Снежная ведьма

Когда я впервые увидел её в ночном клубе, она околдовала меня, подобно самой настоящей ведьме. Я никогда не видел ведьм, не верил в волшебство и не думал о том, что моей девушкой будет самая красивая девушка на всем белом свете. И не подозревал, что ею станет самая могущественная из всех ведьм. Она стёрла мне память, но её образ сохранился глубоко в подсознании и являлся ко мне во сне. Я никогда не забывал её, она всегда была со мной, а я был с ней. Ранним утром я выходил на балкон и смотрел на звезды. Они мелькали сквозь белёсые облака. Облака расступались от дуновения ветра, и звезды складывались в знакомое лицо, обрамленное пышными кудрями. Глаза мерцали ярко-ярко, обжигали сиянием, а улыбка грела сердце. Я загадал желание на падающую звезду: вновь увидеть Сольху. Моё желание сбылось. *** Феликс очутился на берегу озера. Он проснулся, приоткрыл глаза, взглянул на голубое небо, по которому медленно плыли белые облака, такие же белые, как в его сне про Сольху. Кожу обвевал тёплый ветерок, Феликс улыбался. Ему впервые за долгое время было хорошо. Казалось, он попал в мир, где нет невзгод, опасностей, не нужно беспокоиться за родных людей, а нужно просто жить и любить. Перед его глазами появилось красивое молодое лицо с густыми черными ресницами и глазами-агатами. Лицо озаряла добрая улыбка. Феликса поглаживали по длинным волосам, а ступни его ласкала теплая озерная вода. Феликс вздохнул от радости, которая растеклась по его телу и вызвала на губах ещё одну улыбку. Боль в голове прошла. Феликс помнил, как Чонин направил на него палочку, произнес заклинание, и Феликс очутился в холодной темноте, а сейчас он пребывал в месте, не имеющем ничего общего с темнотой. Это был мир света и добра. Так думал Феликс. Так ему хотелось думать. И он, сам того не подозревая, думал правильно. Феликс опустил ладонь на грудь, пощупал её. Талисмана совы не нашёл. — Сольха, кажется, я потерял талисман, — сказал Феликс, потягиваясь. — Какая же ты красивая. Глаз не отвести. Хочу и дальше просыпаться рядом с тобой и видеть утром твоё светлое лицо и трогать мягкие кудри. Феликс протянул руку и потрогал волосы. — Доброе утро, Феликс, — сказала Сольха. — Как спалось? — Прекрасно. Поначалу было холодно, но потом, когда я увидел во сне тебя, мне стало тепло. Вспомнил, как мы целовались утром. Сольха улыбнулась, потрепала его по голове. Феликс засмеялся. — А где мы находимся? — спросил он, поднимая голову с её колен. — Это место мне незнакомо. — Это волшебный уголок, — сказала Сольха. — Волшебники создают такие уголки, чтобы побыть наедине с самим собой или провести время с половинкой. В нашем суетном мире порою сложно уединиться. Жизнь вокруг бурлит, чужие мысли, заботы затуманивают сознание, а здесь царство гармонии, спокойствия и уюта. Голос у Сольхи был низкий, тягучий, не такой, как обычно. Феликс слегка нахмурил брови. Он повернул голову. В озерной глади отражалось безмятежное небо и лес, выступающий из-за зелёного кустарника. На берегу, в мягком жёлтом песке, прятались мелкие серые и голубые камни. Феликс поднялся с колен Сольхи и сказал: — Вы — не Сольха. Кто же вы? Он обернулся, заглядывая в чёрные глаза. Она была молодой и красивой, в платье с россыпью белых звёзд. На её губах, накрашенных алой помадой, сияла улыбка. — Я мама Сольхи. И твой талисман. Пуони. — Мама Сольхи? Сольха говорила, что её мама находится в глубоком сне и разбудить её можно только с помощью особого заклинания, которым Сольха, к сожалению, пока не может овладеть, — сказал Феликс, отряхивая штаны от песка. Его зимняя куртка и ботинки лежали поодаль на лужайке. — Вы не обманываете меня? Почему тогда, раз вы все это время были моим талисманом, не появились и не сказали Сольхе, что были рядом с ней? — Меня зовут Ким Кёуль. И я мама Ким Сольхи, — сказала твердо она, давая понять, что её слова чистейшая правда. — Госпожа Ким, извините меня, — сказал Феликс, соображая, что спросонья принял маму Сольхи за саму Сольху и даже хотел поцеловать её. Он покраснел, отводя взгляд на озеро, и спросил: — Что же с вами случилось? — Когда я впала в сон, насланный демонами, меня поместили в башню, потому что волшебники до сих пор не знают, можно ли заразиться сном, если держать спящего при себе. Это незнание пугает. Мой муж, Сольха, её брат и две сестрёнки приходят навещать меня несколько раз в год. Я слышу их голоса, но не могу ответить, чувствую прикосновения, но не могу прикоснуться в ответ. Это не простой сон, я как будто нахожусь в сознании, но при этом не могу ничего сделать, словно это паралич. — А почему демоны заколдовали вас? Вы сильная волшебница? — Нет. Я обыкновенная колдунья со средним запасом сил, если можно так сказать. В тот момент, когда демоны прибыли в наш мир и попытались нарушить гармонию между нашим измерением и миром людей, они останавливали всех волшебников, вставших у них на пути. Среди них была я и мой муж. Но мой муж не обладает волшебной силой. Он человек. Самый простой. Мы познакомились с ним, когда я училась в Академии Ведьм. Я решила спуститься в мир людей, проведать маму, которая открыла недавно волшебную лавку «Ведунья», и встретила там будущего супруга. Я влюбилась в его улыбку, а потом узнала, что он знает о существовании мира ведьм и колдунов, потому что его родители волшебники, а сам он мастер по изготовлению ступ и метёлок для ведьм. Он тоже влюбился в меня, мы долго встречались, а потом решили пожениться, когда осознали, что наши чувства очень крепки. Во время вторжения демонов он пытался защитить меня, прикрывал своим телом, получил множество ранений и ожогов (сила демонов обжигает, вызывая адские боли в теле), я не могла боле смотреть на его муки, взмахнула палочкой, и тут меня пронзил поток демонической магии, и я лишилась чувств. Наверняка кроме меня тоже кто-то погрузился в полувечный сон — так мы называем это состояние. — Мне кажется, Сольха уже может вас разбудить, — сказал Феликс. Кёуль улыбнулась. — Ты прав. У неё уже есть на то сила. И все благодаря вашей связи. Вы искренне любите друг друга. Феликс смущенно покивал и покраснел ещё сильнее. Ох, что же они творили в гостинице! Он же сейчас от стыда сгорит! Хотя они и спрятали талисманы в шкафчик, вдруг мама Сольхи все слышала!.. Феликс приложил к щекам ладони. — Ты чего так смутился? — Щеки от жары покраснели, — сказал Феликс, помахав ладонью на лицо. — Все это время вы были талисманом? Имею в виду с того дня, как погрузилась в сон. — Нет. Моя сила в том, что я могу отделять душу от тела на некоторое время. Так я спасла тебя в Лабиринте, потом помогла спасти Сольху, когда на неё напали демоны, я даровала тебе крылья, и, наконец, сейчас я убрала морок, который наслал на тебя Чонин. В остальное время я была в своём теле. — А как вы узнали о моем существовании? — Сольха рассказывала о тебе, когда приходила меня проведать. Говорила, какой у неё добрый и заботливый парень, и как она любит его, что готова пожертвовать жизнью, если он попадает в опасность. — Ох, Сольха, — произнес Феликс с придыханием. — Глупая. Если она умрет, то умру и я. Нет-нет. Из нас никто не умрет. Госпожа Ким, расскажите о Сольхе. Она действительно простая ведьма? Мне думается, это не так. Она безумно красивая, что я ревную её к каждому встречному, а особенно к Ян Чонину. Ух, получит он у меня, если что-то сделал Сольхе в моё отсутствие. Я, знаете ли, злопамятный. Кёуль добродушно рассмеялась, взъерошив волосы Феликса. — Сольха непростая ведьма. Она — повелительница зимы. — Я замечал: когда она рядом — валит снег. — Она не знает, в чем её способности, ей никто не может этого сказать, кроме меня, только мамам известно, какую магию ведьме даровала природа. Я не успела рассказать Сольхе о её силе, но об этом ты можешь рассказать ей. — Что же это за сила? — Сольха может призвать на помощь Ледяного Духа, для этого ей нужно произнести заклинание. Кёуль наколдовала маркер с синими чернилами и листочек и начертала что-то непонятными письменами. — Говорят, Ледяной Дух немного вредный и не сразу подчиняется своему хозяину, но я уверена, Сольха найдёт способ задобрить его. Она у меня добрая, искренняя ведьма. Феликс, скоро я уйду, магия позволяет мне появляться только на два часа, перед своим уходом я верну тебя в дом Чонина. А сейчас послушай меня внимательно: демон любит красный сок. — Это какая-то загадка? — спросил Феликс, проговорив про себя последние слова три раза, чтобы запомнить. — Любят же ведьмы говорить загадками. — Скажи это Сольхе. Она поймёт, — сказала госпожа Ким, сжав его ладонь. — А теперь закрой глаза. — Погодите. Возьму ботинки и куртку. Феликс схватил одежду и вернулся к госпоже Ким. Закрыл глаза. Она прикоснулась к его лбу двумя пальцами, и Феликс очутился в кухне. Он вышел в коридор и увидел свет в комнате Чонина, приоткрыл дверь и заглянул внутрь. Сольха и Чонин сидели на кровати и вели неторопливую беседу. — Эх, а обо мне забыли, — вздохнул Феликс, проходя в комнату. — Привет, Чонин. — Привет, — отозвался Чонин, поднялся и пожал руку Феликса. — Прости, что заколдовал тебя. Как тебе удалось выбраться? Феликс перевёл взгляд на Сольху. — Сольха, я встретил твою маму, — сказал Феликс. Сольха вздрогнула, на ее глазах показались слезы. Феликс с улыбкой проговорил. — Она рассказала мне о том, что происходит в волшебном мире. Теперь я знаю, кто такие демоны. А о чем вы говорили? — О моей возлюбленной, — сказал Чонин. Сольха сморгнула слезы и проговорила: — Возлюбленная Чонина — моя родная сестра. Мама говорила тебе что-нибудь о ней? Феликс отрицательно покачал головой. — Только о тебе, — сказал Феликс. Он приберег сведения о силе Сольхи. Он расскажет ей об этом позже, когда они останутся наедине. Чонин пригласил их на кухню. Феликс присматривался к нему, ища признаки демонической силы. Как только мама Сольхи исчезла, на шее Феликса возник талисман совы. Феликс не видел красного свечения, значит, с Чонином все было в порядке. Сольха сбегала на улицу и принесла саквояж. — Ещё раз простите меня. Демоны нападают на людей, если они охвачены каким-то горем. В такие периоды люди особенно уязвимы, легко можно пробить брешь в сознании и овладеть им. Со мной это и произошло. Ночью я проснулся из-за мыслей о Юки. Так звали мою любимую, которую я потерял из-за демонов. Они погрузили её в полувечный сон. Сольха, я думал, что освободить её мне под силу, но все оказалось не так просто. На самом деле, только ты можешь это сделать. Признаюсь вам в одной подлости, которую я чуть было не совершил. Я говорил с госпожой Ли Чиа, директором Академии Ведьм, советовался с ней, насчёт моего плана по возвращению Юки, я хотел убить Сольху, когда она получит ведьмовскую силу, и перенести эту силу в тело Юки. Этот способ мне подсказала Ли Чиа. Но теперь я думаю, что директор Академии вовсе не директор. Скорее всего ею овладел демон или же она сама демон. — Чонин, почему вы так думаете? — спросила Сольха. — Я видел красное свечение, исходящее от её тела, когда я с ней разговаривал, её глаза сверкали красным, наконец, её чары по омоложению действовали ровно два месяца, потом она становилась древней старухой, а использовать чары вновь могла только спустя месяц, потому что для этого нужно было накопить силы. Не может она быть молодой такой долгий промежуток времени: три месяца. — Ну и наломал ты дров, — сказал Феликс, попивая красное вино. Сольха тоже выпила полбокала. — Юки тоже ведьма? — Да. Она рассказывала, что у неё есть младшая сестра. Когда я увидел Юки в первый раз, вспомнил Сольху. Вы удивительно похожи, вот я и решил, что ты, Сольха, и есть её сестра. — Мне нужно поговорить с папой, узнать о Юки, — сказала Сольха. Они съели ужин и допили бутылку вина. Сольха устала и хотела вздремнуть. Чонин предложил переночевать у него. Сольха послала папе письмо, чтобы он не волновался о её отсутствии, и вышла на балкон посмотреть на звезды: это занятие её успокаивало. Феликс обнял Сольху со спины, прижав руки к её животу, и нежно поцеловал в щёку, оставляя на коже горячий влажный след, отдающий запахом винограда. Сольха поёжилась. — Мне нужно идти спать, — сказал Феликс. — Но что-то тревожит меня. Боюсь, если засну, с тобой что-то случится. — Ревнуешь к Чонину? — спросила Сольха, поглаживая его руки и пальцы. Она повернула голову, чтобы посмотреть на лицо Феликса. Он опустил взгляд и проговорил: — Не ревную. Он оказался неплохим парнем, даже стыдно, что я столько гадостей ему наговорил. Сольха улыбнулась, погладив Феликса по щеке. Он закрыл глаза и растянул губы в довольной улыбке, потёрся щекой об её теплую ладонь. — Вино действует на меня как снотворное. Сольха, пойдём спать. — Ты иди, а я ещё постою здесь. Хочу посмотреть на луну. Феликс кивнул, крепко обнял её и пошёл в комнату. Предчувствия не подвели его. Утром Сольха не проснулась. Феликс всю ночь ворочался, вспоминая слова госпожи Ким Кёуль: демон любит красный сок. Он забыл сказать Сольхе об этом, а ещё о том, что она повелительница зимы. Красный сок — красное вино, которое дал им Чонин. Знал ли он, что это не вино, а яд? Феликс проснулся с тяжелой головой, продрал глаза, осмотрелся. Сольхи рядом не было. Он вышел из комнаты, Чонин смел его с ног. — Феликс! Где Сольха? — Она… смотрит… на… звезды, — пробормотал Феликс, находясь в полудреме. — Какие звезды?! Сейчас семь утра! — Что?! Уже утро? Чонин чертыхнулся и бросился на балкон, Феликс кинулся за ним. Увидев на полу бездыханное тело Сольхи, он ужаснулся и рухнул рядом с ней на колени. — Сольха! Сольха! Проснись! — говорил он, тряся её за плечи. Он проверил пульс: сердце билось далеко-далеко. Но, главное, билось! — Лучше бы я отвел её домой. В твоём доме уже какой раз происходят неприятности! Чонин сокрушенно потряс головой. Феликс был прав. — Я забыл сказать Сольхе, что демон любит красный сок. Чонин вскинул голову. — Повтори, — попросил он. — Демон любит красный сок. — Феликс, кажется, я знаю, что случилось с Сольхой. Вино, которое мы вчера пили, подарила мне Ли Чиа. Феликс поднялся и ударил Чонина по щеке. — Ты придурок? Какого хрена опоил нас вином демона? — Я думал, что я купил его в магазине. Феликс выдохнул, приводя сознание в порядок. — Мы оба хороши. Феликс поднял Сольху на руки и отнес в комнату. Он положил её на кровать. — Что с ней? — спросил Феликс у Чонина. — Она просто спит, — проговорил Чонин, присаживаясь на стул. — Надеюсь, это не полувечный сон, — сказал Феликс, рассматривая лицо Сольхи. Оно было спокойным и красивым, как и всегда. Здоровый румянец играл на щеках. Сольха была точно спящая красавица из сказки. Феликс обернулся к Чонину и повторил, выделяя голосом слова: — Чонин, это ведь не полувечный сон. Чонин вздохнул, сцепив руки в замок. — Я не знаю, — сказал он, посмотрев на Феликса испуганно-жалобным взглядом.