Снежная ведьма

— Вы знаете о законе сохранения гармонии? — спрашивал Чонин, прохаживаясь по краю утеса. Вдалеке сверкало солнце, грея своим теплом босые ступни и лицо. — Люди знают о существовании параллельных миров, но для них это всего лишь сказки: кто-то верит, а кто-то нет. Между тем, если один из миров расколется, подобно снежному шару, Вселенная будет повергнута в хаос. Разразятся катастрофы, первые удары будут нанесены по тем местам, где наиболее тонкая оболочка между мирами, а значит и наиболее уязвимая. Тринадцать лет назад подобное уже было. Удар принял на себя мир волшебников. Сотни колдунов потеряли своих близких, и все из-за одного алчного мага, пожелавшего присвоить себе древний свиток, в котором заключены все возможные магические заклинания. Свиток он не нашел. Не так просто его отыскать. Даже мне не известно, где он находится. — Даже вам? — спросила Сольха не без любопытства. — Даже мне. Говорят, что колдуны, преподающие в Академии, посвящены в тайну свитка. Чушь собачья. Я уверен, директор тоже не знает о нем, иначе свиток не был бы тайной. Сольха, вам известно, что произошло, когда маг проник в Дом Волшебства? — Да. Некоторые колдуны впали в полувечный сон. Их можно разбудить, но для этого нужно прибегнуть к одному заклинанию. И это заклинание может выучить только колдунья, обретшая ведьмовскую силу. Раньше я думала: обретешь силу — заклинание в кармане, но позже узнала от бабушки, что это не так. Заклинание открывается не каждой ведьме, а заключено оно тоже в свитке, только не в тайном. — Свиток этот можно найти в любой библиотеке. Однако вы правы, не каждая ведьма сможет овладеть заклинанием. Как думаете, можете ли вы им овладеть? Сольха не ответила. Она понурила голову. Чонин сел рядом с ней. — Рано или поздно вы это узнаете, — сказал Чонин. — Думаю, заклинания нам нет смысла изучать. Сольха встрепенулась и перевела на него озадаченный взгляд. Чонин смешливо сощурился. Сольха не озвучила вслух свои мысли. Было понятно, что Чонин догадался: нет у неё никакой ведьмовской силы, и те три тёмных заклинания, о которых она упомянула при их первой встречи, она выучила с трудом. — Мой тайный уголок отныне не тайный. Приходите сюда, когда душе будет угодно. Можете сидеть и смотреть на лес вдалеке, на облака, плывущие по небу; отпускать тревоги, приводить мысли в порядок и просто мечтать. Вы ещё такая юная, и, наверняка, любите помечтать. Например, о любви. Сольха опустила подбородок между подогнутых коленок и спрятала горячие щеки в волосах. — Вы так делаете, когда смущаетесь? Это очень мило, — проговорил искренне Чонин. — Напоследок я хотел бы вам сказать, что вы избрали верный путь, несомненно он исполнит все ваши заветные желания. Искренность, доброта, любовь, взаимопонимание — вот ключ к исполнению мечты. И вы обладаете этими качествами. Мой уголок послужит вам защитой от опасности, но, чтобы попасть сюда, нужно воспоминание, связанное с этим местом. — Я могу вспомнить этот прекрасный вид, — сказала Сольха, проведя рукой по воздуху. Ее кожу обвевал теплый ветерок. — Нужно воспоминание посильнее, — сказал Чонин. — К примеру, такое. Он отодвинул с её лица кудрявые волосы и нежно поцеловал в щеку. Сольха на секунду замерла. Чонин трепетно провел по её лицу кончиками пальцев и отстранился. — А теперь возвращаемся, — сказал он, улыбнувшись. Сольха схватила его за руку, и они через цветной водоворот вернулись к нему домой. Феликс частенько приходил к Сольхе. Бабушка не позволяла ему ночевать с внучкой в одной комнате и уж тем более в одной кровати. Феликс дул губы и смотрел на госпожу Ким исподлобья. Она стелила Феликсу в комнате на втором этаже, а наутро находила его на чердаке, в комнате Сольхи. Ночью он пробирался туда на цыпочках, перед этим отправляя Пуони на разведку. Он отворял дверцу в комнату Сольхи и застывал на пороге. Он целый час разглядывал её спящее лицо, облитое лунным светом: её роскошные брови и ресницы, которым позавидовала бы любая красавица, её розовые щеки, и, наконец, её пышные волосы. Он садился на пол у входа и прижимал к груди подушку. Пуони сидела подле него и подскребывала коготками об пол. Феликс брал совушку на руки и успокаивающе поглаживал по голове. — Не надо. Не буди её, — шептал он в тёмные перья, едва касаясь их губами. Пуони в его руках становилась смирной и постепенно погружалась в сон. Феликс засыпал вслед за ней. Утром Сольха хмурила брови, видя Феликса, заснувшего у стенки. Она не решалась будить его. Она закрывала шторы и накрывала Феликса теплым одеялом. Садилась напротив и ласковым взглядом скользила по его лицу. Мурашки таяли на ее коже, когда она смотрела на него. Красивый. Вот что было в ее мыслях. Он был очень красивый. За время, что они не виделись, он повзрослел. Сольха невольно вспомнила их тесные объятия в доме Чонина, его твёрдый пресс под своими пальцами и его бархатные губы на своей коже, и желание, как пугливый огонек, вновь затрепетало в ней. Он любил её. Но Лабиринт показал, что их чувства недостаточно прочны. Сольха, взяв полотенце и халат, шла в ванную. Однажды Феликс незаметно от бабушки вбежал туда за Сольхой. — Метла, — позвала Сольха. Феликс опрометью бросался из ванной под свист ненавистной метелки. Сольха со смехом затворяла дверь. И все-таки, у них появилась возможность побыть только вдвоем. Сольха пригласила его к себе в комнату. Они легли на кровать и накрылись одеялом. По стенам бегали тени от свечек на столике. Феликс щелкнул летучей мышкой и осторожно стянул её с волос Сольхи, а Сольха расстегнула его подвеску с совой. Они спрятали талисманы в шкафчике. Феликс нежно гладил её голову и щеки. Сольха таяла от его прикосновений. — Как же я скучал, — сказал Феликс. — Твоя бабушка придёт нас проверить? — Угу, — с сожалением отвечала Сольха, и тут дверь отворилась. Феликс отдернул ладони и отодвинулся на свою половину кровати, а Сольха на свою. — Спокойной ночи, — проговорила бабушка, оглядывая комнату цепким взглядом, и грозно добавила: — Не вздумайте шалить. Она ушла. Феликс придвинулся к Сольхе. — Поцелуй на ночь, — сказал он, касаясь носом её мягкой щеки. И прильнул к её губам. Он давно не целовал ее, от этого поцелуй вышел желанным и трепетным. Феликс лег на свою подушку. Сердце громко колотилось в его груди. Сольха убрала одеяло и резко придвинулась к нему. Она игриво провела пальчиками по его груди и сказала: — Пошалим немножко? Её пальчики забрались под его футболку и защекотали грудь и живот. Феликс закрыл рот ладонью, чтобы не захохотать в голос. Сольха стремительным движением подняла футболку и прижалась губами к его груди. Указательным пальчиком она надавливала на один его сосок, а другой теребила языком. Феликс довольно улыбался и гладил её затылок. Сольха осыпала поцелуями его кожу, а Феликс отвечал на её ласки тихими стонами. Сольха упала на подушки. — Мне нужно отдышаться, — сказала она, смачивая губы языком. Её дыхание стало ровным спустя каких-то десять минут. Она поднялась и заглянула в глаза Феликса. — Теперь ты, — сказала она, стянув ночную рубашку через голову. — С удовольствием, — заботливо сказал Феликс, укладывая её на кровать. — Но сначала маленькая месть за щекотку. Он пробежался пальчиками по ее животу. — Только не долго, — проговорила Сольха, хихикая. — За что мне такой подарок? — спрашивал он, водя пальцами между её грудей. — Мне хотелось тебя поцеловать, но бабушка мешала, — отвечала Сольха. — А кто меня метлой гонял из ванной? — Ну не при бабушке же этим заниматься. — В ванной она бы нас не увидела. — Она все видит, — проговорила Сольха. Феликс не знал, что её бабушка обращалась в чёрную кошку, зорко взирающую на всех посетителей «Ведуньи». Ныне Сольха могла не думать ни о бабушке, ни о чёрной кошке. Все её мысли занимал Феликс. Он ласкал её грудь языком и прикусывал шершавые соски, целовал Сольху за ушком и в шею, теребил пальцами бантик на ее кружевных трусиках. «Сделай Сольху своей», — прогремели слова в его голове, мигом отрезвляя сознание. Феликс оторвал ладонь от её живота и перевалился на бок. Что будет, если он сделает её своей? Сольха прижалась к его телу, крепко переплетая руки за его спиной. «Имею ли я право любить тебя?» — подумал Феликс, теснее прижимая её к себе. Его футболка намокла на груди. Он обхватил лицо Сольхи руками. — Ты плачешь? — Я очень счастлива, Феликс. Благодаря тебе, — проговорила она, собирая слезинки пальцами. — Ты делаешь меня счастливой. — Сольха… я… Я не делаю ничего такого. Хотел сказать он. Но это была бы не правда. Он любил её и говорил ей об этом каждое утро, день и вечер, его слова были не пустым звоном, а самым настоящим проявлением чувств. Сольха оделась и вернулась в его объятия. Ночью, когда Феликс и Сольха спали мирным сном, дверь комнаты приоткрылась. Два зелёных глаза мелькнули во тьме. Едва слышный шорох подернул тишину. Чёрная кошка села на спинку кровати и задумчиво приставила лапку к голове. Сольха зашевелилась в объятиях Феликса, подтаскивая к груди одеяло. Кошка, хитро прищурив глаза, бесшумно спрыгнула на пол и скрылась в дверном проеме. — Феликс! Феееелииикс! А ну-ка просыпайся, — весело звала его Сольха, потягивая за плечи. — Посмотри за окно! Какое утро! Какой свежий воздух! Она вскочила с кровати и подлетела к окну, отворяя форточку. Феликс с носом нырнул под одеяло и проворчал: — Который час? — Семь утра! Проснись и пой, Ли Феликс! — напевала она, бегая по комнате на носочках, как танцовщица. — Рано, — буркнул Феликс и повернулся на бок. Сольха прыгнула на кровать, Феликс аж подскочил, сгребла его в охапку и потащила с кровати. — Хватит спать! Я хочу показать тебе что-то невероятно интересное. — Невероятно? — Тебе понравится. Ты же любишь магию? — Не сказать, что я её очень люблю, — пробурчал Феликс, не размыкая глаз. — Но охотно бы посмотрел на твой сюрприз. — Одевайся скорее и идём на улицу. Сольха отпустила его и бросилась вон из комнаты, скользнула носками по намытому до блеска полу и влетела в кухоньку. Схватила со стола кофейник и тарелку с пирожками. На пороге кухни она нос к носу столкнулась с бабушкой. — Сольха, что это с тобой? — спросила бабушка, приподнимая очки. — Ты выглядишь чересчур бодрой. — Бабуля! — весело сказала Сольха. Поднявшись на носочки, она чмокнула бабушку в щечку. — Настало время драконов! — Что бы это значило? — задумчиво протянула бабушка, с таинственной улыбкой посмотрев Сольхе вслед. Феликс, одетый в брюки и рубашку, сидел на стуле. Сольха поставила на столик кофейник и пирожки и залезла в шкаф. Она сбросила ночную рубашку и надела шерстяное платье и тёплые колготки. Феликс попивал кофеек и с любопытством смотрел на ее подрагивающие лопатки и звонко щелкающие пальцы рук. Она села за столик, налила себе полную кружку кофе и с шумом отхлебнула. — Приходи ко мне почаще, — сказала Сольха. — С тобой хорошо спать. Мягко, спокойно и очень сладко. — Мои родители уже косо на меня смотрят, но я постараюсь что-то придумать, чтобы ночевать у тебя. Кстати, хочешь познакомиться с моими родителями. — Да, но не сегодня. — А что ты хотела мне показать? — Помнишь, мы варили у Чонина зелье дракона. Он разлил его по флакончикам и один дал мне. После завтрака они поехали на окраину города. Сольха уверяла, что использовать зелье можно только на открытых пространствах. Они отошли подальше от домов, забравшись в самый снег. Сольха щелкнула саквояжем и достала из него флакончик. Феликс оглядывался по сторонам. Вдалеке темнел лес. Ноги Феликса утопали в снегу. — Смотри внимательно, чтобы ничего не упустить, — проговорила Сольха. Она опрокинула флакончик с зельем на снег. Снег зашипел, подобно ядовитой змее. Отовсюду повалил теплый пар. Феликс отшатнулся, как только из земли выросло нечто огромное и чешуйчатое. Поначалу он думал, что это и есть змея, но, когда увидел, кто перед ним, округлил глаза от восхищения. Челюсть его упала — не поднимешь. — Дракон?! Самый настоящий дракон! — воскликнул он вне себя от радости. — Сольха, это дракон! Ты видишь его? Он хотел было прикоснуться к дракону, но с опаской отдернул руку. — Конечно, я его вижу, — отвечала со смешком Сольха. Она погладила изумрудную чешую. Феликс, следуя её примеру, сделал так же. Он с раскрытым ртом посматривал то на свою руку, то на морду дракона. Чешуя его была холодной, переливалась золотом при свете солнца. — Дракон… настоящий… — говорил Феликс с восхищением, на его глазах проступили слезы. — Полетаем? — предложила Сольха, сделав жест головой, и произнесла командным тоном: — Дружок. Дракон опустился на четвереньки и ударил хвостом о снег. Феликса чуть не накрыла снежная волна. Сольха схватила его за рукав и придвинула к себе. — Его так зовут? Дружок. — Я только что придумала. Как я говорила, на имена у меня плохая фантазия. Сольха вскарабкалась на кончик хвоста, и, раскинув руки в стороны, прошлась до спины дракона, а там уцепилась руками за чешую и села. Она помахала Феликсу. Феликс вдруг разучился ходить. — Он добрый, — сказала Сольха, погладив драконью спину. — Иди сюда. Феликс наступил на хвост. Глянул на дракона. Он раскрыл пасть и угрожающе повел челюстями. Феликс стремительно пробежался по его хвосту. Сольха схватила его за руки и подтянула к себе. Дракон поднял хвост и обрушил его на землю, взметая комья снега. Феликс спрятал лицо в воротнике Сольхи. — Нравится? — Еще бы! — сказал Феликс, белозубо улыбаясь. — А теперь деррржиииись, — прокричала она, крепко обхватив чешую руками. Феликс обнял Сольху за талию. Счастливая улыбка не сходила с его лица, когда они летели над лесом, а потом над городом. Феликс припомнил свои детские мечты. Он смотрел мультфильмы про драконов, а ночами воображал, как встретит настоящего дракона и облетит на нем весь город. Сердце его трепетало в груди. — Сольха, ты исполнила мою мечту, — проговорил Феликс, стискивая ее талию. — Я всю жизнь мечтал полетать на драконе. Мой дом! — воскликнул Феликс, увидев знакомую крышу с флигелем со стрелками и буквами N, S, E, O, означавшими стороны света. — И «Ведунья». Феликс расцепил руки и медленно поднялся на дрожащих ногах. — Осторожнее. Так и упасть недолго, — предупредила Сольха. Феликс раскинул руки и закрыл глаза. На его губах играла довольная улыбка. Дракон резко полетел вниз, Феликс оступился и упал с дракона. — Феликс! — вскричала Сольха. Феликс еще не успел испугаться, как его подхватила метла Сольхи и вернула на спину дракона. Феликс с благодарностью посмотрел на нее, и хотел погладить древко, но метла сжалась до размеров спичечного коробка и нырнула в раскрытый саквояж Сольхи. Они просто летали и любовались красивыми видами: лесами, скованными зимним сном; полями, покрытыми снежным одеялом; серебряными реками и озерами; наконец облаками, дышащими снегом. Вдруг средь всего этого великолепия промелькнули черные тени. Сольха насторожилась. Она покрепче обхватила дракона за шею. Феликс с опаской посматривал на черные тени, сотканные из дыма. Они проносились над его головой, как летучие мыши. Глаза их светились красным. «Демоническая сила», — подумал Феликс, сжав талисман-сову. Феликс обернулся. Лучше бы он этого не делал. На хвосте у них были десятки… Нет! Сотни теней. Их сощуренные глаза метали огненные искры. Сольха взвизгнула, когда черная тень запуталась в ее волосах. Феликс попытался ухватить ее за хвост, но она уплыла из его рук, как рыбка. Тени просачивались сквозь тело Феликса. Дымчатая голова вылезла из его живота, коварная улыбка раскрылась в ее нижней части. Сольха отбивалась от теней при помощи волшебной палочки, электрические всполохи разрывали воздух. И тут произошло непоправимое! Одна из теней нырнула в Сольху. Сольха застыла на месте. Перевела на Феликса взгляд, полный ужаса и боли. И резко нырнула вниз. Феликс растерялся. — Вниз! Вниз! Вниз! За ней! За Сольхой! — затвердил он, чуть ли не чертыхаясь. Дракон не слушал его. Он неспешно парил в облаках. Сольха растаяла в вихре снега. Тень проникла в Феликса. Он потерял контроль над своими конечностями и, подобно Сольхе, сорвался, прихватив с собой саквояж. Сопротивляясь демонической силе, завладевшей его телом, он раскрыл саквояж и выкрикнул, что есть силы: — Метла!!! И зажмурил глаза. Он уже отчаялся, как почувствовал в руках твердое древко. Феликс раскрыл глаза, перемахнул через метлу и пустился вниз. Он успеет! Он спасет Сольху. Тени врезались в его лицо, опаляя кожу горячим дыханием из разинутых пастей, что-то шептали на уши, просачивались сквозь руки и ноги. Феликс закашлялся, обхватив горло ладонями. Из его рта повалил густой дым. Горло свело судорогой, а на языке возникла горечь. Метла треснула и разломалась надвое. Феликс отпустил руки и рухнул на землю без сознания. Он приоткрыл слезящиеся глаза. — Соль… ха… — прохрипел он. Снова кто-то испытывал их чувства на прочность. Почему так жестоко? Почему так страшно? Почему так больно? Феликс шевельнул пальцами. Кости были целы. Он поднялся и схватился за голову. В ушах звенело, будто кто-то ударял в металлические тарелки прямо в мозгу. Феликс с трудом вскинул голову. Сольха повисла меж облаков. Спина ее была выгнута; обмякшие, словно без костей, руки свесились. Перед глазами сломанная метла. Шансы подхватить Сольху практически нулевые, но Феликс нашел в себе силы. Он согнул одну ногу в колене и встал, сделал пару шагов, и снова рухнул на мерзлую землю. Глазки Пуони замерцали зеленым, так она говорила: «Используй мою силу». — Нет, Пуони. Я спасу ее сам. Во рту появился металлический привкус. Что-то жидкое и вязкое заструилось по губам и шлепнулось о ладонь. Кровь. Феликс запрокинул голову. Сольха все еще висела меж облаков. — Пуони, выпускаю тебя, — шепнул Феликс. Сова выпорхнула из талисмана и приземлилась рядом с Феликсом. Она повертела головой, тюкнула клювом в свои перья, выдернула одно из них и положила перышко на ладонь Феликса. Феликс хмуро посмотрел на совушку: даже хмуриться ему было больно. — И что мне с этим делать? — спрашивал Феликс. Пуони тюкнула клювом в перышко и подняла на Феликса большие и умные глаза. — Мне его съесть? Пуони завертела головой и постучала клювом в перышко. — Надо произнести заклинание? Совушка кивнула и замахала крыльями. Феликс недоуменно смотрел на нее. Спустя десять секунд он понял: она указывала ему на Сольху. — Сольха, — произнес Феликс, и два белоснежных крыла выросли у него за спиной. Феликс расправил их, как будто всегда был крылатым существом, и тотчас взмыл в небо. Сольха вздрогнула и полетела вниз. Феликс подхватил ее на руки. Ничего не тревожило его. Ничего не мутило его разум. Конечности не дрожали от боли, и кровь не лилась изо рта. С появлением крыльев он вмиг исцелился. Как только он ступил мысками на землю, Сольха встрепенулась в его руках и раскрыла глаза. Феликс опустил ее на землю. Сольха покачнулась и упала на него. Она стиснула воротник его куртки пальцами и произнесла, заглянув в его лучистые глаза: — Феликс, ты мой ангел-телохранитель.