Оковы нефритового сердца. Проклятая душа <1>

Их дороги с духовными зверями разошлись. Лаэр вызвался запутать следы и увести других генералов по ложному направлению, чтобы Се Лин и Чжэ Лун беспрепятственно добрались до границы. Чжэ Лун некоторое время беспокойно поглядывал на Наставника, терзаясь вопросами, и в конце концов не выдержал: — Наставник, вы правда это сделаете? Можно ли доверять духовных зверям? — Я никому не доверяю, — Се Лин поджал губы, поняв, что высказался чересчур резко, и пояснил в более спокойной манере: — Я не Повелитель Духов, так что открыть проход в мир духов будет непросто. Придётся очень постараться. — Никогда бы не подумал, что для них это может быть настолько важно. — Что касается инстинкта выживания, духовные звери ничуть не отличаются от обычных людей. Кроме того, их бытие сильно расходится с образом жития Демонов, долго в таких условиях и без духовного источника они не протянут. Уже деградируют. — Так вы согласились помочь им из сочувствия? — с сомнением спросил Чжэ Лун. — Пфф, конечно, нет. Разве можно было отказаться от прекрасного шанса ослабить противника и попрать гордость одной из Старших. Часть о том, чтобы преуменьшить численность и силу врага, показалась Чжэ Луну такой простой и логичной, что он устыдился, не додумавшись до такого сам. Но вот слова о чьей-то попранной гордости остались для него непонятными, а спросить он не решился — от кровожадной улыбки Наставника мурашки побежали по спине. Через какое-то время Чжэ Лун испуганно вскрикнул, потерял концентрацию и едва кубарем не покатился по земле. Се Лин сначала ничего не понял и Глазами просканировал местность на предмет преследователей и ловушек. Тишина. Чжэ Лун, крутясь как волчок, хватался за грудь и охал-ахал, пока не вытащил из-под ворота рубин. Камень на его ладони по непонятной причине мерцал и испускал обжигающий жар. «А если вот так». С толикой неуместного любопытства Се Лин направил духовную силу в кончики своих пальцев и коснулся рубина. Минерал тотчас растрескался, из него вырвался ослепительный свет и в следующий момент Се Лин почувствовал, как земля уходит у него из-под ног. К счастью, это неопределённое подвешенное состояние продлилось недолго. «Перемещения... Ненавижу перемещения!» Потеряв равновесие, он больно ударился коленками и ладонями о твердь, и даже после того, как тело оказалось в статическом положении, внутренности всё ещё трясло, будто в шейкере. Перед глазами всё расплывалось. Как он и подозревал, с лёгкой руки Бай Сан И подвеска стала ключом к перемещению. Оставалось загадкой только то, куда он их доставил? — А-Лин! А-Лин. На мгновение сердце Се Лина дрогнуло, пропустило удар. Вдруг перед его неясным взором появилась раскрытая ладонь — узкая и длинная, с мозолистыми пальцами от ежедневных тренировок с мечом. Он медленно поднял взгляд. На измождённом посеревшем лице так ярко охрой горели глаза, но в один миг в их глубине что-то надломилось: огонь померк, свет затопила тьма сомнений. Протянутая рука заметно дрогнула, и, прежде чем опуститься, Се Лин сам ухватился за неё и поднялся на ноги. А потом сделал то, чего не ожидал никто из присутствующих, — обнял Ян Вей Фа. Уже ставший таким родным запах пионов наполнил лёгкие с первым глубоким вздохом; Се Лин с удивлением осознал, что впервые за прошедшие пару месяцев ему дышится так легко, словно туго обвивающие его грудь цепи наконец спали. «Ааа, и всё же я привязался к нему». И всё равно, это кратковременное ощущение безопасности и покоя стоило того, чтобы воспротивиться Первоматери. Тело непроизвольно напряглось в крепком ответном объятии. Се Лин уткнулся носом в подставленное плечо Вей Фа и в умиротворении прикрыл глаза, наслаждаясь моментом внутренней гармонии. Раздавшийся над ухом голос был тихим и полным тепла: — После... когда всё закончится... давай вместе вернёмся домой, в ЛаоЯн. Се Лин боялся пошевелиться и разрушить дивный момент. Это и есть то, что называется семьёй? Не защита. Не единство. Нечто иное, придающее сил жить и двигаться вперёд. Заметив чересчур пристальный взгляд лиловых глаз, Се Лин смутился и поспешил разорвать тактильный контакт. С опозданием он осознал, что в помещении, больше похожем на обустроенный под минимальные потребности грот пещеры, помимо них с Чжэ Луном и Вей Фа находились ещё люди: Бай Сан И так и замер, склонившись над картами и чертежами на столе, а Ло Фань Цзю подпирал спиной подпору, скрестив руки на груди и тактично отвернув лицо в другую сторону. — Мянь-Мянь и Мэй Линг в безопасности? Не выпуская из своих пальцев нижний край его рукава, словно боясь, что Се Лин снова внезапно исчезнет, Вей Фа слабо улыбнулся. — Ученики и жители окрестных поселений в сопровождении людей клана Ян были переправлены в безопасное место. За Сунь Мянь и Мэй Линг присматривает Фэн Ли Лу; к сожалению, обе не смогут перенести длительный путь, а Ли Лу не знает конечной точки перемещения для портала. Тан Ци Линь вместе со старшими Мастерами и учителями остался в ордене на случай нападения. — Хорошо. Сейчас в Сумеречной Бездне небезопасно оставаться. Нужно- Се Лина прервал странный звук, похожий на потрескивание или щёлканье заряженных частиц в воздухе. Чёрный росчерк рассёк полотно пространства и обнажил неприятное нутро изнанки другого измерения. Насторожившись, Вей Фа призвал Хэйан, Сан Ли воплотил чёрные кинжалы, даже Фань Цзю в молчаливой решительности схватился за Цзэху. В Се Лине же дыра не пробуждала опасений, что в следующую секунду из неё вырвутся полчища Демонов. Наоборот, в нём крепла уверенность в личности вторженца. Обогнув Вей Фа, он сделал пару шагов вперёд и замер, позвав: — Хунлан, — и оглянулся на заклинателей за своей спиной. — Всё в порядке, он... он... Се Лин с удивлением понял, что не знает, кем теперь Ци Шань Юан приходится этим людям. Не друг и не соратник, даже не адепт одного из заклинательских орденов. «Разве что с Чжэ Луном они братья по наставнику. Вот так радость обоим». Появившийся из прорехи Демон-синего-пламени одним своим видом мог перепугать неоперившихся юнцов с мечами наперевес: на железных когтях ещё не обсохла кровь, в глазных прорезях демонической маски горело синее пламя. Се Лин не мог не обратить внимания, насколько явственно от него исходил запах смерти. — Что-то случилось? Хунлан, чья это кровь? Брешь в пространстве затянулась, а создалось ощущение, что захлопнулась единственная дверь на волю. В гнетущей атмосфере Хунлан неторопливо двинулся по направлению к Се Лину: шаг — и перчатка слетела с левой руки, второй — с правой. На третьем шаге белоснежные пальцы сорвали маску, обнажив красивое, но абсолютно безэмоциональное узнаваемое лицо. И что этому ребёнку опять взбрело в голову? Прежде он не раскрывал свою личность и вёл себя предельно осторожно и скрытно. Се Лина одолело смятение. Хунлан всё также непоколебимо приближался, при том что с момента появления он так и не произнёс ни слова. — Хунлан! Окрик невероятным образом сработал подобно спусковому крючку, породив хаос. Се Лин уловил лишь смазавшуюся тень, как вдруг горячие ладони обхватили его лицо, и к его губам прижались чуть влажные губы. Первые секунды ошеломления обернулись прорехой в непробиваемом доспехе, что прятал плоть и защищал сердце. Се Лин распробовал сладость и терпкую горечь на языке — жидкость пролилась в горло и огнём разлилась по пищеводу. Он и понять ничего не успел. Внезапно его оттолкнуло назад, от яростного рёва зазвенело в ушах. Он слышал взволнованные голоса Вей Фа и Чжэ Луна, зовущие его, видел собственные бледные руки со вздувшимися венами, упирающиеся в землю в качестве опоры, и чувствовал во рту приторную сладость вина, смешанного с кровью. — Это не яд, — вскоре через силу произнёс он. — Это... не яд... Услышав его слова, в голове Вей Фа будто что-то перещёлкнуло. Глаза его распахнулись в некоем озарении, когда он ещё раз окинул Се Лина взглядом. Красные одеяния, расшитые золотыми нитями, — точно такие же, какие были на Ци Шань Юане. И в воздухе теперь слышался слабый аромат сливового вина. — А-Лин, это же... — потрясённо начал он, но так и не закончил, помрачнев. Се Лин утёр влагу с губ и, не глядя на дагэ, отрезал: — Теперь это наше с ним дело. Клинки высекали искры: то тут, то там возникали вспышки, а сами оппоненты двигались так молниеносно, что даже особое виденье не могло различить Хунлана и Бай Сан И. «Нашли, блин, время». — Довольно! Сейчас же остановитесь! Бесполезно. Своды грота сотрясались, несколько сбитых сталактитов едва не обрушились на их головы, а схлестнувшиеся духовные силы сбивали с ног. В надежде на помощь Се Лин оглянулся на Вей Фа, но тот уже отозвал своё божественное оружие и выглядел ещё более мрачным, чем несколько минут назад. «Ладно, ладно, я сам разберусь». И в своём стиле экспериментатора-камикадзе он просто влетел в убийственный смерч. В какой-то миг Се Лину показалось, что время остановилось, поймав в свою петлю две застывшие по бокам от него фигуры. Лезвие чёрного кинжала опасно замерло под кадыком, а клинок меча грозился перерубить ему поясницу. Се Лин против воли нервно усмехнулся. — Спасибо, что вы хотя бы единодушны в том, чтобы сохранить мне жизнь. — Уйди! — сквозь зубы процедил Сан И. — Тебе не следует вмешиваться, — с не меньшим недовольством отозвался Хунлан и отвёл меч в сторону, при этом не сводя немигающего взгляда с главы Бай. — Разошлись я сказал! Взметнувшейся духовной волной Хунлана и Бай Сан И раскидало в разные стороны. Терпение Се Лина приказало долго жить. — Ты, — перстом он указал на Сан И, — придётся примириться с присутствием носителя королевской крови Му. Он нам не враг. — Ещё чего! — хуадянь разгорелась ярче, отражая клокочущую внутри владельца ярость. — Никому из королевской семьи Му нельзя верить! Все носители этой омерзительной крови должны быть истреблены! — Вперёд, — спокойно парировал Се Лин, обратив на главу Бай ледяной взгляд. — Тогда можешь начать с меня. Напомню, а то вдруг ты запамятовал, в БайМу Се Лине течёт ровно половина этой «омерзительной крови». Отступи. Вряд ли можно было считать за честную победу тот факт, что ему пришлось оказать давление на младшего брата через королевскую волю, но Се Лин никогда не чурался применить силу тогда, когда не хватало времени, слов или выдержки. Лиловые глаза затянуло белёсой пеленой, Сан И отозвал кинжалы и, потряхивая головой в попытке сбросить чужую волю, попятился назад. Хуадянь в центре его лба исчезла, и теперь можно было надеяться на благоразумие главы Бай. — Сан И, я не прошу верить ему. Достаточно, если ты будешь верить мне. За все его поступки нести ответственность буду я. Сан И всё ещё приходил в себя от ментального удара, потому ничего не ответил. — Ты! — обвиняющий перст ткнулся в Хунлана, но Се Лин долгое время не мог подобрать слова, чтобы выразить своё возмущение. Разве треклятая чаша не опрокинулась, расплескав всё содержимое? Неужели малой толики хватило, чтобы завершить ритуал?! — С тобой мы поговорим потом. — Как скажешь, — легко отозвался Хунлан. — Для этого у нас будет вся жизнь. Этот ребёнок ещё имел наглость невинно улыбаться и притворяться паинькой! «...» Се Лин удручённо перевёл дыхание и помассировал переносицу. Блуждающий рассеянный взгляд ненароком зацепился за меч, что Хунлан сжимал в руке. Клинок выглядел так, будто сначала его раздробили на множество мелких осколков, а после склеили их кое-как — местами отсутствовали целые куски. Тем не менее он выдержал удары демонического оружия Бай Сан И и не развалился. «А мальчишка быстро разобрался что к чему». Сомнительно, что Ян Вей Фа догадывался, что за осколки хранились в Арсенале клана Ян, иначе бы не позволил Се Лину так бездумно создавать из них кольца-ограничители. Убийца Богов. Цзюшин. Меч-артефакт, когда-то созданный БайМу Цзе Юем и вероломно у него отнятый Бай Жу Синь. Будучи продолжительное время в спячке, он сохранил лишь малую часть своего былого величия и за время владения полностью перенял ауру Се Лина, поэтому Сэрэс не почувствовала его рядом с собой. В руках Хунлана меч постепенно раскрывал свою истинную сущность. — Справишься с ним? Хунлан с благоговением провёл пальцами по кровавому клинку, на что тот откликнулся зловещим бликом. — Он очень своенравный, к тому же, лишён целостности. Полностью подчинить его не получится, но я понял принцип взаимодействия с ним. Да, справлюсь. Удовлетворившись ответом, Се Лин отвёл всех присутствующих испытующим взглядом. — У кого-нибудь ещё есть претензии или возражения? Нет? Что ж, тогда не будем терять драгоценное время. Предлагаю сесть за стол переговоров и обменяться информацией, пока есть такая возможность. Что-то у меня плохое предчувствие. Удивительно, но его призыв возымел положительный эффект, особенно по части «сесть за стол». Хунлан остался стоять в отдалении и с таким видом, как если бы делал одолжение заклинателям. Се Лин первым делом с него и решил начать. Не затрагивая тему свадьбы, с его слов, четыре генерала отправились вдогонку за беглецами, а сам он устроил зачистку Демонов в обители — это их кровь осталась на когтях. Владыка из глубинной расселины не возвращался, а его призрачный вездесущий голос внезапно смолк. В последнем замечании и заключалась главная проблема. Се Лину уже какое-то время не давала покоя тревожная мысль: они слишком легко выбрались из обители. Что задумала Первоматерь? Ей ничего не стоило развеять Призрак Лянь-Лянь на месте, никто бы вмешаться не успел. И когда он призвал Элементалей, Сэрэс просто отступила, а ведь он не был уверен, что одержал бы верх в прямом столкновении с ней. — И что ты сейчас пытаешься провернуть? Это ведь ты управляешь Демонами Пустоши! — зло бросил обвинение в сторону отродья Му Сан И, на что тот равнодушно пожал плечами. — Нет, не я. — Тогда о каком Владыке ты говорил? — взволнованно спросил Ян Вей Фа. — БайМу Цзе Юй. Точнее, его часть, надо заметить, не самая приятная, — уныло сообщил Се Лин и пустился в объяснения того, что такое нынешний Владыка Демонов и как его переваривать. К уважению главы Ян и главы Бай, внимали они рассказу с божественной выдержкой, а вот на лицах Суня и Ло весьма выразительно сменялись эмоции. Чжэ Лун и вовсе посерел, когда осознал, насколько близко к нему подобралась смерть там, в обители Пустоши, в облике женщины с золотисто-зелёными очами. В повисшем молчании духовно-одарённые обдумывали и принимали его слова, а сам Се Лин позволил себе распластаться верхней половиной туловища на каменной столешнице и прикрыть ненадолго веки. Отвратительное тревожное чувство в груди нарастало, превращаясь в нескончаемую пытку. Мозг кипел от закручивающихся в хороводе мыслей. Свадьба. Первоматерь. Призрачная Пустошь. Хунлан. Духовные звери. Куда бежать, за что хвататься. На невесомое прикосновение к своей макушке он вскинул голову и наткнулся на мягкий обеспокоенный взгляд охровых глаз. Хотелось бы ему успокоить и ободрить, но Се Лина хватило лишь на то, чтобы вымученно улыбнуться. — Как прошло собрание Благословенного Альянса? Упоминание о Древних Богах, как о пришельцах из другого мира, удивило, но опровергать данное заявление не имело смысла, да и никто не акцентировал на том внимания. Се Лин резко подобрался, когда услышал о ядре мира. — Они его... восстанавливают? — вкрадчиво переспросил он, а после вскочил на ноги и принялся нервно расхаживать из стороны в сторону. — Что-то не так? — напряжённо спросил Сан И. Ему эта затея Небожителя не понравилась с самого начала. Се Лин что-то прожестикулировал руками в воздухе, потом схватился за голову и присел на корточки — знакомый жест, который оба брата не один раз видели в его исполнении. — Этот... Мэй Вэй Сы разбивает лёд, под которым кипит магма. Истребление Небожителей вовсе не было актом мести. Древние Боги хотели ослабить БайМу Цзе Юя. Первоматерь моего рода... она... поглотила ядро сущего, но... Небожители являлись его частью, поэтому мир всё ещё держался на столпах. Владыку Демонов запечатали, Боги устранили даже призрачный шанс, чтобы он когда-либо восстановил свою мощь. Единственный выживший Небожитель скрывался сто тысяч лет и вот — вылез на свет! Часть сущего всё ещё при нём! И именно этой искры так не хватает половине души, чтобы вернуть прежнее могущество. Дебилы, они сами роют себе могилы! Несмотря на сумбурность объяснений, осознание грядущей беды медленно, но верно накрывало всех в пещере. Чжэ Лун в порыве чувств не смог усидеть на месте и рванул к выходу из пещеры. — Их... их нужно остановить! Но замечание Наставника его остановило. — А толку? Процесс уже запущен. «Вот почему Сэрэс была в таком воодушевлении последние дни — почуяла знакомый импульс силы. По словам Хунлана, она покинула обитель. Куда же ты отправилась...?» — В наших ли силах выстоять против Древнего Бога? Поразил не сам вопрос, а раздавшийся в абсолютной тишине голос Ло Фань Цзю. Как ни странно, но именно его удивительное спокойствие вырвало Се Лина из бурной реки мыслей и заставило обратить на юношу внимание. В этот момент взоры пяти пар глаз обратились к нему с затаённой надеждой. Убить того, кто является неотъемлемой частью сущего мира? Обладая дарами Хаалсифта, они были неуязвимы к болезням, ядам, да хоть клинок в сердце и голова с плеч. Им не грозила смерть в том понимании, властвующем в умах людей. А их единственная уязвимость — магическая суть — практически неприкосновенна. — Убить Бога может только другой Бог, — в задумчивости пробормотал он и ещё несколько раз беззвучно повторил для себя слово «Бог». Убить Бога. Убийца Богов. У Се Лина на мгновение даже дыхание перехватило. В снизошедшем на него вдохновении он посмотрел на Хунлана, точнее, на кольцо-артефакт. Неужели, оружие в руках людей, способное разрушить магическую суть? Сэрэс дала мечу очень говорящее имя. От перемены мест слагаемых сумма не меняется. Сэрэс передала магическую суть своей дочери, чтобы спасти её. Поглотив ядро этого мира, она должна была вновь обрести магическую суть, однако за всё время пребывания подле Первоматери Сэстиэл не ощутила и отголоска чего-то похожего. Если магическая суть есть, то почему шесть Первоматерей не смогли её уничтожить? А если её нет, то откуда Сэрэс черпает изначальную магию? Звенья, одно за другим, занимали свои места, вся последовательность давних событий сама собой выстраивалась в единую картину. Однако не слишком ли поздно её удалось собрать? — Сан И, отзови войска Бай с границы и- Его прервал вбежавший в пещеру адепт БайХэ. На молодом человеке лица не было, а в широко распахнутых тёмных глазах плескался неподдельный ужас. — Г-глава... Глава! Т-там... там... небо и земля... От того, как сильно он заикался, ничего толком не получалось разобрать. Необоснованная тревога достигла своего апогея, и Се Лин первым со всех ног рванул наружу. С секундной заминкой его нагнали остальные. И Преисподняя распахнула свои врата. У Се Лина не нашлось других слов, чтобы описать увиденное. Небо пылало багрянцем, словно кто-то опрокинул фиал с кровью на чистое полотно, а землю окутывала непроглядная тьма, что надвигалась стремительно, стирая все изъяны и всё сущее на своём пути. Воздух был отравлен, твердыня стенала под ногами. Бай Сан И оглянулся в сторону адепта и отрывисто приказал: — Тан Хун, передай всем немедленно отступать во дворец Цаньши! — Поздно. Незнакомый голос стал подобен сорвавшемуся лезвию гильотины. Ледяная мгла в мгновение ока сковала их в своём бескрайнем море. Случилось это так внезапно, что Сан И подумал было, что на том закончилась его бренная жизнь, как вдруг в глаза ударил ослепительно белый свет, и сковавший тело холод отпустил. Рядом с ним всё также стояли ошарашенные ученики ЛаоЯна, бледный Тан Хун, Вей Фа и отродье Му. Массивные серебристые корни древа бугрились из-под земли, толстые ветви и дозы оплетали их в каком-то подобии кокона. От окатившей его волны облегчения Чжэ Лун осел на землю, пот градом катился по его вискам. — Наставник! Стоящая чуть впереди них девушка обернулась. Лицо её было необычайно прекрасным и мрачным, в глазах разгоралось ядовитое зелёное пламя, а на уровне груди дрожал двумя лепестками духовный цветок. Когда в зрачках Бай Сан И отразилось хорошо знакомое и в то же время абсолютно чужое лицо, он почувствовал, как всё внутри него цепенеет от восхищения и ужаса. Этот человек был так сильно схож вторым ликом с Владыкой Демонов, но черты лица смягчались искренним выражением глаз, в которых подобно зарождавшейся буре вспыхивали живые эмоции. — Рано расслабляться. Эта волна... суть та же, что у всепоглощающей ночи, с которой мы столкнулись в Сумеречном городе. Боюсь, Владыка Демонов решил устроить геноцид в Демоническом царстве. — Что... это? Вей Фа выглядел потрясённым и напуганным. В отличие от остальных, он не сталкивался с всепоглощающей ночью и не видел воочию древо душ. Не каждый человек способен вынести столь жуткое зрелище и не лишиться рассудка. Хунлан нахмурился, будто что-то припоминая. — Целью нападений Демонов Пустоши на заклинательские кланы и ордены были ещё и массовые убийства. После каждого такого похода на том дереве созревали особые плоды. — Древо душ Владыки БайМу долгое время поглощало не только души духовно-одарённых и обычных людей, но также Демонов и духовных зверей, — подхватила Сэстиэл, вглядываясь в ошмётки безликих душ, блуждающих во тьме. — Количество, безусловно, впечатляющее. Но вот качество... качество знатно пострадало. — Нельзя, чтобы это бедствие вырвалось в Срединное царство. Понимая, какая катастрофа в таком случае произойдёт, сколько оно заберёт человеческих жертв, сердце Вей Фа в страхе сжалось. — Мы ещё не вынудили Сэрэс пойти на столь крайние меры. Всё это только для того, чтобы задержать нас на время. Раздался рокочущий гул. Казалось, адское чудовище из тьмы накинулось на их спасительный остов, вгрызаясь зубами в древесные корни. От мощи единого удара Сэстиэл пошатнулась, но её тут же подхватили со спины. Виска коснулось тёплое дыхание. — Всё в порядке. В порядке. Вопреки уверенным словам Хунлан ощутил, как мелко дрожит её тело в его руках, будто от лихорадки. Заметил и бледность губ, сжатых в напряжении. Сэстиэл едва слышно перевела дыхание и отстранилась, сменив лик. — С этой волной что-то не так. Теперь, приглядевшись внимательнее, он с уверенностью мог сказать — она не была похожа на ту, с которой они столкнулись в Сумеречном городе. Души напоминали изорванные лоскуты, но при этом обладали мощью, способной сотрясти полноценное древо душ. Если только... — Хунлан, найди Лаэра и всех его выживших духовных зверей и перемести их в пещеру Истинного Духа. Там сейчас находится мой Элементаль, они будут в безопасности под его защитой. Расспросы сейчас были лишними, и Хунлан бесшумно исчез в разрыве пространства. Се Лин оглянулся на заклинателей и с непоколебимой решимостью сказал: — Вей Фа, Сан И, на вас защита этого горе-Небожителя. Владыка Демонов придёт за ним; любой ценой нельзя допустить, чтобы он поглотил ядро сущего. Чжэ Лун, отправишься с главами Ян и Бай. В случае прямого столкновения с БайМу Цзе Юем, не колеблясь, используйте все навыки и способности, чтобы выжить. — А-Лин, а ты? Видя в исказившихся чертах лица Вей Фа неподдельное беспокойство, Се Лин небрежно махнул рукой и насмешливо отозвался: — Разберусь здесь со всем и вскоре присоединюсь к вам в мире людей. Постарайтесь не потерять жизни и души к тому времени. Всё, идите. Заметив, что дагэ собирается сказать что-то ещё, Сан И активировал свой браслет-артефакт и, подхватив учеников и Вей Фа, растворился в чёрном вихре перемещения. . . . К тому моменту, как Се Лин появился в пещере Истинного Духа, Хунлан перенёс Лаэра последним. Увидев Его Высочество, Мудрый зверь бросился ему в ноги и взвыл: — Мои братья и сёстры... мертвы... они мертвы... Се Лин оглядел перепуганных и ослабленных духовных зверей — из полусотни их выжило не больше двух десятков. — Хорошо же Сэрэс вас поимела. В глубине потемневшей зелени перемежались отчаяние, гнев, звериная жажда отмщения за погибших сородичей. Се Лин не слишком радел за спасение несчастных зверушек, от слова «совсем не», но не мог оставить в руках Первоматери лишний источник духовных сил. — Я открою переход в духовный мир. И чтобы я вашу братию по эту сторону больше никогда не видел. Се Лин уже не обращал внимания на разбитого предательством Владыки лэнгрэна. Он тихо подошёл к Хунлану, оставшемуся стоять у входа в пещеру, и встал рядом с ним плечом к плечу. От морозного воздуха щекотало в носу, лесные тропы припорошило первым выпавшим снегом, спрятав все следы. Деревья всё ещё могли покрасоваться своими зелёными лапами и пушистыми кронами, как если бы до последнего собирались противиться наступлению зимы. Так умиротворённо. — Мне нравится ЛаоЯн. Вей Фа очень постарался, чтобы это место стало домом для неприкаянных душ. Хунлан насупился и искоса посмотрел на мягкую пространную улыбку на губах Се Лина. — Хочешь отослать меня? Считаешь меня слабым или бесполезным? Одно другого не исключает, но Се Лин не решился сказать это вслух. Все слабые. Все бесполезные. Именно поэтому он научился жить, полагаясь только на себя. Но как же этим людям своими действиями и решениями каждый раз удаётся выбить его из колеи. В чём их мотив? Где предел наивности и глупости? — Всего лишь стратегический ход. Пока глава Ян и глава Бай ищут Небожителя, необходимо предупредить заклинателей об угрозе. Доверим эту миссию Тан Ци Линю и старшим Мастерам ЛаоЯна. Чем быстрее это произойдёт, тем выше шанс перехватить инициативу. — Цзюшин может убить Древнего Бога? Не ожидавший подвоха с вопросом Се Лин опешил и не сразу нашёлся с ответом. В который раз подивился проницательности мальчишки. — Да. — И тебя? — ...Да. — Се Лин. — М? Голос Хунлана неожиданно опустился до шёпота, и Се Лин повернулся, чтобы прочесть эмоции на его лице. Но попал в плен сильных рук, обхвативших его за талию, и синих всполохов на дне чернильных омутов, в которых видел лишь своё отражение. Поцелуй вышел нежным, немного печальным, со вкусом обещания вернуться и больше не расставаться. — Не нужно всё взваливать на свои плечи. Теперь я рядом, и ты можешь всё разделить со мной. На броне спокойствия и невозмутимости возникла трещина. Первая, пока что единственная, но на миг сердце Се Лина охватила паника. Не в силах смотреть в глаза Хунлану, он отвернул и опустил голову. Будто вскрыли раковину моллюска и обнажили нежную плоть. Не нужно всё взваливать на свои плечи. Никто и никогда прежде не говорил ей подобного. Никто никогда не замечал её стараний и бессчётных попыток исправить то, что сломано. Никогда никто не дорожил ею, как самой большой драгоценностью. — Се Лин. — Уйди, а. И без тебя тошно. Услышав это бурчание-ворчание, Хунлан, напротив, улыбнулся, сдерживая желание прижаться сильнее, виском к виску, чтобы и вовсе вывести его из равновесия. Вместо этого он протянул руку и переплёл их пальцы, отчего ладони плотно прижались друг к другу. — Прости, если поступил против твоей воли. — ...Плевать. — Но я никогда об этом не пожалею. И сделаю всё, чтобы не жалел и ты. — ... Хунлан ушёл, а Се Лин ещё какое-то время стоял изваянием на месте, после чего подошёл к покрытой изморозью стене пещеры и с тихим вздохом уткнулся лбом в неё. Неподалёку стенали духовные звери, не так давно прочувствовавшие на своей шкуре цену верности свихнувшегося Повелителя Душ, а он пытался успокоить своё сердце и защитить его от проклятия. Впервые где-то на задворках сознания кольнуло сожаление о том, что он сотворил с собой в прошлом. Как ни посмотри, при всей своей многогранности Повелитель Душ явно уступал в магическом потенциале Повелителю Духов. И всё же Се Лин имел свой козырь в рукаве — первородного Элементаля, которого и собирался использовать для того, чтобы открыть переход в мир духов. С начертанием «двери» пришлось импровизировать. Сложность заключалась в том, чтобы ограничить безудержный поток духовной силы Элементаля, что был подобен дракону, пожирающему раскалённое солнце, и правильно распределить его, иначе... Ту-бум! Раздался раскатистый рокот, за которым последовала дрожь земли. Се Лин с беспокойством посмотрел на свою ладонь, на которой собиралась духовная сила. Алая, словно кровь, с тёмными прожилками, она стремительным потоком перетекала в нарисованную печать на стене. Он чувствовал, как вместе с ней в печать вливается и его собственная жизненная сила, сплетая мерцающее магическое кружево. «Если так продолжится, я могу не выдержать». За спиной обозначилось взволнованное оживление. Врата в мир духов раскрылись: жёлтые небеса и океан зелёных степей — всё это слилось в сияющем круговороте, ведущем на другую сторону. Силы продолжали утекать, как вода сквозь пальцы, а открывшаяся брешь становилась нестабильной. — Ноги в руки и вперёд! Не мешкайте! Услышав сердитый крик Его Высочества, духовные звери попытались справиться с потрясением — всего несколько шагов отделяло их от дома и свободы — и кто на своих ногах, кто ползком бросились к переходу. Совсем обессилившим соплеменникам помогал переправляться Лаэр, подгоняя: — Быстрее! Быстрее! Ещё восемь... пятеро... Во рту появился железистый привкус — он всё-таки прокусил губу. Вены на лбу вздулись, в висках грохотало, перекрывая все внешние звуки. Осталось четверо... трое... Се Лину казалось, что кровь в его венах кипит. Он уже истощил свою выдержку, так откуда ещё силы держаться? «Ты мой Элементаль. Я обуздаю твою силу!» Он не был уверен, что снисходительный смешок ему не почудился. Когда все его братья и сёстры преодолели переход, Лаэр на мгновение замешкался. До его звериного слуха вдруг донёсся едва различимый звук похожий на... плач. Детский плач, или точнее плач младенца. Брошенного на произвол жизни и смерти в обители Призрачной Пустоши. Смятение охватило сердце Мудрого зверя. Выживет ли ребёнок, до которого никому нет дела? Ведь о его существовании даже никто не знает. А если ему суждено вот так безызвестно сгинуть? — Чего встал?! Живее уход- Тцк. Со смесью страха и настороженности Се Лин повернул голову в сторону яйца. Трескучий звук издавала скорлупа, сквозь расползающиеся по ней трещины просачивалась густая тяжёлая энергия, мгновенно заполнившая пещеру. Проход в духовный мир схлопнулся. Не сумев совладать с обрушившейся духовной мощью, Се Лина сбила с ног силовая волна; он пролетел с десяток метров и приложился спиной и затылком о каменные выступы, потеряв сознание.

༻• ❀ •༺

С всплеском духовной силы Лаэр обошёлся малой кровью — чудовищное давление поставило его на колени и неумолимо гнуло к земле, полностью сковав тело. Потрескивание становилось всё более интенсивным, и Мудрый зверь с затаившимся дыханием ожидал явления того, что за этим скрывалось. Поле обозрения для него было весьма ограничено, а после спасительного бегства он был слишком поглощён своими переживаниями и не обратил внимания на место, куда их переместил Хунлан. В логово какого монстра они попали? — Куколка, куда это ты собрался? От низкого, наполненного первозданной силой с тягуче-ленивыми нотками голоса по спине Лаэра побежали мурашки. Он совершенно потерял счёт времени, сознание спуталось. И даже не сразу осознал, когда кто-то с лёгкостью, словно пушинку, вздёрнул его вверх за горло. Он просто висел в воздухе тряпичной куклой, не ощущая опору под ногами. — Ку-кол-ка, — весело растягивая гласные, повторил всё тот же незнакомый голос. Лаэр мельком заметил блеснувшие багрянцем чуть прищуренные глаза, а после ощутил, как что-то ткнулось в его щёку, и услышал глубокий вдох. — Так ты у нас громовой лис. Ну надо же, какой редкий зверь попался в мои лапы. — Кх-хто... т-ты... Удерживая всё также навесу, его чуть переместили, и Лаэр смог разглядеть перед собой высокого, хорошо сложенного мужчину с тёмной кожей, испещрённой золотыми узорами, с хищными чертами лица, на котором выделялись багровые глаза без зрачков. Обрез муслиновой ткани небрежно обвязывал его широкую грудь и талию. Земля под его голыми ступнями буквально плавилась. Волосы на загривке Мудрого зверя встали дыбом. Незнакомец улыбнулся, оскалив звериные клыки. — Догадался, да? Божественный зверь! Нет... куда выше уровнем! Аура этого существа отдалённо напоминала ту, что клубилась рядом с Владыкой, и всё равно разница была огромна. Потеряв интерес к своей добыче, Элементаль стал растерянно оглядываться по сторонам, пока не приметил бесчувственное тело, из разбитого затылка уже натекла внушительная лужа крови. — Вот же нелепость. И как так вышло... Лаэр своими глазами видел, как без каких-либо манипуляций кровь постепенно затекала обратно в рану Его Высочества, и белое как бумага лицо оживало. Элементаль вновь обратил свой взор на затихшего в его руках лэнгрэна. — Собирался сбежать? Я тебя не отпускал. За тобой, знаешь ли, должок перед моей хозяйкой. С удовольствием подскажу, как его вернуть.