Снежная ведьма

Сольха проснулась на груди Феликса. Она лениво пошевелила руками, сдвигая одеяло и привставая. Феликс мирно спал. Сольха бросила на него взор, полный умиления: Феликс растягивал губы в спокойной улыбке. За окном было темно. Сольха подумала, что уже поздняя ночь, а значит, она не успела выполнить условие контракта с Ледяным Духом. Он сказал сделать написанное до сегодняшнего вечера. Сольха приподнялась, нащупала на тумбочке круглые часы, стрелки которых показывали шесть вечера. Она вернулась к Феликсу, положив голову ему на грудь. Ей совсем не хотелось вставать и делать что-то. В ногах была слабая приятная боль, от которой Сольха невольно улыбнулась. Она подумала: вот так должен чувствовать себя человек после первого секса. Ощущать тепло родного тела под щекой и небольшую боль в животе и конечностях, а ещё чувствовать, что тебя любят. Теперь всё было иначе: Сольха и Феликс стали настоящей парой. Сольха ущипнула Феликса за румяную щёку. Ресницы его мелко задрожали, когда он открывал глаза. Сольха лежала у него на груди и смотрела на него прищуренными глазами с мягким блеском. — Болит что-нибудь? — спросил он, по-доброму улыбнувшись. Сольха кивнула головой. — У меня всё тело болит, но мне очень хорошо, — сказала она. — Я рад, — сказал Феликс и тут же смутился. — То есть… я имел в виду, рад, что всё хорошо. Я, наверное, не смогу подняться с кровати в ближайший час. Сольха откинула одеяло, села на кровать и раскрыла саквояж, стоявший на полу. — Чтобы заключить контракт с Ледяным Духом, нам нужно пожениться. Это не настоящий брак, его можно расторгнуть, когда мне больше не понадобится помощь Духа, достаточно будет снять кольца и отдать их владельцу, то есть самому Духу. Лицо Феликса на мгновение помрачнело. Как только Сольха залезла под одеяло, отодвинувшись к спинке кровати, он подсел к ней. Сольха раскрыла ладонь. На ней лежали два золотых колечка, украшенные голубыми кристаллами, напоминающими льдинки. — Сольха, я хотел бы спросить: то, что между нами произошло сегодня, не только ради контракта с Духом? — проговорил он, чувствуя, как сердце сжимается при каждом произнесённом слове. Сольха повернула к нему голову и произнесла располагающим тоном: — Ты беспокоишься, что мои слова и мои чувства к тебе не одно и то же? Думаешь, я не люблю тебя? — Нет. Просто, я очень ждал момента, когда мы станем ещё ближе друг к другу. Благодаря твоей маме, мои догадки подтвердились. Всё это время, с нашей встречи в «Ведунье» вплоть до настоящего момента, я думал, что ты была ведьмой, но почему-то не хотела признавать это. Тогда я решил, что помогу тебе стать сильнее, поверить в себя, и обещал себе любить тебя искреннее, бескорыстно, помогать тебе во всём, даже если у меня что-то будет не сильно получаться. Мне не нравилось, что ты говорила о себе в плохом ключе: «я неумелая ведьма», «я не привлекательная», «я не такая уж красивая» — ведь все эти слова были ложью. На самом деле ты должна думать про себя: я умелая, я привлекательная, я красивая. Сольха, я хочу, чтобы в будущем мы были вместе. Я не обещаю, что смогу жить в Волшебном мире, потому что он чужд для меня, но я буду стараться принять твой мир. Не могу обещать, что буду хорошим отцом, потому что я пока совсем не представляю, что это значит, но, я хотел бы завести ребёнка, растить и воспитывать его с тобой. Я обещаю, что буду ревновать тебя к каждому столбу, не потому что я эгоист и собственник, просто не могу допустить мысли, что ты покинешь меня. Я не жалею о том, что произошло сегодня, потому что мне очень понравилось, и я понял, что не ошибаюсь в своих чувствах к тебе. Уже говорил, что не забыл тебя, когда ты стёрла воспоминания, и имени твоего не забыл. Мне кажется, это не случайно. Я верю, что каждая случайность наполнена смыслом, а значит то, что я выпал на гадальной карте, — не простое совпадение. Это — судьба. И сейчас я бы хотел искренне признаться тебе, что люблю тебя и буду с тобой до самой смерти, выдержу любые испытания, приму всё, что ты скажешь. Поэтому, пожалуйста, пусть обмен кольцами не будет простой формальностью для контракта с Духом, пусть это будет ритуалом, особенным для нас. Сольха, выходи за меня по-настоящему. Он взял одно колечко с её ладони и надел его ей на безымянный палец и прижал её ладонь к губам, а потом, как только она надела кольцо на его руку, слегка нагнул её голову назад, поддерживая ладонью затылок, и глубоко, с чувством поцеловал в губы. Тут случилось волшебство! Феликс отпустил Сольху, по её обнаженному телу пробежали серебристые змейки света, каждая кудряшка вспыхнула серебром, и на шее появился кулон в виде ледяного кристалла, с обратной стороны кулона было написано тайное имя Ледяного Духа. Сольха глянула на него, и имя исчезло, растворившись в кулоне, но Сольха успела его крепко запомнить. Она справилась с чувствами, которые всколыхнули в груди слова Феликса. Настал её черёд поведать ему о своих чувствах, о том, что лежало на её душе вот уже три года, с того самого момента, как они познакомились в клубе, но у Сольхи была и ещё одна новость для Феликса, которая, она была уверена, понравится ему. — Феликс, твои слова для меня многое значат. Возможно, я не скажу о своих чувствах так же красиво, как и ты, но я постараюсь сказать обо всём, что ты для меня сделал. С самого детства я была робкой ведьмой, боялась ходить в Академию, думая, что надо мною все смеются из-за моих волос и очков. Я носила очки, да и сейчас иногда ношу, когда нужно почитать книгу, меня называли «Очкастой» или «Бараном», из-за моих волос, которые в семь лет вились ещё сильнее. Из-за своей зажатости я не могла найти друзей, но всё же нашлись люди, которых я полюбила, и они полюбили меня в ответ и помогли через многое пройти в Академии. Прежде всего это мои родители, которых я очень люблю за то, что они есть у меня. Я очень хочу вернуть маму, не только потому, что она для меня дорогой человек, но и потому, что папа жить без неё не может. Он ходит к ней в башню, а возвращается домой угрюмый, порою плачет по ночам, пытаясь скрыть это, плотно закрыв дверь комнаты; мой брат и сёстры тоже переживают из-за мамы. Возможно, Чонэ не принимает меня, потому что я не смогла переступить через свою трусость и стать ведьмой лёгким путём, переспав с первым встречным, тем самым, я могла бы вернуть маму намного раньше и, возможно, сейчас всё было совсем иным. Но, выслушав тебя, я поняла одну вещь. Ты прав, случайности несут в себе смысл. Значит, не случайно то, что я решила пресечь свои попытки переспать с тобой при первой встрече, не случайно то, что я стёрла тебе память, а ты меня вспомнил, не случайно то, что мы встретились вновь спустя три года и полюбили друг друга ещё сильнее. И, наконец, не случайно то, что я полюбила тебя, когда ты столкнул меня с горки и назвал маленькой ведьмой. Я пообещала себе, что встречу тебя вновь и влюблю в себя, но слабо верила, что смогу выполнить это обещание, и, как видишь, я смогла. Сейчас я понимаю, что многие события в нашей жизни связаны между собой невидимыми нитями, и, возможно, что-то совершенно незначительное повлияет на нашу жизнь очень сильно, как встреча маленькой ведьмы и веснушчатого мальчика на ледяной горке. Феликс благодарно посмотрел на Сольху и обнял её. Они прижимались друг к другу несколько минут, пока дверь в комнату тихонько не отворилась. Чонин нажал на выключатель, зажигая свет в комнате, и вошёл к ним. Он выглядел слегка уставшим. Губы малокровные, под глазами лежат синяки. Но, несмотря на свой потрёпанный вид, он смог улыбнуться. Уголки его губ чуть-чуть потянулись вверх, когда он увидел нежные объятия своих друзей. — Может, вам принести чего-нибудь? Проголодались небось, — сказал он, открывая окошко, чтобы впустить свежий воздух. В комнате было душно и пахло их телами, но Чонин и не обратил на это внимания. Сольха завернулась в одеяло, стремительно краснея, а Феликс, свесив голову с кровати, оглядывал пол в поисках штанов и рубашки. — Я бы хотела кофе, — сказала Сольха, поднимая на Чонина робкий взгляд. — И булочку с повидлом. — Я помогу приготовить, — сказал Феликс Чонину и отвернул голову, обращаясь к Сольхе: — Ты отдыхай, я всё принесу. Они вышли из комнаты. Феликс встал напротив Чонина и произнёс, слегка смущаясь: — Спасибо за презервативы. Прости, что так вышло… Просто мы хотели друг друга. Чонин улыбнулся. — Я уже смирился с тем, что вы безумная парочка. Никогда бы не подумал, что кто-то, кроме меня, будет заниматься сексом в моём доме. Кхм, звучит более чем странно, но почему-то я совсем не против этого. — Говоришь, как извращенец, — заметил Феликс, когда они шли на кухню. — Кстати, забери у Сольхи своё обручальное кольцо. Мы поженились. — Как это? — спросил Чонин, поставив чайник на плиту. Он оглядел руки Феликса и заметил на безымянном пальце правой руки маленькое золотое кольцо. — Когда вы успели? — Сольха встретилась во сне с Ледяным Духом, он предложил заключить с ним контракт, условием для него была свадьба. — Ледяной Дух? Да, я слышал о таком. Говорят, с ним может заключить контракт только повелительница зимы. Феликс, я не говорил этого Сольхе, но Юки тоже была снежной ведьмой. И тоже заключила контракт с Ледяным Духом… Наверно, этот контракт больше недействителен, так как Юки сейчас пребывает во сне. А своё кольцо у Сольхи я забирать не буду. Хотя это и обручальное кольцо, но я подарил его ей на Новый год. Если будет необходимость, пусть Сольха использует его силу: я наложил на кольцо заклятие, если произнести имя Юки наоборот, вокруг Сольхи возникнет защитный купол и скроет её на время от чужих глаз. — Что-то вроде мантии-невидимки? — поинтересовался Феликс, насыпая в кружки кофе. — Да. Что-то вроде неё, — сказал Чонин, добродушно улыбаясь. Он был рад тому, что может беззаботно говорить с Феликсом. У Чонина давно не было хорошего собеседника, с которым он мог поделиться своими мыслями, а мыслей у него было предостаточно, но большая часть из них была связана с Юки. Чонин скучал по ней и хотел вернуть. — Можно ещё раз взглянуть на фотографию Юки? — спросил Феликс. Они поставили на поднос кружки с кофе и тарелку с булочками. Феликс понёс еду Сольхе, а Чонин в это время взял шкатулку с фотографиями и вошёл в комнату. Сольха оделась в платье и заправила кровать. Она с превеликим удовольствием приняла угощение, так как после хорошего секса, чувствовала сильный голод и даже истощение, поэтому живо кинулась на еду, не стесняясь чавкать булочками и шумно пить кофе. Чонин открыл шкатулку и вынул из неё парочку фотографий, вручил их Феликсу. Феликс осторожно сжал фотографии пальцами, внимательно рассмотрел. Юки не была похожа на Сольху, как это ему показалось с первого взгляда. Она была выше Сольхи, волосы у неё были не такие густые и кудрявые, но пушистые; глаза такие же большие и живые, как и у Сольхи. Они были не похожи и одновременно имели что-то общее. Феликс присмотрелся к фотографиям и вдруг издал возглас удивления. — Сольха, скорее посмотри сюда! Это же твоя заколка-мышка! Пуджок! Сольха отхлебнула кофе и подалась к Феликсу, вытаращив глаза на фото. — И правда… — удивилась она, беря фото в две руки. — Такая же, как у меня. Чонин, Юки не говорила, откуда у неё эта заколка? — Говорила, — сказал Чонин. — Заколку ей подарила мама. Летучая мышка Сольхи тоже была подарком. Подарком от любимой мамы.