Повесть Огня и Ветра

***

В небольшой таверне на границе двух стран горело множество факелов и свечей. В воздухе густо смешались запахи воска, дыма и жареного мяса. За широким деревянным столом расположилась делегация Страны Огня. Двое рослых мужчин стояли позади третьего, сидевшего во главе стола. Склонив головы, они молча ожидали прибытия представителей Страны Ветра. У одного из стоявших были тёмные волосы, стянутые в тугой хвост, а лицо пересекали несколько глубоких шрамов. Второй носил короткую тёмную стрижку и круглые очки с чёрными линзами; нижнюю половину его лица скрывал высокий воротник плаща. Сидевший мужчина был заметно старше своих спутников. Правая сторона его лица была перебинтована, на подбородке выделялся шрам в форме буквы «Х». Он был одет в тёмное кимоно, а рядом с его стулом стояла деревянная трость. Когда дверь таверны распахнулась, все трое подняли головы. В помещение вошёл правитель Страны Ветра. Однако взгляд сидевшего за столом мужчины почти сразу скользнул к женщине, шедшей чуть позади него. Двое сопровождающих Страны Огня немедленно поклонились. — Надеюсь, дорога не слишком вас утомила, господин Раса, госпожа Чиё, — медленно произнёс мужчина за столом. — Нет, всё в порядке. Благодарю, — ответил Раса, стягивая перчатки для верховой езды. — Господин Сарутоби не присоединится к нам? — Боюсь, господин Сарутоби пропустит эту встречу. Моё имя — Данзо Шимура. Уверяю вас, я смогу ответить на все ваши вопросы от его имени. Прошу, — он кивнул на два свободных стула. Раса и Чиё обменялись короткими взглядами, после чего подошли к столу и сели напротив делегации Страны Огня. — Вы получили нашего ястреба? — спокойно спросила Чиё. — Надеюсь, наши условия вам ясны? — Да, госпожа Чиё. Наш правитель согласен и считает справедливыми те границы, в которых вы желаете видеть Страну Ветра. — Значит, в будущем претензий быть не должно? — Клан Сарутоби намерен держать своё слово, если клан Кадзи будет поступать так же. — Я согласен, — произнёс Раса. — Всё справедливо. Давайте подпишем мирный договор. — Есть одна деталь, о которой мы не могли сообщить с помощью ястреба, — Данзо обернулся к одному из своих людей и щёлкнул пальцами. — Формальность, не более. Наш союз должен быть окончательно скреплён браком между почётными представителями наших народов. Раса чуть нахмурился. — Хорошо. Думаю, я смогу найти подходящую кандидатуру среди детей своих советников. — Боюсь, этого будет недостаточно. Страна Огня желает чего-то большего, чем союз между советниками двух стран, ещё недавно бывших врагами. У вас есть дочь, не так ли, господин Раса? — Темари ещё ребёнок, — тут же произнесла Чиё. Данзо даже не взглянул на неё. — Не так ли, господин Раса? — повторил он. Правитель Ветра не спешил отвечать. Его взгляд опустился на собственные руки. — Темари ещё ребёнок, — тихо сказал он. — Ей уже семнадцать. Красива и умна, если верить моим источникам. Некоторые даже называют её цветком пустыни… Не хотелось бы, чтобы этот цветок был сорван напрасно. — Прикусите язык, — процедила Чиё. — Я не потерплю подобных выпадов в сторону моей внучки. — Вы не в том положении, чтобы указывать мне, госпожа Чиё, — холодно ответил Данзо. — Предложение нашего правителя более чем уместно, учитывая все беды, которые ваши войска принесли землям Страны Огня. Со своей стороны мы обеспечим безопасность вашей дочери. Она выйдет замуж за достойного кандидата — сына главы клана Нара. И наконец наступит долгожданный мир. Возможно, вам нужно время, чтобы… — Хорошо, — спокойно перебил его Раса. Он поднялся со своего места и протянул руку. — Темари выйдет замуж за сына главы клана Нара. Данзо тоже медленно поднялся и пожал руку правителя Страны Ветра. Затем его взгляд скользнул к Чиё, и на губах мужчины появилась едва заметная улыбка. Женщина резко поднялась со стула да так, что тот упал и, не сказав больше ни слова, покинула таверну.

***

Я медленно спешилась, не отрывая взгляда от Сасори. Его улыбка была такой же — вежливой, театральной и абсолютно холодной. Сколько лет прошло, а он совсем не изменился. Песок тихо скрипнул под моими сапогами, когда я сделала шаг вперёд. — Кузен, — спокойно произнесла я, слегка кивнув в ответ на его поклон. — Ты, как всегда, умеешь устраивать представление. — А ты, как всегда, умеешь появляться в самый интересный момент, принцесса, — ответил он, выпрямившись. Его взгляд скользнул по моему одеянию, по знаку клана Нара, затем задержался на Шикамару. — И привозить с собой гостей. Я почувствовала, как рядом со мной чуть напрягся мой муж. Едва заметно, почти неуловимо — но я уже слишком хорошо знала его, чтобы не заметить. — Это не гости, — ответила я. — Это моя семья. На мгновение в глазах Сасори мелькнуло что-то опасное. Интерес? Насмешка? Или раздражение? — Семья, — протянул он, словно пробуя слово на вкус. — Забавно, как это слово понимают в разных странах. Сзади послышались шаги. Канкуро уже поднялся с земли, отряхивая одежду, и быстрым шагом, но немного прихрамывая, подошёл к нам. — Темари! — в его голосе не было ни тени насмешки, только облегчение. — Ты всё-таки приехала. Я повернулась к нему, и напряжение в груди на мгновение отпустило. Я шагнула вперёд и обняла брата. — Конечно, приехала, — тихо ответила я. — Как она? Канкуро на секунду замолчал. И этого было достаточно. Сердце болезненно сжалось. — Хуже, чем мы думали, — наконец сказал он. — Она ждёт тебя. Уже несколько дней почти не спит. Я кивнула, закрыв глаза на короткое мгновение. — Тогда не будем терять время. — Конечно, — вмешался Сасори, делая шаг в сторону, будто открывая нам путь. — Но перед этим… Он снова посмотрел на Шикамару, на Сузаку, на людей, что стояли позади нас. — В Сунагакуре сейчас не самое спокойное время, — продолжил он мягко. — Мы должны знать, кого вы привели с собой. Сузаку усмехнулся. — Мы уже представились у ворот. — У ворот — да, — ответил Сасори, не сводя с него взгляда. — Но ворота — это лишь формальность. А вот внутри дворца… здесь всё немного иначе. Я почувствовала, как воздух вокруг нас стал тяжелее. — Достаточно, — резко сказала я. — Это мои люди, моя семья. Сасори повернул голову ко мне. Его улыбка стала тоньше. — Я ни в коем случае не ставлю под сомнение твоё слово, принцесса, — произнёс он. — Но времена изменились. И ты, думаю, уже заметила это по дороге сюда. — Что происходит, Сасори? — тихо спросила я. Он на секунду замолчал. А затем рассмеялся. — Ты только приехала, Темари. Неужели ты хочешь услышать всё прямо здесь, посреди двора? Канкуро раздражённо щёлкнул языком. — Хватит тянуть, — буркнул он. — Ей сейчас не до твоих игр. Я сжала пальцы в кулак так сильно, что ногти впились в ладонь. Сасори чуть склонил голову, словно собираясь сообщить нечто совершенно обыденное. — Судя по всему, принцесса знает о болезни бабушки, — произнёс он с той же спокойной, почти ленивой интонацией. — Но, как я понимаю, она ничего не знает о своём отце. Мир вокруг будто на мгновение замер. Я почувствовала, как кровь отхлынула от лица. — О чём ты говоришь? — мой голос прозвучал тише, чем я ожидала. — Он держится, но… болезнь прогрессирует, — ответил Сасори с той же мерзкой улыбкой на лице. — Она уже забрала у него правую руку. У меня перехватило дыхание. Я почувствовала, как Шикамару аккуратно взял меня за руку. Его присутствие было единственным, что удерживало меня на ногах. — Что с ним? — спросила я, не узнавая собственного голоса. Сасори впервые за весь разговор перестал улыбаться. — Много лет я изучал яды, лекарства и способы замедлить смерть, — сказал он. — И я здесь не просто так. Он сделал шаг ближе. — Я пытаюсь спасти жизнь дяди, но… прогноз не утешительный. Я смотрела на кузена и не могла понять, что чувствую — недоверие? Страх? Гнев? Сасори всегда был опасен. Всегда играл по своим правилам. Но если даже он, человек, который годами держался в стороне от семьи, вернулся в Сунагакуре и посвятил себя поиску лекарства для отца, правителя Страны Ветра, значит, всё действительно было плохо. — Почему мне никто ничего не сообщил? — прошептала я. Канкуро отвёл взгляд. Сасори посмотрел на Шикамару, и в его глазах мелькнул холодный, насмешливый блеск. — Потому что тогда Страна Огня узнала бы, что правитель Страны Ветра слаб, — спокойно произнёс он. — И, несомненно, воспользовалась бы этим. Я инстинктивно повернула голову к Шикамару. Он стоял рядом, всё так же крепко держа меня за руку. Его лицо оставалось невозмутимым, но я слишком хорошо знала мужа, чтобы не заметить, как потемнел его взгляд. В нём не было ни обиды, ни возмущения — только понимание. И от этого у меня болезненно сжалось сердце. Я снова посмотрела на Сасори. — Шикамару — мой муж, — тихо, но твёрдо сказала я. — Я это прекрасно понимаю, принцесса, — ответил Сасори. — Но речь идёт не о доверии между супругами. Речь идёт о двух странах, которые относительно недавно были врагами. Прежде чем я успела что-либо ответить, к нам торопливо подошёл один из дворцовых слуг. Он низко поклонился. — Добро пожаловать домой, принцесса Темари, — почтительно произнёс он. — Для вас и ваших гостей уже подготовлены покои. Прошу пройти во дворец и немного отдохнуть после дороги. — Я не устала, — резко ответила я. — Я хочу немедленно увидеть отца. Слуга, не поднимая головы, ответил: — Правитель сейчас находится на совещании. Я стиснула зубы. Конечно. Даже сейчас отец продолжал заниматься делами страны, будто его собственное тело не предавало его. — Тогда я пойду к бабушке, — сказала я после короткой паузы. Я повернулась к Шикамару. Наши взгляды встретились, и мне не нужно было ничего объяснять. Он всё понял без слов. — Позаботьтесь о моём муже и его людях, — распорядилась я, обращаясь к слуге. — Будет исполнено, принцесса. Я на мгновение задержала взгляд на Шикамару, не желая отпускать его руку, но затем медленно разжала пальцы и, не говоря больше ни слова, направилась во дворец — туда, где меня ждала бабушка, и, возможно, ответы, которых я так долго не получала. Стремительным шагом я направилась в сторону её комнаты. Как же сильно я тосковала по коридорам родного дома. Остановившись, я замерла на пороге, затем сделала шаг вперёд и толкнула дверь. Комната была погружена в полумрак. Запах трав и лекарств наполнял воздух. У окна, на низкой кровати, лежала она — моя бабушка. Она показалась мне… меньше. Слабее. Но даже сейчас в её лице читалась та самая сила, которая когда-то пугала и восхищала меня одновременно. — Темари… — её голос был едва слышен. Я подошла ближе и опустилась рядом на колени, взяв её руку. — Я здесь, — прошептала я. Её пальцы сжали мои — неожиданно крепко. Глаза бабушки, потускневшие от болезни, вдруг стали ясными. — Слушай внимательно, дитя… — произнесла она. Я наклонилась ближе. — Скорпионы… уже внутри дворца, — тихо выдохнула бабушка. Я замерла, не сразу осознав услышанное. — Что?.. — едва слышно сорвалось с моих губ. Пальцы бабушки сжались сильнее. Для человека, который едва держался за жизнь, в этой хватке было слишком много силы. — Слушай, — прошептала она, и её взгляд вдруг стал тем самым — холодным, цепким, властным. Взглядом женщины, которая когда-то держала в руках целую страну. — У нас мало времени. Я невольно оглянулась. В комнате были только мы и двое лекарей у стены. Но сейчас мне казалось, что за каждым углом может стоять тот, о ком она говорит. — Кто они? — тихо спросила я. — Те, кого ты видела на улицах, — ответила она. — Скорпионы. Они не просто наёмники… они уже стали частью дворца. Холод пробежал по моей спине. — Это невозможно. Отец бы… — Твой отец болен, — резко перебила она. — И слеп. Я стиснула зубы. — Он никогда— — Он человек, Темари, — её голос стал жестче. — А люди совершают ошибки. Даже сильные. Я опустила взгляд. — Кто их привёл? Бабушка на мгновение замолчала, словно собирая остатки сил. — Они пришли вместе с… ним, — прошептала она. — Сначала — как охрана караванов. Потом — как защитники границ. Потом… как союзники. Её губы скривились в едва заметной усмешке. — А теперь они — в каждой тени. Я резко выпрямилась. — Значит, это переворот? — Пока — нет, — её голос стал едва слышным. — Но он уже начался. И они обязательно сделают его… новым правителем. Моё сердце билось так громко, что, казалось, его слышат все. — Ты должна уехать, — неожиданно сказала она. Я замерла. — Что? — Ты не понимаешь, — её пальцы впились в мою руку так, что мне стало больно. — Ты — их цель. — Почему? Она посмотрела прямо мне в глаза. — Потому что ты — наследие. В комнате стало душно. — Ты — дочь Ветра… и жена Нара, — прошептала она. — Две страны в одном человеке. Если они получат тебя — они получат всё. Я медленно покачала головой. — Я не уйду, — тихо сказала я. — Я только вернулась. — Ты уже не принадлежишь только этой земле, — ответила она. — И именно поэтому ты опасна. Я сжала её руку. — Тогда тем более я должна остаться. В её глазах мелькнули гордость и страх. — Тогда слушай, — прошептала она. — Не доверяй никому. Моё сердце сжалось. — Даже… Я не договорила, но она поняла. Её взгляд стал тяжелым. — Особенно тем, кто улыбается тебе. Перед глазами всплыло лицо Сасори. За дверью послышались шаги. Я резко обернулась. — Они… — прошептала бабушка. —… уже наблюдают. — Кто?! Но она не ответила. Её пальцы вдруг ослабли. — Бабушка?.. Глаза женщины закрылись, дыхание стало ровнее. — Она уснула, — тихо сказал один из лекарей. Я медленно отпустила её руку и поднялась на ноги. Мне не хотелось оставлять бабушку, поэтому я просидела у её постели до вечера. Коридоры дворца постепенно пустели. Дневная суета стихала, уступая место вечерней тишине, наполненной лишь далёкими голосами стражи и тихим шорохом песка, который проникал даже сюда, за толстые стены. Я шла по коридору в сторону покоев, где был мой муж и его люди, размышляя о бабушке, но почувствовала его присутствие ещё до того, как он заговорил. — Ты всегда уходишь так тихо, — раздался голос позади меня. Я остановилась, не оборачиваясь. — А ты всегда следуешь за мной, — спокойно ответила я. Шаги приблизились. — Не за тобой, — мягко произнёс Сасори. — За интересным разговором. Я всё же обернулась. Он стоял слишком близко, криво улыбаясь. — Мне нечего тебе сказать. — А мне есть, — он слегка наклонил голову, изучая меня. — Всегда было. Я скрестила руки на груди. — Тогда говори. Он сделал ещё шаг вперёд. Теперь между нами почти не осталось расстояния. Я не отступила. — Ты изменилась, Темари, — тихо сказал он. — Но не настолько, как думаешь. — Люди не меняются так, как тебе хотелось бы, — ответила я. — Ошибаешься, — его голос стал ниже. — Они меняются, когда их заставляют. На мгновение между нами повисла тишина. — Тебя заставили, — продолжил он. — Этот брак… этот союз. Ты думаешь, я не знаю? Я чуть прищурилась. — Ты знаешь слишком много для человека, который просто «встречает гостей». Он улыбнулся. — Я всегда смотрел дальше, чем остальные. Я отвела взгляд. — Тогда смотри дальше, — сказала я. — И поймёшь, что ты ошибаешься. Он тихо усмехнулся. — Ты правда думаешь, что это твой выбор? Я резко посмотрела на него. — Это мой долг. — Долг, — повторил он, словно смакуя слово. — Удобное оправдание. Он медленно поднял руку. Я не сразу поняла, что он делает. Его пальцы коснулись моей щеки — осторожно, почти невесомо. — Если бы ты осталась здесь… — тихо произнёс он. — Всё было бы иначе. Моё сердце на мгновение болезненно ударило. — Если бы ты стала моей женой, — продолжил он, не отрывая взгляда от моих глаз, — тебе бы не пришлось просить разрешения… ни у кого. Внутри всё сжалось. Я резко отстранилась и оттолкнула его руку. — Не смей, — холодно сказала я. В коридоре стало ещё тише. Сасори замер, его рука осталась в воздухе, будто он не ожидал, что я оттолкну его так резко. Я сделала шаг назад, увеличивая расстояние между нами. — Ты переходишь границы, — продолжила я, не отводя взгляда. — И делаешь это намеренно. Он медленно опустил руку и улыбнулся. — Границы? — тихо переспросил он. — Их устанавливают те, у кого есть власть. — У меня её достаточно, — ответила я. — Правда? — он чуть наклонился вперёд. — Тогда почему ты всё ещё спрашиваешь разрешения, чтобы увидеть умирающую бабушку? Удар был точным. Я сжала кулаки. — Осторожнее, Сасори, — тихо сказала я. — Ты говоришь о моей семье. — Именно, — ответил он. — О твоей семье. Он сделал шаг в сторону, обходя меня, но не уходя. — Скажи мне, принцесса… — его голос тихо прозвучал у самого моего уха. — Кому ты принадлежишь на самом деле? Я резко развернулась к нему. — Я никому не принадлежу. Он замер. — Вот именно, — тихо сказал он. Мы стояли друг напротив друга, и воздух между нами был натянут, как струна. — Будь осторожна, — продолжил он уже спокойнее. — Здесь не любят тех, кто не выбирает сторону. — А ты на чьей стороне, Сасори? — спросила я. Он чуть наклонил голову. — А как ты думаешь? — Я думаю, ты на своей стороне, — наконец ответила я. Его губы тронула едва заметная улыбка. — Ты всегда была умнее остальных. Он развернулся, собираясь уходить, но остановился у меня за спиной. — И именно поэтому… — тихо добавил он, не оборачиваясь, — рано или поздно, ты будешь со мной и мы будем править миром вместе. Я коротко усмехнулась, хотя внутри всё похолодело. — Ты всё такой же самоуверенный, Сасори. Он слегка повернул голову через плечо. — А ты всё так же делаешь вид, что не слышишь очевидного. С этими словами он ушёл, растворившись в полумраке коридора так бесшумно, словно и не появлялся здесь вовсе. Я ещё несколько секунд стояла неподвижно, пытаясь успокоить дыхание. Его слова эхом звучали в голове, смешиваясь с предупреждением бабушки.