Оковы нефритового сердца. Проклятая душа <1>

После случившейся трагедии в Цитадели Дай Лай Старейшины и главы Благословенных Орденов вынуждены были признать существование тех, кого называли Древними Богами. И принимая во внимание то, что сведений об этих созданиях высшего порядка с незапамятных времён сохранились лишь жалкие крупицы, было решено провести обсуждение о сложившейся ситуации в трёх царствах между союзниками Благословенного Альянса. — ...В последний день месяца османтуса. Через два дня, — пробежав глазами содержимое письма ещё раз, Ци Линь серьёзно спросил: — Собираешься присутствовать? Названный брат, казалось, не услышал его вопроса: Вей Фа корчил смешные рожицы под немигающим взглядом самых прекрасных в мире персиковых глаз, и вскоре комнату наполнил заливистый детский смех. Из духовно обогащённой почвы прорезался росток семени мэйхуа и успел зацвести, подорвав здоровье Сунь Мянь. Благо лекарство, приготовленное Фэн Ли Лу по оставленным записям Ян Се Лина, быстро сняло приступ, но после него саоцзы непременно клонило в сон. В ЛаоЯне не осталось рабочих из смертных, а бо́льшая часть представителей клана Ян отправились сопроводить жителей окрестных поселений в Безбрежный край; Ци Линь никогда не видел ЛаоЯн таким запустелым, как если бы весь орден превратился в склеп. Если бы ни недомогание Мянь-Мянь, Вей Фа бы и жену с дочерью отправил куда подальше, хоть за Звёздное море. — Наставник настойчиво просит присутствовать на собрании глав в любом качестве, — после недолгого молчания ответил Вей Фа. — Теперь это не призрачная змея в воде, а затаившийся дракон в облаках. После случившегося в Цитадели Дай Лай убеждения Старейшин и глав пошатнулись, так что они в поисках новой тверди под ногами. — Полагаю, старикашкам не нужно знать, что причина их головной боли засела, буквально, на заднем дворе ЛаоЯна. Вей Фа, на всякий случай напомню: если решил приручить тигра, будь готов, что однажды его клыки вонзятся в твою протянутую руку. Сейчас, когда нет нужды притворяться вторым молодым господином Ян и твоим братом, не стоит принимать расположение Бога за благость.

༻• ❀ •༺

Местом проведения собрания заклинателей стали древние руины, о которых было известно только то, что в период Войны Трёх Царств там высился средь безграничных вод храм Вечной Луны. Кому именно принадлежал храм доподлинно не известно: то ли служил временным пристанищем морским скитальцам, то ли приютил в своих стенах Небожителя-отшельника. Так или иначе, когда-то в этой святыне был заключён союз между людьми и духами, а нынче она готовилась принять больше сотни глав орденов-союзников Благословенного Альянса. На протяжении сотни тысяч лет эти территории так и не перешли ни в чьё управление: для обычных смертных клочок земли посреди моря не представлял интереса — не заселиться, да и с развалин пользы никакой; для духовно-одарённых место без духовной энергии вообще ценности не имело. И вот весьма неожиданно, когда Старейшины обратились в секту Цзыши с просьбой провести собрание заклинателей для соблюдения формальностей и порядка, те назначили время и место на своё усмотрение — последний день османтусового месяца, храм Вечной Луны. — Я, конечно, понимаю, наступили неспокойные времена, безопасность превыше всего, но проложить путь через тридцать семь переходов Портала — уже чересчур! Как только глава Ян и Бессмертный Тан ступили на землю храма, пространственный коридор за их спинами схлопнулся, а на одном из камней стёрлась печать для Портала. Тридцать семь точек-переходов разместились практически по всему континенту, потому пришлось затратить много времени и сил на дорогу. Тан Ци Линь, которому пришлось своими духовными силами активировать все тридцать семь связанных печатей, порядком выдохся, поистрепался и в праведном негодовании едва не дышал огнём, как разъярённый дракон. Вей Фа не успел ничего сказать, как перед ними возник адепт секты Цзыши и вежливо обратился: — Уважаемые господа, прошу предъявить ваши приглашения. Вместе с письмом Старейшина Нин Хэ прислал яшмовую бирку с символом «Цзы»; зная, что Ци Линь ни за что не отпустит названного брата одного, Старейшина Сюй озаботился пропуском и для своего любимого ученика. Удостоверившись в подлинности бирок, адепт склонился в приветственном поклоне. — Следуйте за мной, этот Ли проводит вас. — Ли Тун, оставь это мне, — раздался бархатистый размеренный голос, и к компании подошёл человек — мягко говоря, на взгляд Ци Линя — с вызывающим внешним видом: красные одежды сидели на крепкой фигуре будто небрежно наброшенные наспех, волосы распущены, и в прядях цвета меди поблёскивали тонкие золотые нити украшений. Ярко-голубые глаза смотрели чуть рассеянно и затягивались поволокой в белёсой дымке, тянущейся из чаши кисэру. В сторону этого человека адепт отвесил более почтительный поклон. — Глава! Ци Линь едва смог удержать лицо, но нервно сжал в руке веер. Чан Фу Син собственной персоной! Если, конечно, это была его настоящая личность. Однажды в поисках способа исцелить Вей Фа от яда Нефритовые оковы сердца Ци Линь обратился в секту Цзыши, чтобы попасть во Дворец Цзышиляо, но тогда с именем главы его принимал совершенно другой человек. Ходили слухи, что пост главы секты Цзыши многолик, а на деле сам Чан Фу Син скорее уж чрезмерно ленив, чтобы лично принимать просителей. — Я сам провожу дорогих гостей. Можешь идти. Ли Тун исчез с той же внезапностью, что и появился. Чан Фу Син располагающе улыбнулся заклинателям. — Глава Ян, Бессмертный Тан, позвольте побыть вашим проводником. Вей Фа ответил в тон: — Будем премного благодарны, глава Чан. Когда с обменом вежливости было покончено, за правым плечом Чан Фу Сина открылся пространственный коридор. Ци Линь мысленно взвыл: опять порталы! На этот раз переход был коротким, и мужчины в мгновение ока очутились в узком каменном туннеле шириной в пять локтей, освещаемом лунными жемчужинами — они мягко рассеивали мрак, позволяя видеть грубо выдолбленные ступени, уводящие вниз. Пока они спускались ни Вей Фа, ни Ци Линь не решились о чём-либо спрашивать, хотя вопросы множились на ровном месте. В какой-то момент глава Чан вдруг остановился и обернулся: глаза его, в холодном свете изливающие иномирное сияние, с неприкрытым интересом смотрели на главу Ян. И даже если такое внимание считалось верхом неприличия, невозмутимое выражение лица Вей Фа не изменилось ни на чёрточку. — Глава Чан желает спросить меня о чём-то? — Позвольте полюбопытствовать, с какой целью глава Ян прибыл на собрание Благословенного Альянса? Насколько мне известно, вы предпочли воздержаться от вступления в столь масштабную организацию. — На то у этого главы были свои личные причины, — вежливо, в обтекаемой форме ответил Вей Фа. Чан Фу Син понимающе покивал головой, впрочем, слова эти были не более чем пустой отговоркой. — Ах да, личные причины. Понимаю, они же привели вас сюда сегодня. Надеюсь, у второго молодого господина Ян всё благополучно? Вопрос о благополучии Ян Се Лина из уст главы секты Цзыши выбил Вей Фа из колеи. — Глава Чан лично знаком с моим братом? — О вашем нерадивом брате, Ян Се Лине, я наслышан, вот только три с половиной сезона назад Небеса устроили мне прямо-таки судьбоносную встречу с самым невероятным созданием, что мне когда-либо доводилось знать. В свете последних событий глава Ян ведь понимает, о ком я говорю? Три с половиной сезона назад... Ян Се Лин с двумя учениками отправились по заданию в город Лоюян; Вей Фа тогда был только рад отослать брата из ордена, поскольку эффекты яда проявили себя сильнее обычного. Потом эта история с Мастером Ли и подлитым снадобьем — Тан Ци Линю тогда было не до сумасбродных выходок второго молодого господина. — Зачем этот человек обращался в секту Цзыши? — За тем же, за чем и вы обращались девять лет назад, Бессмертный Тан. — Неужели за прошедшие восемь лет глава Чан постиг тайну яда Нефритовые оковы сердца? Несмотря на вежливо-размеренную форму общения, взгляд Ци Линя мог бы в один прекрасный момент испепелить главу секты Цзыши, который изъяснялся столь туманно, что суть размывалась перед глазами. — Будь это так, вы бы узнали об этом первым. Изыскания второго молодого господина Ян также оказались тщетны, впрочем, его это не слишком разочаровало, а словно бы и вовсе не задело. Секту Цзыши он покидал со спокойным сердцем и полным решимости. Услышав о скором избавлении главы Ян от яда, я нисколько не сомневался, что это дело рук Верховной. Но видя сейчас вашу реакцию, понимаю, что глава Ян и целитель Тан ничего не знали об этом. — Глава Чан, — голос Ян Вей Фа не дрогнул, но из него будто пропали все яркие эмоции, — прошу вас, выражайтесь яснее. Вы ведь не для нашего просвещения завели этот разговор перед самым собранием заклинателей. Чан Фу Син снисходительно улыбнулся, но прочесть что-либо по его лицу не представлялось возможным. — Глава Ян столь же проницателен, сколь удачлив, дважды избежав объятий смерти. Или правильнее будет сказать, что вам посчастливилось подпасть под благостное расположение невероятного создания, в чьих изящных ручках однажды может оказаться судьба нашего мира. Однако я беспокоюсь, что уважаемым господам, как и прибывшим на собрание заклинателям, столь невиданное могущество затмило ясный взор: Древний Бог она там или кто ещё, всё человеческое ей не чуждо, и всё живое, даже кажись оно бездушным, умеет привязываться. Сочувствую вашей утрате, но я надеюсь, глава Ян не затаил в сердце злобы и не позволит чужим предрассудкам затмить его разум. Ещё какое-то время после того, как голос Чан Фу Сина стих, царила тишина. Наконец Вей Фа, не меняя ни интонации голоса, ни выражения лица, сказал: — Думаю, я понимаю, о чём говорит глава Чан. Благодарю, что приоткрыли завесу тайны моего исцеления — это очень важно для меня. Насчёт всего остального вам нет нужды беспокоиться. Чан Фу Син выглядел довольным услышанным, даже перестал постукивать чашей кисэру по своему бедру. — Что ж, тогда не смею вас больше задерживать. Прошу за мной. Ци Линь не имел ни малейшего представления, что творилось на уме у этого проходимца — главы секты Цзыши! Но больше всего его тревожило то, что сковало разум и сердце Вей Фа — он сам на себя не был похож. Впрочем, Ци Линь догадывался, что могло так потрясти названного брата: хотя они неоднократно допускали мысль, что к его чудесному исцелению от яда мог быть причастен Ян Се Лин, но строить догадки на пустом месте это одно, а услышать подтверждение — совсем другое. Вскоре они вышли в святилище, центральной фигурой которого была огромная статуя женщины, держащей в руках над головой ночное светило. В ногах богини разместился малый круг советов, немногим выше по всему периметру святилища располагались места — большой круг советов. Вся эта конструкция и архитектура выглядели настолько впечатляюще, что у каждого вошедшего захватывало дух. Вей Фа полагал, что им предложат занять самые дальние и неприметные места, и удивился, когда глава Чан повёл их к малому кругу; половина мест уже была занята Старейшинами, главой Цийли и главой Хэйсе. Жестом руки Чан Фу Син указал на два свободных места между Старейшиной Нин и Старейшиной Сюем. — Располагайтесь, мы скоро начнём. Ци Линь уже не сомневался, что у них с главой секты Цзыши взаимная неприязнь — едкий сизый дым из чаши кисэру плавно огибал всех присутствующих, но забивал нос и лёгкие целителя. — Кха-кха-кхе... мерзость... кха-кха... Сюй Дзян подошёл к своему ученику и поводил ладонью по его спине. Через пару мгновений тяжёлый кашель унялся. — Глупый ребёнок, когда ты успел настроить главу Чан против себя? — Наверное, когда ругал его на всех точках-переходах, — без злого умысла припомнил Вей Фа, за что удостоился сердитого взгляда названного брата. Старейшина Сюй слишком хорошо знал своего подопечного, чтобы безоговорочно поверить такой вероятности. — Глава Чан с большой ответственностью подошёл к нашей просьбе организовать и провести собрание заклинателей, — голос Старейшины Нин был похож на скрип колеса, чем тут же привлёк внимание слушателей. — Храм Вечной Луны непросто найти, он не обозначен ни на одной карте континента, а информация о его местонахождении хранится во Дворце Знаний. Кроме того, за каждой точкой-переходом закреплён адепт секты не ниже ранга Мастер, и, в случае появления у них хоть малейшего сомнения в личности заклинателя, пространственный коридор будет немедленно уничтожен. Такие меры безопасности в столь смутное время не могу быть лишними. Без должного восхищения Ци Линь покосился на болтающего с каким-то главой Чан Фу Сина и фыркнул: — Всё равно неотёсанный проходимец. Тут же его руке достался болезненный щипок, и рядом невозмутимо обронили: — Дурной нрав и голову дурной делает. Пока оба несравненных целителя обменивались взаимными колкостями, Вей Фа занял место рядом с Наставником. Ему сразу же бросилась в глаза необычная рассадка Старейшин, словно между ними произошёл разлад. Но в чём могла быть причина? Может быть, это связано с неизлечимой хворью, поразившей Наставника? Видя на месте Старейшины Нин Хэ дряхлого старика с покрытой сединой головой и потускневшими глазами, Вей Фа не мог не беспокоиться о человеке, что заменил ему отца. Но сколько бы он ни спрашивал, Наставник лишь качал головой со словами «каждому суждено пожинать плоды своих деяний». Когда прибыл глава ордена БайХэ, они только обменялись короткими взглядами. С того их разговора в зале Шэнли они больше не виделись, но Сан И регулярно присылал отчёты по положению дел в Сумеречной Бездне — сухие и строгие, в них не ощущалось и толики братской привязанности. Как ни пытался, Вей Фа так и не смог разгадать, что творилось в сердце младшего брата, и какое влияние на него оказал Ян Се Лин, точнее, пробудившийся в теле их брата Древний Бог. Так или иначе, что-то в их взаимоотношениях безвозвратно разрушилось, оставив после себя глухую пустоту. За столом ещё оставались свободные места. Из Благословенных Орденов не прибыл только глава Мэйдо; Вей Фа гадал, кто прибудет на собрание, или же оба молодых господина почтут своим присутствием. Вопрос, как оказалось, интересовал не его одного. Цан Хань Юэ, утирая платком вспотевший лоб, вдруг поднял эту тему. — Я слышал, неурядицы с преемственностью поста главы ордена Мэйдо улажены. К счастью, Старейшине Шэнь удалось погасить разгоревшееся пламя. Упомянутый Старейшина глянул на главу Хэйсе пренебрежительно и сурово поджал губы, но всё же ответил с явной неохотой: — Моей заслуги в том нет. Молодые господа Хуа и Лю сами между собой разрешили возникшие «неурядицы». — Ох, да-да, молодое поколение нынче такое дерзкое и независимое, всё-то спешат сами решать, — глава Цан неловко засмеялся, чувствуя себя неуютно из-за враждебной ауры Старейшины Шэнь. — О прежнем главе Хуа всё ещё нет вестей? — спросила Суй Цянь Инь. — Вне всякого сомнения, он жив, — категорично заявил Шэнь Сюань, и на этом разговор сошёл на нет; никто больше не рискнул вдаваться в подробности щекотливых внутренних перипетий ордена Мэйдо. Спустя кэ прибыли оба Дракона Мэйдо и с ними ещё один человек. Личность его была скрыта под широкой соломенной шляпой с ниспадающей в пол вуалью, при нём не было каких-либо отличительных знаков или вышивки принадлежности к ордену или клану заклинателей, однако бесшумная поступь и полное сокрытие духовных сил выдавали в незнакомце не обычного духовно-одарённого. Первым делом троица подошла на поклон к главе Чан. — Благодарим главу Чан, что дождались нас. — Ну что вы, глава Хуа, уверен, у вас были веские причины задержаться в пути. Располагайтесь, и мы начнём. Оба молодых человека сдержанно поприветствовали Старейшин и глав, а вот последовавшие действия Шэнь Сюаня привели присутствующих в смятение: достопочтенный встал и поклонился, приветственно сложив руки, незнакомцу. После, не обмолвившись ни словом, все заняли свои места, включая Чан Фу Сина, по воле случая или умысла оказавшегося прямо напротив Тан Ци Линя. Старейшина Ли какое-то время пристально разглядывала нового гостя, но так и не смогла почувствовать его ауру, а потому настороженно спросила: — Глава Хуа, кто это? Не представите ли вы нам вашего спутника. Ни для кого не осталось незамеченным, как колыхнулась, будто от дыхания, вуаль, и Хуа Ча Сын и Лю Вань Цзы многозначительно переглянулись между собой, прежде чем Нефритовый Дракон Мэйдо ответил: — Вряд ли кто-то из присутствующих не знает или не слышал о моём названном брате, Золотом Драконе Мэйдо. А наш спутник будет представлен немногим позже. Глава Чан, прошу, начинайте. — Благодарю, глава Хуа, — Чан Фу Син с грацией поднялся и, используя технику голоса в пространстве, заговорил: — Что ж, все приглашённые гости прибыли, и я объявляю собрание Благословенного Альянса официально открытым. Уважаемые представители орденов и кланов заклинателей, во время проводимой встречи прошу вас воздержаться от грубых оскорблений, притязаний и призыва оружия, иначе секта Цзыши будет вынуждена незамедлительно вмешаться и удалить из храма Вечной Луны участников беспорядка. Повод для сбора и без того достаточно весомый, чтобы тратить ментальные и физические силы впустую. — Не мог бы инициатор этой встречи более подробно обозначить причину собрания, — голос говорящего был мелодичным, со слышимым акцентом южных земель; обычно те края заселяли торговцы и ремесленники, чья профессиональная деятельность гнала их в долгую и зачастую небезопасную дорогу. Местные ордены и кланы заклинателей чаще брались за сопровождение и охранные мероприятия таких кампаний. Старейшина Сюй говорил ёмко, разложил перед несведущими главами малых орденов и кланов всё по полочкам: акцентировал внимание на ряде происшествий в Срединном царстве с участием живых мертвецов, упомянул о нападении на Орден ЛаоЯн, рассказал о тьме, что пожирает души в Сумеречном городе, но ни словом не обмолвился о трагедии в Цитадели Дай Лай. Главы Благословенных Орденов, ставшие свидетелями тех событий, понимали, что Старейшины не хотят наводить панику фактом того, что от руки неведомого создания погиб один из потомков Небожителей. — Разве эти инциденты не дело рук Демонов? — уточнил Цан Хань Юэ. — Боюсь, сконцентрировав внимание на нападениях Демонов Пустоши, мы упустили врага куда более опасного и беспощадного. О них практически не сохранилось никаких упоминаний, и лишь какие-то обрывки обнаружились во Дворце Цзышиляо, позволив нам прикоснуться к загадочной тайне. Древние Боги — так их называли наши Предки, им приписывали силы, что за гранью любого понимания: менять погоду по щелчку пальцев, призывать духов одним словом, творить неведомые заклинания. Поднимать мертвецов и повелевать душами. Последние слова вызвали волнения среди заклинателей, поднявшиеся вразнобой голоса разошлись по святилищу шумом прибоя. — Как такое возможно?!.. — ...сказки! — Что-то невообразимое... — Зачинщиками произошедших инцидентов являлись четыре Древних Бога, и во всех случаях губительными последствиями были сотни и тысячи человеческих жизней. Из большого круга советов поднялся высокий дородный мужчина с цепким угрюмым взглядом и заговорил: — Нет причин не верить Старейшинам и знаниям, хранящимся во Дворце Цзышиляо. Однако звучит всё это более чем невероятно. Мы не первый год сталкиваемся с кознями Демонов Пустоши, каких только тёмных заклинаний и подлых ухищрений не познали. Древние Боги... Боги всегда были на стороне людей. — Создания, о которых идёт речь, непримиримы и очень жестоки, — тихий размеренный голос отчётливо прозвучал в каждом уголке храма. — Это лживые боги, пришедшие к нам из другого мира. Спутник молодых господ Мэйдо снял соломенную шляпу, открывая любопытствующим и настороженным взглядам молодое лицо, достойное запечатления на фресках: с миловидными чертами лица и светло-серебристыми глазами, мягкость мимики и чуть опущенные уголки глаз говорили о добродушном и незлобивом характере этого человека. Тут за столом поднялся глава Хуа. — Всем известно, что Небожитель когда-то основал наш орден. С вестью о собрании Благословенного Альянса я немедленно отправился на Лотосовую гору, чтобы просить Предка о совете. К моему удивлению, как только я упомянул Древних Богов, достопочтенный основатель сразу же согласился спуститься со мной в Срединное царство. Ци Линь неспокойно заёрзал на месте, во все глаза уставившись на человека в серых одеждах. Настоящий Небожитель! На Лотосовой горе, равноудалённой для всех пяти Благословенных Орденов, было сокрыто священное камфорное дерево. По легенде его посадили и напитали своими духовными силами Небожители для поддержания связи со своими последователями, постигающими Дао Небес; само собой, путь на гору обычным смертным был закрыт. Но мало кто из орденов или кланов заклинателей мог похвалиться тем, что приходился потомком или истинным последователем кого-то из Небесных покровителей. Все как один главы и Старейшины поднялись и склонились в почтительном поклоне. — Приветствуем Небожителя! — Моё имя Мэй Вэй Сы, я всего лишь отшельник с Лотосовой горы, ни к чему это почтение. Глава Хуа поведал мне о происходящем в мире смертных, и надеюсь, я смогу помочь вам увидеть картину мира в целом. — Достопочтенный Мэй, что вы имели в виду, сказав, что Древние Боги не принадлежат нашему миру? — с плохо скрытым в голосе волнением и недоумением спросила Суй Цянь Инь. — Пожалуй, мне следует начать с того, о чём многие могут не знать, — под лёгким мановением руки мужчины в воздухе в центре святилища возникла пульсирующая белыми и золотыми всполохами духовная сфера. — Зарождение любого мира начинается с ядра — невероятной концентрации жизненной энергии. Покуда эта энергия пребывает в гармонии, всё сущее имеет продолжение. Люди, растения, животные и духи неразрывно связаны с ядром, и даже после смерти эта связь никуда не исчезает, таким образом, мы прочно привязаны к этому миру, мы принадлежим ему. Однако наш мир не единственный в бескрайнем пространстве бытия, и в других мирах есть свои истоки сущего. Иномирные Боги не имеют связи с нашим миром, их силы питает иной источник, поэтому они отличаются от нас, а их магия так невообразима. Достопочтенный Мэй Вэй Сы ненадолго замолчал, давая возможность переварить услышанное. В святилище воцарилась тишина. Известие о Богах из другого мира буквально переворачивало мировоззрение с ног на голову. — Ещё задолго до начала Войны Трёх Царств Древние Боги не только защищали беспомощных перед чудовищами и стихийными бедствиями смертных, но и делились с ними великими знаниями, благодаря которым люди достигли небывалых высот в искусстве, архитектуре, звездочтении, врачевании и во многом другом. То была золотая пора рассвета некогда слабой человеческой расы. Когда развернулась война с демоническим племенем, Небожители выступили на стороне людей, но жизни смертных были столь... мимолётны и хрупки, их жертв было не счесть. В сфере, как в зеркале, отражалось всё, о чём говорил отшельник: взлёты и падения древней цивилизации, кровопролитные сражения Демонов и Небожителей. — Один из иномирных Богов, Повелитель Духов, открыл проходы в духовный мир и призвал духовных зверей. Люди, духи и Небожители заключили перемирие, чтобы дать отпор Демонам. Внутренние распри между королевскими семьями Бай и Му дали шанс застать Владыку Демонов врасплох, а иномиряне заключили его в клетку в Темнице Безвременья под нерушимую Печать. Однако... к тому времени люди совершили непростительное преступление — в порыве алчной жажды силы и долголетия они начали убивать, съедать плоть и пить кровь духовных зверей. Повелитель Духов пришёл в ярость, иномирные Боги решили покарать весь род людской за свершённый грех. Голос достопочтенного затих. Пространный взгляд светло-серых глаз был направлен на окрасившуюся алым сферу, но мысли мужчины обретались где-то очень далеко. — И что случилось? — спросил кто-то робко. — Небожители бросили им вызов. Малые Небеса омыло кровью... кровью моих братьев и сестёр. Все пали от руки одного иномирного Бога. Восклицания, вопрошания и негодование в мгновение ока заполнили святилище. Перекрыть гомон не удалось даже Старейшинам. Вей Фа не заметил, что во время рассказа затаил дыхание. Сердце в груди стучало так громко, что бой его отдавался в ушах. В памяти живо всплыло воспоминание, как играючи тонкой рукой был уничтожен Ци-Дзи-Тиен, и какая жуткая расправа постигла одного из потомков Небожителей. Древний Бог смиренно играл роль его младшего брата, терпеливо наставлял детей, создавал диковинные игрушки для сирот деревни. Почему? Изготовил лекарство для Сунь Мянь, исцелил его самого от яда, помог появиться на свет его прекрасной дочке, вернул душу Ло Фань Цзю. Зачем? Не обращая внимания на шум, глава Бай без особой эмоциональности сказал: — Значит, все Небожители мертвы. Кроме вас. И как же вам удалось спастись? Мэй Вэй Сы медленно моргнул и перевёл взгляд на демонического полукровку. — Мой друг, Шао Ю, отдал свою жизнь, чтобы я выжил: кто-то должен был знать и помнить о том, что произошло. Я бежал в Срединное царство, запрятал поглубже своё божественное начало и затерялся среди смертных. — Достопочтенный Мэй, вы знаете, сколько вообще этих... иномирных Богов пришло в наш мир? — взволнованно задала вопрос Старейшина Ли. — Не уверен, — задумавшись, с сомнением ответил Мэй Вэй Сы. — Я лично видел только троих: тот, что призывал духов, — Повелитель Духов; другой управлял одновременно пятью чудищами и перед его необузданной жаждой разрушения меркла свирепость Богов Войны; ещё один поднимал мертвецов. Мысленно прикинув, Вей Фа к своему ужасу насчитал шесть Древних Богов. Судя по бледности, стёршей все краски с лица Ци Линя, названный брат пришёл к тому же результату. — Семь, — уронил Бай Сан И негромко, но всплеск от брошенного в воду камня и то был бы тише, чем одно это слово. — Повелитель Духов, Повелитель Стихий, Повелитель Смерти, Заклинатель Рун, Повелитель Кошмаров, Хранитель Незримого и Повелитель Душ. Очевидно, даже Небожители не ведали, что Владыка Демонов тоже один из Древних Богов. Вей Фа был удивлён не меньше других осведомлённостью Сан И. Мэй Вэй Сы подался вперёд, поставил локти на стол и возложил подбородок на сплетённые пальцы. — Откуда у главы Бай такая информация? Думаю, даже во Дворце Цзышиляо не найдётся ничего подобного. — ... — Быть может, вам об этом поведал ваш брат, Бай Се Лин? Лиловые глаза Бай Сан И опасно потемнели, хотя вежливо-отстранённая улыбка на его губах не дрогнула. — Правда, о Древних Богах мне рассказал мой эргэ. По возвращении из Темницы Безвременья эргэ был сам не свой и чем-то всерьёз обеспокоен. Сообщил, что так называемых Древних Богов семь, и что Печать более не сдерживает Владыку Демонов. При этом позволил Сан И самому решать, когда и как распорядиться этой информацией; она не представляла особой важности, всё равно никто не в силах был как-то повлиять на соотношение сил. — Будто мы можем доверять словам этого ублюдка! — тут же резко высказался Шэнь Сюань, ударив кулаком по столу. — Старейшина Шэнь, прошу вас следить за своими словами, — неожиданно для всех Ян Вей Фа поднялся с мрачным выражением лица и сверкающими гневом глазами. — Мой брат мёртв, даже его душа рассеялась, а вы всё никак не отпустите. Помнится, вы не были так самодовольны, когда Высшая поставила вас на колени. Лицо Старейшины Шэня перекосило от гнева. Напоминание позорного бессилия, которое он испытал на себе в обители потомков Небожителей, тупым ножом резануло по самолюбию и гордости, он вспыхнул подобно сухому хворосту и вскочил на ноги, но ощутил железную хватку на своём локте. Ли Вэнь предупреждающе мотнула головой, призывая названного брата не делать глупостей. Мэй Вэй Сы перевёл своё внимание на главу ЛаоЯна. — Глава Ян, сочувствую вашей утрате. Каким бы червивым ни был плод, но вырос он из одного семени родового древа. Достопочтенный Нин Хэ ранее поделился истинным ликом Древнего Бога, что сейчас занимает тело Бай Се Лина, со Старейшинами. Молодые господа Хуа и Лю рассказали о своих наблюдениях за этим человеком. Но дольше всех и ближе с ним общались именно вы. Как считаете, чего стоит ожидать от этого Древнего Бога? Вей Фа понадобилось некоторое время, чтобы очистить разум и унять волнение. Как много зависело от его слов? Один раз Старейшины уже вынесли Ян Се Лину смертный приговор, осмелятся ли повторить, обратив Благословенный Альянс и Небожителя против Древнего Бога? — Я не знаю, какие мотивы преследовала Высшая, когда заняла место моего брата. Однако я знаю, что за всё то время ни один человек в ЛаоЯне не пострадал. Она встала на нашу защиту, когда Повелитель Смерти напал на мой орден. Она своевольна, груба и мстительна, но при этом справедлива и милосердна. — Было ли милосердием с её стороны — так серьёзно ранить вас? — сухо обронила Старейшина Ли. — Ранила, но не лишила меня души, как это случилось со служителями Цитадели Дай Лай. Ци Линь вздрогнул, искра осознания прошила виски. А ведь точно! Почему он раньше этого не понял? Ветви того жуткого древа поглощали души, но смертоносный удар, прежде чем обрушиться на Вей Фа, прошёл через тело Ян Се Лина, а после тяжело раненный названный брат сразу же попал в их с Суй Цянь Инь руки. Не везение, а просчёт, ведь в итоге Вей Фа не обвинили в пособничестве сбежавшему преступнику. — Учитывая, какие способности продемонстрировал Древний Бог, в том инциденте никто не выжил бы, — согласился достопочтенный Мэй. — И ещё кое-что: древо, что призвал Древний Бог, есть одна из форм ядра сущего мира. Оно крайне опасно, но природа его ни злая, ни добрая. Если такое создание высшего порядка станет нашим союзником, у обывателей нашего мира появится шанс выжить. Озвученный вывод вызвал смятение в умах духовно-одарённых. Как же, принять в свой стан одного врага, чтобы потерять достоинство перед другим. А Вей Фа припомнил их с Высшей последнюю встречу и короткий разговор о Богах. Высшая тогда сказала, что победить Бога можно, противопоставив ему другого Бога. Они с Ци Линем решили, что речь шла о Небожителях. Но что, если говорила она не о Небесных покровителях, а... о себе? Значит ли это, что она готова пойти против своих же сородичей? Тем не менее нашлись те, кому союз с неведомой сущностью казался маловероятным. — Всё это звучит слишком невероятно, — взволнованно выпалил Цан Хань Юэ, ни к кому конкретно не обращаясь. — Неужели единственный выход для нас — молить о помощи то создание? Сомневаюсь, что оно расположено к нам добродушно. Кроме того, в Цитадели Дай Лай все мы были свидетелями тому, как Демон-синего-пламени забрал Бай Се Лина с собой. Не обернулось ли всё так, что Древний Бог теперь на стороне Демонов? — Вопрос не в том, кто на чьей стороне, — заговорил Нин Хэ. — С Демонами худо-бедно мы ещё можем справиться, но против Древнего Бога, пусть одного, у нас нет ни шанса выстоять. Я сталкивался лицом к лицу с двумя Древними Богами и могу сказать, что ни наша магия, ни божественное оружие для них не угроза. — Тогда какой смысл что-либо обсуждать? — выкрикнул кто-то из большого круга советов. — Раз мы бессильны что-то противопоставить Древним Богам, что же, нам просто смиренно ждать смерти?! Старейшина Сюй вдруг нахмурился, словно задумался над смущающей его мыслью, а после его взгляд чуть просветлел. — Достопочтенный Мэй, вы сказали, что у каждого мира есть ядро сущего. Возможно ли с его помощью... осадить иномирян, ведь наш мир чужд для них. Уголки губ Мэй Вэй Сы дрогнули в едва заметной улыбке. — Долгие тысячелетия я искал способ, чтобы, когда настанет день, и Древние Боги вернутся, бороться с ними. Древо сущего, являвшееся одной из форм ядра мира, иссохло, но можно создать для него новую форму. Своей кровью духа я положил начало для взращивания его нового физического воплощения и из поколения в поколение обращался к сильнейшим духовно-одарённым, чтобы напитать его. Старейшины уже пожертвовали по капле крови духа. Нужно совсем немного, но каждое приложенное вами усилие станет огромным вкладом в выживание нашего мира. Поднялось обсуждение ещё более бурное и неоднозначное. Кровь духа заключала в себе жизненную силу духовно-одарённого, как кровь для смертных или циян для Демонов, и жертва всего одной её капли могла нанести необратимый ущерб линии жизни. Ци Линь хорошо запомнил этот урок, ведь его старший брат, гордость ордена Цийли и Наставника Сюя, однажды пожертвовал пару капель крови духа для культивации своей возлюбленной, а после умер от одной-единственной раны на охоте, как какой-то простой смертный. Почему же, зная о трагической судьбе Тан Лу Хэ, Наставник всё равно отдал каплю крови духа? Их положение настолько безвыходное? Ци Линь присмотрелся к заклинателям, сидящим за малым кругом советов, и ему сразу же бросился в глаза безмолвный разговор взглядами, который между собой вели Вей Фа и Бай Сан И. Бесстрастные лица обоих в этот момент были так схожи, что производимый эффект пугал. Мэй Вэй Сы поднялся и вновь отгородился от мира за вуалью соломенной шляпы. Споры, будто по сигналу, прекратились. — Я не вправе требовать у вас эту жертву, она должна быть добровольной. Я лишь указал вам на возможность. Прошу меня простить, мне нужно вернуться на Лотосовую гору. Держать со мной связь вы можете через главу Хуа. Я верю, что только общими усилиями мы сможем дать отпор иномирным Богам. Вот так внезапно попрощавшись, отшельник устремился к выходу. Адепты секты Цзыши, охранявшие двери, вопросительно глянули на своего главу и, дождавшись кивка, разошлись в стороны. Цан Хань Юэ едва удержался от того, чтобы потереть ладонью взмокший лоб. Вести, одна хлеще другой, принесли ветер перемен, и стоило задуматься над тем, строить ли стены или ветряные мельницы. Увы, о каком-то конкретном плане действий договориться не удалось. Главы Благословенного Альянса разделились на два лагеря: одни упорно твердили, что отражение луны в воде не обязательно предвещает скорую беду, а другие призывали обнажить мечи. Постепенно собрание начало превращаться в балаган, и Чан Фу Син поспешил его завершить, назначив новый сбор через три дня. Когда главы начали расходиться, Бай Сан И перехватил старшего брата на выходе. — Дагэ, не мог бы ты уделить мне немного своего времени? Внезапная просьба застала Вей Фа врасплох. Он оглядел Сан И с ног до головы, но не заметил в нём ничего беспокойного или настораживающего. — Наставник хотел со мной что-то обсудить. А-И, если у тебя- — Я настаиваю, — с нажимом, изменившимся до неузнаваемости голосом сказал Сан И. — Или мне перерезать глотку этому полудохлому старику, чтобы освободить твоё время? Наш с тобой разговор не требует отлагательств, так что предлагаю всё обсудить во Дворце Цаньши. Без лишних ушей. Говорить в столь возмутительно приказном тоне Сан И определённо научился не только что, и Вей Фа как никогда прежде ощутил ту несоизмеримую разницу между его младшим братом и главой королевской семьи Бай. Не желая устраивать разборки при посторонних, Вей Фа оглянулся на Ци Линя, ожидавшего его в стороне, и тот без лишних слов всё понял. — Я вернусь в ЛаоЯн, сообщу Мастерам и учителям об исходе прошедшего собрания. Можешь не волноваться, я за всем прослежу. — Никого не подпускай к пещере Истинного Духа, — напомнил Вей Фа. — Да-да, никто туда не пройдёт. Как только глава Бай и глава Ян покинули святилище, Ци Линь нашёл взглядом своего Наставника и поспешил к нему. Ему тоже было что обсудить с этим старым лисом.