Глава 2
15 ноября 2022 г., 07:06
Всякий раз, когда Тэхёна и Югёма приглашали на вечеринку к одному из деловых партнеров Югёма, Тэхён всегда нервничал. Он прекрасно понимал, что Югём был известным и уважаемым руководителем компании, и ему нужно приложить все усилия, чтобы не опозорить своего мужа, и выглядеть, и вести себя так, как Югём от него ожидал.
Подготовка к вечеру заняла несколько часов. Сначала он должен был привести себя в порядок, принять ванну, вымыть волосы, высушить их и уложить так, как Югёму нравилось больше всего. Что само по себе заняло не менее полутора часов.
Затем ему нужно было одеться, что было несложно, когда он знал, что ему нужно надеть. Выбор наряда всегда был не самым легким делом. Он должен был идеально выглядеть. Все присутствующие на вечеринке, увидев его рядом с Югёмом, должны были думать, что он выглядит идеально, иначе Югём был бы им совсем не доволен.
Он не должен был испытывать такое давление, посещая вечеринку. Но такова теперь была жизнь Тэхёна.
Тэхён смотрелся в зеркало, в последний раз проверяя, как он выглядит, когда Югём вернулся с работы. Как бы ему не было сложно целый час перебирать свой гардероб, забраковав практически все, что у него было, ему удалось подобрать наряд, в котором он чувствовал себя довольно комфортно. Он надеялся, что Югём одобрит его.
Узкие черные брюки с белой полоской обтягивали его стройные, но мускулистые ноги, и держались низко на бедрах с помощью толстого кожаного ремня с серебряной пряжкой. На нем была свежевыглаженная рубашка из белоснежного хлопка, черный галстук был идеально завязан, а поскольку вечер мог быть прохладным, он надел свой самый теплый, и самый стильный черный блейзер. Он осмотрел себя в зеркале, внимательно проверяя, нет ли где торчащих ниток и пятен. Это был хороший наряд, Югём мог бы им гордиться.
Он как раз приглаживал брови, когда появился Югём, облокотившись на дверной стояк, он посмотрел на Тэхёна через зеркало ничего не выражающим взглядом. Он тоже был почти готов, одетый в похожий черный костюм, с галстуком, свободно висевшим на шее. Он шагнул в комнату, пристально оглядывая Тэхёна.
— Хороший наряд, — сказал он, быстро взглянув на Тэхёна, и наклонившись к зеркалу, принялся завязывать свой галстук, — я бы и не подумал о таком сочетании.
Тэхён слегка улыбнулся отрепетированной заранее улыбкой.
— Ты думал о синем блейзере?
— Э-э, — ответил Югём, одним этим звуком показывая Тэхёну, что он ошибается с направлением его мыслей, он продолжал смотреть на него через зеркало.
— Вообще без блейзера, — безучастно ответил Югём, — и надень рубашку, которую я купил тебе на прошлых выходных. Ту, черную.
Тэхён, продолжая улыбаться, дразняще ответил.
— Но, она прозрачная, а сегодня без блейзера может быть прохладно.
Югём ничего не сказал, только понимающе улыбнулся.
Тэхён пытался сдержать дрожь, когда прохладный, легкий ветерок прошелся по его груди. Он был одет в прозрачную, черную рубашку, расстегнутую до пупка, и чувствовал каждое дуновение ветра, от которого его соски неприятно затвердели.
Рука Югёма уверенно лежала на его пояснице, ведя его сквозь многолюдную толпу, собравшуюся на вечеринку на открытом воздухе. Он с ухмылкой кивал коллегам, которые его приветствовали.
— Привет, Югём. Рад тебя видеть.
— Спасибо, — ответил Югём, подталкивая Тэхёна, чтобы тот не останавливался.
Тэхён старался держать лицо, несмотря на дискомфорт и внезапную застенчивость. Он никогда не любил такие вечеринки, чувствуя себя как на параде. Но Югём выглядел совершенно счастливым, хотя, возможно, это было связано с тем, что на нем был надет теплый блейзер…
Югёму не потребовалось много времени, чтобы оставить Тэхёна. Он, как обычно, нашел нескольких жен своих коллег, и оставил Тэхёна общаться с ними. Но он постоянно держал его в поле зрения, хоть и находился в другом конце помещения. Тэхён все время ощущал его взгляд на затылке, и в какой-то момент понял, что ему нужно подойти к своему мужу.
Тэхён посмотрел на него, и заметив сверлящие его темно-карие глаза, он изогнул уголок рта в легкой ухмылке.
— Извините, — тихо сказал он женщинам, с которыми до этого разговаривал. Он отошел от них и быстро направился к своему мужу.
— Достаточно ли долго я с ними общался? — спросил он, слегка закатив глаза в шутку. С тех пор, как они поженились, Тэхён перестал быть таким общительным, каким он был раньше, и Югём прекрасно об этом знал.
— Хватит на весь сезон, — холодно ухмыльнулся Югём в ответ, и взял его за руку, собираясь уходить.
Тэхён и Югём жили в эксклюзивном, возмутительно дорогом доме на Южном побережье с частным пляжем. Это было потрясающее место, чтобы проводить здесь лето, но ранней осенью, как сейчас, Тэхён не выбрал бы это место для постоянного проживания. Он нуждался в тепле и солнечном свете, но на данный момент холодный ветер трепал его волосы, и пробирал его до костей, оставляя на губах привкус морской соли.
Югём провел его вверх по лестнице, открывая входную дверь и впуская продрогшего Тэхёна внутрь. Тэхён бы хотел принять горячую ванну, чтобы расслабить напряженные, замерзшие конечности, но как всегда, потребности его мужа были на первом месте.
— Ты голоден? — спросил он, проходя с Югёмом через темную гостиную.
— Да, — кивнул Югём, который явно ожидал, что Тэхён спросит его об этом, так как на вечеринке не было еды как таковой.
Тэхен согласно кивнул, и оставив Югёма в гостиной, прошел прямо на кухню. Распахнув дверцу холодильника, он посмотрел, что можно было быстро приготовить. Выбрать было особо не из чего.
Тэхён почувствовал холодок, пробежавший по его телу, который не имел ничего общего с температурой воздуха, когда услышал первые ноты Фантастической Симфонии Берлиоза, эхом отразившейся от стен. Миска с клубникой вылетела у него и рук, и ягоды рассыпались по полу, когда Югём схватил его за руки со спины, жадно целуя его в заднюю часть шеи, плечо и вниз по руке. Тэхён тихо вздохнул, снова ощутив настойчивые губы Югёма на своей шее, он повернулся к нему лицом, зарываясь пальцами в волосы мужа, когда их губы встретились в грубом, требовательном поцелуе. Югём обхватил его руками под ягодицы, приподняв и усадив на столешницу позади них, сразу потянувшись к пряжке ремня Тэхёна.
Сколько бы раз Тэхён ни оказывался в этой позе, он всегда чувствовал себя некомфортно, когда Югём толкал его в грудь ладонью, заставляя полностью лечь на стол. Он краснел от смущения, когда его муж подцеплял большими пальцами его узкие, черные, кружевные трусики, которые сильно контрастировали с его бледной кожей.
Югём всегда «настаивал» на том, чтобы Тэхён носил женское нижнее белье. Сначала это был просто кинк, который он предложил попробовать во время их медового месяца, на что Тэхён согласился, потому что его муж был очень благодарным и любящим, когда он надевал женские трусики. Тэхёну нравилось, как его большие карие глаза цвета расплавленного шоколада расширялись при виде него. Его пальцы исследовали нежную, чувствительную кожу внутренней стороны бедер Тэхёна, сгорающего от удовольствия под ним на шелковых простынях, очарованного поклонением, котором его муж щедро одаривал его.
Это было одно из самых интимных и идеальных сексуальных впечатлений, с которыми Тэхён когда-либо сталкивался. Югём вывел их прелюдию на новый уровень, ему так нравилось, как Тэхён выглядел в кружевах, что несмотря на то, что член Тэхёна был болезненно твердым, он просто не хотел их снимать. Но когда Югём все-таки их снял, медленно целуя своего мальчика, раскрывая его так осторожно, что Тэхён уже и сам умолял его взять. Он прижимал его худощавое тело к себе, не переставая целовать изящную шею Тэхёна, когда тот оседлал его. Югём шептал ему признания в любви, оставляя на его коже следы желания и страсти, мягко зарываясь пальцами в его волосы, заставляя Тэхёна видеть звезды и фейерверки каждый раз, когда он вбивался в него.
Неудивительно, что Югём хотел повторить ту ночь, и Тэхён тоже хотел пережить эти часы снова и снова. И если для этого ему нужно было носить кружевные трусики, Тэхён ничуть не возражал. Он только что вышел замуж за самого замечательного человека в мире, и Тэхён собирался сделать все, чтобы сделать его счастливым.
Секс с Югёмом теперь был совсем другим. Уже давно Тэхён надевал кружевные трусики не потому, что хотел, а потому, что у него больше не было выбора.
Всякий раз, когда Тэхён по утрам надевал боксеры, Югём не скрывая своего недовольства, отвлекал его поцелуями и объятиями, одновременно снимая с него оскорбивший его предмет одежды и отбрасывая прочь, пока Тэхён не становился податливым и расслабленным, с радостью надевая шелковые или кружевные трусики, которые ему предлагал муж. А потом разочаровывался, потому что его ожидания не оправдывались. Занятия любовью быстро превратились просто в секс. И любящий, тактильный Тэхён, совсем не понимал, почему.
Спустя какое-то время, благодаря Югёму у Тэхёна не осталось ни одной пары мужских трусов. Вместо этого все ящики его комода были заполнены атласными, шелковыми и кружевными трусиками, в основном с вырезом в промежности.
Именно тот факт, что на нем были кружевные трусики с вырезом, больше всего смущал Тэхёна, разложенного на кухонном столе, рука Югёма все еще прижимала его грудь, как бы говоря, чтобы он не двигался. Глаза Югёма стали почти черными, но любви, которая в них раньше была, Тэхён больше не видел. Он невольно втянул живот, когда длинные пальцы мужа скользнули по его подтянутому животу, неуклюже сжав его полутвердый член, который явно проступал сквозь черное кружево, затем одним быстрым движением Югём поднял ноги Тэхёна, получив доступ к его самому интимному месту.
Без особых церемоний Югём резко выдернул из него блестящую, черную, анальную пробку, которая беспокоила Тэхёна весь вечер.
Когда Тэхён встал, чтобы сменить рубашку на ту, которую «предложил» Югём, тот нагнул его над туалетным столиком, быстро спустил брюки с его бедер, и прежде, чем он успел моргнуть, сдерживая свои возражения и желая, чтобы его мышцы перестали сжиматься в протесте, его муж болезненно и глубоко вставил вышеупомянутую пробку в него. Без предварительного растягивания, смазки, или хотя бы слюны, чтобы облегчить вхождение. В его действиях вообще не чувствовалось никакой любви.
Благодарный стон, который издал Тэхён, на самом деле отдался стоном боли в его собственных ушах, он искусно притворялся, что возбужден, чего Югём и добивался. Не сказав ни слова, Югём расстегнул свой ремень и штаны, но не снимая их, он просто достал свой член, и схватив Тэхёна, сцепил руки под его бедрами, подтянув его к себе. Задница Тэхёна почти свисала с края стола, но Югёму именно это и было нужно.
Несмотря на то, что он проходил с анальной пробкой довольно внушительного размера в течении нескольких часов, этого было недостаточно, чтобы подготовить его к мучительной боли, которая охватила его, когда Югём безжалостно вонзился в него сразу на всю длину. Вцепившись в бедра Тэхёна, Югём толкался в него все сильнее и сильнее, громко кряхтя, и закрыв глаза, не замечая, как Тэхён взмахивает руками, пытаясь ухватиться за края столешницы, и стараясь оставаться в одном положении и не отвлекать Югёма от надвигающегося оргазма.
С губ его мужа сорвался сдавленный крик, когда он бурно кончил внутри Тэхёна, вздрагивающего от ощущения каждого спазма.
Удовлетворенный и истощенный, Югём отпустил бедра Тэхёна, небрежно уронив его на мраморную столешницу, он выскользнул из него не сказав ни слова, поправил на себе брюки и резко ушел.
Тэхён не двигался. Он уставился в темный потолок, все еще цепляясь за края стола, слишком хорошо осознавая, как из него вытекает струйка семени, его ноги продолжали свисать с края стола в том же положении, в каком Югём оставил его. Его муж, вероятно, уже крепко спал в постели, совершенно вымотанный.
Тэхён знал, что Югём будет раздражен, если они не проснутся вместе в одной постели, поэтому он осторожно двинулся вперед, стараясь не слишком задевать болезненную задницу. Выходя из кухни, он увидел себя в зеркале в коридоре, и поморщился при виде кружевных трусиков на своих бедрах.
«Моя прекрасная принцесса», — так называл его Югём, когда они встречались, — «Моя хорошая, милая, прекрасная принцесса».
В то время Тэхен считал эти нежные слова романтичными и милыми, но вместе с нижним бельем, которое он теперь был вынужден носить, независимо от того, нравится ему это или нет, Тэхён понял, что Югём говорил эти слова не для того, чтобы заставить его почувствовать себя особенным или любимым, а для того, чтобы показать ему его место.
Тэхен был принцессой, беспомощной женщиной в их отношениях, которая готовила и убирала дом весь день, на вечеринках выставлялась как трофей, носила сексуальное нижнее белье для своего мужа, была снизу в сексе, и которой не разрешалось возражать или иметь свое мнение.
Югём был хозяином дома. Он контролировал все и всех, включая и Тэхёна.
Если бы Тэхён помнил, как плакать, он бы сделал это сейчас, глядя на незнакомца в зеркале и осознавая, что видит самого себя, одетого в рубашку, которую он не хотел надевать, и кружево, которое не давало ему чувствовать себя Тэхёном. Болезненное напоминание о том, что Югём последовательно убивал в нем мужчину с того самого дня, как они встретились.
