Солнце гарема

      — Габи! — Султан поднял пиалу, приглашая его к столу. — Как прошла охота, тебе понравилось?       — Это был новый опыт и не простой, — сдержанно улыбнулся Габи.       Довольное лицо Рамира раздражало, и Габи старался на него не смотреть, чтобы не выдать своих чувств.       — Рамир похвалил твоё умение обращаться с оружием. Надеюсь, завтра я смогу лично убедиться, что его слова не были преувеличением.       — Боюсь не оправдать ожиданий. Кажется, ваш муж перехвалил меня.       — Ценю твою скромность, — альфа отпил вина, посмеиваясь.       Он не спросил ничего про повязку, даже не задержал на ней взгляда. Из чего Габи сделал вывод, что Рамир рассказал Султану не только про его навыки охоты. Что-то неприятное кольнуло внутри, не страх, но опасение, и Габи сделал глоток вина, хотя пить совершенно не хотелось.       — Габи, ты не мог не заметить, что здесь нет Каруфа, — Султан оставил пиалу, и его выражение лица неуловимо изменилось, вынуждая Габи выпрямить спину и сложить руки на коленях. — Скажу больше: он даже не знает о нашем разговоре. Я хотел побеседовать с тобой с глазу на глаз.       Вот оно. Рамир наверняка поделился с мужем своими мыслями по поводу Габи. Вердикт уже вынесен, и Султану лишь оставалось убедиться в его правильности. Сердце сделало кувырок, ладони тут же стали мокрыми. Но Габи одёрнул себя: если всё уже решено, то и волноваться не о чем.       — Расскажи мне, Габи, что изменилось? С того дня, как тебя и твою семью задержали. С того дня, как ты отправился в гарем Каруфа. Я ведь знаю, ты вовсе не был рад, ты просто не мог быть рад. Так что изменилось?       — Я полюбил, — ответил Габи быстрее, чем успел подумать. Но и через мгновение, обдумав свой ответ, понял, что он был самым частным и правильным.       Султан никак не отреагировал, продолжив на него смотреть, зато Рамир хитро сощурился и отпил ещё вина. И тогда Габи продолжил:       — Вы правы в том, что я был недоволен. Первые дни… нет, даже месяцы меня съедал гнев. У меня отняли всё. Потребовалось время и помощь со стороны, чтобы наконец увидеть и оценить, а что же мне дали взамен, — Габи едва улыбнулся, вспоминая Ильяса и ласковый голос их альфы. — Я благодарен за то, что мне сохранили жизнь. И благодарен своему господину за то, что он был терпелив ко мне. Да, меня наказывали, вы, должно быть, не раз слышали об этом. Но мне дали время на понимание. А ещё, — Габи прикрыл глаза и улыбнулся чувственнее, позволяя себе дерзкие слова: — Я был с ним в течку и не только — кто знает, если бы не его мастерство как альфы, проснулся бы он после той ночи?       Султан рассмеялся, хлопнул ладонью по колену.       — Ты даже не скрываешь, что опасен.       — Но не для него. Как и Рамир-бей опасен для каждого, но не для вас.       Султан усмехнулся и ухватил Рамира за кончик косы, потирая его между пальцев.       — Иногда я сам не знаю, проснусь ли следующим утром.       — Я бы никогда!.. — Рамир накрыл его руку и едва качнул головой, глядя своему альфе в глаза. Упрямо и твёрдо, без страха о наказании. На равных.       Габи не отводил от них взгляда, понимая, что ему позволили всё это увидеть, а значит… он прошёл их испытание? Подходящее ли это было время, чтобы спросить о брате? Оставит ли Султан того в своём гареме или же отдаст кому-то другому?       Султан избавил его от необходимости принимать решение. Он отломил кусочек лепёшки, обмакнул его в соус.       — Ложись сегодня пораньше, Габи. Мы отправимся на охоту рано утром.       Габи принял это за просьбу покинуть стол, но Султан продолжил:       — А уже вечером мы отправимся во дворец. Было бы правильнее отдохнуть перед дорогой, но вы с Каруфом отбываете послезавтра днём. И я думаю, тебе хотелось бы увидеть перед отъездом брата.       Габи не смог скрыть своего удивления: он резко вдохнул, подался вперёд, сжимая руки в кулаки. Анвар! Он мог увидеть его, действительно мог, если только Султан не решил над ним пошутить.       — Я был бы рад увидеть брата. Я даже не могу передать, насколько...       — Не сомневаюсь, — улыбнулся Султан. — Отправляйся отдыхать, у тебя был насыщенный день.       Габи на нетвёрдых ногах поднялся из-за стола, поблагодарил Султана и Рамира и отправился к выходу. Сердце всё ещё не успокоилось после радостного известия. Теперь всё, о чём мог думать Габи, была предстоящая встреча с братом.       — Ох, Габи, — остановил его голос Султана, уже когда слуга открыл перед ним дверь. — Я забыл поблагодарить тебя за подарок. Я найду ему достойное место во дворце. Но постарайся завтра так не делать, — насмешливо покачал головой альфа. — Не хотелось бы оказаться в неудобном положении. И конечно, это должно остаться нашей тайной.       Габи растерянно замер. Султан говорил о?.. Он перевёл взгляд на Рамира, тот улыбнулся в свою пиалу и довольно прищурился. Рысь, Султан говорил о ней!       Не нашедшись с ответом, Габи растерянно кивнул, откланялся и вышел. Злость, мешаясь с нервным смехом, затопила его чуть позже, через несколько шагов по коридору. Рамир! До чего невозможный омега! Пугал его, заставил выбирать, а сам если не заранее предупредил Султана, то точно знал, что сможет уладить неприятный инцидент. Габи облегчённо рассмеялся, наконец чувствуя себя легким.       И несмотря на переживания этого дня, нетерпение от встречи с братом, он уснул, едва коснулись подушки.       Разбудил его слуга, которого он видел с Рамиром. Тот не просто поднял его для подготовки к охоте, но и принёс завтрак прямо в комнату.       — У вас ещё есть время, Габи-бей, не торопитесь.       Но Габи не мог медлить, он быстро ел, быстро одевался, надеясь успеть поговорить с Каруфом до того, как к Султану присоединятся другие. Раньше он и не предполагал, что желание обсудить что-то со своим альфой может быть настолько сильным.       И всё же Габи опоздал. Альфы смеялись, шумели и… кажется, поздравляли Каруфа?       Рамир подкрался сбоку, пока Габи наблюдал за альфами, не решаясь оседлать лошадь раньше, чем появится Султан.       — Ну как? Ты теперь счастлив?       Габи резко обернулся, но взял себя в руки и склонил голову.       — Да, спасибо вам, Рамир-бей. Вы многое для меня сделали, хотя и не обязаны были. И, — он не хотел признаваться, но Рамир правда ему помог. — Я не знаю ваших мотивов. Не знаю, что вы обсуждали с нашим мудрейшим Султаном. Но я действительно вам благодарен.       Рамир наигранно поморщился и мимолётно огладил плеть.       — Куда делся сын мятежника и зверь, показывающий клыки? Верни его, — Рамир огляделся и понизил голос: — Вот тебе ещё повод для радости: сегодня мы будем просто сопровождать своих альф и восхищаться.       — Как и положено достойному омеге? — Габи кротко улыбнулся, продолжая поддразнивать Рамира, и тот цокнул языком, после махнув слугам, чтобы подвели лошадей.       В этот раз Габи действительно смог насладиться охотой: неспешной прогулкой по лесу, короткой, но стремительной погоней и мастерством альф. Каруф верхом на лошади с оружием в руках выглядел статно и величественно. Габи засматривался, что не ускользало от внимания Рамира, одаривающего его ехидными смешкам. Но Габи это не смущало, он имел право смотреть на своего альфу. Жаль только, что рядом не было Ильяса. Видел ли он своего господина таким? Может, лишь в первый раз, когда Каруф нашёл его?       Альфы поймали трёх кабанов и серну — последняя досталась Султану, хотя Габи нисколько не сомневался, что Каруф был способен подстрелить её сам.       Лучшей частью этого дня оказалась обратная дорога — Габи наконец-то смог поговорить с Каруфом, хоть и не наедине. Они ехали рядом, сначала молча, пока их небольшая процессия не растянулась достаточно, чтобы можно было говорить, не опасаясь лишнего любопытства.       — Как ты? — спросил Каруф.       — Кажется, хорошо. Вчера со мной говорил Султан, ты знаешь об этом?       Каруф кивнул.       — Да, он упомянул сегодня. Как и о том, что тебе будет позволено увидеться с братом.       Габи шумно выдохнул и прикрыл глаза — мысль об этом вновь всколыхнула внутри нетерпение и переживания.       — Я не понимаю, что именно хочет увидеть наш Мудрейший Султан. Чего ждёт? Он одобрил меня как твоего будущего мужа… так что теперь?       Каруф усмехнулся, глядя вперёд, где Рамир ехал позади своего альфы.       — Подумай лучше о брате. Что скажешь ему? Это может оказаться как ваша последняя встреча, так и одна из редких и почти невозможных.       Габи сжал поводья, перевязанная ладонь едва болела.       — Я почти уверен, что своё пребывание в гареме Султана Анвар не считает за наказание. Если только такие омеги как Рамир не… делают что-то. Но даже в таком случае я не собираюсь подбивать его на побег, — Габи коротко взглянул на Каруфа, но тот слушал внимательно и без осуждения. — Я лишь буду надеяться, что он понравится сыну Султана. И тот посвятит ему стихи.       Каруф кивнул, пряча улыбку, и Габи стало легче.       — Так хочется поскорее вернуться к Ильясу. Оставить всё это… позади, — признался Габи, не ожидая ответа, но Каруф неожиданно искренне обозначил своё желание:       — Я хотел бы быть с вами вместе. Чувствую, всё было бы по-другому.       У Габи ком встал в горле, он вспомнил, как не мог пересилить себя, чтобы поцеловать альфу, и Ильясу приходилось отвлекать его на себя.       — Да. По-другому.       Дальше они ехали в молчании, и о том, что Рамир сообщил, будто Габи убил рысь и преподнёс её в дар, он уже не успел сказать.       Пока слуги укладывали добычу и вещи, было время пообедать — за одним столом собрались все в честь окончания охоты. И Габи даже довелось посмеяться над шутками Рамира — избавившись от необходимости держать лицо перед проверками, Габи смог почувствовать себя достаточно расслабленно. И даже подумал, что с радостью расскажет Ильясу о последнем дне охоты.       Немного передохнув, сразу выдвинулись в путь. Прийти предстояло уже после заката, и хоть дорога после непродолжительного отдыха была выматывающей, Габи был не против. Ему хотелось поскорее проснуться утром, увидеть брата. Как жаль, что он не взял с собой лютню! Анвар так любил музыку и всегда с наслаждением слушал его мелодии.       Во дворце Габи встретил радостный Вафир и сразу принялся хлопотать над ним, предлагал то ванну, то перекус, то массаж.       — Как я переживал, Габи-бей! Ведь там, на охоте, могло случиться что угодно, Ильяс-бей бы открутил мне голову!       Габи отказался от всего, с трудом уговорив слугу, что даже обработка раны (чтобы не было шрама!) может подождать до утра. Он ужасно устал и хотел забыться сном.       Зато на утро не смог увернуться от настойчивой заботы — был искупан и измазан мазями с ног до головы. Вафир заплетал ему косы, расспрашивая о прошедшей охоте, и Габи с радостью делился событиями, хотя о многом и умолчал.       — Ох, как всё это замечательно, Габи-бей! Я ужасно рад, а ваш брат...       Раздался стук в дверь, и стоило Вафиру открыть её, Габи встал и вытянулся в струну. Пришёл слуга, и ещё до того, как он заговорил, Габи знал — его звали к брату.       Вафир засуетился, в последний раз поправив его причёску, заставил накинуть расшитый платок — чтобы хотя бы так создать подобающий встрече вид. Габи же было всё равно. Он шёл за слугой в волнении, и одно лишь было важно — чтобы с его братом было всё в порядке.       Анвар ждал его на тахте, покачивая в руке пиалу, но как только увидел Габи, отставил её и вскочил с места. Они коротко обнялись, и Габи быстро зашарил взглядом по лицу брата, затем по шее, открытым плечам и запястьям. Анвар это заметил, улыбнулся и потянул Габи на тахту.       — Со мной всё в порядке, мой драгоценный брат.       Раньше, если бы Габи увидел брата в таком откровенном наряде и украшениях, то непременно бы разозлился. Но сейчас его больше радовало отсутствие синяков, ссадин и усталости на лице. Кажется, брат даже немного поправился. И улыбался без притворства.       — Как ты?.. — Габи держал его за руку, не в силах отпустить. Все важные слова разом исчезли из головы, на глаза даже навернулись слёзы, но он их зло сморгнул.       — Всё хорошо, — тихо повторил Анвар и склонился к его плечу. — Кажется, я знаю, о чём ты хочешь спросить.       Анвар оглянулся на дверь — двое слуг остались наблюдать за ними, но близко не подходили. Габи понимал недоверие Султана, но так хотелось побыть с братом наедине.       — Габи, ты можешь мне не верить, но… мне нравится здесь, — Анвар уткнулся в его плечо, скрывая лицо за волосами, и Габи отметил, что так их наблюдатели не прочтут его слова по губам. — Султан стал моим первым альфой.       Габи задеревенел от ужаса и гнева, сжал его пальцы. Платок с плеч соскользнул на ковёр, но Габи не обратил на это никакого внимания.       — Нет-нет, всё было хорошо, тебе не о чем беспокоиться. Возможно, поначалу Султан и позвал меня, чтобы нанести нашей семье оскорбление, но… — Анвар поднял голову.       Его глаза блестели, а мягкая улыбка так и говорила о том, что он не получил в ту ночь никакого наказания.       — Об этом не говорят и держат втайне. Знает лишь один из мужей Султана. И я ни о чём не жалею, слышишь?       — Ох, Анвар… — Габи обнял своего младшего, и сердце сжалось в волнении за него.       Заблуждался ли тот из-за своего очарования сильным альфой? Но кажется, брата не били, не наказывали и ухаживали за ним должным образом. А это было главное — убедиться, что он в безопасности.       — Султан сказал, что хочет доверить тебе воспитание своего сына. Ты знаешь об этом?       Анвар кивнул с лёгкой улыбкой.       — Да, мне говорили об этом. Я приступлю уже со следующей недели. Я рад, хотя и взволнован! Весь дворец наслышан о неугомонной натуре Хайдара!       — Да, мне довелось с ним столкнуться, — улыбнулся Габи. — Но, кажется, он будет достойным альфой.       — Я сделаю для этого всё, что только от меня зависит.       Они немного посидели в тишине, разглядывая друг друга и держась за руки       Брат изменился, стал старше и ещё красивее. Габи стало интересно, поменяло ли время в гареме и обретённая любовь его так же явно, как пребывание во дворце Султана изменило Анвара?       — Как ты? Габи, лучше расскажи мне, как ты? — заговорил вновь Анвар. — Я слышал, что тебя наказывали? Но сейчас ты здесь. Ты здесь с мужем, верно?       Габи нахмурился, переживая, что известия о его наказании дошли до брата и поспешил заверить, что всё в порядке       — Многое случилось, Анвар. Но сейчас всё в порядке. Нет, даже больше: я счастлив, брат.       Анвар облегчённо вздохнул и потянулся обнять. Габи с радостью прижал его к себе, чувствуя себя ещё счастливее от того, что смог поделиться своим счастьем.       — Я рад, я так рад!       — Если бы я только мог знать, что увижу тебя ещё раз, — вздохнул Габи, придерживая Анвара за плечи и заглядывая ему в глаза.       — Ещё свидимся, если судьба. А если нет — я буду спокоен, зная, что и ты нашёл спокойствие.       Габи кивнул — его маленький братишка не только повзрослел, но и стал мудрее. Жаль, что не было ничего, что бы Габи мог оставить ему на память.       К себе Габи возвращался в задумчивости и с неясной тревогой. Всё шло так хорошо: и охота, и разговор с Султаном, и встреча с братом. А теперь… нужно было дождаться утра и в поездке поговорить с Каруфом. Всё решено, он действительно станет мужем этого альфы, по-настоящему, а не на одну ночь. Как видел Каруф их совместную жизнь? Как много Габи мог просить для себя свободы? Видеть Каруфа не только в постели, но и в городе, на охоте, где-то ещё. Мог ли он это просить? Мог ли разделить эту радость с Ильясом?       Габи устало отмахнулся от разговоров с Вафиром и лёг спать раньше, надеясь обмануть время и заставить утро наступить поскорее. Прикоснуться к Каруфу в последний раз, а потом поделиться новостями с Ильясом и наконец-то его обнять. Как же Габи скучал!       Он ворочался с боку на бок, и сон, будто в насмешку над его желаниями, всё не шёл. Тогда Габи стал представлять, как бы Ильяс гладил его по волосам и напевал колыбельную. Странно, но он ни разу не слышал от него подобных мелодий. Под нежный тихий голос у себя в голове, Габи не заметил, как уснул.       Рано утром голова была тяжёлая, Габи еле открыл глаза под оханье Вафира. Слуга уже собрал вещи и подготовил для него одежду в дорогу, а Габи всё никак не мог проснуться. Возможно, постоянные переживания совсем его вымотали.       — Вот, Габи-бей, выпейте воды. И позвольте я сделаю вам короткий массаж.       Габи послушно подставил голову под умелые руки и вскоре действительно взбодрился.       — Как же Ильясу с тобой повезло, — Габи улыбнулся ему, и только сейчас осознал, что ни разу не слышал историю их с Ильясом встречи. — Вафир, ты уже был в гареме, когда там появился Ильяс?       — Ох, — Габи хоть и не видел слугу, но слышал по голосу, что он улыбался. — Конечно! Я помню, как Ильяс-бей впервые оказался в гареме. Сам Салим-бей поручил мне привести его в порядок, так и сказал: нужно, чтобы лучший слуга подготовил новенького. Все сразу поняли, что Ильяс-бей особенно приглянулся господину.       — Так значит, тебя приставили к нему с самого начала? — удивился Габи. Он хоть и не стремился разобраться в порядках гарема, но точно знал, что простым наложникам слуг не полагается.       — Нет-нет. Я всего лишь провёл первое купание, нарядил Ильяс-бея и кое-как убрал его волосы, чтобы смотрелось аккуратно. Представляете, они были совершенно варварски обрезаны, почти по плечи! Ох, если бы вы только видели...       Габи улыбнулся, ему бы хотелось взглянуть на коротко остриженного Ильяса. Его светлые легкие волосы наверняка пушились во все стороны.       — Ильяс-бей хоть и совсем не понимал ещё языка, был так любезен и мил. А с каким удовольствием он изучал гарем! Так что я сам старался ему помогать, хоть так и не положено. Но я тайком приносил ему мази, а после и книги, когда он научился читать.       — Ты просто спаситель, Вафир, — улыбнулся Габи. Он был рад узнать, что и у Ильяса в его первые дни в гареме была поддержка.       — И прости, что тебе так досталось из-за нас, — Габи склонил голову, чтобы скрыть смущение. Они никогда не обсуждали их с Ильясом отношения, но Вафир знал обо всём. Не мог не знать.       — Ну что вы, Габи-бей! Всё обошлось. Меня не успели наказать по всем правилам.       Тут в дверь постучали, и Вафир проследил, чтобы их вещи забрали.       На удивление провожать его пришёл Рамир. Он уже был у конюшен, лениво наблюдая за вознёй слуг.       — Доволен? — Рамир шагнул из темноты, и Габи кивнул ему.       — Более чем, Рамир. Спасибо за всё, что ты сделал, хотя я и не нашёл у тебя должного принятия.       Рамир ухмыльнулся, огладил плеть на поясе.       — Ты осмелел. Мне нравится, — он протянул Габи кинжал в ножнах без украшений, но из качественно добротной кожи. — Из тебя может что-то выйти. Держи. Потренируйся как следует до нашей следующей встречи.       Габи с почтением принял подарок, скрывая свою растерянность. Он ничего не ждал от Рамира.       — Спасибо.       В дороге он смог расслабиться, оставляя все дворцовые интриги позади. Волнение за Анвара, власть Султана, жёсткость Рамира и даже забаву от маленького сына Султана. Впереди ждал Ильяс, торжество и, возможно, ночь с Каруфом.