Золотой дракон

      Как бы сильно Чжун Ли ни хотел остаться с едва обретённым возлюбленным, он собирается и уходит. Чайльд уже в безопасности, там, где никто не сможет его тронуть, а Ли Юэ нуждается в Мораксе.       Весть о неожиданном воскрешении разлетелась уже достаточно далеко, чтобы Чжун Ли не испытывал проблем с постоянным посетителями и мелкими атаками на скрытые склады. Очаровательные и бесспорно интеллигентные люди отдали дань уважения генеральному директору Ли Юэ, а небольшие банды утихли, как только над ними вновь пронёсся гром голоса Моракса.       Однако решение недавних проблем вовсе не означает исчезновение и старых. Чжун Ли всё ещё необходимо многое контролировать и решать, тем более после перенесённого Ли Юэ кризиса. Возвращение Тартальи лишь капля во всём океане нерешённых задач, и Моракс больше не имеет права медлить. К тому же, он должен продолжить начатое и определить роль юноши, таким странным образом попавшим в здание, но ещё не имеющим в нём своей роли.       Госпожа Нин Гуан, очевидно, понимает настроение директора. Она со спокойным сердцем рассказывает обо всех подробностях готовящегося аукциона, вовлекая мужчину в организацию события, и уведомляет обо всех экспонатах, доступных для приобретения.       Воля Небес не упоминает ни о чём незаконном. Она верно следует своему желанию отстраниться от тёмной части Ли Юэ, если это не означает предать Моракса, и он не возражает. — Следует ли отложить встречу с господином Осиалом? — интересуется Нин Гуан, уже поднимаясь, чтобы уйти.       Она не даёт ни единого намёка на то, что в её словах сокрыто нечто большее, чем обыкновенная исполнительность секретарши. Более того, Нин Гуан рассуждает о господине Осиале, уже давно известным скорее как преступник, чем владелец клубов, как о легальном знакомом Чжун Ли.       Однако Воля Небес никогда не вносит предложения, если они не имеют обоснований. Она предпочитает молчать, если не уверена в своей правоте. — Вы так полагаете? — уточняет Моракс, перебирая бумаги на столе и лишь затем встречаясь взглядом с собеседницей.       Он не возражает, вовсе нет. Он лишь не уверен, что она знает столько же, сколько знает он. Встреча с Осиалом готовилась столько времени не случайно. Каждый штрих должен быть идеален, и именно таким он будет этим вечером. Так отчего же госпожа Нин Гуан сомневается? Неужели вновь один из информаторов предал Ли Юэ или запутался в количестве информации? — Полиция заинтересовалась «Змеем», — уведомляет Нин Гуан, спокойно встречаясь глазами с директором. — Полагаю, они скоро узнают, кому принадлежит это казино.       На этом Воля Небес умолкает. Она сказала уже достаточно, чтобы Моракс сделал собственные выводы. Свои умозаключения она оставляет при себе, не желая его сбивать. Впрочем, они оба знают её непоколебимое право возразить, когда он отдаст распоряжения.       И теперь Чжун Ли признаёт, что его секретарша была права. Как бы сильно ни было его желание поставить точку в многолетних отношениях с Осиалом и наконец смести преграду с пути Ли Юэ и Моракса, в новом положении этого делать никак нельзя. Чжун Ли слишком хорошо осведомлён о способностях и стремлениях госпожи Бешт, чтобы позволять ей взять на себя ответственность за дела супруга. Осиал создал свои казино, он же и доведёт их до конца, как бы он ни оказался.       Смерть и воскрешение Моракса сотрясли весь подземный мир Шанхая достаточно сильно, и Чжун Ли не желает проверять, сколько ещё вызовов получится принять. Осиала необходимо устранить, это так, однако не ценой спокойствия и даже существования более мелких, подчиняющихся крупным, объединений. Чжун Ли может думать только и своём детище. Но Моракс не имеет права мыслить настолько узко. Если он занял свой рукотворный трон, он будет достойно вести всех, кто присягнул ему на верность. — Вы правы, — соглашается Чжун Ли после некоторого молчания. — Лучше отмените её, а не переносите, госпожа Нин Гуан. Совету Адептов потребуется время, чтобы назначить новые дату и время.       Женщина кивает и легонько приседает, обозначая полное согласие, и исчезает из кабинета Чжун Ли. У неё, как, впрочем, и всегда, на примете множество ещё не сделанных мелочей, тем более, после новых указов Моракса, а Воля Небес не привыкла отдыхать просто так.       Чжун Ли молча следит за тем, как закрывается дверь в его кабинет, и погружается в мысли. Он мог бы сдаться клокочущей в груди ярости и всё-таки навестить старого знакомого. Скорее всего, для Чайльда это было бы лучшим решением. Сейчас Моракс не думает даже о Ли Юэ.       Одной мысли о том, что позволял себе Осиал по отношению к его возлюбленному, достаточно, чтобы Чжун Ли начал сомневаться в верности принятого только что решения. Этот угорь не заслуживает ничего, кроме смерти. Ли Юэ не прощало столько ошибок и предательств никому, кроме него.       Эра Осиала давно завершилась. Моракс под руку с Гуй Чжун растоптали некогда великую империю и заставили тщеславного, но не отличающегося невероятной дальновидностью мужчину затаиться на дне, где ему самое место. Однако руины ещё остались. Ли Юэ не имеет права просто так отбирать чужую собственность, тем более, участвующую, пусть и в незначительном размере, в сбыте товара.       Нелепое, дурацкое правило Гуй Чжун — всегда стремиться к честности — как уже много раз до этого преграждает лучшие и легчайшие пути. Что ж, значит, Чжун Ли должен вновь найти обход. В конце концов, именно твёрдость принципов и верное им следование сделало затухающую группировку господина Гуй вновь великой, а мальчишку без денег и родных — Мораксом, перед которым не склоняют голову только те, от кого он этого не требует.       Именно поэтому Чжун Ли не решается отдать власть самому себе. Он обязан быть всемогущим мудрым полубогом, а не человеком. Он мог бы уничтожить Осиала, и был бы хорошо за это принят, но только в прошлом веке. Теперь уже благородные преступники вовсе не те, кто готов уничтожить весь мир ради своих возлюбленных. Впрочем, подобная глупость встречается только в кино. Моракс не видел ещё ни одного по-своему великого человека, совершающего одну стратегическую ошибку за другой из-за любви.       Да, Осиал всегда может быть уничтожен. А сейчас он необходим и «Змею», и своим людям. Они должны пережить неожиданный удар и оправиться достаточно, чтобы Бешт, больше склонная скрываться и осторожничать, смогла взять на себе дело супруга. К тому же, потеря казино играет Чжун Ли на руку. Пускай к концу жизни эта скользкая тварь встретит ещё одно поражение, а вся группировка окажется ослаблены ещё сильнее.       Моракс умеет мстить, этот так. Но лучше жизни это сделать всё равно никто не сможет.

***

      Адепты, очевидно, не ожидают помилования Осиала. Впрочем, они никогда не демонстрируют ни удивления, ни несогласия слишком открыто. Они должны защищать Ли Юэ, а не осуждать его главу, и верно следуют этому правилу.       Конечно, Моракс и сам знает, что каждая секунда, которую Осиал дышит, способна добавить Ли Юэ неприятностей, но это не имеет значения. Думать об организации и ни о чём другом — дело Адептов, а не Моракса. Они и строят свои планы и выдвигают предположения. — Если Ли Юэ продолжит иметь дело со «Змеем», — несмело начинает Гань Юй, но тут же приободряется, замечая одобрительный взгляд Чжун Ли. — Могут возникнуть проблемы при обыске. — Даже при остановке поставок что-нибудь останется, — отзывается Моракс, всё же кивая. — Однако это здравая идея. Необходимо разорвать контракт и со «Змеем», и со вторым казино господина Осиала. А улики уничтожить. — Я всегда могу доказать их фальшивость, — успокаивает мужчину Янь Фей, едва заметно улыбаясь.       Чжун Ли фыркает. О да, он-то знает, сколько всего может доказать эта неопытная и честная с виду девочка. Она уже пережила несколько судов, затрагивавших попавших под неожиданный удар членов тёмной части Ли Юэ, и всегда показывала впечатляющий результат. Конечно, нельзя выигрывать суд каждый раз, но никто и не требует от неё подобного. Порой лучше лишиться одного человека, чем позволить раскрыться чему-то большему. Главным всё равно останется скорость мысли, хитрость и порой необычный подход очаровательной девушки. — Ли Юэ хватает подделок после моей смерти, — всё же отрезает Чжун Ли. — Ещё одна может заинтересовать полицию. — Господин Осиал не будет доволен неожиданным изменением, — негромко замечает мадам Пин, самая старшая и среди всех Адептов. — Чем меньше нелегальных веществ у него будет найдено, тем лучше для него, — отзывается мужчина, склоняя голову в знак почтения. — К тому же, он не в том положении, чтобы возражать. Он вновь нарушил контракт не нападать на Ли Юэ и должен понести наказание.       Чжун Ли видит, что не все Адепты согласны с его решением. Отказаться от «Змея» отнюдь не дурная идея. Он приносит весьма немного прибыли, и ей можно пожертвовать в угоду безопасности, даже не раздумывая.       Несомненно, отношения с Осиалом ухудшатся. В последнее время он начал позволять себе слишком многое, даже после возвращения на свой пост Чжун Ли, но Моракса не страшит и это. Что ж, тем больше будет в нём бурлить гнева, способного уничтожить до сих пор пытающегося сопротивляться новым порядкам слизня, только и всего. — Ли Юэ может компенсировать определённую часть доходов, которую не получит «Змей», — предлагает Чжун Ли, когда голоса его Адептов становятся слишком громкими. — Несомненно, далеко не всю. Но у него в любом случае нет выбора. На любое официальное обвинение у Ли Юэ есть ответ.       Янь Фей кивает, чувствуя, что течение вновь направляется на неё. Она готова обводить вокруг пальца всех и вся, пока это будет честно для их жизни и их реальности, а Моракс не собирается оступаться в своих намерениях и документах. — Ты должна будешь навестить господина Осиала вместо меня сегодня же вечером, Гань Юй, — указывает Чжун Ли, полагая спор завершённым. — И уведомить его обо всех изменениях.       Девушка покорно кивает и улыбается. — Конечно, Моракс, — отзывается она, полная решимости действовать. — Как Вам угодно.       Сяо кидает быстрый взгляд на своего господина, но не произносит ни слова. Чжун Ли знает, что молодой человек хотел бы оказаться на её месте, поскольку приносить дурные известия прямиком от Моракса — его роль, но просто игнорирует его взгляд. Алатус нужен мужчине под рукой, а не в чужом доме, пока он лично не убедится в способностях Тартальи. — А как же новый Феникс? — интересуется Хранительница Облаков откуда-то слева. — Вы желаете перенести обсуждение его роли на более спокойное время?       Чжун Ли поднимает голову, силясь разобрать сидящую неподалёку женщину, и склоняет её набок. — Если Совет Адептов найдёт в себе силы обсудить ещё одно дело, я хотел бы определить эту роль сейчас, — отвечает он, оглядывая остальных Адептов.       Конечно же, никто не возражает. Они собрались именно для этого, пускай и были вынуждены отвлечься на более срочные вопросы. В конце концов, Совет не собирается каждый день, а Чжун Ли не может заставлять Тарталью мучиться от неопределённости. — Совет не может дать Фениксу всех полномочий, — уведомляет Владыка Лун так, будто принял это решение множество лет назад. — Я полностью согласен, — говорит Моракс прежде, чем кто-либо ещё успевает высказаться. — Феникс получит полномочия, когда настанет его время. Сейчас оно ещё не пришло. Однако я желаю видеть его среди своей охраны.       Сяо приподнимает брови и коротко вздыхает, но ничем больше не выражает несогласия. Он слишком покорен каждому желанию Моракса, а потому не станет возражать, даже если тот сойдёт с ума.       Чжун Ли полагает, что Сяо попросту убьёт Чайльда, если заметит в нём угрозу. Конечно, куда лучше заранее предупредить господина обо всех рисках и сохранить жизнь ещё не успевшему ничего сделать человеку, но Охотник не из тех, кто ослушивается приказов. Если ему было велено взять нового Феникса под своё крыло, он это сделает, чего бы исполнение приказа им ни стоило. — И он будет исполнять наиболее простые и наименее тайные поручения Ли Юэ, — продолжает Чжун Ли, сталкиваясь с выжидающей тишиной.       Адепты переглядываются, но не выглядят недовольными. В их памяти ещё достаточно свежо собрание после возникновения Аждахи и требования Моракса о куда более высоком месте, а потому они не могу возразить. Одна лишь мадам Пин опускает глаза и едва покачивает головой. — Мы должны думать о безопасности Ли Юэ, — говорит она почти неслышно. — Но как это будет выглядеть со стороны?       Чжун Ли прекрасно понимает, что она имеет в виду. Феникс должен быть поражающим разум существом, обладающим обширным интеллектом и властью, хотя бы неполной. Настолько приравнивать его к остальным попросту глупо, но Моракс не видит иного пути. Не имеет права видеть. — Он неопытен не только в политике Ли Юэ, но и в культуре нашего народа, — мягко возражает Чжун Ли. — Я лишь желаю, чтобы Феникс смог познать новый для него мир, не боясь ошибок и знаний.       Отчасти это даже правда. Чжун Ли думал не один день и не одну ночь, в одиночестве высчитывая роль юноши. Это лучший из всех возможных вариантов, особенно учитывая, что Чайльд весьма не привередлив в своих обязанностях. Так у него действительно будет больше прав на ошибку. К тому же, в их мире количество знаний всегда обратно противоположно безопасности.       Однако у этого предложения есть и тёмная сторона, то, которую мужчина не хотел бы раскрывать никому. Его предавали достаточно раз, чтобы он так запросто отдавал пусть и крохи власти мальчишке, изначально подосланному к нему Царицей. Это опасно и для Чжун Ли, и для Ли Юэ. Какую бы боль ни приносили подобные мысли, Моракс не смеет от них отказываться. Он обязан ожидать чего угодно, не переставая любить.