Оковы нефритового сердца. Проклятая душа <1>

Ночь на постоялом дворе выдалась прохладной. Когда на утро статный господин в сопровождении трёх молодых людей спустились в таверну, из-за стойки выбежала и поприветствовала их Гу Тин, выглядевшая совершенно иначе: одежды на демонице были неброские, зато добротные и куда более приличные, а сама девушка сияла почище медяка. — Господин Се, отныне вы мой благодетель! Старик Тун испустил дух этой ночью, его здесь многие терпеть не могли — скряга и злыдень. А теперь управление постоялым двором в свои руки возьму я! — Ошеломительный карьерный рост, ничего не скажешь. Поздравляю, — поддавшись заразительной радости девушки, Се Лин улыбнулся и похлопал её по плечу. — Тогда рассчитываю на шикарный стол за счёт заведения. — Всё что пожелаете. Как только они отошли от демоницы, Чжэ Лун взволнованно спросил: — Господин, а что вы сделали? — Проклял. Лучше всего я умею ненавидеть и проклинать. Видимо, постояльцы не привыкли вставать в такую рань, как приученные к режиму заклинатели, в зале было пусто, а прибранные столы ждали своих первых посетителей. Расторопный слуга в первую очередь принёс им чайник «Те Гуань Инь», выслушал заказ и убежал на кухню. Не прошло и полчаса, как стол начали заставлять блюдами, а то, что не уместилось на одном, составляли на ближайшем. Вскоре от такого изобилия у Чжэ Луна едва глаза на лоб не полезли, от запахов слюни потекли, а в животе характерно заурчало. — Налетайте. Заодно кое-что обсудим. Молодому господину Сунь дважды повторять не пришлось: несмотря на своё продвижение в совершенствовании, отказываться от мирских удовольствий, в том числе от гастрономических изысков, он не стал. Был ли тому примером второй молодой господин Ян, что с таким же наслаждением уплетал за обе щеки. Шань Юан ограничился чаем, растягивая одну пиалу, и на Ян Се Лина старался не смотреть; с момента, как утром пересеклись в коридоре второго этажа, они даже не обмолвились и парой слов. Юан полагал, что следует выждать ещё немного времени, прежде чем идти на поклон и виниться перед вторым молодым господином. В конце концов, прошлым вечером он был груб и проявил неуважение, но за свои слова извиняться не собирался. Сан И, с улыбкой подперев рукой щеку, не сводил глаз с главного обжоры. Знал ли сам владелец этих глаз, что в них помимо неярких бликов огней светильников отражались преданность и обожание? Утолив чувство голода, Се Лин оградил их стол пологом тишины, чтобы посторонние не могли услышать их разговор, и приступил к краткому пересказу о том, о чём ему в ночной тиши поведала Гу Тин. — …Из всех мест моё чутьё заприметило три. Первое — Храм Истоков. Местные Демоны почитают свои корни, храм может быть убежищем похитителей. Второе — в чайном павильоне на улице Янькэ не так давно появился предсказатель. Поговаривают, его советы очень полезны и точны, может быть, он что-нибудь подскажет. Третье — заброшенный дом на окраине, куда устремляется демоническая энергия. Подозрительно и тоже следует проверить. — А нельзя найти тело прежнего Главы Бай с помощью поискового талисмана? — спросил Чжэ Лун. Идея была не так уж плоха, если бы не… — Кроме того, что тело прежнего Главы нетленно, оно также защищено от любого магического воздействия, — пояснил Сан И и вновь обратил всё своё внимание на брата. — Куда отправимся сначала? — Думаю, нам стоит разделиться, так управимся быстре-, — Се Лин ещё не договорил, как Чжэ Лун и Шань Юан с криком повскакивали со своих мест. — Я пойду с господином! — Нет, я пойду с господином! — А я хочу пойти с самим собой, — саркастично прокомментировал он этот порыв, с трудом удержавшись от фейспалма. Эти дети точно его в гроб загонят. — А-И, прошу тебя проверить Храм Истоков. Чжэ Лун и Шань Юан, вы отправитесь на окраину города. Ну, а я наведаюсь к предсказателю; обожаю эту шизоидную братию. — Господин, вы уверены, что нам нужно разделяться? — упавшим голосом заныл Чжэ Лун, усаживаясь обратно на скамью. — Это может быть опасно. Вообще-то, змеёныш был прав, тем более самому Се Лину было несколько тревожно отправлять двух юных заклинателей одних в неведомое место. Недолго думая, он вырвал из своего высокого хвоста прядку волос, обмотал ею указательный палец и поднёс к губам, нашёптывая. После разделил прядку на три более-менее равные части и из каждой скрутил тонкие красные нити. Три пары глаз с изумлением наблюдали за ним. — Это не проклятие, — на всякий случай уточнил Се Лин. — Это что-то вроде оберега. Силы в нём хватит, чтобы один раз отвести смерть. Первым нить он повязал на запястье Чжэ Луна — мальчишка прикоснулся к ней осторожно, с благоговением, а спустя пару мгновений его губы тронула улыбка, а взгляд блаженно поплыл. — Господин, я чувствую исходящее от неё тепло. Се Лин приложил два пальца к центру его лба, надавливая и посылая духовную энергию в точку концентрации. — Сосредоточься. Будет тебе первым уроком, чтобы совладать с магией, раз вызвался стать моим преемником. В случае опасности помни: сначала заботишься о своей безопасности, потом о других. — Да, Нас-… господин. Вторым он повязал красную нить — как бы двусмысленно это ни звучало — на запястье младшему брату. Реакция того на древнюю чужеродную магию была более чем знакома Се Лину: Сан И морщился и всем своим видом демонстрировал желание избавиться от амулета-оберега как можно скорее. Се Лин не знал, какая загадка лежит в несовместимости древней изначальной магии и демонической энергии, но каждый раз при обращении к магической сути его тело, наполненное демонической кровью, также страдало. — Если со мной что-то случится, нить оборвётся. — Если с тобой что-то случится, я камня на камне от этого города не оставлю, — без особой выразительности парировал Сан И. От его располагающей улыбки у Се Лина волосы на голове зашевелились. Последним в очереди — но не по значимости! — пришёлся Шань Юан. Без лишних просьб и вопросов он протянул руку, открывая чистое белоснежное запястье… и тут Се Лин, неожиданно даже для себя, слегка завис, а в голову пришла совершенно дурацкая мысль: «почему правое запястье?» Чжэ Лун и Сан И были правшами, потому предпочли крепить нить на левом запястье. Шань Юан левшой не был, меч всегда держал в правой руке. Заметив странную заминку и хмурый взгляд второго молодого господина, Юан негромко позвал: — Господин? — Не важно. Не отходи от Чжэ Луна ни на шаг. Действуйте по обстоятельствам. Шань Юан, я надеюсь на твоё благоразумие. После того, как все получили напутственные слова, четверо путников покинули постоялый двор и разошлись в трёх направлениях. Пара золотых глаз, следивших за ними, сверкнула довольством.

༻• ❀ •༺

Фань Цзю и Ли Лу пришлось прервать утренние занятия, когда их вызвал Глава Ян в Зал Шэнли. — Наставник! — Наставник! Вей Фа как раз закончил читать доклад и лёгким кивком поприветствовал своих учеников. — Полагаю, приключения, что вы пережили в миссиях с молодым господином Ян, были захватывающими и помогли набраться опыта и знаний. Я хочу поручить вам задание, пришедшее прямо из Императорской столицы. Вам двоим, потому что потребуются целительские способности и опыт столкновения… с чем-то подобным. Ли Лу и Фань Цзю безмолвно обменялись недоумевающими взглядами между собой. Запрос на миссию аж из самой столицы? И о каком опыте столкновения речь? — Наставник, что это за задание? — поинтересовалась Ли Лу. Вей Фа свернул доклад и отложил свиток на столик. Он всё ещё пребывал в раздумьях, не отправить ли с учениками кого-нибудь из старших Мастеров; без А-Юана трио действительно казалось неполным, хотя он нисколько не сомневался в их способностях, но всё же немного беспокоился, как отец за своих чад. — В деревне Иллин зафиксировано более двадцати смертей менее чем за один день. Так как она расположена в полудне пути до города Юйлин, Император распорядился направить туда лучших лекарей столицы, чтобы разобраться в причинах и искоренить хворь. Однако от тех людей вот уже два дня не поступало вестей, и о состоянии жителей деревни ничего не известно. — Город Юйлин — один из девяти остовов Императорской столицы и находится под покровительством Ордена Мэйдо. Разве дело не должны были назначить им? — спросил Фань Цзю. — Верно, — согласился Вей Фа, — дело в ведении Ордена Мэйдо, и на подходе к деревне вас встретит молодой господин Хуа. До того оценку ситуации проводил молодой господин Лю, и он сообщил, что атмосфера в деревне очень похожа на ту, что он наблюдал в Лоюяне. А-Цзю, тебе это о чём-то говорит? Вымерший город. Толпа мертвецов. Господин Золотой Дракон по своей натуре не был голословен, поэтому сделанным им выводам, выверенным и объективным, можно было доверять. Фань Цзю в подтверждение кивнул. — Если в Иллине дела обстоят точно так же, как в Лоюяне, то справиться с бедственным положением сможет только второй молодой господин Ян. — Но его здесь нет, поэтому цель миссии — сбор информации и сдерживание. Избегать прямого столкновения. — Слушаемся, Наставник! — хором отозвались юноша и девушка. — Что ж, тогда отправляйтесь немедленно. Несмотря на важность и срочность предстоящей миссии, Фань Цзю так и не сдвинулся с места, и при этом, как показалось Вей Фа, его несдержанный на мысли и язык ученик в один миг растерял всю самоуверенность. — А-Цзю, хочешь что-то сказать или спросить? — Наставник, вы… — Фань Цзю замялся, сделал глубокий вдох и устремил на Главу прямой хмурый взгляд, — вы примите кого-то другого в личные ученики? Шань Юан… этот дурак не хотел вас оскорбить! Просто второй молодой господин… второй молодой господин, ну… — Хороший, — полушёпотом подсказала за его спиной Ли Лу. — …Хороший. — И добрый. — …И добрый. — И очень нравится Шань Юану. — И очень… эээ? Юноша обернулся и растерянно уставился на шицзе. Девушка невинно улыбнулась, делая вид, будто не сказала ничего особенного, и вообще, это не она. Вей Фа очень надеялся, что эта новость не перевернёт внутренний мир Фань Цзю с ног на голову. Сам он об истинных причинах действий и решений Шань Юана догадался не так давно, на церемонии Выбора, когда юноша непоколебимо вступил в спор с его братом, почти как равный — прежде многие в Ордене, будь то адепты или старшие Мастера, предпочитали не обращать внимания на Ян Се Лина: во-первых, из-за покровительства Главы; во-вторых, считали пустой тратой времени общаться с умалишённым. Теперь же, по крайней мере, был кто-то, кто не боялся прямо высказаться Се Лину в лицо и осадить, если уж тот ненароком начнёт творить глупости. — А-Цзю, не переживай. Я не собираюсь принимать кого-либо в личные ученики. И советую вам обоим не лезть в отношения А-Юана и молодого господина. Думаю, ни один из них вам «спасибо» за это не скажет. Девушка и юноша сначала посерели, потом позеленели и с горящими от стыда щеками ретировались из Зала, будто злые духи за ними гнались. . . . Двое всадников скакали на лошадях во весь опор вот уже несколько шичэней, но, въехав в густой труднопроходимый лес на территории Юйлин, перешли на шаг. Ли Лу запрокинула голову назад: меж ветвей мелькало затянутое тучами небо, предвещая грозу. К счастью или нет, когда сверкнула молния, и издалека донёсся первый раскат грома, они выбрались на звериную тропу, в конце которой их, спешившись, ждал Хуа Ча Сын. В своей трепещущей на ветру алой мантии и начищенных до блеска серебряных доспехах молодой господин походил, по меньшей мере, на выходца из императорской знати. «Выпендрёжник», — хмыкнул про себя Фань Цзю, ощущая толику злости в душе. В их Ордене деньги ценились лишь как материал на службу нуждам и потребностям, тогда как Орден Мэйдо, приближенный к Императорской семье, поддерживал статусность, разбрасывая деньги на такие вот мелочи, вроде роскошной одежды или шикарного быстроногого скакуна. — Приветствую, молодой господин Хуа, — первой заговорила Ли Лу. — Эта Фэн и шиди Ло здесь, чтобы оказать вам поддержку в деревне Иллин. — Надеюсь, от вас будет больше толку, чем от внешних учеников моего Ордена, — вместо приветствия пренебрежительно бросил Ча Сын, развернулся и направился к видневшимся впереди высоким каменным воротам. Немного погодя ученики Ордена ЛаоЯн нагнали его. — А почему здесь нет молодого господина Лю? — желая позлорадствовать, спросил Фань Цзю. — Это ведь он дал оценку ситуации в деревне Иллин. Провокация не сработала, молодой господин Хуа даже бровью не повёл и ответил ровным тоном: — Брат на другом задании, все детали о событиях в Лоюяне он передал мне, так что я осведомлён об особенностях ходячих мертвецов. — А готовы ли увидеть это воочию? Хуа Ча Сын оставил вопрос без ответа. Они как раз приблизились к воротам, молодой господин прикоснулся к ним рукой и оглянулся на своих компаньонов: — За ними нас ждёт неизвестность. Если что-то увидите, почувствуете, услышите, вспомните или надумаете — сразу же сообщайте. И без геройства. Все наши распри должны остаться здесь. — Души не чаю в вас, когда вы такой серьёзный, юный господин, — сыронизировал Ло, за что тут же получил болезненный удар локтем в бок от шицзе. Выражение лица девушки сулило ему хорошую взбучку в ближайшее время. Нефритовый Дракон Хуа вновь пропустил подколку мимо ушей и толкнул одну из створок ворот внутрь. В то же мгновение на троицу дыхнуло мертвенным холодом, и они погрузились в непроглядную тьму, словно провалились в безжизненную бездну. Только спустя какое-то время все пять органов чувств заклинателей смогли свести разрозненные детали в одну картину, где в мире царили жуткий смрад, холод и горы трупов. Ли Лу устояла на ногах благодаря поддержке шиди и всеми силами сдерживала рвотные позывы, пока из глаз ручьём текли слёзы. В дальней части деревни в одну кучу были свалены друг на друга трупы, полусгнившие — снизу, более свежие — сверху. В высоту эта гора уже превышала крышу обветшалого дома. Некоторые тела просто валялись на земле, будто разбросанные по территории человеческие куклы. И будто в насмешку, рядом с каждым гниющим телом из земли или из камня на тонкой ножке распускался чёрный бутон, напоминавший притаившегося паука. Особенно много их окружало гору трупов. И ни одной живой души. — Эти цветы… похожи… похожи на… Ли Лу не нужно было договаривать, Фань Цзю и без того догадался, что она хотела сказать. Судя по описаниям названного брата и шицзе, такой же духовный цветок был у того ублюдка, что напал на ЛаоЯн, убил множество невинных людей, его друзей! Не оставалось сомнений, что та тварь причастна к происходящему в Иллине. — Знаете, что это за цветы? — спросил Ча Сын. — Мерзкая дрянь! — зло прошипел Фань Цзю, сжимая кулаки в бессильной ярости. — Несколько месяцев назад наш Орден подвергся нападению неведомой сущности. Он управлял мертвецами! Сотней мертвецов! Хуа Ча Сын нахмурился и по-новому взглянул на зловещие цветы. Помолчав немного, он задумчиво кивнул и негромко сказал: — Значит, мы теперь знаем источник бедствия. Думаю, нам здесь делать больше нечего. Последние слова молодого господина Хуа сбили Фэн и Ло с толку и вызвали бурю эмоций. — То есть… как это…? Предлагаешь отступить?! Да ни за что! Я найду эту тварь! Я… я… Нефритовый Дракон обратил на Ло взгляд потускневших, необычайно холодных серых глаз, и у Фань Цзю перехватило дыхание, вдоль позвоночника пробежали мурашки. — Эта, как ты выразился, неведомая сущность также несколько месяцев назад мором мертвецов хлынула в город Цяйху. Ни очищающее пламя Феникса моего отца, ни божественный щит Старейшины Шэнь не смогли сдержать их. Орден Мэйдо потерял половину адептов, больше тысячи тел наших братьев и сестёр и жителей города нам пришлось сжечь. «Так вот почему от Ордена Мэйдо не пришла помощь в восстановлении ЛаоЯна. Они сами…» — шокировано подумала Ли Лу. Кто бы мог подумать, что эта чёрная скверна нанесла удар сразу по двум Благословенным Орденам! — Чтобы мор не вышел за пределы Цяйху, отец запечатал город, но эта техника нанесла серьёзный урон его золотому ядру; с того времени он не приходит в себя, мечется на грани жизни и смерти. Так что поверь, я больше, чем кто-либо, хочу распотрошить эту тварь и скормить её чёрное сердце своим псам, — Ча Сын перевёл дыхание, ему понадобилось время, чтобы восстановить самообладание. — Но сейчас важно, чтобы бедствие, постигшее Цяйху, не повторилось. Здесь мы никому и ничем помочь уже не сможем. Нам нужно выдвигаться в Юйлин, и как можно скорее. — Но… но здесь ещё могут быть выжившие! — возразила Ли Лу. — Люди, кому нужна целительская помощь… В поисках поддержки она оглянулась на шиди, но Фань Цзю лишь беспомощно покачал головой. В кои-то веке он был согласен с молодым господином Хуа: эту деревню уже пожрало чёрное поветрие, а меньше чем в полудне пути крупный город Юйлин с десятками тысяч жителей, что ни сном ни духом о надвигающемся на них бедствии. — Один сяоши*, — внезапно заявил Ча Сын. Оторвав лоскут от своей мантии, он обвязал им нижнюю часть лица, прикрываясь от вдыхаемых миазмов, что витали тёмными сгустками в воздухе. — Барышня Фэн, за это время прошу вас осмотреть тела. Нужно понять, с чем именно мы имеем дело.

[*Сяоши — единица измерения времени, равная 4 кэ, или 1 час]

* * *

«Что-то не нравится мне этот город». И антураж Демонического царства тут ни причём. По мере того, как Се Лин отдалялся от центра города, количество встреченных им прохожих постепенно уменьшалось, однако личности, надо сказать, одна подозрительнее другой. Закутанные в длинные плащи они торопливо неслись мимо, словно вспугнутые резкими звуками птицы, хотя причин для подобного поведения не наблюдалось. А вот стойкое ощущение чужого взгляда преследовало его ещё с постоялого двора. «Неужели мишень всё же я? Странно только, интуиция молчит. Совсем молчит. Ладненько, а если так…» Заприметив узкий проулок между домами, Се Лин непринуждённо и демонстративно свернул туда и притаился за углом. Обманка бесхитростная, но с чем чёрт не шутит. Оставалось ждать. Однако не успел он заскучать, как вдруг словно из ниоткуда появилась чья-то рука, мелькнула смазанным движением перед его лицом и сжала плечо. Се Лин взвился, проворно извернулся и резко подался вперёд, всей своей массой навалившись на недоброжелателя и приперев к стене постройки. — Ты?! Что уж говорить, несмотря на все обоснованные подозрения в причастности Демона-синего-пламени к похищению тела прежнего Главы Бай, Се Лин всё же не рассчитывал вот так столкнуться с ним в городе, в тёмном переулке. — Это ты следил за мной всё это время? Призрак кивнул, насколько позволял прижатый к его горлу локоть, и склонил голову набок. Кажется, собственное положение ничуть не приносило ему дискомфорта, а вот Се Лина их близость слегка смутила, и он поспешил увеличить между ними дистанцию. Столько вопросов вертелось на языке. — Благодетелю понравились цветы персика? — спросил вдруг Призрак, и все мысли разом вымело из головы Се Лина, он в замешательстве уставился на него: — Ты пришёл, чтобы спросить об этом? — Мне интересно всё, что касается благодетеля. Так вам понравились цветы персика? Се Лин поджал губы. Он никогда в жизни не признался бы, что пересыпал сушёные цветы персика в маленькие лампадки и расставил по углам своих покоев. Аромат не был навязчивым, дивным образом он оседал на вещах и благоухал нежной сладостью. Будто прочитав его мысли, Призрак наклонился вперёд и вдохнул полной грудью. Се Лин как ошпаренный отскочил от него на добрый метр. — Ты… ты меня сейчас нюхал?! Призрак то ли фыркнул, то ли чихнул и встряхнул головой подобно псу, наткнувшегося на перечный след. — Зачем благодетель прибыл в Сумеречный город? Ещё и в компании Главы королевской семьи Бай. «Эээ, как он узнал о Сан И? По запаху? Меня что, как-то особенно пометили? Тьфу ты». — Куда хочу, туда и иду, — буркнул он. — Ответь мне честно: ты имеешь отношение к похищению из королевской усыпальницы тела Бай Ци Хао? — Я всегда честен с благодетелем, — ни секунды не задумываясь, ответил Призрак. — Я не крал тело бывшего Главы Бай. Не то, чтобы Се Лин готов был безоговорочно ему поверить, но этот ребёнок, и вправду, прежде не врал ему, а неудобные вопросы, если не хотел отвечать, просто игнорировал. Чересчур прямолинейный, да, но не хитрец. — Что ж, я рад, что это не ты. Ну… тогда… тогда бывай. С личностью своего преследователя он разобрался, можно было вернуться к первоначальной цели. Однако стоило ему направиться в сторону улицы Янькэ, как он услышал шаги за своей спиной. Обернулся, а Призрак тут как тут. — Эй, ты чего удумал? — Вы ведь идёте к предсказателю? Я пойду с вами. На мгновение Се Лин потерял дар речи, не зная, как реагировать на такое заявление. — Даже если я запрещу тебе, ты ведь всё равно пойдёшь за мной, да? Вопрос был явно риторический, судя по довольно вспыхнувшему синему пламени в прорезях маски. «Кажется, я слишком мягок с этим мальчишкой. Это всё старость, размягчаюсь». — В таком виде — нельзя. На тебе разве что табличка не висит «священная кро-», — Се Лин запнулся на полуслове, когда увидел перед собой сменившего внешность Призрака. Перед ним стоял Ци Шань Юан — точная его копия вплоть до одежды, в которой тот был с утра, висящего на поясе меча и серебряной полумаски на левой половине лица. — Этот образ будет угоден учителю? — Бесишь! Се Лин вылетел из проулка на улицу, едва не сбивая с ног попадающихся на пути прохожих, что кричали ругань ему вслед. Он не понимал, откуда в душе взметнулась такая буря эмоций. Сердце в груди отбивало бой барабанов. Это чёртово признание сделало своё чёрное дело, выбив его из равновесия. Что дальше? Заставит взаимно влюбиться? Запнувшись о выбоину на дороге, Се Лин шмякнулся бы прямо лицом на камень, если бы чьи-то руки не перехватили его и не прижали спиной к чужой груди. Так они и замерли на какое-то время посреди улицы. Он ощущал оторопелую дробь сердца, отдающую в его левую лопатку. У самого Се Лина пылали щёки и горели мочки ушей, благо, его лицо всё ещё скрывала рисованная маска, так что можно было сохранить хотя бы видимость достоинства. Перед тем, как спуститься со всеми в таверну, он хотел поговорить с Шань Юаном. Всю ночь в беседке обдумывал их разговор, подбирал слова и аргументы. И струсил. Он до трясучки в конечностях боялся вновь подпустить кого-то к себе настолько близко, чтобы довериться и принять. Тем более как можно верить словам и желаниям зелёного юнца, у которого ещё ветер в голове и в штанах гуляет! Но проклятые слова не выходят из головы. Засели, как навязчивый мотив. И бесят-бесят-бесят. — Не убегайте. Я приму вашу тьму. Я смогу. Только не убегайте. Этот тихий вкрадчивый голос с молящими нотками страждущего подействовал сродни опрокинувшемуся на голову ушату ледяной воды. Будто вспышка калейдоскопа, окружающий мир взорвался звуками, возвращая Се Лина в реальность. Какая стыдоба! Распустил нюни! Вдох. Выдох. — Это ты внушаешь эти… чувства… Шань Юану? Руки, сцепившиеся в замок на его животе, заметно дрогнули, но хватку, с которой прижимали к твёрдому телу, не ослабили. Се Лин так и замер, прислушиваясь к ровному тихому дыханию под ухом, считывая чистую и непоколебимую ауру Призрака. У Шань Юана аура была совсем иной, будто сшитые лоскуты с огромными дырами, хотя на уровень его силы и на прогресс совершенствования это никак не влияло. Словно действительно два разных человека, связанных между собой зловещим роком. — Он опасен. Остерегайтесь его. — Ооо. Помнится, ты говорил, что мне не стоит быть мягкосердечным ни с тобой, ни с ним. И как же мне с вами обоими поступить? Кривая улыбка, источавшая ехидство, мигом стёрлась с лица Се Лина, а всё благодушное настроение скатилось до нуля. Одна головная боль с этими Призраками! На примере Лянь-Лянь Бай Сан И поведал ему об особенных свойствах колец Чинци и об их воздействии на тех или иных созданий Поднебесной. Этот могущественный артефакт оказывал различный эффект в зависимости от природы владельца: с чистокровными Демонами он разделял демоническую сущность и человеческое воплощение; с обычными людьми делил их души в соответствии с природой Инь и Ян; полукровки делили и сущность, и душу. Если одну половину настигала смерть, вторая неминуемо становилась пустой оболочкой. Та же участь постигла Лянь-Лянь: после смерти её человеческого воплощения — Хан Янь Линь — демоническая сущность утратила разум и личность, сохранив лишь врождённые инстинкты. И как так получилось, что мальчишка ни сном ни духом о том, что с ним такое произошло? — Всё. Хватит. Голова от вас кругом. У меня есть дела поважнее, чем барахтаться в паутине ваших закидонов. Идём. Сумеречный город, и вправду, сильно походил на города в мире смертных, особенно удивляло наличие целого чайного павильона — вполне цивильного заведения; вот уж кто бы мог подумать, что Демонам может быть дело до чайных церемоний и культурных приличий. Тем не менее в чайной царила приятная атмосфера, наполненная уютной прохладой, цветочными ароматами и неторопливыми разговорами посетителей. Переступив порог помещения, Се Лин и Призрак наткнулись на пожилого хозяина павильона и его маленькую помощницу — заострённые уши и маленькие роговые наросты на лбу выдавали в мужчине мелкого Демона, а девочке на вид не было и десяти лет, и потому она скромно пряталась за его спиной и робко поглядывала на гостей своими блестящими абсолютно чёрными глазками. — Уважаемые гости, заходите! — хозяин плавно махнул рукавом, указывая на укромное местечко, рассчитанное на двоих, и проводил гостей туда. — Вам сегодня неслыханно повезло: только в моём чайном павильоне вы сможете попытать удачу и краем глаза заглянуть в своё будущее. Подать вам что-нибудь особенное или… — Говоря о «заглянуть в своё будущее», вы имеете в виду предсказания? — с поистине детской невинностью мягко полюбопытствовал Се Лин. — Да, господин, — с улыбкой ответил мужчина. — Сегодня в моей чайной, на втором этаже, проводит приём великий предсказатель Лянь Хуа*. Желаете встретиться с ним?

[*Лянь Хуа — имя в переводе «цветок лотоса»]

Вопреки ожиданиям хозяина, статный и благословлённый редкой и выразительной красотой господин без раздумий покачал головой и вежливо попросил: — Принесите нам ваш лучший тонизирующий чай и что-нибудь из десертов к нему. — Хорошо, господин. Мужчина удалился, а девочка умчалась на кухню. Се Лин подумал, что сейчас не отказался бы от чего-нибудь покрепче, вроде чудесного медового вина из погреба Зала Шэнши. Как только они остались наедине, Призрак спросил: — Вы не хотите встретиться с предсказателем? — С чего ты так решил? Просто не вижу смысла торопить события. На самом деле я не верю во что-то подобное. Предсказания, пророчества, ясновидения… если я во всё это поверю, значит признаю, что моя жизнь во власти каких-то неведомых сил и мне не принадлежит. А я приложил немало усилий, чтобы управлять собственной судьбой. — Тогда зачем вы к нему пришли, если не верите в предсказания? — А разве не странно услышать о предсказателе в Демоническом царстве? Вполне естественно промышлять таким в Поднебесной, да люди последнее исподнее отдали бы за указания, как им жить и где бы не споткнуться в будущем. Кроме того, меня настораживает совпадение времени, ведь этот так называемый предсказатель появился в Сумеречном городе как раз после того, как из королевской усыпальницы пропало тело бывшего Главы Бай. Королевская семья Му точно не имеет к этому инциденту отношения? Призрак яростно замотал головой, и Се Лин положил ладонь на его макушку, испугавшись, что у того или маска слетит, или черепушка отвалится. Мальчишка смирно замер и блестящими глазами посмотрел на него. — Ладно, не паникуй. Есть у меня на примете ещё кое-кто, вот только… Ох, будем разбираться с проблемами по мере их поступления. Главное, позаботься о себе и не попадись на глаза Главе Бай и Шань Юану. Им подали чайник с двумя пиалами и тарелку красиво украшенных десертов из рисового теста. Се Лин сначала не понял, почему Призрак первым посягнул на чай и сладости, хотел уже было возмутиться отсутствию у того манер, но потом пиала со свежезаваренным чаем и оставшиеся десерты перекочевали на его половину стола. Стало как-то не по себе: он раньше никогда не задумывался о том, что вода или еда могут быть, например, отравлены или что-то в них подмешано, а этот ребёнок вот так непринуждённо продегустировал поданное к столу. И это после его просьбы позаботиться о себе! Не зная, куда деть глаза, потому что смотреть на лицо Шань Юана было выше его сил, Се Лин полностью посвятил своё внимание чаепитию и мимоходом осматривал чайную. Судя по энергетическим аурам, посетителями были в основном Демоны, научившиеся мимикрировать под смертных — с таким в Срединном царстве столкнёшься и не сразу уразумеешь, что не человек. Они чинно вели беседы, наслаждались чаем и закусками, и никаких тебе кровожадных призывов по захвату мира людей. Взгляд ненароком зацепился за столик в нише под лестницей. И вроде бы ничего особенного, двое в походных плащах, как и все остальные гости, заглянули в чайную, чтобы отдохнуть или же ожидали очереди к великому предсказателю, однако интуиция Се Лина навострила уши, заставив приглядеться к ним повнимательнее. «Их ауры… да быть такого не может. Нет… ну, нет… Чёрт». Как если бы почуяв неладное, сидящий к нему полубоком молодой человек резко вскинул голову, и их взгляды встретились. Синие омуты Золотого Дракона Мэйдо сверлили Се Лина столь долго, что такое повышенное внимание любому другому показалось бы неприличным, а потом в какой-то момент выражение холодного, как белый нефрит, лица изменилось, господин Лю едва заметно кивнул и тут же обернулся к своей спутнице. Его узнали. Се Лин готов был взорваться проклятиями. Да как так-то?! Маскировка идеальна! Неповторима! Даже его аура под стать демоническому племени! И почему из всех возможных кандидатов для расследования инцидента в Сумеречной Бездне прибыл именно Лю Вань Цзы?! Его поток мысленного негодования прервался с появлением девочки-помощницы чайного павильона. Она робко потянула его за рукав и чуть слышно прошептала: — Великий господин Лянь Хуа просил вам передать, что у него есть то, за чем вы пришли. Господин гость может подняться к нему. Се Лин улыбнулся. — Вот как. Что ж, не стоит пренебрегать таким заманчивым приглашением, — поднявшись из-за стола, он наклонился чуть ближе к Призраку и тихо, чтобы никто не услышал, сказал: — Останься здесь. Если кто-то к тебе обратится, просто будь хорошим и праведным мальчиком. Хунлан провожал статную фигуру благодетеля до тех пор, пока та не скрылась за дверью одной из комнат на втором этаже. Пусто. В присутствии благодетеля грудь не разрывает от боли и внутреннего жара. Его сила, обволакивающая подобно мягкому кокону, очень успокаивает. Когда не вспыхивает, будоража кровь. Как в тот раз, на постоялом дворе — он был воплощением необузданной и разрушительной стихии, что в своей неистовой сущности не щадит никого. Истинный Бог. Его. По другую сторону стола стояла так и недопитая пиала с чаем. Он осторожно взял её, большим пальцем обвёл влажный след на кромке — именно здесь её касались губы благодетеля. Если бы можно было хоть на миг к ним приникнуть в реальности, не изводя себя фантомными ощущениями и короткими вспышками видений. Держать в своих ладонях его холодную руку. И не отпускать. — Братец Ци… Хунлан поднял взгляд на подошедших к нему заклинателей. От обоих смердело светлой энергией совершенствующихся, странно, что никто из посетителей не обратил на это внимания. Впрочем, приглушающие ауры талисманы могли обмануть средний класс Демонов, но не священную кровь. Вряд ли благодетель обрадуется, если он убьёт этих двоих. — Сестрица Нинь, — кивком поприветствовал он личную ученицу Главы Ордена Хэйсе и перевёл взгляд на её компаньона. — Молодой господин Лю. — Мужчина, что сидел здесь с тобой, это ведь был молодой господин Ян? Кто ещё с вами? — Лю Вань Цзы, почему Мы должны перед тобой отчитываться? Нинь Няо в удивлении посмотрела на Ци Шань Юана. Личные ученики Глав Благословенных Орденов так или иначе в процессе обучения и выполнения поручений пересекались друг с другом, и с Нефритовым поколением у неё сложились неплохие дружеские отношения. Братец Ци всегда казался ей человеком сдержанным, кто предпочтёт промолчать, чтобы свести конфликт на нет. А сейчас перед ней сидел будто другой человек, что не выказал им и толики почтения, да ещё и осмелился дерзнуть молодому господину Лю. — Братец Ци, ты чего. Уверена, мы все здесь едины общим делом, так не лучше ли нам объединить наши силы и вместе исполнить наш долг по уничтожению скверны. — Какие возвышенные замыслы. А по итогу всю грязную работу будет выполнять мой господин, потому что вы ни на что не годны. Разве не так было в Лоюяне? Упоминание о событиях в Лоюяне пошатнуло непоколебимый вид Золотого Дракона: лицо его помрачнело, а глаза стали похожи на две замёрзшие льдинки. — Ты… На короткое мгновение весь чайный павильон резко погрузился во мрак, все фонари погасли разом и снова зажглись. В помещении разлился мертвенный холод и яркий аромат лотоса. Среди посетителей всколыхнулась волна паники. На втором этаже с грохотом распахнулась одна из дверей, с лестницы едва ли не кубарем слетел господин с всклокоченными красными волосами, бледный и с горящими в безумии глазами. — Всепоглощающая ночь! Никому не выходить! Ещё на словах «всепоглощающая ночь» в чайной поднялся шум из взбудораженных и напуганных голосов гостей. Господин вылетел из помещения, почти сразу растворившись в сгущающихся снаружи сумерках. Следом за ним мелькнула тень, и за столом уже никого не было. Вань Цзы хотел было броситься вдогонку за Ян Се Лином и Ци Шань Юаном, но тут в его плечо обеими руками вцепилась и повисла Нинь Няо. — Молодой господин Лю, это же всепоглощающая ночь! Прошу, давайте переждём здесь. Не ходите, не бросайте меня одну. [Некоторое время назад] Ещё в коридоре Се Лина окутал цветочный аромат, лёгкий, но довольно навязчивый. Когда он открыл дверь, аромат заметно усилился, к тому же, сладкие нотки стали вытесняться дурманящим душком. Всё помещение было заполнено густым дымом, валящим клубами из большой курильницы на столе в центре. По углам того же стола были расставлены горящие свечи, служившие единственным источником света, отчего создавалось впечатление, будто комнатное пространство не ограничено стенами и потолком. Се Лин шагнул внутрь и прикрыл за собой дверь. В горле запершило, и он несколько раз кашлянул, борясь с желанием развернуться и немедля покинуть помещение. Но в этот момент возле стола словно из ниоткуда возник тёмный человеческий силуэт, и раздался голос: — Уже уходите? Неужели Его королевское Высочество Бай Се Лин испугался какого-то маленького предсказания? Се Лин вопросительно вздёрнул бровь, но промолчал. Решив не потворствовать сотворённой мистификации, он не стал задавать вполне закономерных вопросов и спокойно прошёл к столу, к которому его подозвали жестом руки. И хотя их с предсказателем разделяло расстояние в полметра, лицо того скрывала плотная завеса дыма и надвинутый глубокий капюшон мантии. Ох уж это ненормальное тяготение прорицателей к таинственности и запудриванию мозгов. — И о чём же великий предсказатель Лянь Хуа готов мне поведать? О моём тёмном прошлом? О туманном будущем? Предсказатель его сарказма не оценил. Он протянул руку — узкую, но определённо мужскую ладонь с длинными пальцами — с просьбой положить поверх неё руку молодого господина. Се Лин к предложению отнёсся скептически, а Лянь Хуа настаивать не стал. — Тёмное прошлое, туманное будущее… Разве Повелитель Душ имеет право так пренебрежительно относиться к своей судьбе? Какая жалость. Сердце ёкнуло. Се Лин резво подался вперёд, ухватившись за всё ещё протянутую руку предсказателя, глаза пронзило режущей болью, и зрение переключилось на магическое. Как вовремя! Теперь сквозь проклятую дымку он смог разглядеть застывшее напротив его лицо молодого мужчины, на котором особенно выделялись совершенно белые глаза без зрачков и радужек. Ещё один лик со статуи с горы Пукхон и этот аромат лотоса… — Повелитель Кошмаров. Один из даров древней магии — повелевать снами. Но сны не всегда сладкие грёзы. Проникать в чьё-то сознание, путать, искажать реальность и лишать веры — грёзы оборачиваются кошмарами, которыми управлял род Венту. И скорее всего, они сейчас находились в его магическом пространстве. — Не думал, что ты и в самом деле лично снизойдёшь до столь мелкой сумятицы, — в спокойной расслабленной манере заговорил Венту. — Но Морсмэ настаивал на твоей привязанности к… мирскому. — Выкрали тело Бай Ци Хао, чтобы привести меня сюда? — Чтобы узреть воочию. Молниеносное движение, и уже рука Се Лина оказалась пригвождена к столу, а острые ногти пропороли кожу на предплечье. Боль ощущалась в десятки раз сильнее, чем могла бы быть, что только подтверждало нереальность происходящего. — Я не редкая зверушка, чтобы меня ловить и изучать! Какого хрена вы ко мне прицепились? — Тцк, какое дерзкое дитя, — мужчина покачал головой, как если бы данное наблюдение очень расстроило его, и отпустил руку. — Впрочем, вы с Сэрэс в этом очень похожи. — Мне дела нет до ваших разногласий с Первоматерью моего рода. Меня это не касается. — Ох, дитя, ещё как касается. Ведь ты- Повелитель Кошмаров внезапно смолк и стал к чему-то прислушиваться. Се Лин напрягся: с одной стороны, он хотел услышать окончание предложения, а с другой, интуиция подсказывала, что неспроста Венту так резко прервался, и произошло что-то из ряда вон выходящее. Спустя мучительно долгие мгновения мужчина произнёс: — Она надвигается, — и провёл раскрытой ладонью над пламенем свечи, погасив его. — Какая нетерпеливая. С чего бы вдруг…? Се Лин уже не мог слушать его непонятные бормотания. В висках настойчиво постукивало, а тревога ледяными объятиями обхватила грудь. — Что происходит в реальном мире? Скажите! Когда без чьего-либо воздействия погасла вторая свеча, в мысли Се Лина начали закрадываться некоторые подозрения, одно хуже другого. — Выпустите меня! Чтобы разрушить ментальную ловушку, потребуется много времени и большая концентрация, но ни тем, ни другим он сейчас не обладал. — Для тебя же будет лучше остаться здесь. Эти ничтожества снаружи всё равно обречены. — Выпустите!.. Выпустите!.. Выпустите!.. Се Лин заголосил так, что Повелителю Кошмаров пришлось закрыть уши руками. Магическое пространство задрожало. Очевидно, Венту не привык иметь дело с капризными истеричными детьми, а потому продержался недолго. Как только появилась брешь в виде двери, — к этому моменту погасла уже третья свеча на столе, — Се Лин бросился к ней, вылетел в коридор чайной и сбежал по ступеням вниз с криком: — Всепоглощающая ночь! Никому не выходить! Выбежав из павильона, он первым делом заметил, как по одному начали гаснуть парящие в воздухе фонари. На его мысленный призыв Мяута явилась без промедления. — Передай моему брату, чтобы немедленно спрятался в каком-нибудь убежище. И проследи. Духовный Посланник исчез, и Се Лин со всех ног побежал в сторону заброшенной части города, молясь всем Предкам, чтобы успеть добраться до Чжэ Луна и Шань Юана прежде, чем их поглотит тьма.

༻• ❀ •༺

— Почему я должен идти в какое-то убогое место, да ещё и с тобой? Чжэ Лун со своими стенаниями не замолкал с тех пор, как они покинули постоялый двор, и Шань Юан поглядывал на него не то что с желанием прибить… но как минимум вырубить до возвращения в гостиницу. — Напросился бы тогда в помощники к Главе Бай. Чжэ Лун содрогнулся всем телом от одной лишь мысли оказаться наедине с Главой БайХэ. Конечно, он безмерно уважал Главу одного из Благословенных Орденов, можно сказать, видел в нём почти идеал сочетания непоколебимой силы, мужественности и властности, к тому же, тот являлся младшим братом его Наставника. Однако это не отменяло того факта, что он до дрожи боялся его. — Я хотел пойти с Наставником. Если бы ты не влез, Наставник выбрал бы меня. — … Возможно, именно так бы и было, Ян Се Лин выбрал бы кого угодно, но не его, Шань Юана. Не после того, что он ему наговорил и дал волю своим низменным желаниям. Это конец? У него с самого начала не было и шанса? По дороге юноши несколько раз останавливались, чтобы уточнить у местных направление, но чем дальше они уходили от главной улицы, тем меньше им попадалось прохожих, а вскоре редкими стали и дома. В конце концов, они и вправду прибыли в убогое, как и говорил Чжэ Лун, место. — И где этот дом? — оглядывая пустой пятак земли, возмутился Сунь. Если не считать полуразрушенный каменный оголовок колодца, то на ближайший ли не наблюдалось ни одного строения. Сияние множества фонарей оживлённой части города лишь по касательной затрагивало их, а доносящиеся звуки были лёгкими, словно мазок пера по кончикам пальцев. — Я ничего не чувствую. Может, Наставник ошибся насчёт этого места? — Не ошибся, — медленно с нажимом пробормотал Шань Юан. Он ощущал её — демоническую энергию, что тонким шлейфом просачивалась сквозь его тело и стекалась в одном месте подобно несущейся к устью воде. Клокочущий поток свободно циркулировал по всему его телу, словно она всегда являлась неотъемлемой частью его самого. Его кровь горела. С того момента, как он ступил на земли Демонов. Его встречали тихими приветственными отголосками в дуновении ветра, как родного, как одного из своих. — Эй, ты чего? Застыл тут, как каменное изваяние… Шань Юан прикрыл на миг глаза и сделал глубокий вдох, прикоснувшись пальцами к красной нити на своём правом запястье. Она была тёплой и мягко пульсировала. Эта пульсация больше походила на биение сердца — тук-тук, тук-тук. Биение жизни её владельца. А ведь до этого нить волос была лишь украшением, как та, что охватывала его левое запястье. Заметив, с каким благоговением Ци смотрит на свою нить, что сделал для них Наставник, Чжэ Лун очень осторожно, как к хрупкой бесценности, коснулся своего оберега и тут же нахмурился. — Эй, а тебе не кажется, что нить нагрелась? И так сильно… Ещё не стихли последние слова, как направление потока демонической энергии вдруг переменилось. Шум со стороны центральной части города в разы возрос и тут же стих, а вместе с тем свет фонарей становился реже и тусклее. — Нам нужно возвращаться… скорее… найти укрытие… Сердце Юана омыло волной тревоги. Прошлым вечером та демоница ведь рассказывала им об этом: гаснущие фонари служат предупреждением о приближении всепоглощающей ночи, и если не успеть спрятаться, то тьма поглотит тебя. Уже большая часть города исчезла во мраке! Подобно разрушительному паводку тьма надвигалась стремительно и неотвратимо, пожирая звуки и краски мира на своём пути. Услышав копошение за спиной, Шань Юан увидел, как Чжэ Лун один за другим заряжает защитные талисманы своей духовной силой и выстраивает из них купол. — Мы можем сгинуть, как трусливые крысы, или же выстоять. — Бессмертным себя возомнил?! — У тебя есть идея получше? Мечущийся взгляд Шань Юана наткнулся на разбитую кладку колодца, он схватил Суня за ворот и потащил к нему. Поняв, что задумал Ци, в глазах Чжэ Луна всколыхнулся животный ужас, и он упёрся ногами в землю, всячески сопротивляясь. — Н-нет… ни за что! Я туда не спущусь! Лучше смерть! — Ещё скажи, что тесных пространств боишься. Судя по короткому всхлипу, Юан со своей догадкой попал точно в цель. Чжэ Лун упирался изо всех сил, тьма была уже близко, и Шань Юан не придумал другого выхода, как вырубить Суня и бессознательного скинуть в жёлоб. Вдруг он услышал голос, разрушивший эту мёртвую тишину, что несла с собой чёрная погибель. — Шань Юан! Чжэ Лун! — Наставник! — тёмные глаза Суня засияли и увлажнились, когда на фоне сумеречного неба он увидел огромную птицу, Элементаля Воздуха, на спине которой сидел Ян Се Лин. Второй молодой господин только мельком глянул в сторону надвигающейся тьмы и без раздумий спрыгнул вниз, а светоносная птица Хэйв исчезла в ослепительной вспышке. Ледяной воздух кусал кожу и с каждым вздохом заполнял лёгкие, затрудняя дыхание; Шань Юан неожиданно понял, что с трудом стоит на ногах и не может пошевелиться. — Учи… тель… На раздумья уже не было времени, и Се Лин действовал на голых инстинктах: за шкирку, как нашкодившего щенка, он сбросил Шань Юана в колодец и сразу же ринулся к Чжэ Луну. Три, два, шаг… Не хватило всего одного шага, как их обоих накрыло непроглядной мглой.