Повесть Огня и Ветра

Людей в форме Скорпиона пригласили в отдельный зал с алкоголем и едой и сказали, что девушки придут через пару минут. Мы с Саске и Кибой уже ждали за потайной дверью, остальные заняли позиции внутри самого зала. Кто-то изображал слугу, кто-то — пьяного посетителя. Всё выглядело настолько естественно, что, если бы я сам не знал плана, наверняка ничего бы не заподозрил. Через узкую щель в панели я видел почти всё помещение. Девять человек, все вооружены, но расслаблены. Один из людей Скорпиона подошёл к блюду с виноградом, сорвал целую гроздь и лениво усмехнулся. — А помните того молодого капитана из Страны Огня? — сказал он, отправляя ягоду в рот. — Никогда бы не подумал, что мужик способен так визжать. Когда мы начали жечь ему ступни, он орал, как девчонка. За столом раздался хохот. Другой, широкий мужчина с перебитым носом, покачал головой. — Это ещё ничего. Ты бы послушал, как люди кричат, когда им медленно ломают пальцы. После третьего большинство начинает рассказывать всё, даже то, чего никогда не знали. Снова смех. Я почувствовал, как рядом со мной напрягся Киба. Я молча положил ладонь ему на предплечье. Он шумно выдохнул через нос и заставил себя успокоиться. Третий мужчина, самый молодой из них, сделал большой глоток вина. — А мне больше нравятся эти мелкие дворяне. — Почему? — Они всегда думают, что титул их спасёт, — он пожал плечами. — Самое забавное смотреть, как они понимают, что кровь у них такого же цвета. Я перевёл взгляд на капитана. Тот почти не участвовал в разговоре. Он медленно и оценивающе оглядывал помещение. — Кстати… — произнёс кто-то справа. — Говорят, наш Правитель наконец приручил свою жену. Несколько человек переглянулись. Капитан поставил бокал на стол. — Следи за языком, Мамору. Она всё ещё принцесса Ветра. Мамору только презрительно фыркнул и откинулся на спинку кресла. — Принцесса… — он усмехнулся. — Принцесса Ветра прежде всего должна знать своё место. Как и любая женщина в нашей стране. Несколько человек согласно закивали. — Именно, — поддержал кто-то. — Какая разница, родилась она во дворце или в шатре? Мамору сделал ещё один глоток вина. — Да ей вообще стоит благодарить судьбу. Правитель Сасори оказал ей честь, взяв её в жёны, — он криво улыбнулся. — Особенно после того, как этот Нара успел сделать её своей. Кто знает, сколько времени они провели вместе? Наверняка принцесса была очень… благосклонна к своему дикарю. За столом раздался грубый смех. Я перестал слышать всё остальное. Мир сузился до одного-единственного голоса. Я уже знал его имя и этого было достаточно. Капитан бросил на него тяжёлый взгляд. — Ты слишком много болтаешь. — А что? — Мамору пожал плечами. — Не думаю, что между ними всё ограничилось прогулками по саду, учитывая, сколько времени она провела в Стране Огня. Впрочем, какая теперь разница? Теперь она принадлежит Скорпиону. За столом вновь послышались одобрительные смешки. Саске даже не смотрел на говорившего — он смотрел на меня. Наверное, пытался оценить, сколько мне осталось до того момента, когда я перестану слушать разум. Я не двигался — не потому, что сумел справиться с собой, а потому, что внезапно стал абсолютно спокоен. Я мысленно повторил имя — Мамору. Он умрёт последним — медленно. В комнате негромко скрипнула дверь, вошла Мей. Она двигалась так же спокойно, словно перед ней сидели не солдаты, а обычные клиенты. Подойдя к столу, хозяйка дома низко поклонилась. — Прошу простить за ожидание, — произнесла она с безупречной вежливостью. — Всё готово. Если позволите, я приглашу девушек. — Наконец-то, — усмехнулся Мамору. Капитан лишь коротко кивнул. — Пусть заходят. Мей ещё раз поклонилась. Она отошла в сторону. Дверь вновь открылась. В зал одна за другой вошли три высокие фигуры, полностью скрытые под длинными тёмными накидками. Глубокие капюшоны закрывали лица, широкие рукава скрывали руки. Они молча остановились посреди комнаты и поклонились. Ни одна не произнесла ни слова. — Приятного вечера, — учтиво сказала Мей и вышла, закрыв за собой дверь. — Чего стоят? — проворчал кто-то. — Стесняются, наверное, — рассмеялся другой. Один из них поднялся первым. — Сейчас поможем. Давайте, миленькие, мы вас не обидим… Хотя, может… Он ухватился за край капюшона и одним резким движением сорвал накидку. На мгновение его лицо застыло. Перед ним стоял не испуганная девушка, а Неджи. Их взгляды встретились всего на долю секунды. Солдат даже не успел вскрикнуть — клинок молниеносно скользнул вперёд. Тело обмякло раньше, чем остальные успели понять, что произошло. — Что это?! — рявкнул капитан, поднявшись на ноги. В тот же миг потайная дверь распахнулась. Мы с Саске и Кибой вылетели почти одновременно. Время словно замедлилось. Саске оказался среди врагов первым. Его катана описала короткую дугу, вынуждая сразу двоих отступить. Киба врезался плечом в ближайшего противника, опрокинув его прямо на стол. Кубки и блюда разлетелись по полу. Я выбрал капитана. Он успел выхватить оружие и встретил мой удар сталью. Лязг клинков заглушил крики. Он оказался быстрее, чем я ожидал, но уже через мгновение Саске оказался сбоку. Капитан вынужден был отвлечься, и этого оказалось достаточно — один точный удар лишил его возможности продолжать бой. В другом конце комнаты Наруто, Чоджи и Шино уже теснили оставшихся. Всё закончилось так же стремительно, как началось. Когда шум стих, в живых оставался только один человек — Мамору. Он пятился назад, пока не упёрся спиной в стену. Меча при нём не было. Взгляд метался по комнате, ища хоть какой-нибудь шанс на побег, но такой удачи у него не было. Наконец он опустился на колени. — П-пощадите… Я… я ничего… Я медленно подошёл. Вокруг стояла тишина, даже мои друзья не вмешивались. Я остановился в нескольких шагах от него. — Снимай доспехи. Он непонимающе поднял голову. — Что?.. — Сейчас. Дрожащими руками он начал расстёгивать ремни. Один за другим на пол легли наплечники, кираса, пояс с гербом Скорпиона. Вскоре он остался лишь в длинной льняной рубахе. Я коротко кивнул. — Так лучше. Он попытался что-то сказать, но слова застряли в горле. — Ты слишком много болтал. Он судорожно замотал головой. — Я знаю, мама всегда говорила мне, что у меня длинный язык… Прошу, господин, не убивай меня… Я сделал шаг вперёд, вспомнив каждое слово Мамору и каждую усмешку, потом опустил взгляд на лежавший у его ног плащ с эмблемой Скорпиона. — В следующий раз, прежде чем говорить о женщине, которую не знаешь, — тихо произнёс я, — убедись, что её не защищает человек, которому уже нечего терять. После этих слов я медленно поднял меч. Мамору смотрел на меня снизу вверх. В его глазах больше не осталось наглости — только животный страх. — Прошу… Я… Клинок вошёл в его грудь. Он резко вдохнул, будто воздух внезапно перестал существовать. Его руки судорожно вцепились в лезвие, пытаясь остановить то, что уже невозможно было остановить. Я смотрел ему прямо в глаза и медленно, почти без усилия, надавил на рукоять, заставляя его понять каждое мгновение собственной ошибки. Мамору захрипел. Его губы дрогнули, словно он хотел что-то сказать, но вместо слов вырвался лишь тяжёлый, прерывистый выдох. Через несколько секунд взгляд начал тускнеть. Страх исчез первым. Потом боль. Наконец жизнь покинула его так же медленно, как и самодовольство несколькими минутами раньше. Я ещё мгновение стоял неподвижно, затем вытащил меч. Кровь тонкой полосой стекла по стали. Я молча взял лежавшую на столе льняную салфетку и тщательно вытер клинок, будто закончил самую обыкновенную работу, только после этого обернулся. Саске смотрел на меня дольше остальных. На его лице не было осуждения — лишь едва заметное удивление. Мои друзья не раз видели, как я убивал. Мы вместе прошли не одну кампанию, видели поля сражений, осады и казни. Но сейчас они смотрели не на полководца и не на солдата — они смотрели на человека, которого почти не знали и, наверное, впервые понимали, что холодный расчёт бывает страшнее слепой ярости. Мне было всё равно. Мамору умер не потому, что был моим врагом — он умер в тот момент, когда позволил себе говорить о Темари так, словно она была вещью. Я не собирался быть благородным, даже перед человеком, который стоял на коленях и молил не убивать его. Куда благородство привело меня в прошлый раз? Ярость никуда не исчезла, она по-прежнему жила внутри и требовала выхода. Я перевёл взгляд в другой конец комнаты. Капитан был ещё жив. Он сидел, прислонившись спиной к стене. Один из ударов Саске пришёлся в плечо, кровь медленно пропитывала рукав, но глаза оставались ясными. Он молча наблюдал за всем, что произошло с его людьми — особенно за тем, что произошло с Мамору. Я медленно подошёл к нему. Он не попытался дотянуться до меча. Наверное, понимал, что не успеет. Несколько секунд мы просто смотрели друг на друга, потом он усмехнулся. — Кто вы такие? Разбойники? Наёмники? — он перевёл взгляд на лежавшие вокруг тела своих людей. — Ради денег так не убивают. Я остановился в шаге от него. — К какому отряду вы относитесь? Он молчал. Я спокойно выдержал его взгляд. — Название. На лице капитана появилась кривая усмешка. — Думаешь, скажу? Я чуть повернул голову. — Киба. Киба, стоявший неподалёку, без лишних слов поднял с пола короткий кинжал Мамору и несколько раз задумчиво подбросил его на ладони. Капитан проследил за этим движением. Улыбка исчезла. — Внутренняя стража Сунагакуре. — Кому подчиняетесь? — Йуре… Имя я запомнил сразу. — Каким было ваше задание? Капитан снова замолчал. Я не торопил, иногда молчание давит сильнее любых угроз. Наконец он тяжело выдохнул. — Сопровождение. — Кого? — Гонцов. — Каких гонцов? — Военных. Я прищурился. — Что они перевозят? — Приказы. — Только приказы? Он поколебался. — Иногда золото. — Иногда? — Жалование гарнизонам… списки снабжения… распоряжения для наместников. В комнате стало заметно тише. Я услышал, как за моей спиной едва слышно хмыкнул Саске. — Куда вы направлялись? — Обратно, в Сунагакуре. — Напрямую? — Нет. — Тогда как? Капитан внимательно посмотрел на меня. — Через западный тракт. — Почему не главный? — Главный слишком заметен для людей Огня. Я медленно кивнул. Значит, существует маршрут, которым пользуются только свои. — Когда вы должны прибыть? — Через четыре дня. — Кто знает о вашем маршруте? Капитан усмехнулся. — Уже начинаешь мыслить как человек Скорпиона. — Отвечай. Он опустил взгляд. — Только Йура… и начальник дворцовой стражи. Я переглянулся с Саске — тот едва заметно кивнул. Мы получили гораздо больше, чем рассчитывали. Я снова посмотрел на капитана. — Последний вопрос. Он молчал. — Кто сопровождает принцессу Ветра? Капитан долго молчал. Казалось, он впервые задумался, стоит ли отвечать, потом тяжело прислонился затылком к стене и тихо усмехнулся. — Раньше… её сопровождали мои люди. Я слегка прищурился. — Раньше? Он коротко кивнул. — Пока она была просто… пленницей. Или, как любил говорить Правитель, его супругой. Я служил её отцу, с самого начала… я понимал, что у принцессы два выбора — приспосабливаться или умереть, — последние слова он произнёс с заметной горечью. — Но несколько недель назад всё изменилось. Я почувствовал, как внутри снова что-то сжалось. Капитан посмотрел прямо на меня. — Во дворце объявили, что принцесса ждёт ребёнка. Я не позволил своему лицу измениться. — И? — После этого её перестали доверять обычной страже, — он медленно перевёл взгляд на лежащие вокруг тела. — Нас отстранили. — Кто теперь её охраняет? — Основная гвардия Правителя. Лучшие люди Скорпиона. Те, что сопровождают его самого. Они почти не покидают внутренний дворец. Я молча запоминал каждое слово. — Сколько? — Обычно двенадцать… иногда больше. — Меняются? — Каждые шесть часов. Я коротко кивнул. Саске за моей спиной негромко спросил: — Это всё? Капитан покачал головой. — Нет. Её дядя. После того как объявили о ребёнке… он приставил к принцессе нескольких своих людей. — Сколько? — Троих. — Его личная охрана? — Да, — он тяжело вздохнул. — Они не подчиняются Скорпиону. В этот момент дверь за моей спиной негромко открылась. В комнату вошли Гаара и Мей. Капитан сначала даже не поднял головы. Лишь когда шаги остановились совсем рядом, он медленно посмотрел вперёд. Несколько секунд он просто смотрел на Гаару, будто пытался понять, не играет ли с ним умирающее сознание. Его глаза широко раскрылись. — Не может быть… Он несколько раз моргнул. Несмотря на отсутствие волос и простую дорожную одежду жреца храма Ветра, он узнал его мгновенно. — Мой… принц… В этих словах не было страха, только искреннее изумление. Он смотрел на Гаару так, словно увидел призрак. — Вы… живы… Гаара ничего не ответил. Капитан тяжело выдохнул и медленно покачал головой. — Значит… Он перевёл взгляд на меня. Теперь он рассматривал меня совсем иначе, будто наконец складывал воедино все куски головоломки. Его губы едва заметно дрогнули. — Вы… Шикамару Нара. Я ничего не ответил. Он тихо рассмеялся. — Вот почему… — он снова посмотрел на Гаару. — Законный наследник жив, как и муж принцессы Ветра. Значит… Сасори лгал нам всё это время. В комнате никто не произнёс ни слова. Капитан продолжал говорить, уже словно самому себе. — Нам говорили, что вы оба погибли в сражении с пустынными племенами, а ваши тела забрала буря. Что, после этого, клан Нара отказался от союза и бросил принцессу. Гаара впервые сделал шаг вперёд. — Что ещё вам рассказывал Сасори? Капитан поднял на него взгляд. — Он говорил, что Страна Огня первой нарушила мир и что принцесса добровольно стала женой Правителя, чтобы сохранить кровь вашего рода. А теперь… — капитан снова посмотрел на меня. — Вы просто хотите… спасти её. Если вам от этого будет легче, господин Нара, знайте — Сасори не будет приглашать принцессу в свои покои ближайшие восемь месяцев. Я непонимающе склонил голову. — Что ты сказал? Капитан тяжело дышал. Казалось, каждое слово давалось ему всё труднее. — Если… вам от этого станет легче… Правитель не будет приглашать принцессу в свои покои ближайшие восемь месяцев. Я молча смотрел на него. — Почему? Он нахмурился так, словно мой вопрос показался ему странным. — Потому что таковы традиции. Я обернулся. Гаара стоял у двери, сложив руки за спиной. Мей молча остановилась рядом с ним. Принц сделал несколько шагов вперёд. — Это одна из древнейших традиций Страны Ветра. Она появилась задолго до нашего рода и пережила десятки династий, — он посмотрел сначала на капитана, затем на меня. — Когда женщина носит ребёнка, муж не имеет права исполнять с ней супружеский долг. Я продолжал молчать. Гаара спокойно объяснил: — Наши жрецы считают, что в это время женщина принадлежит не мужчине, а новой жизни, которую носит под сердцем. Любая близость считается оскорблением Могучего Ветра, духов пустыни и неуважением к будущему наследнику. Мей тихо кивнула. — За нарушение этого обычая правителей осуждали не меньше, чем простолюдинов. Многие могли закрыть глаза на жестокость, но не на подобное святотатство. Капитан невесело усмехнулся. — Скорпион не верит ни в богов, ни в старые законы… но верит в народ, — он тяжело перевёл дыхание. — Если станет известно, что он нарушил этот обычай… даже часть его сторонников отвернётся. Особенно старые кланы. Гаара медленно кивнул. — Именно поэтому он не рискнёт. Я почувствовал, как внутри впервые за долгое время стало немного спокойнее. — Значит… — тихо произнёс я. — У нас есть время. — Да, — ответил Гаара. — Но Сасори не станет ждать рождения ребёнка, чтобы укрепить свою власть. Пока принцесса носит наследника, она слишком ценна. Но как только ребёнок появится на свет… Он не закончил, но я и так всё понял. Если ребёнок станет законным наследником трона, Темари может перестать быть необходимой. В комнате вновь повисла тишина. Мей первой нарушила её. — Господин Нара… Не позволяйте этой традиции подарить вам ложную надежду. Она защищает принцессу лишь от одного, — Мей медленно обвела взглядом комнату. — Но не от одиночества… не от унижения… и не от человека, который решил присвоить её жизнь. Я медленно сжал кулак. Капитан откашлялся и тихо добавил: — Есть… ещё кое-что. Незадолго до моего отъезда… во дворец прибыл один человек. На нём был длинный чёрный плащ… с красными облаками. В комнате стало так тихо, что я услышал, как где-то внизу скрипнула половица. Саске первым нарушил молчание. — Красные облака? Капитан кивнул. — Вышиты по всему плащу. Никогда раньше не видел подобного герба. Он прибыл вечером, без охраны или сопровождения. Никто не пытался остановить его у ворот дворца. Словно приказ впустить этого человека был отдан заранее. — Он встречался с Сасори? — Да. — О чём они говорили? Капитан устало покачал головой. — Не знаю. Такие разговоры проходят за закрытыми дверьми, но я слышал, что этот человек хотел говорить именно о принцессе Темари. Один из дворцовых слуг случайно услышал её имя, когда нёс вино в приёмный зал. Большего он разобрать не смог, — капитан медленно поднял на меня взгляд. — После разговора Правитель был… немного раздражен. Мне не понравилось ни одно слово из сказанного. — Ты видел этого человека близко? — Один раз. — Опиши его. Капитан задумался. — Высокий. На первый взгляд его можно было принять за лекаря. Спокойные движения. Очень тихий, низкий голос. Длинные тонкие пальцы… человека, который привык работать не мечом, а чем-то более тонким. Но было в нём что-то… — капитан пытался найти нужное слово. — Неправильное. За всю службу мне доводилось видеть убийц, наёмников, жрецов, придворных лекарей… Он покачал головой. — Ни один из них не заставлял меня чувствовать то, что почувствовал рядом с этим человеком. — Что именно? Капитан посмотрел прямо мне в глаза. — Будто он уже знает, как ты умрёшь. В комнате стало холоднее. — Лицо? — спросил я. — Почти всё скрывала маска. — Волосы? — Тоже были скрыты. — Возраст? — Трудно сказать. Он мог быть и тридцатилетним… и сорокалетним, — капитан медленно покачал головой. — Но глаза… Я никогда таких не видел. — Какие? — Чёрные. Будто смотришь не в глаза человека… а в бездонный колодец, — капитан криво усмехнулся. — За всю службу я боялся только двух людей — Скорпиона и того человека в плаще с красными облаками. Он снова закашлялся и хрипло вдохнул. Его взгляд немного помутнел, но он зацепился им за Гаару. — Простите меня за всё, мой принц… Да хранит вас Могучий Ветер. Сказав это, он выдохнул в последний раз и его взгляд замер.