Виноваты пикси

Самый лучший способ не разочаровываться — ничего ни от кого не ждать.

«Потому что тогда я бы никогда не поцеловал тебя». Фраза гремела в голове Гермионы, как колокол на часовой башне. Хотелось заглушить эти слова, выдернуть из воспоминаний последние несколько дней. Потому что все это было слишком для Гермионы. Не свойственно ей, даже близко не похоже на нее. Целоваться с Драко Малфоем в душе? Мерлин, думать об этом было невыносимо. Понимать, что ей хотелось, было невыносимо. И продолжать жить с ним в одной палатке тоже было невыносимо. Гермиона понятия не имела, как себя вести после всего, что между ними произошло. Она злилась на Малфоя. Она делала вид, что ничего не было. Так было проще, потому что признаться себе, что это ее задело, было равносильно тому, чтобы признаться в том, что ей не все равно. И самым отвратительным был тот факт, что все ее отвращение к нему было выученным, таким тошнотворно правильным. Она должна была это чувствовать к нему и всячески старалась не почувствовать ничего лишнего. После их неудачной вылазки, когда на них напали темные волшебники и оборотни, Гермиона не хотела, чтобы кто-то из лагеря пострадал на ее задании. Идеальным, как она считала, решением было отправиться одной в деревню и все там проверить. Но и оставлять Малфоя без присмотра ей не хотелось. Мало ли что он еще выкинет? Поэтому сообщать кому-либо из лагеря, куда они направляются, Гермиона не стала. Она без проблем уговорила Оливера одолжить им внедорожник, чтобы якобы съездить в соседнюю деревню. Хотя парень немного расстроился, когда Гермиона настояла на том, чтобы он остался в лагере и помог Невиллу в сборе необходимых ингредиентов для зелий. Сегодня ночным поездом парень уезжал обратно в Лондон. Трансгрессировать он не мог, потому что при нем был целый арсенал редких экземпляров растений и всевозможных образцов. — Сейчас заправлю, и можете ехать. — Барлоу крутился у машины с канистрой в руках. — Вы точно найдете дорогу? — в сотый раз спросила Сэнди. — Вы должны вернуться не позднее обеда, чтобы Невилл успел на поезд. — Не беспокойтесь, — заверила ее Гермиона. — Я хорошо помню дорогу, тем более она тут одна, сложно будет заблудиться. И Малф… Драко неплохо ориентируется по карте. — Может, Оливер все-таки поедет с вами? — предложила женщина, которую не слишком успокоили слова про Малфоя и его способности навигатора. — Он уже обещал помочь Долгопупсу, — подал голос Драко, стоявший поодаль от парковки. — Ну, вообще-то я мог бы… — начал Барлоу. — Не стоит, — оборвала его Грейнджер, похлопывая по плечу. — Мы справимся сами. От нас и так много хлопот. Она попыталась выдавить из себя самую милую и очаровательную улыбку, на которую только была способна. Это сработало, потому что мисс Дэвис смягчилась и, пожелав им хорошей дороги, отправилась вместе с погрустневшим Оливером обратно к палаткам. Первое время они ехали в тишине. Гермиона не соврала — она действительно неплохо помнила дорогу до пустошей. Она вела машину медленно и аккуратно, объезжая все ямы и снижая скорость на поворотах, из-за чего они пару раз заглохли. — Ты же сказала, что умеешь водить, — в очередной раз закатил глаза Малфой. — Умею. — Она провернула ключ в замке зажигания, и машина характерно загудела. — Но я давно не практиковалась. — Полагаю, не только в этом, — хмыкнул парень, и боковым зрением девушка отметила легкую ухмылку на его губах. Вот блин. Она почувствовала неловкость и решила не отвечать Малфою, чтобы не провоцировать. По правде говоря, Гермиона не была уверена, что больше вводило ее в состояние неловкости и смущения: их несостоявшийся секс в душевой или брошенная к ее ногам, как чертов трофей, фраза про поцелуй. Она понимала, что Малфой открылся ей, и от этого становилось только хуже, потому что принять это она не могла. Клубок из ее чувств был таким запутанным, что каждый раз, пытаясь найти начало или конец, она затягивала нитки туже, делая задачу разобраться во всем этом невозможной. Они несколько раз сверились с картой, которую им одолжил Оливер, и после пары остановок по вине Гермионы увидели крыши домов. Маячившие на горизонте заброшенные дома были для девушки не просто способом разгадать загадку — они внушали надежду. Надежду, что эта история наконец-то закончится, и она, как ей казалось, сможет выйти сухой из воды. Сможет сделать вид, что ничего не было. Забыть все это. — Мерлин, Грейнджер, аккуратнее! — повысил голос Малфой, когда она задела бампером и без того покосившийся забор. — Прости, — извинилась Гермиона то ли перед машиной, то ли перед парнем. — Я не чувствую габариты… У папы был Ford, он не такой огромный. — Тебя учил водить отец? — выходя из машины, спросил Малфой. — Да, когда мне исполнилось пятнадцать. — Гермиона закинула сумку на плечо, закрывая дверь, и добавила: — Но после школы я училась с инструктором. — Мой отец не учил меня летать на метле, — ответил Драко, и девушке послышалась в его голосе горечь. Но он тут же сменил тему: — Нам нужно быть аккуратными, не стоит здесь задерживаться. Гермиона согласилась, и они поспешили к ближайшему дому. Все постройки в деревне были очень похожи, особенно после стольких лет заброшенности. За час они обошли большую часть домов, но не нашли ровным счетом ничего, что могло бы хоть как-то быть связано с их расследованием. Оставались только несколько домов на опушке леса, выглядевшие совсем уж запущенными. Впрочем, вся деревня имела вид унылый и мрачный. Покосившиеся дома, заросшие колодцы, неухоженные сады, кое-где выбитые стекла. Гермиона чувствовала себя неуютно. Что-то зловещее было в этом всем. Может, тишина, а может, Гермиона просто пересмотрела фильмов ужасов, которые начинались именно так. — Осторожнее, — предупредил Драко, поднимаясь на крыльцо очередного дома. Из выломанной двери торчали ржавые гвозди. Они по очереди протиснулись в щель, стараясь не пораниться, и оказались в узком и пыльном коридоре. — Мерлин, что за запах? — Гермиона сморщила нос. В доме пахло сыростью, но так пахло везде, где они уже побывали. Однако в доме скрывалось что-то еще, от чего шевелились волоски на затылке. — Тебе не понравится, если я скажу, — тихо произнес Малфой, и от Гермионы не укрылось, как парень крепче сжал палочку. Она последовала его примеру и еле слышно произнесла Заклинание обнаружения. В доме было пусто. Они медленно продвигались вглубь коридора, чувствуя, как под подошвами ботинок хрустит стекло вперемешку с каким-то мусором. Они обошли первый этаж и, не найдя ничего стоящего, стали подниматься по лестнице наверх. Жуткий скрип ступенек нервировал Гермиону, и она то и дело оглядывалась через плечо, думая, что лучше бы Малфой шел у нее за спиной. Так ей было бы спокойнее. Почему? Она не позволила этой мысли сформироваться, поднимаясь на последнюю ступень. Они оказались в небольшой комнатке. С одной стороны стояла до неприличия продавленная кровать, из матраца которой торчали пружины, а рядом — обшарпанный комод. На противоположной стене висела одна-единственная фотография. Точнее, это была вырезка из газеты, старая и выцветшая. С фотографии на них смотрел Фенрир Сивый. Он скалился, пытаясь выдавить из себя подобие человеческой улыбки. Паника застряла в горле, и Гермиона попятилась назад, врезаясь в грудь Малфоя. Она резко развернулась и встретилась взглядом с серыми радужками. Впервые за несколько дней она смотрела в его глаза так близко. — Спокойно, Грейнджер. — Малфой перехватил ее локоть в попытке привести в чувство. — Его здесь нет, он мертв. Гермиона стояла на пороге комнаты, чувствуя теплые пальцы Малфоя на своей руке. И почему-то это отрезвляло. Всего лишь фото, но Сивый был слишком значимой и громкой фигурой в рядах Волан-де-Морта, чтобы теперь не взирать на него, пусть и всего лишь на фотографии, со скрученным от страха желудком. Даже мысль о том, что он умер в Азкабане больше года назад, не слишком успокаивала ее. Запах того дня, когда их схватили егеря, был слишком похож на тот, что царил в этом доме. И это не могло не пугать. — Давай осмотримся, — предложил Драко, не отходя от Гермионы и скользя пальцами по ее оголенному предплечью. Она опустила взгляд, отмечая, что его пальцы больше не скрыты магией. Чернота продвинулась выше, заползая на ладони. — Хорошо, — сглотнув, она согласилась и отошла, разрывая телесный контакт. Они принялись осматривать комод. В ящиках нашлись игрушки, истлевшие письма и фотоальбом. Некоторые из фотографий не были вставлены в кармашки и вывалились прямо под ноги Гермионе и Малфою. Они нагнулись, чтобы подобрать снимки. Фото точно были сделаны на магловскую камеру, на них были запечатлены молодая женщина и ребенок. Где-то только женщина, а где-то она с сыном. Одно фото было сделано явно позже остальных: та же женщина, уже намного старше, и юноша сидели на крыльце того самого дома, в котором сейчас находились Драко и Гермиона. — Мерлин, он же его копия, — прошептала Гермиона, смотря на молодого парня. Она перевернула фото, читая надпись на обратной стороне: — Линда Ливингстон с сыном Мортимером, тысяча девятьсот девяностый год. — Думаешь, это сын Сивого? — беря в руки фотографию, спросил Малфой. — Мне сложно представить, что у такого чудовища мог быть ребенок, — призналась девушка. — Но посмотри на черты лица, он очень похож на него. — Пожалуй, ты права. — Драко вернул ей фото, и в ту же секунду они услышали отчетливый скрип лестничной ступеньки. Гермиона могла поклясться, что в тот момент ее сердце застучало где-то в глотке. И плевать на физиологию. Она еле успела сунуть трясущейся рукой фотографии в сумку, когда Малфой с силой оттолкнул ее в сторону, принимая на себя удар оборотня, ворвавшегося в комнату подобно урагану. Что-то разбилось, но она не придала этому значения. Грейнджер больно ударилась лопаткой о железную спинку кровати и прикусила губу, чтобы не заскулить. Она была уверена, что на коже останется синяк. — Остолбеней! — Взмах палочкой, и чудовище отлетело в сторону от Малфоя, который даже не пытался воспользоваться магией. Судя по всему, все это время он ходил с палочкой по привычке. Колдовать он больше не мог. Трансгрессировать они тоже не могли из-за запрета. Грейнджер подскочила к парню, помогая подняться на ноги и отмечая несколько царапин на его груди и шее. — Нужно уходить! — с нотками истерики в голосе заговорила девушка. Она направила палочку на свою сумку. — Акцио аконит! Она поймала бутылку с настойкой, которую раздавал Невилл на их последней совместной вылазке. — Вот, возьми, — она протянула ее Малфою, — осталась только одна. Малфой принял бутылку и направился к выходу из комнаты, потянув за собой Гермиону. Оборотень в углу зашевелился, приходя в себя. — Быстрее, Грейнджер! — поторопил ее парень, когда она замешкалась на ступеньках. — Надо успеть до машины. Но их планы были нарушены, и Гермиона покатилась вниз. Второй волк, появившийся словно из ниоткуда, опрокинул ее на спину, и она закричала, когда в ладони врезались осколки стекла, разбросанного по полу. Она успела сжать пальцами палочку, попутно загребая еще больше стекла, и развернуться лицом к лестнице. Левую щеку саднило от пореза. В это мгновение ее оглушил рев зверя. — Трансгрессируй! — заорал Малфой, разбивая бутылку аконита об морду оборотня. — Я не уйду без тебя! — крикнула девушка, поднимаясь. — Петрификус Тоталус! Мимо Малфоя пролетело заклинание, но оно не достигло цели, потому что второй очнувшийся оборотень увернулся, скрываясь за дверью. В два прыжка парень оказался рядом с Грейнджер и снова потянул ее к выходу, на сей раз из дома. Она обернулась и едва успела выкрикнуть заклинание — еще мгновение, и оборотень исполосовал бы ей спину. Существо отлетело, разрушая перила лестницы. — Давай, Грейнджер, давай! — торопил Малфой, пока она протискивалась в полувыломанную дверь дома. — Назад! — взвизгнула девушка, отскакивая от двери и посылая еще два заклинания. — Блядь! — выругался Малфой. — Сколько их? — Кажется, двое. — Она прижалась лопатками к стене коридора, чувствуя быстрое биение пульса. Ситуация складывалась, мягко говоря, ужасно. — Одного я оглушила. — Трансгрессируй отсюда, — быстро сказал парень, наблюдая за двумя еще не пришедшими в себя оборотнями в доме. — А как же ты? — со вздохом спросила Гермиона, смотря на Малфоя. — Я не брошу тебя тут одного. — Грейнджер, не глупи, нам не добраться до машины, — как-то слишком спокойно произнес он, разрушая надежду. — Уходи. Его последние слова утонули в грохоте: дверь выбило мощным взрывом. Единственная преграда между ними и врагом была уничтожена. В них тут же полетели заклинания — их выпускал некий волшебник в маске. Мерлин, только его тут не хватало. Мужчина атаковал дом и подходил к крыльцу все ближе. Все заклинания Гермионы он с легкостью отражал. Два оборотня крались рядом с ним, обнажая клыки и капая слюной на мятую траву перед домой. — Черт! — Гермиона побежала вглубь дома, закрывая за собой все двери и роняя мебель. — Он слишком сильный. — Он использует темную магию, — бросил Драко, уворачиваясь от падающего шкафа. — Сейчас же трансгрессируй! Парень резко дернул Грейнджер на себя, воспользовавшись тем, что волшебник и оборотни замешкались, справляясь с преградами. — Малфой, они убьют тебя! — запротестовала Гермиона, чувствуя, как в горле образовался горький комок. — Я и без них не жилец. — Он поднял руку, рисуя чернильными пальцами линию по ее подбородку. — Нет, — она замотала головой, — нет… я не могу. — Можешь. — Его рука сместилась на затылок, утопая в растрепанных и спутанных локонах. — Трансгрессируй в лагерь, пока не поздно. — Я не хочу… нет... — Гермиона,— строго сказал парень, заглядывая в карамельное море, блестящее от слез. — Я сказал, уходи. Она снова запротестовала, отчаянно мотая головой и сглатывая горькие слезы, так некстати потекшие по щекам. Порез на лице защипало, и она зажмурилась, словно пытаясь представить, что все это просто кошмар, дурной сон. Его попытка отрезвить ее, позвав по имени, не помогла, а наоборот, кажется, ранила похлеще осколков. — Ты не представляешь, как мне льстят твои слезы, — произнес Малфой, целуя ее. Она всхлипнула, чувствуя губами его скорбную усмешку, и приоткрыла рот, позволяя его языку мазнуть по губам, слизывая соль. Поцелуй разорвался, когда последние двери загудели, разлетаясь в щепки. Малфой выхватил палочку, закрывая Гермиону собой. Взрывной волной ее отбросило в дальний угол комнаты, но она все еще крепко сжимала палочку в руке и, проглатывая собственную истерику, трансгрессировала.

***

Она приземлилась на траву, сжимая зубы, чтобы не стонать от боли. Все тело было в синяках и порезах. Но думать об этом не было времени. Ей удалось трансгрессировать за машину со стороны леса, а не деревни, где ее могли бы увидеть нападавшие. Она ползком добралась до двери и как можно тише постаралась открыть ее. Кое-как забралась на водительское кресло. Выбора не было, и, размазав остатки слез по щекам грязной кровавой ладонью, она завела машину. Она молилась, чтобы та не заглохла в самый неподходящий момент. Ведь тогда ее безумнейшая идея, скорее всего, закончится фатально. Машина рванула с места, когда Гермиона утопила в пол педаль газа, отпуская сцепление. Она выехала на центральную улицу, всю поросшую травой, и, наконец, увидела нужный дом — как раз в тот момент, когда из него выходил волшебник, левитируя за собой тело Малфоя. Рядом крутился один из оборотней. Не самый плохой расклад. Девушка высунулась из окна, пытаясь рулить одной рукой, а второй выпустила несколько заклинаний. Ей повезло: сработал эффект неожиданности. Палочка мага отлетела в сторону, и тот бросился за ней, уворачиваясь от несущейся на него машины. Удар вышел жестким: Гермиона стукнулась затылком о спинку сиденья, когда затормозила, сбивая оборотня. Тот взвыл от боли, но Гермионе было плевать. Она выпустила в мужчину еще несколько заклинаний, сбивая его с ног и лишая возможности найти палочку. Развернув машину, она чудом не переехала лежащего Малфоя и, выскочив из салона, расколдовала его обездвиженное тело. — Черт! — Она попыталась его поднять. Сил не хватало. — Драко, вставай! — Она помогла ему подняться на ноги. — Давай, быстрее. — Грейнджер? — прохрипел парень, садясь в машину и захлопывая дверь. — Как ты… Он не договорил, потому что один из оборотней выскочил из дома и кинулся прямо на машину. Гермиона вовремя села на свое место, потому что еще чуть-чуть, и пасть волка сомкнулась бы на ее руке. Грейнджер не стала разворачиваться, а просто поехала вперед в надежде скинуть оборотня с капота. Он лязгал зубами и когтями царапал стекло. Еще два оборотня бросились им вслед. — Что ты делаешь? — закричал Драко, увидев, что Гермиона направила машину прямиком в забор. — Держись крепче! — успела крикнуть она, прежде чем машина на полной скорости врезалась в забор, снося его. Оборотня отбросило в сторону, и, обернувшись, Гермиона увидела, как из его бока торчат деревянные колья. Ее затошнило. Малфой даже не смог произнести ни слова, только оборачивался, глядя в окно на отстающих от них волков. Внедорожник Оливера быстро набрал скорость, и Гермиона вырулила на дорогу, которая вела мимо пустошей обратно в лагерь. Она не сбавила скорость и неслась через лес, забыв про ямы и повороты, которые она так старательно объезжала пару часов назад. — Охренеть, — наконец произнес Малфой, выдыхая и вытирая тыльной стороной ладони пот со лба и размазывая кровь. — Ага, — вырвалось у Гермионы. Ее все еще трясло и мутило от увиденного и пережитого. — Ты был прав, это была ужасная идея. — Ну, я часто бываю прав, — усмехнулся Драко и добавил: — Спасибо, что вернулась за мной, хоть это и было полным безумием. — Ты ранен? — Она проигнорировала его благодарность, не зная, что сказать. Гермиона перевела на него взгляд: к царапинам от первого оборотня добавились порезы и синяки. Как и у нее. — Пустяки, — успокоил он. — Ты как? — Нормально, — выдавила из себя Гермиона. Ничего из этого не было нормальным. Она замолчала, но потом, не выдержав, спросила: — Я убила его? — Нет. — Малфой не мог не заметить, как дрожат ее губы. — Нет, не думаю. Он такой здоровый, ему это нипочем. Гермиона закивала, стараясь поверить его словам. — Что скажем в лагере? — отвлек вопросом Малфой. — Скажем, что свернули не туда, и на нас напали. — Она все еще опасливо поглядывала в зеркала, хотя до лагеря оставалось совсем немного. — Это так мое влияние на тебе сказывается? — усмехнулся парень. Порезы на руках Гермионы причиняли боль из-за того, что она слишком крепко вцепилась в руль, поэтому улыбка получилась вымученной. — Если тебе будет приятно, то можешь так думать. — Она вырулила на дорогу, ведущую прямо к лагерю. — Что дальше? — задал логичный вопрос Драко. — Фотографии у тебя. Мы узнали достаточно, чтобы вернуться и доложить все Кингсли. Или хочешь еще погеройствовать? — поддел ее парень. — Нет, — Грейнджер замотала головой. — Ты прав, надо возвращаться. Эта информация очень поможет Гарри и Рону. Они выйдут на сына Сивого, и чем быстрее, тем лучше. — Она замолчала, прикидывая, как им стоит поступить. — Сегодня Невилл уезжает в Лондон, поезд ночью. Мы как раз успеваем на него вместе с ним. Драко просто кивнул, понимая, что от него ничего не зависит. Он надеялся, что этой информации Кингсли хватит, чтобы он выполнил свою часть уговора. Когда машина подъехала к границе лагеря, Гермиона вдруг остановилась. Как и до этого, слишком резко. Да, практика ей определенно не помешает. Она все еще держалась за руль и, не смотря на Малфоя, медленно произнесла: — Мне только нужно знать одну вещь. — Спрашивай, — коротко ответил парень. — Что обещал тебе Кингсли? — Она повернула голову, изучая его. Снимая кожу одним лишь взглядом. — Ты ведь и сама уже поняла, — он тяжело вздохнул, прижимая руку к губам. Все маски сброшены, ему хотелось хоть как-то защититься. — Так зачем спрашивать? — Я просто надеялась, что ошиблась. — Она еще крепче вцепилась в руль, будто бы пытаясь тем самым заглушить чувства внутри себя. Направить боль в раненые ладони. Мучительно горькая усмешка тронула его губы. И Гермиона могла поклясться, что знала ее вкус.