Ну что, еще разок?

***

— Слушаю.

— Я смогу провести вас к Зосту, но есть пара условий.

— Я очень рад, Доктор Марсел, что вы готовы сотрудничать. Итак, я весь во внимании.

— Это не телефонный разговор. Давайте встретимся в том же месте, где и сегодня утром.

— Договорились. Когда именно?

— Также утром завтрашнего дня.

— Хм... хорошо. Что-ж, увидимся, Док...

Не успел следователь попрощаться, как звонок сбросили. — Хах, ну вот. Наш доктор не особо разговорчив, Лили. Как с такими вообще вести диалог? — Мо... — Ты права. Люди есть люди. Самое главное - у нас наконец-то появился шанс все разузнать.

***

" — Преступник решил перейти еще одну границу. Вчера, в районе девяти вечера с детской площадки около центра пропала девочка десяти лет, Элли Блэк. Если у вас есть хоть какая-нибудь информация о еë местонахождении, просьба немедленно связаться с..." — С характерным шипением замолкло радио. Сегодня во всем городе ощущалась давящая тишина, и кофейню это не обошло стороной. Официант отбарабанил пальцами по столу какой-то ритм, резко стукнул кулаком и отправился к другим посетителям. Кажется, эта новость сильно его раздосадовала. Лили решила не говорить об этом наблюдении Гаррету, что вместе с Марселом были мрачнее туч на сегодняшнем небе. — Я надеюсь, вы понимаете, почему дело больше нельзя откладывать, доктор Марсел, — Следователь с серьезным видом смотрел в глаза Альфреду. — Я оставлю свои комментарии по поводу работы полиции, — Взгляд Альфреда ничуть не уступал по серьезности, — Хочу, чтобы поскорее все закончилось.

***

Если Циммерман не ошибалась, то они ехали где-то около часа, но леса вокруг них не стремились заканчиваться... Марсел изредка указывал куда стоит поворачивать, пребывая на переднем сидении автомобиля детектива. Девушка была не против уступить Альфреду место, хотя то, что даже музыка не играла... было немного грустно. — Это фишка располагать лечебницы где-то у черта на куличиках? — Нарушил тишину следователь. — Хотите жить по соседству с маньяками и психопатами? Обговорим еще раз условия. — Я помню о них, доктор... — Первое - с Зостом болтаете только вы, я даже смотреть на него не хочу. Второе - у вас двадцать минут, не больше. Даже не упрашивайте меня брать больше. Третье - все, что вам скажут внутри, выполняйте без пререканий, пожалуйста. Четвертое... — Не смотреть. Не дышать. Передвигаться только на ушах? — Это несмешно! — Вскрикнул Альфред, но его возмущение сразу прервалось визгом тормозов машины. К сожалению, у Марсела не было доказательств, что Гаррет специально резко остановился, но чувствовал всем нутром, что это так и есть! Сменив направление недовольного взгляда, Марсел увидел шлагбаум и маленькую будку, из которой вышел мужчина в форме охранника, по пути поправляющий свою фуражку. Подойдя к окну, он пару раз постучался. Гордон опустил стекло. — Здравствуйте. Покажите ваш пропуск, пожалуйста. Альфред быстрым движением достал какую-то карточку и протянул ее охраннику. — Угум. Все хорошо, езжайте дальше. Как только шлагбаум открылся, Гаррет поехал дальше до парковки. Выходя из машины, компании открылся вид на трехэтажное желтоватое здание в стиле рококо. Скептично осматривая всех этих ангелов на колоннах по углам строения, Гаррет и Альфред могли бы согласиться о том, как безвкусно все это смотрится... Но Лили очень нравилась пара горгулий на крыше, хоть там они совершенно не должны были быть, если следовать общему "стилю". Что-ж, сюда они приехали не оценивать "видение дизайнеров о том, как должна выглядеть психушка", а быстрым шагом топать ко входу, хоть и золотые ручки определенно добили...

***

Три года назад, когда состоялся суд, на нем не смогли до конца причислить дело о смерти пастыря Клэнси Зосту. Причина простая - нет доказательств, свидетельствующих об этом. Как оказалось, сны и "ведения" душевнобольной Эдны Конрад - далеко не истина последней инстанции. А Марсель и Шизель... на них полиция смотрела как на таких же психов, либо просто очень доверчивых молодых людей, что в общем-то одно и то же. Добавляем к делу связи Зоста, очень хорошего адвоката, и в сумме получаем - заключение в психиатрическом диспансере до полного восстановления ментального здоровья. "Спасибо, что хотя бы не заставили его просто платить 600 евро за то, что превысил скорость" — Негодовал Шизель после окончания дела. В общем-то, он был прав. Ведь было не ясно, когда все решат, что Зост снова вменяем и будет ли вообще таковым... Хотя с каждым месяцем на душе становилось спокойней от мысли, что бывший главврач лечебницы не особо торопится на свободу.

***

— Рад видеть вас, Альфред Марсел! У входа их встретил высокий мужчина, на вид которому уже давно было за 50 лет. Возраста добавляла седина на висках и аккуратно уложенная борода, а также слегка мутноватые голубые глаза. Это доктор Эмиль Рихтер, местный хозяин психдиспансера и главврач одновременно. — Вас, следователь, в том числе. Юная леди, — В конце Рихтер поклонился Лили. Как воспитанная девушка, Лили не забыла сделать реверанс на приветствие. — Я уже не надеялся, что кто-то с фамилией Марсел переступит порог моей обители. Я соболезную вашей утрате, Альфред. Господь не справедлив к детям... — Давайте оставим это. Сейчас нас интересует другое, — Марсел старался сохранять бесчувственное выражение лица, хотя явно было заметно немного странное поведение после упоминания Горация при малознакомых людях. — Разумеется-разумеется, так долго ехали, уже наверное дождаться не можете персональной экскурсии. Идите за мной, — Разворачиваясь, Рихтер не торопливым шагом пошел в сторону широких деревянных дверей. Гаррет старался получить больше информации, оглядывая холл, но самое "интересное" зрелище было только у медсестринского пункта, где стояли две барышни и о чем-то шептались, смотря на следователя. Гаррет просто решил не отставать. — Как дела у коллеги, так сказать, по цеху? Слышал, что лечебница немного сменила свое видение о принятии пациентов — Ничего особенного, просто принялось решение о прекращение специализации на особо буйных в пользу спокойных больных. Последних нельзя подвергать такому риску. Теперь лечебница может оказать помощь большему количеству людей, — Пояснил Альфред, пробегаясь взглядом по висящим в шикарных позолоченных рамах картинам и чьим-то портретам. — Понятно. Помнится мне, очень давно на семинарах Гораций говорил почти тоже самое, но только наоборот, — Доктор непринужденно засмеялся, словно шутя. — Чт- — Посмотрите сюда, пожалуйста! — Перебил Рихтер, привлекая внимание присутствующих к камерам, к которым они успели подойти. Мужчины со светловолосой девушкой стояли в длинном коридоре, что кажется имел П-образную форму. Несколько железных дверей было вдоль стен, но на приличном друг от друге расстоянии. — В каждой одиночной палате есть достаточно места, что пациент не страдал от клаустрофобии. Есть как помещения с мягкими стенами, так и обычные комнаты. В каждой палате удобно может расположиться несколько врачей и охрана, чтобы комфортно и безопасно проводилось лечение. Пока Рихтер горделиво рассказывал о всех свойствах палат, Циммерман позволила себе немного отойти от мужчин, внимательнее осматривая двери. — Лили! Куда ты? — Обеспокоенным шепотом спросил Гаррет. — О, вам интересно заглянуть внутрь какой-нибудь? Ха-ха, даже это не составит никаких проблем! Смотрите, — Доктор подошёл к одной из камер и приоткрыл небольшое окошечко, — Охрана всегда может заглянуть во внутрь, убеждаясь, что с больным все хорошо. Теперь девочка могла заглянуть вовнутрь палаты. Кажется, конкретно эта была с мягкими стенами, но внутри можно было увидеть табуретку, на которой сидел какой-то мужчина в больничном халате. Если приглядеться, то на теле пациента можно увидеть странного рода волдыри, отличающиеся размерами. О, вот и мужчина начал шевелиться. Лишь почесал щеку и шею, не думая оборачиваться в сторону двери. — Один из новеньких больных. У парня дерматозойный бред, ему кажется, представляете, что у него под кожей термиты. Девочка удивленно подняла голубые глаза на доктора. — Ам... — Причины? Ой, да обычная детская шалость, что переросла в болезнь. Какая-то девочка испачкала его в меду, а потом на него залезла парочка насекомых, как итог - сильно перепугался. До сих пор ночью просыпается и кричит, что они его пожирают, — Рихтер весьма свободно рассказывал о своих больных, — Вот, посмотрите, еще один интересный случай. Закрывая дверцу обзора у одной двери, доктор следом открыл другую. Лили вновь удалось увидеть следующего больного. Его камера была без мягких стен. А еще у него вместо страшных волдырей была очень странного цвета кожа. Почему-то... с камеры несло табаком. — О, а это наш хулиган! Сидит один, ведь так любит повздорить с остальными пациентами, а ещё вечно ворует сигареты у персонала. Настолько запущенная зависимость, что уже даже кожа пропахла никотиновым дымом. Интересный случай, не правда ли, мистер Марсел? — Может быть уже хватит показывать больных, будто на выставке, — С недовольством отметил Альфред, скрещивая руки на груди. — Согласен. Доктор, времени у полиции не много. Лили, — Следователь отдернул свою напарницу. Девушка послушно отошла от двери ближе к начальнику. — Ам... — Предоставь лечение этих бедных людей специалистам, а у нас есть свое дело, — Продолжал строжиться Гаррет. Под хмыканье Рихтера те продолжили свой путь в сторону палаты, в которой должен быть Зост. Как-то желание доктора общаться с гостями подутихло, но полностью молчать не выходило. — По правую руку находится общая палата. Там есть все, чтобы скоротать время пребывания, — Пояснил мужчина. И правда, была одна стена, словно с очень широким окном, за которым была видна просторная комната, наполненная столами. Внутри было несколько диванчиков, а также пара шкафов, в которых были книги и настольные игры. В ней тоже присутствовали пациенты. Были две девушки со странного цвета волосами и сильно отросшими корнями, а так же двое юношей. У одного из парней сильно в лицо бросалась какая-то странная маска, лишь имитируя лицо. — Там находятся только легкие случаи. Попытка подросткового суицида, а именно, она сбросилась с огромного утеса. Правда, говорит, что якобы кто-то подпилил дерево, на котором была качеля, на которой она после решила покачаться. А вот та сладкая парочка, попала под обвал здания и повредила мозг. Забавно, что в одинаковых местах! — Доктор почти рассмеялся, но весь "юмор" растворяли одним лишь взглядом Альфред и Гаррет. Доктор все перевел в кашель, — А вот парень случайно подорвался на мине, оставленной в военное время. Отсутствует половина лица, пришлось поменять на протез. Это не все пациенты, но остальные пока что на лечении. После всех этих рассказов Циммерман стало как-то не хорошо... Девушка решила спрятаться за широкую спину следователя, взявшись за плотную черную ткань пальто. — Лили, все хорошо? Не волнуйся, скоро мы тут закончим, — Гаррет старался успокоить напарницу. — Нас все еще интересует один конкретный, — Напомнил Марсел. — А мы уже пришли! Наконец-то компания оказалась у такой же железной двери, около которой смирно стоял охранник. — Будьте знакомы, Льюис Блэк. Он будет следить за вашей беседой. — Здравствуйте... — Тихо ответил охранник, поправляя кепку. — Блэк... что-то знакомое, — Тихо отметил Гаррет, внимательно всматриваясь в лицо чересчур молодого охранника, чем заставил того еще больше сжаться. — Возможно из новостей, — Сказал Рихтер, — Все-таки сестру убили у бедняги. — Ее не убили... Тело еще не нашли! Она- — Льюис! Мы уже говорили об этом. Просто выполняй свою работу, будь любезен. Итак, — Хлопая руками, — Теперь я оставляю вас одних, у меня ведь так много работы! Как закончите - дайте мне знать. — Доктор, когда у Зоста начинается лечение? — Вдруг спросил Гаррет — Что? Какое лечение? — С вопросом в глазах, Рихтер посмотрел на следователя, — А...ой! Ха-ха! Лечение, точно! Вот видите, совсем устал, что аж в словах теряюсь! Так... а, лечение у него всегда рано утром, так что можете не волноваться. Все, я побежал! И правда, Рихтер как-то быстро зашагал в противоположную сторону, пряча руки в карманы пиджака. — Мы... — Ты права, Лили, что-то тут не так... — Гаррет снова посмотрел на ожидающего Льюиса. — Скажите... вы ведь найдете ее, правда? — Наконец-то осмелился сказать Льюис, посмотрев на Гордона, — Пожалуйста... она мне очень дорога...очень. — За этим мы и здесь. Полиция делает все возможное, так что сохраняйте спокойствие. Итак, мы готовы начать беседу с пациентом. — Да, конечно, — Кивнул парень, снова поправляя кепку. Охранник потянулся ко внутреннему карману куртки, доставая связку ключей, пару раз гремя ею. Ключей было много, но охранник с первого раза нашел нужный и вставил в замочную скважину, — Время вашего свидания пойдет ровно в тот момент, когда я закрою за нами дверь. Пару раз провернув ключ, дверь с легким скрипом открылась. Следом их встретила комната, без мягких стен, но... слишком комфортная для среднестатистического больного тут. Пациента и вошедших отделяла прозрачная стена, но слева была еще одна дверь, только она была не особо похожа на входную. Внизу была большая выемка для контейнера. Через нее можно передать что вполне габаритное. Также присутствовал стол, на котором был микрофон, через который можно общаться с тем, кто кажется и не заметил вошедших. А вот за стеной была будто комната в отеле. Шкафы прямо вдоль двух стен, заполненные книгами; рабочий стол с канцелярией; аккуратно заправленная кровать, хоть и была больничная, но она смело заявляла о себе, что даже не скрипит и матрас на ней дороже, чем 3-ех месячная зарплата вон того охранника в кепке; а еще по ту сторону даже стул лучше. Как раз на нем уверенно восседал самый известный пациент этого диспансера, вальяжно закинув ногу на ногу. Клэнси Зост сейчас что-то читал, иногда что-то записывая карандашом в этой самое книге, загибая кончик страницы. У Гаррета и Альфреда удивленно открылись рты, и только Лили думала, что тут весьма мило и уютно. Отмечая про себя, что обязательно задаст об этом пару вопросов главному врачу, следователь глубоко вздохнул. — Что-ж, доктор Марсел, вам уступить радость общения? — Съязвил Гордон, чем вызвал у Марсела очень гневный взгляд. Даже желваки начали дергаться на этом, почти красном от злости, лице. — Понял. Гаррет сделал пару шагов к микрофону, нажимая на кнопку. Характерный писк уведомил о том, что аппарат работает и пациент должен услышать детектива. — Здравствуйте, Клэнси Зост. Я, Гаррет Гордон Гарденгор, являюсь следователем, а также детективом местной полиции. Призываю вас сотрудничать с полицией, как сознательный гражданин своей страны и того, кто за годы лечения тут мог исправиться только в лучшую сторону. Четкая и громкая речь Гаррета всегда так вдохновляла Лили, от чего та стала волнительно вздыхать. Но, кажется, эта речь сработала исключительно на этой чудной девочке, ведь сидящий мужчина даже не взглянул. С минуту была полнейшая тишина, заставляя Гаррета внимательно вглядываться в Зоста. Резко и неожиданно, пациент захлопнул книгу, прикрывая глаза и, кажется, набирая воздух, чтобы сказать...