Повесть Огня и Ветра

На следующий день всё пошло не по плану. Солнце ещё не успело подняться высоко. Караван медленно двигался между каменистыми холмами, где песка становилось меньше, а сухих скал — больше. Торговец ехал впереди на своём любимом верблюде и что-то оживлённо рассказывал одному из охранников. Я шёл по левому флангу каравана. Гаара находился ближе к центру. Всё выглядело спокойно. Камень справа от дороги шевельнулся. Я резко остановился. В следующую секунду сверху посыпались стрелы, раздались крики. Один из охранников рухнул с лошади ещё до того, как понял, что происходит, второй схватился за шею, третий получил стрелу в глаз. Караван мгновенно превратился в хаос. — Засада! — заорал кто-то. Разбойники появились сразу со всех сторон. Их было много, больше тридцати человек. Они явно готовились. Несколько охранников погибли в первые мгновения боя. Один из мечников с клеймом змеи успел зарубить двоих нападавших, прежде чем копьё пробило ему грудь. Верблюды заревели. Рабы бросились врассыпную. Торговец начал вопить так громко, словно это могло кого-то спасти. Я вытащил меч. Первый разбойник налетел на меня почти сразу. Он был быстрым. Я шагнул в сторону — лезвие прошло мимо. Мой клинок вошёл ему под рёбра. Мужчина захрипел и рухнул в песок. Второй оказался умнее, пытался зайти сбоку. Я отбил удар, повернулся и ударил рукоятью ему в лицо. Послышался хруст. Разбойник упал. Я добил его, даже не задумываясь. Мне хотелось вымести всю мою ярость, которая сидела во мне все эти дни. Вокруг уже кипел бой. Два разбойника прорвались через охрану и неслись прямо к торговцу. Толстяк даже не пытался сопротивляться, просто сидел на земле и смотрел на приближающуюся смерть. Один из нападавших уже занёс саблю. Я сорвался с места. Расстояние сократилось за несколько ударов сердца. Первого я достал раньше, чем он успел опустить оружие. Меч вошёл ему между лопаток. Разбойник рухнул вперёд. Второй обернулся. Я перехватил его запястье и ударил локтем в горло, потом всадил клинок под подбородок. Кровь брызнула мне на лицо. Мужчина упал рядом со своим товарищем. Торговец продолжал сидеть на песке, с открытым ртом. Я убедился, что он жив, потом развернулся обратно к бою. Ещё несколько разбойников атаковали караван. Я видел, как один из охранников с клеймом змеи сражается сразу против двух противников, видел, как ранили раба-погонщика. Через несколько минут всё закончилось. Последние выжившие разбойники бросились бежать. Я вытер клинок о плащ мертвеца, потом нашёл взглядом Гаару — жив, без серьёзных ранений. Только тогда я позволил себе выдохнуть. Вокруг лежали тела. Охранники собирали погибших. Кто-то перевязывал раненых, другие добивали умирающих разбойников. Я уже собирался уйти помочь остальным, когда почувствовал, что кто-то схватил меня за руку. Я обернулся. Торговец, бледный как смерть, внимательно смотрел на меня, затем отпустил мою руку, сделал шаг назад и низко поклонился. Вокруг стало тихо. Торговец поднял голову. Его голос дрожал. — Ты спас мне жизнь. Я ничего не ответил, поскольку официально я всё ещё был немым. Торговец продолжал смотреть на меня. Торговец сделал глубокий вдох, а потом произнёс слова, которые заставили даже Гаару поднять бровь. — Теперь я перед тобой в долгу, — он приложил руку к груди. — Клянусь своим именем. Своим золотом. Своими караванами. Если однажды тебе понадобится помощь — попроси, или… Эм. Напиши. Я сделаю всё, что угодно. Всё, что будет в моих силах. Я встретился взглядом с Гаарой и впервые за долгое время увидел на его лице едва заметную усмешку, потому что мы оба подумали об одном и том же — возможно, Могучий Ветер действительно послал нам этого толстого торговца и этот долг окупится раньше, чем кто-либо из нас мог предположить. До столицы Страны Камня мы добрались через день. Пейзаж постепенно менялся, песок сменяли сухие холмы, скалы и каменные уступы. Дороги становились шире. Встречных караванов — больше, а потом однажды утром мы увидели город — Тар-Каэль, сердце Страны Камня. Он расположился прямо у подножия огромной горы, которую местные называли Священным Пиком. Вершина терялась где-то в облаках. Белые храмы и монастыри цеплялись за её склоны словно ласточкины гнёзда. В отличие от Конохи или Сунагакуре, Тар-Каэль не производил впечатления могущественной столицы. Он был меньше, спокойнее, тише. Здесь почти не было солдат, зато было огромное количество жрецов, людей в длинных одеждах, паломников, торговцев. Повсюду возвышались храмы — Храмы Камня, Ветра, Огня, Молнии, даже небольшие святилища забытых богов. Казалось, местные жители готовы были поклоняться любому существу, если оно соглашалось оставить их в покое. — Никогда не понимал эту страну, — пробормотал я. Гаара усмехнулся. — Все воюющие государства покупают здесь провизию. Пока другие убивают друг друга, жители Тар-Каэля продают зерно обеим сторонам. — Разумно с их стороны. Когда караван достиг городских ворот, торговец подозвал нас к себе. Он выглядел гораздо счастливее, чем в день нападения, вероятно потому, что был жив, а живые люди обычно пребывают в хорошем настроении. — Друзья мои! Он широко улыбнулся. В его руках появился тяжёлый кожаный мешочек. Монеты приятно звякнули внутри. — Заслуженная плата. Гаара принял деньги и поклонился. Торговец некоторое время смотрел на меня, потом неожиданно протянул руку. Я пожал её. — Не забудь. Я вопросительно поднял бровь. Торговец рассмеялся. — Если однажды понадобится помощь — ищите меня здесь, — он указал куда-то в сторону центра города. — Большой дом возле Священного Пика. Самый красивый дом на улице, не перепутаете. Судя по его самодовольной улыбке, он действительно считал его самым красивым. — Моё имя откроет любые двери. Я едва удержался от усмешки. — Я всегда возвращаю долги, — добавил он. С этими словами, торговец развернулся и отправился дальше вместе со своим караваном. Через несколько минут он исчез среди городской толпы. Первым делом мы отправились на рынок. Нам нужны были ястребы. После долгих споров с торговцами птицами мы приобрели двух молодых хищников. Птицы были быстрыми и выносливыми — именно то, что нам требовалось. Мы сняли комнату в небольшой гостинице возле рынка. Я долго смотрел на чистый лист, потом начал писать. Когда письмо было закончено, я привязал его к лапе ястреба. Птица взмыла в небо и вскоре исчезла среди облаков. Гаара отправил своего ястреба на запад, к Яшамару. Некоторое время мы молча смотрели вслед обеим птицам, потом вернулись на рынок, чтобы купить запасы еды для следующего путешествия, а также обменять верблюдов на лошадей. Именно там я впервые увидел невольничьи ряды Страны Камня. Я слышал о них раньше, но видеть своими глазами оказалось совсем другим. Мужчины, женщины, подростки и даже дети. Все стояли на деревянных помостах. Покупатели осматривали их как лошадей, проверяли зубы, руки, спины и волосы, торговались. Я почувствовал, как внутри поднимается знакомое раздражение, затем взглянул в сторону. Несколько молодых женщин стояли отдельно от остальных — красивые, ухоженные. На их шеях были одинаковые татуировки — три тонкие чёрные линии, параллельные друг другу. Я нахмурился. Гаара сразу понял, на что я смотрю. — Вижу, заметил. — Что означает этот знак? Гаара некоторое время молчал, потом ответил: — Их продают в публичные дома. Я перевёл взгляд обратно на девушек. Некоторые смотрели в землю, другие старались улыбаться покупателям. — Три линии означают принадлежность? — Да. — И все знают это? — Все. Я покачал головой. — Удобно. — Для покупателей. Я невесело усмехнулся. — Для работорговцев. Гаара ничего не ответил. Некоторое время мы просто стояли среди шумного рынка, запахов специй, жареного мяса, благовоний и звона храмовых колоколов. Странное место. Город мира, молитв и город, где людей продавали рядом с фруктами и тканями. На следующее утро мы покинули Тар-Каэль. Послание, скорее всего, уже прибыло в Коноху, оставалось только ждать. Ненавижу ждать, особенно когда где-то далеко идёт война, а женщина, которую ты любишь, находится рядом с человеком, которого хочешь убить. Путь до Страны Рек занял чуть больше недели. Чем дальше мы уходили на север, тем больше менялся мир вокруг. Появились знакомые мне леса, с высокими деревьями, трава, ручьи. После пустыни всё это казалось почти чудом. Даже воздух был другим, а каждый порыв ветра приятно щекотал кожу. — Никогда не думал, что буду скучать по деревьям, — пробормотал я. Гаара посмотрел на очередную реку, пересекавшую дорогу. — А я скучаю по песку. На этом разговор закончился. Местом встречи я выбрал водопад неподалёку от старой пограничной крепости. Когда-то здесь проходила торговая дорога между Страной Огня и Страной Рек, теперь от крепости остались только развалины, но место было удобным. С одной стороны — лес, с другой — скалы. Шум водопада заглушал разговоры. Идеальное место для людей, которые не хотят быть найденными. Мы разбили лагерь ближе к вечеру. Гаара сидел в шатре, а я находился возле костра. Солнце уже начало скрываться за деревьями, когда я услышал далёкий звук — топот копыт. Подобное я угадывал безошибочно, годы, проведенные на войне сделали мой слух острее. Я медленно поднялся на ноги. Через несколько секунд из-за деревьев появились всадники. Я невольно усмехнулся, потому что узнал их ещё до того, как смог рассмотреть лица — Чоджи, Неджи, Киба, Шино, Наруто и Саске. Лошади остановились возле лагеря. Первым спрыгнул Киба. Он посмотрел на меня, после чего громко присвистнул. — Ну надо же, сукин сын всё-таки жив. Выглядишь дерьмово. — Спасибо. — Особенно с этой новой стрижкой. Я автоматически коснулся коротких волос и собирался послать его куда подальше, но в этот момент рядом оказался Чоджи. Он выглядел так, будто последние несколько недель вообще не спал. Несколько секунд он просто смотрел на меня, потом неожиданно крепко обнял. Я тяжело выдохнул, почувствовал, как заныло моё ранение в боку — только Чоджи способен сломать человеку рёбра из дружеских чувств. — Рад видеть тебя живым. На этот раз улыбнулся уже я. — Я тоже. — Мы думали… Он не закончил. Наверное, все мои друзья считали меня мёртвым. Чоджи отпустил меня. Неджи коротко кивнул. Шино молча скрестил руки на груди. Наруто выглядел так, будто хотел одновременно обнять меня и ударить, но всю эту атмосферу дружбы и любви прервал Саске. — Закончили? Все обернулись к нему. — Что? — Сейчас не время для этого, — он посмотрел прямо на меня. — Ты вообще понимаешь, что происходит? — Примерно. — Правда? — в его голосе появились опасные нотки. — Тогда ты должен знать, что наша страна объявила войну Стране Ветра. — Уже знаю. Саске нахмурился. — Тогда ты знаешь и о первых столкновениях. Я почувствовал, как внутри всё неприятно сжалось. — Где? — Южная граница. — Потери? — Больше с их стороны, но и у нас их достаточно. Повисла тяжёлая тишина. Киба перестал улыбаться, даже Наруто выглядел мрачным. — Это ещё не всё, — продолжил Саске. — Данзо требует полного наступления. Правитель пока сопротивляется, но… Это вопрос времени. Я медленно выдохнул и посмотрел на каждого из них, на друзей, которым доверял больше, чем людям своего клана. Мы были во многих передрягах вместе — с самого детства и до юности, а потом — до первых боев на войне. Я подошёл к костру, взял длинную ветку и подбросил её в огонь. Пламя вспыхнуло ярче. — Все к костру. Никто не стал спорить, но прежде чем кто-либо успел сесть, ткань шатра за моей спиной отодвинулась. К нам вышел Гаара. На несколько секунд повисла тишина. Я буквально почувствовал, как изменилось настроение вокруг. Неджи напрягся первым, Шино чуть повернул голову, Киба инстинктивно положил руку на рукоять меча, даже Наруто перестал улыбаться. Саске просто внимательно смотрел на незнакомца. — Кто это? — наконец спросил Киба. Я тяжело выдохнул. — Это Гаара. — Очень содержательно. — Принц Страны Ветра. Тишина стала ещё тяжелее. — И младший брат моей жены. Теперь все смотрели исключительно на него. Гаара спокойно выдерживал эти взгляды, как человек, который давно привык к чужой ненависти. Саске медленно кивнул, потом достал катану. Сталь тихо зазвенела в вечернем воздухе. — Понятно. Я сразу шагнул вперёд. — Даже не думай. Саске посмотрел на меня. — Почему? — Потому что я так сказал. — Он принц государства, с которым мы воюем. — Нет. Он человек, которого Сасори пытался убить вместе со мной. Саске пожал плечами. — И? — И если ты его тронешь, я сломаю тебе руку. Наруто шумно вздохнул. — Наконец-то всё стало нормально. — Заткнись. — Вот теперь точно всё как раньше. Саске перевёл взгляд на Гаару. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга, потом Учиха убрал катану обратно в ножны. — Пока живи. — Благодарю за щедрость, — сухо ответил Гаара. Я медленно обвёл взглядом всех, кто сидел у костра. — Запомните это сейчас, чтобы потом не было недоразумений — если кто-то из вас причинит вред Гааре это будет означать, что он пошёл против меня. Сказав это, я внимательно посмотрел на Саске. Он выдержал мой взгляд без малейшего колебания, потом тихо хмыкнул. — Думаешь, я настолько плохо себя контролирую? — Думаю, ты способен сделать глупость, если решишь, что она оправдана. Уголок его губ едва заметно дрогнул. — Возможно, — он положил ладонь на рукоять катаны. — Но я помню свою клятву. Я продолжал молчать. Саске спокойно встретил мой взгляд. — Я поклялся в верности нашей дружбе, в поддержке — умом и лезвием катаны, — он говорил без пафоса, просто констатировал факт. — И намерен исполнять свою клятву. Возле костра стало тихо. Киба усмехнулся. — Если Шикамару доверяет принцу Ветра, значит, доверяем и мы. Шино впервые за долгое время подал голос. — Пока. Гаара всё это время молчал.Он внимательно наблюдал за каждым из моих друзей, словно запоминал их лица. Саске кивнул в сторону принца Ветра. — Он вообще умеет держать меч? Гаара ответил раньше, чем успел я. — Умею. — Насколько хорошо? Гаара выдержал его взгляд. — Достаточно хорошо, чтобы до сих пор быть живым. Киба тихо хмыкнул, но Саске не улыбнулся. — Это не ответ. Ты — принц. Обычно принцы умеют красиво ездить верхом, улыбаться послам и проигрывать войны. Наруто закатил глаза. — Ну началось… Саске не сводил взгляда с Гаары. — Когда всё начнётся, рядом со мной должны стоять люди, которым я могу доверить свою спину, — он слегка наклонил голову. — Поэтому спрашиваю ещё раз: ты умеешь убивать? Несколько секунд Гаара молчал, потом спокойно ответил: — Первый раз я убил человека в двенадцать лет. Возле костра стало тихо. — Сколько после этого? Гаара пожал плечами. — Не считал. — Почему? — Потому что после сотни это перестаёт иметь значение. Киба перестал улыбаться, даже Наруто больше ничего не говорил. Саске продолжал изучать его лицо. — Кто тебя учил? — Начальник дворцовой стражи. Саске медленно перевёл взгляд на остальных. — Слышали? Принца учил сам начальник дворцовой стражи! У костра послышались тихие смешки. — Вот это роскошь, — ответил Киба. Наруто прыснул. — А нас кто учил? — Меня отец, — пожал плечами Киба. — Первые полгода только и делал, что бил палкой по голове. — Тебе не помогло, — невозмутимо заметил Неджи. — Очень смешно. Чоджи тихо улыбнулся. — Меня тоже отец учил. Правда, он сначала заставлял таскать мешки с рисом. Говорил, что слабый воин долго не живёт. — Меня дядя, — спокойно сказал Наруто. — Причём чаще всего прямо во дворе. Если успевал увернуться — молодец. Если нет… Ну… Бывало больно. — Это многое объясняет, — пробормотал Киба. — Эй! — Моим наставником был капитан гарнизона, — добавил Шино. — Меня отец. Удар у него был крайне хорош, — спокойно сказал Саске. Я невольно усмехнулся. Никто из нас не учился в красивых дворцовых залах. Мы выросли в Стране Огня. Большинство из нас впервые взяли в руки деревянный меч раньше, чем научились толком писать. Нас учили отцы, старшие братья, опытные солдаты. Некоторых война начала учить быстрее любых наставников. Первое настоящее сражение заменяло десяток тренировок, если, конечно, тебе удавалось его пережить. Саске некоторое время молча смотрел в огонь, потом поднял на меня взгляд. — Прежде чем мы начнём обсуждать твой план… ответь на один вопрос. — Какой? Он выдержал небольшую паузу. — Ты всё ещё считаешь Темари своей женой? Я нахмурился. — Конечно. Саске слегка наклонил голову. — Даже после того, что произошло в Сунагакуре? Вопрос прозвучал спокойно, но внутри меня что-то неприятно дрогнуло. Прежде чем я успел ответить, вмешался Гаара. — Моя сестра не выбирала этот брак, — холодно произнёс он. — Её заставили выйти за Сасори. — Допустим, но я говорю не об этом, — так же спокойно ответил Саске. Наруто резко повернулся к нему. — Саске, не надо. — Почему? — Потому что сейчас не время. — А когда будет время? Наруто стиснул зубы. — Потом. Саске покачал головой. — Не получится. Если мы собираемся рисковать жизнями, он должен знать всё. Я медленно перевёл взгляд на остальных. Никто из моих друзей не смотрел мне в глаза. Киба нервно ковырял носком сапога землю. Я почувствовал, как внутри всё холодеет. — Что происходит? Никто не ответил. — Чоджи? Он тяжело выдохнул, но промолчал. — Неджи? Тишина. Даже Шино отвернулся. У меня появилось чувство, будто я стою на краю пропасти и все вокруг уже знают, что сейчас меня столкнут вниз. Я посмотрел на Саске. — Хватит загадок. Что происходит? Он некоторое время молчал, потом опёрся обеими руками на рукоять своей катаны. — За день до нашего отъезда один из людей моего клана получил донесение от шпиона, который всё ещё находится в Сунагакуре. Он сделал короткую паузу. — В донесении говорилось… — Саске поднял на меня глаза. — что принцесса Темари ждёт ребёнка.