Повесть Огня и Ветра

Кровь медленно стекала между досками пола. Где-то негромко потрескивала свеча. От пролитого вина в комнате пахло виноградом и железом. Я смотрел на капитана ещё несколько секунд. Странно, перед смертью он не просил пощады и не пытался оправдаться. Он просто попросил прощения у своего принца. Наверное, именно поэтому мне было жаль его больше остальных. Киба шумно выдохнул. — Ну и ночка… — Она ещё не закончилась, — сказал я. Никто не стал спорить. Работы оставалось ещё слишком много. Мы действовали быстро. Тела завернули в плотную ткань и по одному вынесли через чёрный ход. Люди Мей знали, что делать, и не задавали лишних вопросов. В борделе давно привыкли, что иногда ночь заканчивается не рассветом, а кровью. Мы же занялись другим. Если утром мы собирались выдать себя за солдат Скорпиона, они должны были выглядеть так, словно их владельцы только что закончили обычное патрулирование. Мы перенесли всё снаряжение во внутренний двор. Там уже стояли несколько больших деревянных бочек с водой. Мей распорядилась принести песок, щётки и мыло, которым обычно отмывали кухонные ножи после разделки мяса. Работа оказалась куда тяжелее, чем я ожидал. Кровь успела въесться в стыки пластин и под заклёпки. Каждый ремень приходилось чистить отдельно. Киба недовольно ворчал, оттирая бурые пятна с нагрудника. — Никогда бы не подумал, что после боя буду работать прачкой. — Зато теперь знаешь, почему доспехи стоят так дорого, — спокойно ответил Саске, не поднимая головы. — Потому что их приходится драить до блеска? — Потому что мало кто хочет этим заниматься. Неджи лишь едва заметно улыбнулся. Даже Наруто сегодня молчал больше обычного. Он сосредоточенно натирал металлические наплечники до тех пор, пока они вновь не начали отражать свет свечей. Я занимался комплектом капитана. Его доспехи отличались от остальных лишь несколькими серебряными накладками и вышитым знаком внутренней стражи. Если не присматриваться, разницы почти не было. Через несколько часов кровь исчезла без следа, оставались лишь неглубокие царапины — обычные следы службы, на которые никто не обратил бы внимания. К полуночи мы собрались в комнате наверху. На столе лежала большая карта Страны Ветра. Я развернул её и прижал углы бронзовыми кубками. Все постепенно подошли ближе. — Отсюда, — я провёл пальцем по небольшому торговому городку, — до Сунагакуре чуть меньше двух дней пути. Гаара молча кивнул. — Если двигаться по главному тракту. Я провёл линию дальше. — Но главный тракт нам не подходит. После исчезновения этого отряда их наверняка начнут искать. — Значит, западная дорога? — спросил Саске. — Именно. Я отметил ещё одну линию. — Капитан сказал, что внутреннюю стражу обычно отправляют именно этим маршрутом. Если повезёт, нас будут принимать за своих. Киба внимательно посмотрел на карту. — Значит, завтра выдвигаемся? — Нет. Завтра разведка. Все подняли головы. — Мы выйдем в форме Скорпиона. Посмотрим, насколько свободно можно передвигаться по дороге, проверим заставы и посты. Если всё пройдёт спокойно, следующим утром двинемся дальше. Несколько секунд все молчали, потом я спокойно добавил: — Идут все… кроме Гаары. В комнате сразу стало тихо. Гаара первым нарушил молчание. — Плохая идея. Я поднял взгляд. — Почему? — Потому что вас разоблачат. — Не обязательно. Он спокойно покачал головой, затем подошёл к карте и положил ладонь рядом с моей. — Вы слишком рассчитываете на доспехи. — Они принадлежат внутренней страже. — Именно, — он посмотрел на каждого из нас по очереди. — Но одежда не меняет человека. Ваши акценты никуда не исчезли. Даже если вы будете молчать большую часть времени, достаточно нескольких слов. Люди Страны Ветра сразу услышат, что вы родились не здесь. Киба тихо хмыкнул. — Неужели настолько заметно? — Для вас — нет. Для нас — да, — Гаара провёл пальцем по карте. — Кроме того, ваши привычки. Он посмотрел на Наруто. — Ты держишься слишком прямо для местного солдата. Затем перевёл взгляд на Саске. — Ты слишком внимательно смотришь по сторонам. На меня. — А ты слишком мало говоришь. Я усмехнулся. — Разве это плохо? — Для человека из внутренней стражи — да. Все удивлённо посмотрели на него. — Солдаты Скорпиона самоуверенны, — пояснил Гаара. — Они уже привыкли считать себя хозяевами этих земель. Они разговаривают громко, спорят, смеются, грубят торговцам и никогда не выбирают слова. Вы же слишком дисциплинированы. Наруто тихо пробормотал: — Никогда бы не подумал, что это может стать проблемой… — Может, — ответил Гаара. Я некоторое время молча изучал карту. Он был прав, но выбора всё равно не было. Я медленно свернул пергамент. — Тем не менее ты остаёшься здесь. Гаара нахмурился. — Шикамару… Если вас раскроют, я смогу— — Нет. Мой голос прозвучал жёстче, чем я собирался. Я посмотрел ему прямо в глаза. — Ты — законный наследник Страны Ветра. Если завтра что-то пойдёт не так, мы будем сражаться. Если погибнем — погибнем. Но пока ты жив, у этой страны остаётся шанс на лучшее будущее. Гаара долго смотрел на меня. — А если погибнешь ты? Я невольно усмехнулся. — Тогда тебе придётся придумать новый план ну и, может… Скажешь своей сестре, что я любил её. Комната снова погрузилась в тишину. Несколько минут мы спорили. Гаара предлагал десятки доводов: он лучше знает местные обычаи, сможет вовремя заметить ошибку, легче поддержит разговор с любым патрулём. И каждый его аргумент был разумным, но существовал один, перечёркивавший все остальные — он был слишком ценен. Наконец Гаара медленно выдохнул. В его голосе не осталось ни раздражения, ни упрямства — только усталое принятие. — Хорошо, — он опустил взгляд на карту. — Я останусь. Я коротко кивнул. — Спасибо. Он ничего не ответил. Я видел, что это решение далось ему тяжелее, чем любая битва. Человеку, который всю жизнь чувствовал ответственность за свой народ, было почти невыносимо ждать, пока другие рискуют жизнью вместо него, но иногда самый трудный приказ — не идти вперёд, а остаться. Ранним утром мы покинули бордель. На нас были доспехи Скорпиона — те самые, что ещё вчера принадлежали людям, пришедшим сюда за развлечением, а встретившим смерть. Шлемы скрывали лица, длинные тёмные плащи закрывали гербы на ножнах. Со стороны мы выглядели обычным патрулём внутренней стражи. Мей проводила нас до ворот. — Да хранит вас Могучий Ветер, — тихо сказала она. — И пусть сегодня он дует нам в спину, — ответил Киба. Она едва заметно улыбнулась. Мы покинули наш временный дом. Первые несколько километров прошли спокойно. Дорога тянулась через каменистую равнину. С обеих сторон поднимались выжженные солнцем холмы, покрытые редкими колючими кустарниками. Ветер гнал по земле песок, стирая следы копыт быстрее, чем они успевали появляться. Я мысленно перебирал всё, что рассказал капитан. Маршруты. Дворцовая стража. Неизвестный человек в плаще с красными облаками. Впереди ехал Неджи. Именно он первым поднял руку. Мы остановились. На старом, высохшем дереве у дороги висели трое солдат Страны Огня. Их плащи выцвели под солнцем, а доспехи покрылись пылью. Верёвки тихо поскрипывали на ветру. Мы молча спешились. Киба снял перчатку и коснулся ладонью груди. Он закрыл глаза и тихо произнёс древние слова молитвы Пламеню. Просил принять души погибших воинов и провести их через Пламя к предкам. Когда он закончил, мы достали ножи. Верёвки одна за другой упали на землю. Тела тяжело опустились в наши руки. Мы аккуратно уложили их рядом. Чоджи долго смотрел на землю. — Мы даже похоронить их не можем… Я тоже посмотрел вниз. — Простите, — тихо сказал Киба. И это было всё, что мы могли для них сделать. Мы вновь сели в седла. Никто не произнёс ни слова ещё очень долго. Через несколько миль появилась ещё одна виселица, потом ещё. Отряды Сасори не просто убивали — они показывал каждому путнику, что ждёт любого, кто останется верен Огню. Каждый раз всё повторялось одинаково. Мы останавливались, Киба читал молитву, мы снимали тела и оставляли их лежать на земле. Лучше так, чем раскачиваться на верёвке до тех пор, пока кости не рассыплются сами. После пятой виселицы я перестал считать. Я смотрел на каждого погибшего и невольно думал о том, что это моя вина. Если бы я оказался умнее и понял замысел Сасори раньше, то война между Ветром и Огнём не вспыхнула бы снова. Эти люди были бы живы. Темари никогда не оказалась бы в плену. Её не заставили бы выйти замуж за кузена и ей не пришлось бы пережить всё то, что она пережила. Я всегда считал себя человеком, который просчитывает всё, но сейчас последствия моего решения тянулись вдоль дороги десятками повешенных тел и каждое словно спрашивало меня одно и то же. «Почему ты позволил этому произойти, Нара?» У меня не было ответа. Солнце поднялось уже довольно высоко, когда мы увидели очередные виселицы. На этот раз их было трое. Неджи молча свернул с дороги. Мы спешились почти одновременно. Киба уже привычным движением снял шлем. Его голос снова прозвучал над пустынной дорогой. После молитвы мы подошли к дереву. Я перерезал первую верёвку. Тело тяжело осело мне на плечо. Киба вдруг замер и взглянул на дорогу. — Шикамару… Он медленно указал вдаль. На горизонте поднималось облако пыли — несколько всадников. Они быстро приближались к нам. Киба прищурился. — Пятеро… нет… — он сделал короткую паузу. — Семеро. Я почувствовал, как все вокруг одновременно замерли. Перед нами на земле лежало двое солдат Страны Огня. Верёвки ещё болтались на ветвях старого дерева. Когда незваные гости в форме Скорпиона подъехали ближе, их капитан внимательно осмотрел нас. — Что вы делаете? Я ответил прежде, чем успел заговорить Киба. — Исполняем приказ. Он нахмурился. — Какой именно? — Не оставлять тела на дорогах. Капитан молчал. Я спокойно выдержал его взгляд. — Они начинают гнить. Скоро здесь невозможно будет проехать. Несколько его людей переглянулись. Один даже тихо усмехнулся. — Воняет действительно жутко. Но капитан не улыбался. Он медленно спешился. — Из какого подразделения? Вопрос был ожидаемым. — Четвёртая рота гарнизона восточной заставы. Он сделал ещё несколько шагов. — Командир? — Тайсё Рен. — Никогда не слышал. Я пожал плечами. — Нас недавно перевели. Он посмотрел на тела. — И давно вы решили стать могильщиками? — С тех пор как нам надоело нюхать трупы. Капитан ещё несколько секунд изучал меня. — Эти ублюдки такого отношения не заслуживают. Я перевёл взгляд на мёртвых. — Теперь уже неважно, чего они заслуживают. Он прищурился. — Почему? Я медленно подошёл к телу одного из повешенных. — Пока они висели здесь, каждый путник видел силу Скорпиона. Я поднял нож и одним движением перерезал оставшуюся верёвку. Тело тяжело рухнуло на землю. — Но прошло уже несколько дней, — я посмотрел капитану прямо в глаза. — Теперь каждый путник видит не силу, а беспорядок. Позади него несколько солдат согласно закивали. — Есть в этом смысл… Капитан недовольно покосился на него, потом снова посмотрел на меня. — Как тебя зовут? Этого вопроса я ждал меньше всего. Лгать было опасно. Слишком много имён приходится помнить. — Широ. Первое, что пришло в голову. Он кивнул. — Широ… Заканчивайте быстрее! С этими словами он развернулся к своим людям. Капитан уже поставил ногу в стремя, когда один из его солдат, молодой парень с обветренным лицом, неожиданно обернулся ко мне. — Эй, Широ. Ты ведь не местный. Это был не вопрос. Я поднял на него глаза. — Говоришь странно. Не как люди отсюда, — продолжил парень. Я едва заметно выдохнул. Проклятье. Когда мы шли вместе с Гаарой, было куда проще. Молчаливый наёмник не вызывает вопросов, люди сами придумывают ему историю. Но стоило открыть рот — и всегда находился кто-нибудь с хорошим слухом. Солдат усмехнулся. — Так откуда ты? В голове лихорадочно перебирались варианты. Я решил выбрать самый очевидный — тот, который был на границе двух — Из Рэйкуки. Парень нахмурился. — Рэйкука… — он посмотрел на товарищей. — Слышали? Один из всадников пожал плечами. — Кажется, где-то на южной границе. Я спокойно кивнул. — Почти у границы Страны Огня. — Поэтому и говоришь так? — Когда половину жизни разговариваешь с дикарями, поневоле начинаешь коверкать речь. Несколько человек засмеялись. — Верно сказано. Я позволил себе едва заметную улыбку. Кажется, пронесло. Капитан не трогался с места. Он продолжал смотреть на меня. — Южная граница… — тихо повторил он. — Тогда скажи мне, Широ… Если ты оттуда, почему служишь здесь, а не на фронте? Вот теперь вопрос оказался действительно опасным. Наёмники путешествуют, крестьяне переезжают, но солдаты редко оказываются за сотни миль от дома без причины. Я уже собирался ответить, когда один из всадников впереди внезапно выпрямился в седле. — Капитан… Тот сразу обернулся. — Что? Солдат указал дальше по дороге. — Кто-то едет сюда. Все одновременно посмотрели в ту сторону. Из-за пологого холма показалась новая группа всадников — четверо мужчин сопровождения и одна женщина. Даже с такого расстояния было понятно, что они не имеют никакого отношения к Скорпиону. Когда они приблизились, я невольно задержал взгляд на мужчине, ехавшем впереди. На нём были совсем другие доспехи. Не чёрные, а светлые, почти серебристые, с широкими золотыми вставками на наплечниках и груди. На кирасе сиял хорошо знакомый мне герб — вытянутый золотой знак, напоминавший старинную букву «i». Во время первой войны, на знамёнах законной династии Страны Ветра были такие же знаки. Поверх его доспехов лежала тяжёлая золотистая плащ-накидка, свободно колыхавшаяся на ветру. Его спутники были одеты так же, только женщина выделялась среди них. На ней вовсе не было брони. Длинное светлое платье почти касалось земли даже сидя верхом, а поверх плеч была наброшена тонкая золотистая накидка. Лицо скрывал лёгкий полупрозрачный платок, но ярко-красные глаза были хорошо видны даже отсюда. Что-то в них заставило меня насторожиться. Капитан людей Скорпиона, подъехавший к нам несколькими минутами раньше, мгновенно изменился в лице. Он резко выпрямился, затем, едва новый отряд приблизился, тут же склонил голову. — Господин Яшамару. Я тоже склонил голову и незаметно показал остальным сделать тоже самое. Значит… Это и есть брат матери Темари. Мужчина остановил коня всего в нескольких шагах. Его взгляд спокойно скользнул по дороге, по снятым с виселиц телам, по нашим доспехам. Голос оказался неожиданно мягким, но твёрдым. — Почему вы остановились? Капитан вновь поклонился. — Простите, господин. Сейчас продолжим путь. Яшамару чуть наклонил голову. — Тогда в чём причина задержки? Капитан помедлил, потом осторожно указал рукой в нашу сторону. — Эти люди показались мне подозрительными. Я почувствовал, как рядом едва заметно напрягся Саске. Рука Наруто медленно легла на рукоять меча. Киба перестал дышать. Ещё мгновение — и всё могло закончиться боем, но прежде чем Яшамару успел что-либо сказать, женщина неожиданно повернула голову. Её взгляд встретился с моим. По спине пробежал холодок. Она медленно подняла тонкую руку. — Я знаю этих людей. Её голос был тихим, но капитан тут же опустил голову ещё ниже. — Госпожа? — Продолжайте путь, — она даже не посмотрела на него. — Они не представляют угрозы. Наступила короткая пауза. Я ожидал вопросов, подозрений, хотя бы объяснений, но капитан лишь коротко поклонился. — Как прикажете. Он даже не взглянул больше в нашу сторону, просто развернул коня. Его люди последовали за ним. Через несколько секунд весь отряд Скорпиона уже удалялся по дороге, постепенно исчезая в облаке пыли. Я проводил их взглядом. Странно. Либо эта женщина обладала огромной властью, либо ей просто не смели возражать. Хотя, женщина и власть? В Стране Ветра? Яшамару всё ещё не сводил с нас глаз. Его ладонь спокойно лежала на рукояти длинного меча. — Кто вы такие? Он спросил это ровным голосом человека, привыкшего получать ответы. Я уже собирался назвать вымышленные имена, когда женщина неожиданно спрыгнула с коня. Она легко коснулась земли. Подол длинного платья мягко заскользил по сухой дороге. Она медленно подошла к лежавшим солдатам Огня, остановилась и несколько секунд просто смотрела на их лица. В её глазах не было страха, только глубокая, почти материнская жалость. Затем, она подняла глаза. Мы встретились взглядами и снова возникло то странное чувство, будто она уже давно знала, кто стоит перед ней. — Я видела нашу встречу в Пламени, — спокойно произнесла она. Я нахмурился. — О чём вы говорите? Она лишь едва улыбнулась, затем обернулась к Яшамару. Тот вопросительно посмотрел на неё. Женщина произнесла совершенно спокойно, словно говорила о чём-то давно известном. — Это Шикамару Нара. На дороге воцарилась тишина, даже ветер будто стих. Красные глаза женщины остановились на лице Яшамару. — Законный муж вашей племянницы.