Милое личико

Лиза просыпается рано и ёжится от холода. Хоть и на улице лето, но дожди и холода не дают покоя. Рядом нет той, с кем она засыпала в обнимку, той, кто сейчас не давала бы ей мёрзнуть. Андрющенко бродит по квартире и находит Кристину на балконе, курящую и в футболке. Девушка открывает дверь балкона, отчего другая вздрагивает. — Ты чего тут сидишь? Холодно же. — обнимая себя, спрашивает младшая. Захарова поднимает взгляд и Индиго сразу всё становится понятно. Она грустнеет, опуская голову. Взгляд у старшей растерянный. Больше всего чёрноволосая боялась увидеть в этих глазах сожаление о содеянном. Крис вздыхая выходит из балкона, подзывая Елизавету. Раньше она бы взяла её за руку и повела бы, но сейчас не касается. У Елизаветы неприятно отдаёт в сердце. — Сама не жалеешь? — спрашивает Кристина, облизывая обветренные губы и суя руки в карманы. Видит, как та машет головой отрицательно. Старшая садится на кровать, закрывая лицо руками. Лиза видит, что она жалеет. Колется там, где сердце. К горлу подкатил ком. Земля будто ушла из под ног, младшая еле как удерживает равновесие, чтобы не рухнуть на пол. — А ты... — запинается, боясь спрашивать, — Жалеешь? — сжимает губы. У Захаровой на скулах заходят желваки. Она пялится в стену, будто находясь в своём мире. — Это всё сложно. — вздыхает девушка, не решаясь поднять взгляд. Младшая всё поняла. Предательские слёзы обжигают щеки. Так хочется, чтобы Крис подошла и стёрла эти слёзы, взяв лицо в руки, но это лишь желание. На деле та жалеет. Снова она доверилась, снова оказалась использованной и выброшенной на улицу. Андрющенко закрывает рот рукой. — Я чувствую, что я замарала тебя. Я ведь грязная. Мерзкая. У Индиго сердце начинает рваться. — Грязная? Мерзкая? — девушка подсаживается рядом, — Я тебе уже говорила.. Ты не мерзкая, ты не грязная. Ты самый чистый человек, которого я только видела. И самый сильный, — шепчет Елизавета, дотрагиваясь до её ладони, щекоча внутреннюю сторону. И Кристина хочет заплакать. Хочется кричать, срывая горло. Хочется убить каждого, кто касался её, отдавая деньги брату. Заглядывает в глаза младшей; читает в них поддержку. Это не жалость, это понимание и поддержка — именно этим дорожит Захарова. Чувствуя прикосновение на ладони понимает, что отпускает. Отпускает злость, стихает. На душе становится так легко в моменты, когда рядом Лиза. Она не знает, временно затыкает та рану или лечит, но всё равно тянется к чужим губам. — Пообещай, что залечишь мои открытые раны. — выдыхает прямо в губы Крис, заглядывая в янтарные глаза. Чёрноволосая улыбается, предвкушая вкус сладких губ. — Обещаю. И старшая мягко поддаётся вперёд, целуя. Поцелуй не пошлый, не развязный. Нежный, как будто заботливый. Андрющенко обвивает шею, так же отвечая на поцелуй. Кристина аккуратно обхватывает талию, прижимая к себе крепче. Одна ладонь Индиго перемещается на макушку другой, нежно поглаживая. Поцелуй пропитан нежностью с обеих сторон. Отстраняясь, они соприкоснулись лбами, смотря друг другу в глаза. — Отвезёшь на работу? — вкрадчиво спрашивает младшая с широкой улыбкой на лице. — Отвезу. — слабо кивает Захарова, мягко улыбаясь. *** Лиза запрыгивает в машину к Кристине после рабочего дня, тяжело вздыхая. — Дождь капец. — выдаёт она, обнимая себя и дрожа. Старшая улыбается, будто наблюдая за маленьким ребёнком. — Давай согрею. У Андрющенко будто искорки в глазах засверкали: она опускает капюшон и даёт руки девушке. У неё руки тёплые, пусть и грубые. Для младшей каждое движение Захаровой наполнено нежностью, и даже шершавые, грубые руки согревают и смягчают до безумия отлично. Губы Крис накрывают губы другой. Поцелуй греет Индиго. Сердце трепыхается от каждого ловкого движения старшей. Чёрноволосой тепло — не от того, что в машине включён обогреватель, а из-за того, что рядом Кристина. Согреет лучше, чем любой пуховик; лучше, чем любая водка и лучше, чем горячий чай, ведь она согревает всё, что можно согреть и всё, что нельзя. Захарова, словно догадавшись, о чём та думает, хрипло усмехнулась: — Уже теплее. Едят в тишине. На сей раз тишина не напрягающая, как во все прошлые разы, а успокаивающая, будто давшая глоток свежего воздуха. Крис ведёт машину, смотря на дорогу и редко поглядывая на младшую. А Елизавета же смотрит в окно, прислушиваясь к монотонному шуму, который пробивался через стекло. Шум дождя ей определённо нравился, ибо он действовал весьма успокаивающе. *** Уже попив чая и наевшись сладостей, Лиза вновь сидит на кровати, пока Кристина мажет гель ей на синяки. Вслушивается в звук дождя. Он нежно шелестит по листве растений, настырно стучит в железные крыши, весело звенит в лужах. Прекрасный шум падающих капель, разбивающихся об асфальт и подоконник, вроде как хаотичен — но в то же время можно услышать мелодию. И Андрющенко не знает, что успокаивает больше: мелодия дождя или же нежные прикосновения старшей на спине.