Легенда о Данху

Кукушка отмерила время в ночи, четвертая стража прошла.

И снова кормить шелковичных червей, а ты лишь едва прилегла.

Как трудно поверить, что кто-то в саду любуется полной луной,

Что яшмоволикие девы поют, всю ночь не являясь домой!

© Сэ Фандэ

                  Покушение на императорскую семью… Обвинение леди Ин было абсурдным, но если бы кто-то действительно убил ребенка императора, неважно, какого возраста, то это было серьезное преступление, и каралось смертью.       Как госпожа может быть причастна к подобному?       Ши Лянь упала в ноги леди Ин, умоляя сжалиться — пусть прикажут забить ее до смерти, но не тронут ее хозяйку! Леди Ин осталась непреклонна; более того, Ши Лянь она не винила и не называла соучастницей, утверждая, что ей поднесла чай не служанка, а сама обвиняемая придворная дама. После этого чая, как говорила леди Ин, она почувствовала себя дурно, и нужно было обратиться к лекарю раньше, но кто знал, что это не простое недомогание, а следствие яда?       Император не пожелал приходить к леди Ин прямо сейчас, назначив ей аудиенцию утром, что окончательно повергло наложницу в отчаяние — столь явно ей высказали пренебрежение.       — Меня погубили! — лихорадочно шептала леди Ин, ломая руки. — Меня отошлют! Его величество разлюбил меня! Он и так долго терпел мое бесплодие!       Чунь Чунь не прогнала Ши Лянь — они вместе ухаживали за больной, и Ши Лянь все слышала, а леди Ин либо не скрывалась от нее, либо не узнавала служанку своего врага в горячке и бреду.       — Его величество ценит вас, — робко попробовала Ши Лянь утешить наложницу. — Посмотрите, он позаботился о том, чтобы оградить вас от суеты…       — Ха! — воскликнула леди Ин. — Оградить меня? Глупая девчонка! Его величество заботился не обо мне, а о Чженьмянь! Ей, видите ли, неприятно находиться рядом с потерявшей дитя, будто я могу заразить ее своей неудачей! Будто выкидыши — заразны! Вот в чем дело, глупая ты курица! Не смей давать мне настои, я ничего не возьму из твоих рук! — она оттолкнула протянутую Ши Лянь чашку.       Чунь Чунь захлопотала вокруг своей госпожи, а Ши Лянь поспешила к своей, спохватившись — если леди Ин утром выдвинет обвинения, то жалеть придется уже не наложницу.       По пути к шатру ее остановил Ван Ги. Только его сейчас не хватало!       — Я тороплюсь, — сказала Ши Лянь. — У меня нет времени.       — Одна минута! — взмолился Ван Ги.       Ши Лянь выдохнула через нос.       — Я не выйду за тебя замуж. Никогда не выйду. Даже если ты был бы принцем. Даже если ты начнешь сочинять стихи про звезды. Я тебя не люблю и не полюблю, поэтому прекрати тратить мое время! — резко ответила она, и, оставив опешившего от ее слов Ван Ги переваривать сказанное, поспешила к шатру госпожи — не заметив, что их беседу невольно услышал стоящий в небольшом отдалении Фу Хэн.

***

      — Значит, леди Ин укажет на меня? — проговорила хозяйка, выслушав Ши Лянь.       — Она не в себе, — служанка покачала головой. — Вы не могли сделать ничего, что было бы для нее опасно.       — Кто знает… Я подавала леди Ин чай со зверобоем, а это не самый лучший напиток для беременных, — проговорила госпожа, и у Ши Лянь внутри все перевернулось. — Но я не знала, что она ждет ребенка… Что с тобой?       Ши Лянь бессильно осела на пол, закрыв лицо руками.       — Это все моя вина. Только моя вина. Я знала, но не говорила вам. Никому не говорила. Теперь вы можете серьезно пострадать из-за меня, а леди Ин уже пострадала…       Никогда Ши Лянь не было так стыдно — даже в карательной. Там, в карательной, она была жертвой, теперь же выступала на стороне преступника. Если госпожа даже косвенно стала причиной выкидыша наложницы, та выдаст это за намеренное покушение и добьется наказания для виновницы — и из своей непонятной ненависти, и из мести всем, по мнению леди Ин, более удачливым женщинам. И тогда… что тогда? Госпожа умрет? Ши Лянь в таком случае умрет следом за ней.       — Ты знала? — хозяйка не обвиняла ее, но живо заинтересовалась. — Откуда?       Больше ничего не скрывая, служанка рассказала про свою дружбу с Чунь Чунь и нежелание рушить доверительные отношения между ними. Госпожа внимательно выслушала сбивчивые признания вперемешку со всхлипами и подняла Ши Лянь с земли, обнимая.       — Ты все правильно сделала, дорогая. Иначе и не должно было быть. Продолжай дальше так же — не говори мне ничего, что узнаешь от Чунь Чунь. Ты даже не представляешь, насколько полезна для меня ваша с ней дружба.       — Но что, если вы… если вас… — Ши Лянь не могла продолжить. Госпожа подбадривающе улыбнулась ей.       — Со мной ничего не случится. Просто верь мне, хорошо?       — Хорошо, — пролепетала Ши Лянь.       Но не поверила.