фань Цзю скрипнул зубами, буквально кожей ощущая, как его линчуют под острым, словно кромка льда, взглядом голубых глаз. — Лучше уж сидеть в осаде за защитным барьером, чем сновать по городу, как перепуганные мыши. На его распущенный язык девушка оскорблённо вскинулась: — Кого ты...?! — У меня нет времени тут с вами праздно болтать, мне нужно вернуться в имение. Можете остаться тут, а можете пойти со мной; вашим адептам нужна медицинская помощь, и у нас есть лекарства. Выбор у адептов ордена Мэйдо был невелик, особенно учитывая тот факт, что в пылу борьбы с людьми в балахонах они потеряли свои лекарственные мешочки с редкими и ценными пилюлями. . . . Со времени ухода Фань Цзю количество мертвецов, взявших дом в кольцо, кажется, только увеличилось. К счастью, твари не обладали особой прытью, перемещаясь исключительно по земле, так что цингуном по крышам юные заклинатели добрались до нужных им покоев. Главное, что на подходе к ним Ло внезапно озарило: он вспомнил, что забыл предупредить Чжэ Луна о несколько неживом состоянии Ян Се Лина, и очень надеялся, что Суню хватило ума не трогать второго молодого господина. Надежда не оправдалась — судя по вскинувшемуся бледному лицу, Чжэ Лун уже успел надумать себе невесть что и перепугаться до смерти. Он даже не сразу обратил внимание на посторонних, когда взбудораженный бросился к Фань Цзю. — Второй молодой господин Ян... он... он...! — Знаю. Так надо. Потом всё объясню, — коротко выдал глубокомысленное Фань Цзю и махнул рукой себе за спину, указывая на адептов ордена Мэйдо. — Трое из них ранены, помоги им с лекарствами. И нам нужно обсудить, что за чертовщина здесь творится. Как оказалось, не пострадала только девушка по имени Ша Ли, остальным же от тварей достались весьма болезненные укусы, у юноши с большим родимым пятном на щеке даже был вырван кусок плоти на предплечье. Обычно при сильной и крепкой ци несмертельные раны начинали сами собой понемногу затягиваться, а тут и кровотечение остановить получилось не сразу, ушло пять крововосстанавливающих пилюль, и рана по краям потемнела, и от неё по коже потянулась сеточка чёрных вен. На всякий случай, все укушенные приняли противоядие общего назначения. И, конечно же, бессознательное состояние Ян Се Лина не могло остаться без внимания молодого господина ордена Мэйдо! — Что случилось с Демоном? Фань Цзю не сразу понял, о ком идёт речь, и проследил за направлением нечитаемого взгляда Лю Вань Цзы. В ЛаоЯне Ян Се Лина за его спиной называли по-разному, прозвища, мягко говоря, порой были не самыми лестными и тактичными, но никто не отваживался даже шёпотом называть его «Демоном». Бросить в чью-то сторону подобное обращение всё равно, что обвинить в тёмных злодеяниях и нарисовать на спине мишень. К тому же, обращённое на него внимание Золотого Дракона Мэйдо вряд ли можно было принять за праздный интерес. — Слова подбирайте, господин Лю, — не преминул встрять Сунь, не слишком жалуя адептов из другого ордена в общем, из Мэйдо — в частности. А кому бы нравились хвастуны и задаваки, не гнушающиеся прикрываться императорской благосклонностью. — Не Ученику, только-только прорвавшемуся на Четвёртую ступень, мне в чём-то указывать, — слова, смягчённые лишь тенью вежливой улыбки, казались пропитанными ядом. — Только слепец или глупец будет отрицать очевидное: от второго молодого господина ордена ЛаоЯн за версту разит ци чистокровного Демона. В сложившихся обстоятельствах я не стану пренебрегать даже призрачным намёком на опасность. Фань Цзю без колебаний выступил перед Лю Вань Цзы, скрестив свой Цзэху с Цюгэ, наставленный на бессознательное тело на кровати. Ожидаемо троица адептов за спиной своего дашисюна тоже обнажили мечи, впрочем, как и Чжэ Лун, осознанно представляя собой не лучшую подмогу на случай схватки. — Молодому господину Лю мерещатся враги там, где их нет. Мне бы не хотелось показаться бестактным, но заклинатели ордена ЛаоЯн — заботы ордена ЛаоЯн, и пока вина не вынесена на суд Палаты Порядка, ваши слова не более, чем клевета. Молодой господин Лю, мы ведь знакомы не один год, правда хотите обменяться со мной парой ударов сейчас? Чжэ Лун опасливо покосился на Ло. Он всерьёз угрожает Золотому Дракону Мэйдо?! Льдистые глаза Лю Вань Цзы угрожающе сощурились. — Ло Фань Цзю, с каких это пор ты защищаешь Демона? — Лю Вань Цзы, я парень простой и суждения мои прозрачны, как родниковая вода. Нападёте на нашего второго молодого господина, и я вспомню себя буйного. Но лучше подумайте: хотите ли вы разочаровать главу Хуа? Ведь он благожелателен к нашему главе Ян и уже дважды проявил добродушие к Ян Се Лину. Несомненно, Фань Цзю знал, на что давить. Хуа Ча Сын и Лю Вань Цзы — оба были дражайшими детьми и гордостью главы Хуа, хотя внешностью, характером и амбициями различались, как солнце и луна. Если наследник был взбалмошным, дерзким и самодостаточным фениксом и стремился как можно скорее вырваться из-под опеки отца и клана Хуа, о чём кричал едва ли не на каждом углу, то молодой господин по фамилии Лю был его полной противоположностью — сдержанный, проницательный и отличающийся чрезмерной подозрительностью змеи, ставящий превыше всего честь и благополучие главы Хуа. Он предпочитал задумываться о своих действиях и решениях, учитывая их последствия. Поэтому из двух непревзойдённых Драконов Мэйдо Фань Цзю больше всего ненавидел иметь разногласия с этим хладнокровным червём-переростком. С негромким щелчком Цюгэ вернулся в ножны. Остальные адепты Мэйдо с некоторым колебанием тоже убрали мечи. — Славно! Славно! Братья и сестра на стезе совершенствования, ну, зачем нам эти пустые споры. За этими стенами наш общий враг, сплотимся же во благо общих целей, ха-ха-ха! Если бы Чжэ Лун не знал наверняка, то подумал бы, что осёл Ло за время своего отсутствия нахлебался алкоголя, окончательно повредившего его мозг. Как можно веселиться в такой обстановке? — Язык у тебя всегда был хорошо подвешен. Спрашиваю в последний раз: что случилось с господином Ян? — Наш второй молодой господин немного притомился с дороги. Что поделать, не привык он к тяжбам длительных путешествий. — Два шичэня. Если он не проснётся через два шичэня, никакие твои уловки меня уже не остановят. Вопреки условиям, выставленным Лю Вань Цзы, менее чем через шичэнь случилось невероятное: все живые мертвецы в имении ордена Шиху внезапно куда-то пропали, и второй молодой господин Ян открыл глаза.

༻• ❀ •༺

Сила — главное, что есть у истинной ведьмы. Если ведьме будет что-то мешать, Сила заберёт это из её жизни, и не важно, что это будет: счастье, любовь или семья. Поэтому проще избавиться от всех уязвимостей... проще принять одиночество... Горькое понимание этой истины пришло слишком поздно, на смертном одре. Губы и веки всё ещё жгло от не таких уж фантомных ощущений проклятой иглы, которой их ей зашивали. В первые мгновения язык ощущался лишним куском плоти, и лишь спустя десяток вздохов он смог признать его, как часть себя. Сквозь мутную пелену слёз с трудом удалось разглядеть тени, мельтешащие на потолке. «Я всё ещё жив», — мысль лениво проплыла в вялотекущем потоке заторможенного сознания. — Учитель?.. Учитель! «Отстань, гадёныш, я в печали...» — Второй молодой господин, слава Предкам! Сейчас не время мертвецом прикидываться. «И ты поди прочь, холоп, пока я твой писюн в стручок не закатал». Увы, никому не было дела до его душевных страданий, а потому две тени особо донимали его своими голосами. Но припомнив про обстоятельства, при которых брякнулся в бессознательное, Се Лин стиснул клыки и более активно подал признаки жизни: со второй попытки перекатился на бок, всполз на четвереньки и осторожненько уселся на пятую точку, стараясь не слишком тревожить голову. Кажется, в черепной коробке мозги на соплях болтались. — Что я пропустил?.. О... ооо... здрасьте. Как обычно, он проспал тот момент, когда их компания пополнилась ещё четырьмя заклинателями. На вид ребятки выглядели не старше Фань Цзю и Чжэ Луна, разодетые в алую с серебряной оторочкой единую форму и лёгкие серебристые доспехи они являли собой образец людей благородных, и все мордашки, как на подбор, величавой породы. Но стоило одному из них вскинуть свой лик, как у Се Лина сердце в груди сделало большой «ту-дум», и мурашки волной стекли по спине к копчику. На прекрасном, словно вырезанном из белоснежного нефрита чуткой рукой лице сверкали подобно двум голубым льдинкам глаза. «Брюнет с голубыми глазами! Вааа...» — Красавчик! Где вас таких делают? Когда рядом что-то бряцнуло, — наверное, челюсть Фань Цзю или Чжэ Луна об пол, — Се Лин тщетно попытался придать своему лицу достойное взрослого и умудрённого жизнью человека выражение, но его уши пылали так, будто вот-вот должны были загореться. Нет, он серьёзно ляпнул это вслух?! Убейте. — Кхм... что-то не о том я... Эм... сориентируйте меня кто-нибудь по ситуации. Пока адепты другого ордена пребывали в шоке и пялились — в открытую или украдкой — на окрещённого дурной славой второго молодого господина Ян, Фань Цзю попытался кратко изложить цепь событий с момента, как они вошли в город Лоюян. Выслушав его, Се Лин первым делом обратил внимание на сидевшего тихонько в сторонке Сунь Чжэ Луна. — Чжэ Лун, подойди. Немного удивлённый просьбой, Чжэ Лун подошёл к Се Лину и пришёл в ещё большее недоумение, когда на его макушку опустилась рука мужчины. — Молодец. Молодец. Твой барьер нас всех защитил. Но не забывай, что собственная безопасность прежде всего. Эти ободряющие слова, сказанные без какой-либо лести и издёвки, буквально пригвоздили Суня к месту. Никто прежде не хвалил его за успехи в культивации, потому что их особо и не было, а учителям и Мастерам не уследить за достижениями всех учеников. Родители были обычными смертными людьми и ничего не мыслили в духовном совершенствовании, так что им не дано было понять, каких трудов ему стоило взращивать свои силы будучи не одарённым с рождения. Эта похвала... стоила любых слов одобрения. — Учитель... — Вы закончили с трогательными речами? — в воцарившуюся атмосферу сентиментальности ворвался грубый, лишённый даже толики мягкости голос. — Господин Ян, не откажите этим ученикам и поделитесь с нами своей мудростью касательно всего происходящего. Мы не знаем, когда живые мертвецы могут снова напасть. «Приятно, конечно, про мудрость и всё такое, но вот тон, которым это было сказано, прямо-таки источает яд. Пока не уразумел, почему ребятки считают этого Дракона невыносимее того другого, но придётся проявить с ним осторожность». Не успел Се Лин и рта раскрыть, как один из адептов ордена Мэйдо с диким воплем повалился на пол и закрутился неугомоннее волчка. Двое его товарищей тут же бросились к нему, а Се Лин мигом слетел с кровати темнее грозовой тучи. — Держите его! Даже для четверых задача оказалась нелёгкой: юноша извивался в судорогах, глаза его закатились, а из горла вырывались булькающие хрипы. Жуткую рану на предплечье заботливо перевязали, и под рукавом формы не сразу увидели изменения — почти вся правая рука покрылась сетью чёрных вен, а из укуса сочилось что-то темнее крови. — Что... что это такое? Откуда?! — открывшееся зрелище привело Се Лина в ужас. — Одна из тварей его укусила, — со слезами на глазах призналась барышня Ша Ли. — Молодого господина и шисюна тоже, но мы же... мы же обработали раны... приняли противоядие... как же... как же так?.. — Тварь... укусила...? — внутри Се Лина что-то оборвалось, к горлу подступил ком. — Это не живые мертвецы! — Учитель, о чём вы говорите? Времени на объяснения уже не было. Юноша, корчившийся на полу в тисках четырёх пар рук, внезапно весь обмяк, будто мягкая глина, а через мгновение с недюжинной силой и резвостью вскочил на ноги и с озверелым лицом бросился прямо на мужчину. Се Лин, пребывая скорее в ярости, нежели в смятении, и с места не сдвинулся, одной рукой перехватил его под челюсть и резко свернул голову. Послышался отчётливый звук сломанных позвонков, и неподвижное тело мешком свалилось под ноги. От последовавшего визга девушки зазвенело в ушах: — Вы... в-вы убили его! Убили! — Он был обречён. Хуже, что скоро очухается. Кого-нибудь ещё укусили? Осмотрите внимательно раны. Девица всё никак не желала успокаиваться, беспрестанно шепча и выкрикивая «убийца... убил...» Хрен с ней, с неадекватной, Се Лина сильнее волновали его подопечные. — В-второй молодой господин... На голени Фань Цзю от укуса уже расползлась чёрная венозная сеточка, а сама рана вспухла и загноилась, впрочем, такая же неприглядная картина наблюдалась и в местах укусов у молодого господина Лю и второго юноши ордена Мэйдо. Се Лин вздохнул с облегчением оттого, что мальчишка Сунь не пострадал. — М-мы теперь с-станем такими же, к-как Юй Шань? — парень сильно заикался, но хотя бы не впал в истерику. Его страх можно было понять: перед глазами бездыханным трупом лежал пример незавидной судьбы укушенного собрата по ордену. Удивительно спокойным оставался Золотой Дракон Мэйдо — даже бровью не повёл, как и тогда, когда Ян Се Лин прямо перед ним убил его товарища. Лю Вань Цзы как ни в чём не бывало перевернул мёртвое тело лицом вверх и изучал его взглядом какое-то время. — Что это? Какая-то болезнь? Чумное поветрие? «Фань Цзю сказал, что они похожи на ту тварь, с которой мы столкнулись в городе Цяйху. Парень он смекалистый, вряд ли бы спутал мертвеца с какой-то другой нечистью. Но ходячие отличаются нечеловеческой силой и жаждой разрушения, они тупы и зачастую неповоротливы из-за прижизненных ограничений. И уж они точно не разносят никакой вирус, чтобы передавать его через укусы. Я в Зомбилэнд попал, что ли? Тьфу ты. Как ни посмотри, а паренёк-то испустил дух... дух... душа?!» Едва не споткнувшись на ровном месте, Се Лин опрометью кинулся к трупу и возложил ладони на его грудь в районе солнечного сплетения. — Учитель, что-то не так? — всполошился Чжэ Лун; при взгляде на бледнеющее с каждым мгновением лицо мужчины его одолела тревога. Ещё этот пёс вшивый Ло дал твари себя укусить! Кисти рук Се Лина окутал мягкий золотистый свет, и, когда он вскинул голову, на молодого господина Лю обратились горящие иномирным зелёным светом глаза. — Я не целитель и не могу судить с позиции опыта или познаний в этой области. Происходящее в городе и имении ордена Шиху на самом деле может быть волной поветрия? Подумайте хорошо, это очень важно. Вань Цзы, нисколько не охваченный тягостной атмосферой и ничуть не удивлённый внешним метаморфозам Ян Се Лина, медленно покачал головой: — Никогда не слышал ни о чём подобном. — Прошу прощения, — с этими словами Се Лин перевернул труп на живот и распорол его одежду на спине. От столь вопиющего неуважения к мёртвому телу глаза девушки широко распахнулись, а сама она едва с кулаками не набросилась на второго молодого господина Ян. — Да как вы смеете... мхпф... Се Лину было плевать, по какой причине визги прекратились. Он вообще выпал из реальности, глядя на абсолютно чистую кожу спины. «Ну да, а чего я ожидал увидеть, если его лишь укусили. Да ну нет, бред же... такого просто не может быть. Я искоренил это бедствие в своём мире... я... я истребил их всех, вырезал, как класс! Всех их потомков!» — ...дой господин. Второй молодой господин, — обеспокоенный голос Фань Цзю пробивался к нему как сквозь толщу воды. Точно, Фань Цзю. Нужно сосредоточиться и помочь детям, пока есть время. — Насколько помню, глава Хуа упоминал, что ордену Мэйдо удалось поймать несколько живых мертвецов. Можно ли... возможно ли в срочном порядке и напрямую связаться с достопочтенным главой? И Фань Цзю, и Чжэ Лун уставились на Лю Вань Цзы. Передача сообщений через духовную энергию или через Духовных Посланников — оба варианта были более чем безопасны на большом расстоянии, но не эффективны в плане затрачиваемого времени, а у них его, судя по напряжённому лицу второго молодого господина Ян, как раз не хватало. И снова ни единой эмоции на красивом лице. Се Лин уже всерьёз начал волноваться и тихонько закипать, как вдруг его виска коснулись холодные пальцы, и в голове совсем уж неожиданно раздался голос с мягкими интонациями: «— Приветствую, второй молодой господин Ян. Этот Хуа может вам чем-то помочь?» — Ох ты ж ёбушки-воробушки! От такой внезапной подставы Се Лин с трудом удержался от того, чтобы не отпрянуть подальше. Одно дело, когда он лезет в чужие головы ради забавы, и то — поверхностно, потому что ментальные силы не его профиль. И как-то не по себе вот так хрясь — и оказаться на месте того, в чьё сознание вторглись. «— Полагаю, Вань Цзы вам ничего не объяснил, — кажется, он услышал тяжёлый вздох главы Хуа. — Это техника духовной связи клана Хуа, прошу, не пугайтесь. Вы сейчас в городе Лоюян? Вам требуется боевая поддержка?» — Нет! Не нужно никого сюда посылать, у нас и без того проблем выше крыши. Глава Хуа, живые мертвецы, которых поймал орден Мэйдо, они ещё у вас в заточении? «— Так и не определив природу их происхождения, мы собираемся передать их под надзор Старейшин. Второй молодой господин Ян хочет просить за них?» — Что? Нет. Не то. Эм, возможно, для уважаемого главы Хуа моя просьба прозвучит странно, но нужно, чтобы вы осмотрели тех мертвецов. Под левой лопаткой или в районе поясничных позвонков могут быть примечательные шрамы или отметины... с родимым пятном точно не спутаете. «— Второй молодой господин Ян, ваша просьба, и правда, звучит безумно, — глава Хуа ненадолго замолчал, после чего голос его зазвучал громче и строже. — Уверен, у господина Ян есть веские причины-» — Глава Хуа, один из учеников мёртв, у троих остаётся всё меньше времени. Их жизни — достаточно веская причина, чтобы сделать так, как я прошу? На этот раз молчание затянулось, и Се Лин всерьёз испугался, что глава найдёт причины отказаться. Действительно отмахнётся от жизни приёмного сына? «— Второй молодой господин Ян, я отправил несколько Мастеров к месту заточения живых мертвецов, но нам понадобится время. Я свяжусь с Вань Цзы, как что-нибудь узнаю». Се Лин даже не заметил, когда духовная связь оборвалась, а Лю Вань Цзы отсел от него к противоположной стене. В голове царил такой хаос, что он не понимал, за какую мысль стоит в первую очередь зацепиться. Какой-то абсурд. Может, он просто всё ещё спит? Все прожитые поколения смешались между собой, зашвырнув его в какую-то парадоксальную альтернативу. «Что-то меня мутит». — Может быть, господин Ян всё же поделится с этими учениками своими наблюдениями?