Короткий отрезок длинного моста

      В последнее время сны начали сниться чаще — то ли из-за того, что стал ложиться раньше, то ли из-за того, что приближался кульминационный момент. Ноги блондина были всё ближе к краю скалы, и в последнюю встречу часть стоп уже практически висела в воздухе, потому у самого Саске прошли мурашки страха по телу. Сегодня парень не улыбался своей широкой улыбкой во все тридцать два как обычно — лицо было абсолютно серьёзным и в какой-то степени даже напряжённым. Чаще всего он садился на пол, прижимал стопы к себе, принимая «позу лотоса», а потом рассказывал что-то далёкое от реальной жизни: про миссии, ниндзя и чакру. Это всё казалось полнейшим абсурдом. Что только не придумает подсознание в попытках почистить старые воспоминания из детских мультфильмов. Наверняка чакру оно украло из какого-нибудь старого аниме, ниндзя пришли из фильмов, а миссии — из американских кино про шпионов. Может быть, только вот откуда там вечно появлялся этот незнакомец, оставалось загадкой. Его внешность никогда не менялась, в отличие от настроения. В один день он мог прийти с улыбкой до ушей, потому что в каком-то «Ичираку-Рамене» сегодня скидки, в другой день радость сменялась криками о несправедливости и обмане шиноби из другой деревни, которых обязательно нужно поймать и наказать, несмотря на то, что некая Цунаде против этого. На третий день он мог просто молчать на протяжении нескольких часов, а перед моментом пробуждения скромно улыбнуться уголками губ.       Он всегда был слишком интересен Учихе. Голова зачастую забивалась мыслями о происхождении таинственных снов, причину которых он постоянно искал во всех новых исследованиях про осознанные сны и всё с ними связанное. В подростковом возрасте Саске удалось прочесать всё, что хотя бы мельком касалось сонного паралича, шифтинга, осознанных снов и даже тульп, но в итоге остановился он на третьем. Конечно, материалы об этом не могли объяснить всего происходящего, но сон всё ещё очень мало изучен, так что всё сходилось. Незнакомец приходил непостоянно — с паузами, период которых достигал от трёх месяцев до пары лет. Иногда брюнет даже не узнавал его после долгой разлуки. И всё же парень упорно продолжал приходить к нему во сны: разговаривать, кричать, прыгать, молчать и пытаться вывести второго на диалог. Изредка ему даже удавалось. В какой-то момент Саске понял, что и сам не хочет, чтобы эти своеобразные встречи прекращались, поэтому просто пустил всё на самотёк, переставая искать причину их явления.       Вплоть до рокового вечера. Он был категорически против поездки туда. Учиха не относился к тем видам репортёров, которых отправляли в места всеобщего веселья и скопления людей в целом — обычно он вёл свою колонку о произошедших странных и криминалистических случаях в их городе. Иногда на подготовку хватало вечера, ибо материала было мало, да и дело было вполне свежим, а иногда попадались сложные нераскрытые дела, закрытые полицией вследствие отсутствия состава преступления и истечения срока давности. Саске же считал, что срока давности у убийств и издевательств быть не может, поэтому продолжал складывать все крупинки воедино, чтобы хотя бы попытаться сделать что-то со своей стороны.       За день до этого Итачи вновь настоял на звонке отцу, дабы для приличия спросить, как дела. Сколько ещё лет ему понадобится на то, чтобы принять факт того, что младший брат не собирается налаживать отношения с родителями? И нет, это не «святое», как тот любил говорить — уж точно не в случае клана Учих. Но всё же в голове была парочка вполне весомых аргументов за то, чтобы наконец позвонить родителям впервые за… два? Да, вероятнее всего, два года.       Быть может, эти глупые стандарты клана, распространяющиеся на каждого члена семьи без исключения, наконец утратили свою силу за это время, а Фугаку пришёл в себя и вспомнил, что детей, как пишут в книгах, нужно любить не за что-то, а просто так. Саске усмехнулся: казалось бы, человеку исполняется двадцать шесть лет в этом году, а он всё ещё верит в чудеса. На самом деле, объективных причин делать это больше и не удалось придумать, так что пришлось признаться самому себе в том, что главной причиной всё же являлась никому ненужная встреча, которая всегда следовала за резким разговором с родителями и очередным пониманием того, что семья для Саске семьёй никогда и не являлась. Нет, он совершенно не нуждался в молчаливых посиделках на краю скалы рядом с Призраком, как он уже привык называть белобрысого по ту сторону водопада — он просто очень хотел поругаться с отцом, конечно.       Впервые Призрак пришёл в детстве, когда Учиху отстранили от занятий на день за конфликт с одноклассником в третьем классе. В тот день отец впервые сильно кричал на него: обещал перевести сына в интернат и забыть о его существовании на несколько лет. Завершая мысль, тот добавил, что готов будет и вовсе отказаться от ребёнка в случае чего, ведь идеальный наследник у него уже есть. В тот день мальчик впервые столкнулся с ситуацией, в которой люди ставят статус выше близких. Знал бы он, что в дальнейшем это противостояние будет преследовать его всю жизнь. Это был первый сон за последний месяц: недосып давал о себе знать; брюнет очнулся на какой-то скале, а в паре метров от него текла буйная река, которая на самом деле оказалась высоченным водопадом. Стало не по себе от одиночества и безысходности, ведь выбраться оттуда самому мальчику не казалось возможным. За шумом воды он, кажется, не услышал приближающихся шагов, ведь через пару минут периферийным зрением заметил человеческую тень в тумане на противоположном берегу скалы. Застыв, он начал наблюдать за тем, как та становилась всё отчётливее, пока в какой-то момент перед глазами не показались пшеничные пряди волос. Наконец-то его спасут!       Только вот спасать было некому — через пару секунд его уже изучали взглядом ярко-голубые глаза мальчика, который был если не младше, то старше его от силы на год. Он прищурился, заново обвёл его взглядом, а затем широко улыбнулся, говоря, что скучал. По кому скучал? Кто он и как сюда забрался? Уже не важно. Кажется, они здесь застряли. Саске обречённо вздохнул, сел на пол, а затем начал оглядываться по сторонам, стараясь не замечать гиперактивного блондина напротив. Тот же, в свою очередь, активно покрутил головой во все стороны, после чего отзеркалил позу «собрата по несчастью», хотя тому эта ситуация несчастьем совершенно не казалась. Блондин вновь принялся изучать нового или старого знакомого, которого помнил лишь по ощущениям, стараясь разглядеть его лицо, спрятанное за упавшими тёмными прядями. В какой-то момент поведение новоиспечённого знакомого уже стало раздражать школьника, как вдруг тот вновь заговорил: — Ну и чего молчишь? Не рад меня видеть, теме? — А с чего бы я был рад? — недоумённо спросил в ответ Учиха, чуть приподнимая голову. — Я тебя не знаю. Я сижу на какой-то скале, на меня уже десять минут пялится какой-то мальчик, а я просто хочу домой. — Домой? — Да, домой! Туда, где я живу с детства и где живёт моя семья. — А что для тебя дом, Саске? — Место, где я живу… — растерянно ответил мальчик, даже не замечая, что собеседник назвал его по имени. — Где живут родители. — Дом там, где тебя ждут.       Фраза начала эхом проноситься в голове, мешаясь с воспоминаниями о последнем разговоре с отцом. А ждут ли его? Нет, и никогда не ждали. Разве что Нии-сан, который старался быть рядом, но физически не успевал, будучи в постоянных отъездах из-за учёбы в другом городе. Иногда он шёл по улице и видел, как родители играют с детьми в парках, но, приходя домой, боялся даже заикнуться о такой просьбе. У Саске никогда не было ни семьи, ни дома. И почему-то Призрак знал это с самого начала разговора. Поняв это, мальчик вновь поднял глаза на собеседника, который уже не крутил головой и не пытался разглядеть брюнета — тот просто сидел в позе лотоса, рассматривая поток воды. Так они и просидели несколько часов, пока не зазвенел будильник.       Во второй раз мальчик появился после первой ссоры с родителями об увлечениях сына и будущей карьере, когда тому было около тринадцати лет. В этот раз брюнет начал разговор первым, после чего просто-напросто отвлёкся от всего происходящего в реальной жизни разговорами о далёком мире ниндзя с опасными миссиями и сверхъестественными способностями, с интересом слушая истории голубоглазого о каких-то походах в соседние деревни.       Самыми частыми их встречи были во время переходного возраста Учихи: в то время он часто спорил с отцом, из-за чего пару раз слышал то, что ни один ребёнок слышать не должен. В те моменты и приходил Призрак. С возрастом резкие слова Фугаку всё меньше заботили, так что встречи у водопада стали случаться реже, в какой-то момент сократившись до раза в пару лет. В последний раз он слышал этот голос два года назад, когда обрывал общение со всем кланом.       И, честно говоря, он соскучился. — Да, нам нужны снимки с мероприятия, но я не знаю, где их взять, — раздражённо проговаривает в телефон парень, не обращая внимания на сам фестиваль. — Я не собираюсь торчать здесь три часа, досниму свою часть и уезжаю. Не моя проблема, — из телефона слышится недовольный мужской голос, местами переходящий на крик. — Хорошо, ладно! Я найду первого попавшегося человека с камерой и попрошу его скинуть мне фото на почту, идёт? Это вообще не моя работа. Я не должен был оказаться здесь. Ебаный Суйгецу, — последнее предложение он проговаривает уже после сброса вызова. — Саске? — рыжеволосый оператор наконец дожидается, пока ведущий обратит на него внимание, и указывает куда-то за его спину. — Там уже минут пятнадцать бегает какой-то парень с фотиком в руках. Мне кажется, он успел обойти всю территорию. — Плевать, давай подойдём к нему, — не отрываясь от телефона, Учиха следует за коллегой. — Спасибо, что нашёл кого-то, Джуго. — Без проблем. Это вообще не твоя сфера работы, так что тебя можно понять. — Да, можно… — скорее для галочки повторяет за собеседником Саске, продолжая печатать что-то в телефоне на ходу, пока не замечает периферийным зрением парня с камерой. — Извините?       Блять. Он начинает осознавать весь ужас ситуации ещё в тот момент, когда, отрывая глаза от экрана, видит золотые пряди, торчащие в разные стороны. Эту причёску он видел несколько раз в жизни, и всегда это был один и тот же человек. А человек ли? Призрак. Незнакомец не реагирует, делая снимок, и это невероятно радует: сейчас Учиха моргнёт и всё исчезнет. Перед ним окажется какой-то брюнет в очках и с грустным лицом. Мозг постепенно отказывается работать правильно, окуная своего владельца в последнюю ночь, когда тот клянётся Призраку встретиться в следующей жизни. Капли крови сливаются с сильным потоком воды и падают с высоты водопада. Он в недоумении отзеркаливает движения рук блондина и видит, как тот пропадает в смоге.       И всё же это не сон и не галлюцинация — откладывая камеру, к нему резко поворачивается парень, чьё лицо он сегодня видел во сне. Впервые за столько лет ярко-голубые глаза находятся так близко, и можно разглядеть их хорошенько. Причёска всё та же, что и была — разве что волосы на пару сантиметров короче. Голос. Этот голос он слушал часами напролёт, будто включая подкаст на фоне. Сомнений не оставалось: перед ним стоит он. Призрак. Разве что ненамного старше того, что приходил в последний раз. Оставшуюся часть репортажа Саске выполняет быстро и на автомате, стараясь выкинуть из головы недавнюю встречу, но выходит плохо. Журналист приезжает домой, принимает холодный душ и ложится в постель, заранее выпивая три таблетки успокоительного вместо допустимых двух, чтобы в этот раз ему точно никто не приснился. Хоть тот и обещал оставить ту встречу последней.       Было откровенно страшно. Привязываться к своей фантазии, приходящей в образе мальчишки на краю скалы раз в пару лет, ещё куда ни шло, но видеть того самого «мальчишку» в жизни, разговаривать с ним и делать вид, что совершенно не заинтересован в диалоге — уже попахивает видениями наяву и бредом. Да, Саске совершенно точно выжил из ума и придумал себе всё это из-за недосыпа. Согласно лору, на фоне сегодняшних эмоций, ночью он окажется на скале напротив блондина. Обычно это вызывало спрятанную глубоко в сердце радость, но сегодня был лишь страх. Страх не увидеть напротив никого.       Удача оказывается на его стороне, так что за ночь Учиха не видит ни одного сна, просыпаясь по будильнику ровно в семь. Всё вернулось на круги своя: не было никакого Призрака и фестиваля, не было дикой паники и слов о снах, не было и прощального сна. Но бутылёк с успокоительными, оставленный ночью на кухонном столе, говорит об обратном, как и уведомление о новом сообщении на почту. Отправителем являлся некий «фотографер» с почтой «nuzumaki10@gmail.com», а в самом письме были прикреплены несколько профессиональных снимков, сделанных на мероприятии. Это был не сон.       Не сном оказывается и разговор с отцом, произошедший на днях, о чём говорят мужские лакированные туфли, стоящие в углу. Подходя ближе к кухне, журналист слышит спокойную мелодию, играющую на телефоне, и подвывающий под неё мужской голос. Итачи уже в курсе. Брат готовит яичницу с помидорами на двоих, как делал и продолжает делать это всегда, когда младший ссорится с родителями. Давненько они не завтракали так; хоть как-то ругань отца ему в жизни пригодилась. Итачи как обычно одет с иголочки: идеально выглаженные тёмно-зелёные брюки со стрелками, бежевое поло и длинные волосы, собранные в низкий хвост. Саске каждый раз поражался тому, как отец позволил старшему брату носить такую причёску ещё с подросткового возраста. Учитывая их семью, тот должен был быть готовым умереть за неё, сражаясь до последнего. И всё же он её отвоевал, и Учиха-младший боялся даже спросить как. Брат еле заметно оборачивается и кивает, возвращаясь к готовке. Сегодня его ждёт ещё один неприятный разговор. Не много ли стрессовых ситуаций на два дня?       Решив позволить старшему закончить готовить в тишине, брюнет идёт в ванную, дабы наконец умыться и начать свой день с чистого листа. И это бы сработало, если бы не появившаяся перед глазами картинка в момент умывания. Ебаный блондин. Скоро Саске начнёт ненавидеть всех светловолосых людей, ибо они строят не лучшую репутацию в его глазах. Резкая тишина в ушах, за которой следует услышанная день назад фраза: «Мы больше не встретимся, Теме». — Не встретимся, как же, — едко проговаривает ведущий, доставая зубную щётку. И пусть это действительно будет их последняя встреча, ибо это уже начало переходить все границы. Смешно — он, Саске, скучал по какому-то подростку из снов, клона которого он встретил вчера. И что тот сделал? Начал говорить про сны. Про сны и Учиху, которого он должен был видеть разве что на экране телевизора и нигде больше. Да и вообще, мало ли что он там себе придумал, пару раз к нему уже подкатывали с такими словами, и этот не исключение. Просто так совпало. Такого не бывает. Он уже сам себя смешит, честное слово.       Итачи уже сидит, накрыв на стол. Улыбается своей доброй улыбкой, гадюка. Сейчас скажет, как любит, а потом начнёт выносить мозги, стараясь «образумить» и помирить с родителями. Столько лет прошло, а схема не поменялась. Чаще всего такие посиделки заканчивались истерикой Саске и ночным походом за чипсами, дабы съесть их при просмотре кино «перемирия», что означало бы завершение ссоры. И всё же иногда младший сдерживал эмоции, и всё обходилось и так. Вот бы и в этот раз всё прошло нормально. — Опять будешь говорить, что роднее семьи нет никого? — Ты и сам прекрасно знаешь моё мнение, есть ли смысл повторять это из раза в раз? — мужчина даже улыбнулся, увидев, как округляются глаза брата. — И ты даже не станешь говорить, что отец старой закалки? — в ответ лишь качают головой. — И то, что он уже и сам не молод? — тот же ответ. — И то, что он просто травмирован? — Что и следовало доказать. Ты уже знаешь все мои аргументы «за», а я знаю все твои аргументы «против». Я пришёл поболтать просто так. Давно не приходил. — Я скучал, — на эмоциях выдыхает парень, радуясь избежанию разговора. — Я тоже, поэтому и оказался здесь. Отец рассказал мне о вашем… разговоре, как только смог - во всех красках. Думаю, ты и сам представляешь, какой яркий окрас он умудрился ему придать. Честно говоря, пару раз во время пересказа я улыбнулся, когда он цитировал твои слова. Знаешь, странно говорить это, но, может быть, тебе и вправду не нужен контакт с семьёй. Они тебя не понимают — они другие. — С семьёй нужен. Ты — моя семья. А насчет тех людей согласен. — И всё же, ты слишком дёрганый сегодня. Это ведь не из-за отца. — Обычный я, не начинай, — иногда проницательность брата всё же напрягала. — Ты действительно хочешь, чтобы я устроил очередную терапию? — Призрак, — легче будет рассказать, чем выслушивать час лекций по психологии. — Помнишь того парня из снов? Я встретил его в реальной жизни. — В реальной жизни? Я думал, это было что-то по типу воображаемого друга, который исчез в подростковом возрасте. Ты уверен, что это был он? Хотя… Может быть, ты видел его где-то в детстве, и мозг запомнил внешность из-за какой-то детали, после чего пару раз воспроизвёл. Всю историю вполне можно объяснить научно. Если я правильно помню, в последний раз вы виделись лет в двенадцать? — Прошлой ночью, — тихо, практически шёпотом. — Прошлой ночью? — мужчина замолкает, погружаясь в мысли. — И вы виделись ещё до этого раза, верно? — риторический вопрос, он всё прекрасно понял. — Сам что думаешь? Совпадение или… — Совпадение. — Случайных совпадений не бывает, Саске.