Туманность Андромеды

      Шестой оборот прошел незаметно, пока Атрия спала, отходя от событий в Брезге. Полярная заверила, что в состоянии позаботиться о себе, поэтому Вегард потратила свободное мирное время, уединившись на чердаке почти на целые сутки. Встретила в мутном окне удушающий рассвет, поежившись под огнем самого жаркого оборота, и проводила морозный закат.       В перерывах между сном спускалась в избу, чтобы украдкой проверить Киносуру, но та, как и в прошлый раз, ушла в тайное логово, чтобы сварить новую партию зелий для продажи. Эта новость Атрии не понравилась — ведьма все еще тяжело ходила. Но утренняя попытка убедить ее остаться провалилась. Хотя к тому моменту Вегард не особенно старалась склонить Полярную на свою сторону. Решив отдохнуть за двоих, падала на матрас, на томительные часы забывая об изнуренности.       На следующее утро вялость осталась в теле. Седьмой оборот, последний в огненном чертоге Ира, встретил свинцовыми тучами в небе. Вдалеке еще не слышно грома, но тяжесть в спертом воздухе обещала грозу.       — Нельзя тебе идти туда.       Полярная, узнав о намерении ограбить караван балтаджей, осталась недовольной, как и заверял Джубба. Ведьма встала с обратной стороны стола и, опустив в центр связку цветных склянок, с угрюмым видом скрестила руки на груди.       — Почему? — Вегард мотнула головой. — Нет-нет, я понимаю, что это опасно. Но я буду осторожной!       — Ты не умеешь драться, не знаешь ни местности, ни магии, — ведьма загнула пальцы. — Джубба выведал только маршрут основных остановок. Но откуда идет этот караван — неизвестно.       Не понимая, отчего Киносура так сильно сопротивлялась, Атрия устало вздохнула.       — И что в этом такого?       — Чем дальше точка отправления, тем больше груз. Оттого он тяжелее. Такой караван передвигается медленно и делает много остановок, — Полярная расставила несколько крупных склянок, будто это и были конфискованные вещи, и окружила их небольшими пузырьками. — Это лакомая добыча для бандитов вроде Джуббы. Такой караван хорошо охраняют. Чем ценнее груз, тем больше балтаджей вокруг него.       Алькор, запрыгнув на стол, оживленно вильнул хвостом.       — Я мог бы сейчас проверить, — пискляво предложил он. — Тени нынче длинные.       — При чем тут тени? — Вегард нахмурилась, глядя на младшего лакрима.       — Нет, — Полярная перебила его ответ, хлопнув по столешнице. — Ты остаешься здесь, как и Атрия.       — Да почему?! — задохнувшись, возразила.       — Ладно, — смиренно фыркнул Алькор, перебравшись на подоконник, и свернулся на нем калачиком. — Не сказал бы, что сильно хотел бежать куда-то.       — Потому что это опасно, — прошипела Киносура, переключившись на девушку. — Как ты не понимаешь? Если тебя не распадут на месте, то непременно схватят. Тогда балтаджи выйдут не только на Джуббу с Капеллой, но и на нас с Алькором. Это ты в силах усвоить?       Вегард проглотила первый удар, стоявший за справедливыми словами, но последний пропустила.       — Ты думаешь, я сдам вас? — прошептала, не поверив в услышанное.       — Откуда мне знать, что это не так? — Полярная скептично хмыкнула. — Мы с тобой мало знакомы. Если Ригил предложит тебе помилование взамен на информацию, откуда мне быть уверенной, что ты не примешь ее предложение?       Вскочив из-за стола, Атрия опрокинула несколько склянок.       — Если бы меня это интересовало, сдала бы еще в Брезге!       — А почему нет? — исподлобья осмотрев избу, ведьма осталась непреклонной. — Солнце явно даст тебе больше, чем ветхая хижина на болотах.       — Потому что я не крыса! — в щеках запульсировало.       — Это лишь…       — Слова. Да! — воскликнула и, отзеркалив жест, ударила ладонью по столу. — Но как мне доказать обратное, если ты не даешь этого сделать, а поход в Брезг был недостаточно убедительным для тебя?!       — Я запру тебя на чердаке, — процедила Киносура.       На что Вегард рассмеялась.       — Тогда я сбегу.       — Не выйдет, — склонилась над столешницей, нависая сверху. — На этот раз запру и окно.       — Разобью его, — парировала Атрия, с готовностью приняв вызов.       — Наложу чары, — но терпение Полярной кончалось. — Не сможешь.       — Тогда буду орать так долго, что охрипну, — язвительно оскалилась, усилив напор. — Но не думай, что тогда успокоюсь. Я буду царапать пол, и это не даст тебе спокойно жить!       — Выпью снотворное, — ведьма насмешливо изогнула бровь. — Его хватит до следующего Ока.       — Не выпьешь, — передразнила ухмылку. — Завтра Белый Сон. Ты не снишь в него, чтобы не видеть кошмаров. Но будь уверена, твоим кошмаром стану я, если ты посмеешь снова запереть меня на хреновом чердаке!       Полярная сдавалась — Атрия чувствовала это. Осталось сильнее ударить по образовавшейся трещине.       — Ты же понимаешь, что я могу наложить чары немоты на чердак? — нахмурившись, Киносура больше не шипела и задумчиво смотрела на нее. — И я тебя не услышу.       — Все равно буду кричать и царапать пол, — пробурчала, но взяла себя в руки, чтобы переговоры закончились успешно. — Мне нужно это оружие. Нужно понять этот мир, изучить его изнутри. И для этого я не должна бежать от сложностей.       Поджав губы, Полярная покачала головой.       — Это опасно для всех нас.       — Я буду осторожной! Сама драться не стану, а если что-нибудь случится, убегу и спрячусь.       Лед треснул. Атрия порадовалась небольшой победе и постаралась сохранить самообладание, не выдав счастья. Ведьма испытующе сощурилась, взвешивая все «за» и «против». Молчаливая борьба продлилась более минуты, пока Киносура не опустила взгляд вниз на стол. Нерасторопно подтолкнув одно из зелий к Вегард, каменно взглянула той в глаза.       — Если выпьешь, я больше не стану мешать.       — Что это? — Атрия нахмурилась, но ответа не последовало.       То, как затянулась тишина, не сулило ничего хорошего. Даже Алькор, перестав изображать незаинтересованность, приоткрыл один глаз. Это была проверка на доверие и исходила она с обеих сторон. Решив идти до конца, Вегард приняла пузырек. Покрутив меж пальцев, засомневалась, что внутри квадратного стекла плескался сладкий сироп. Но делать нечего — Полярная ждала от нее действий.       — Твое здоровье.       Улыбнулась, скрыв за язвительностью неприязнь к напитку, и выдернула пробку. Тягучее черное зелье оказалось кислым на вкус. Сморщившись, Атрия с усилием проглотила все до последней капли и опустила пустой пузырек на стол.       — До чего же гадко, — прохныкала, осуждающе взглянув на Киносуру, но та осталась довольной. — И что это было?       — Моя уверенность в том, что ты не натворишь глупостей.       — И что это значит?.. Я сейчас усну и проснусь только завтра?       — Нет. Я обещала не мешать.       Победа была за Атрией. Не заметив подвоха в настороженном взгляде, Вегард воодушевленно скрылась на чердаке, чтобы беспрепятственно подготовиться к новому путешествию. Не обращая внимания на гул в ушах, сунула в карман свисток, рядом с которым на этот раз покоилась жемчужина, ценная только для нее.       Личных вещей мало, но важен сам факт подготовки. Собраться с мыслями, пока поправляла тонкий пояс и завязывала узел на разношенной косоворотке. Прикрыла глаза, не зная, почему стремилась убежать с болот. Оружие ей явно не помешало бы, но рвение действовать не ограничивалось поиском личного клинка.       С каждым оборотом сидеть в четырех стенах становилось сложнее. Лицо матери меркло перед закрытыми веками. И цвет ее волос каждый раз менялся от блестящего на солнце до блеклого с редкой сединой. Имя начальника казалось все более неуместным в памяти, забитой звездным небом. Среди Слез родная Пандора становилась «не своей».

«Сто лет спала.»

      Громыхнуло, вроде бы, снаружи, но больно стало в голове. Мыслить позитивно давно не выходило. Перестало получаться после взрыва в тюрьме. Молитва Матерям обратилась набором избитых слов. А этот гром, сопровождающий тучи с горизонта, только напомнил о незаживших ранах.       На кухне хлопнула дверь, возвещая о прибытии незаконных гостей. Ворчание Полярной раздалось из-за закрытого люка, и приветливый возглас Джуббы затих после короткого щелчка замка.       Снова закрыв глаза, Атрия оперлась ладонями о комод, насильно поднимая в памяти собственное имя, цвет родового гнезда и звание в рядах Военных.       Ищейка.

Не балтаджа.

      Поместье.

Не изба.

      Человек.

Не лакрима.

      Необходимо помнить о корнях.       В финальный оборот пламенного Ира Вегард спустилась вниз, чтобы в последний раз за чертог сбежать. Улыбнулась Джуббе, гордо вскинувшему подбородок. Тот явно остался довольным присутствием человека в своих рядах, но Атрия не могла полноценно поддержать его радость. Капелла, снова встав в дверях, не стала складывать косу и поздоровалась так же смято, как и Вегард — с ней.       — Если Алькор проверит, мы будем точно знать, сколько балтаджей ведут караван, — песчаный продолжил прерванный диалог.       — Я все еще против вашего похода, — угрожающий тон Киносуры отчасти вернул Вегард с небес.

«Сто лет искала.»

      Мотнув головой, Атрия собрала остатки воли. Сжав руку, впила нестриженные ногти в ладонь и приблизилась к общему столу.       — Оставайся в стороне сколько хочешь, — фыркнул Джубба, приняв слова ведьмы за нападение. — Но меня за собой не тащи.       Поджав губы, Киносура не стала продолжать спор. Вегард взглянула на небольшую карту, чьи расправленные углы удерживали склянки зелий. Увидела край обширных болот, уходящих за пределы нарисованного, и задержала внимание на нескольких поселениях. Пунктирная линия проходила через Брезг и пересекала еще две деревни. Вокруг одной из них красным был обведен круг.       — Мы перехватим их здесь, — Джубба ткнул пальцем в место, на котором остановилась Атрия. — Деревня находится далеко от Брезга, поэтому балтаджи будут думать на местных воров, к болотам не сунутся.       — Решил подставить жителей Денницы? — Полярная неодобрительно хмыкнула. — В том поселении у Регула были дружественные лакримы.       — Они предупреждены, — язвительно оскалился песчаный. — Я уже все сделал.       — Времени не терял.       — Время беспощадно к тем, кто пренебрегает его дарами, — стойко выдержав взгляд, Джубба выпрямился над картой.       Неловко переступив с ноги на ногу, Капелла прокашлялась.       — Н-нам нужны с-сведения о к-караване… — запнулась, когда внимание ведьмы переключилось на нее. — И т-твоя консульт-тация насчет засады. Т-ты много лет п-провела под знаменами С-Солнца.       Идея помогать грабить балтаджей Полярной не понравилась, но Атрия решила не лезть. Наоборот, присмотрелась к компании за столом. Впервые четко ощутила разлад в их кругу. Неразрешенные вопросы между лакримами давили на горло. Она не знала, что творилось между троицей, но чутье подсказывало, что распри давние.       Ведьма сдалась. С тяжелым вздохом пододвинула карту к себе.       — Полагаю, мне вас не переубедить?       — Верно, — согласился Джубба. — Мы все решили.       Коротким кивком Киносура подозвала Алькора к себе. Тот, прыгнув на стол, остановился прямо напротив нее. Глаза обоих, по оттенку похожие друг на друга, слабо засветились.       — Служи, — зачаровала Полярная, и грудной голос перешел в шипящий шепот.       Кот вытянулся. Поверх его горизонтальных зрачков отразились вертикальные хозяйки, отдавшей приказ. Бесцветная шерсть заблестела, нефритовое свечение окрасило миниатюрные рога. Младший лакрим проскользнул к двери. Атрия, ранее не видевшая его магии, кинулась следом. Пробежав мимо замявшейся Капеллы, остановилась только на улице.       — Что ты делаешь?       Затормозив на тропе, Алькор обернулся к Вегард.       — Исполняю волю старшей Слезы, — пропищал, возвращаясь к поручению. — Жди, я скоро.       Без лишних слов длинные лапы вытянулись. Конец тонкого хвоста, что волочился по земле, провалился в собственную тень. Узкая морда обнажила клыки, прежде чем Алькор полностью не слился с почвой. Скользнул вглубь болот, темным пятном перебегая от дерева к дереву, и вскоре исчез из поля зрения.       Задохнувшись то ли от увиденного, то ли от пониженного давления перед грозой, Атрия сделала шаг назад. Еще один, когда в небе пророкотал гром. Надо возвращаться, в избе безопаснее.       — Седьмой оборот неплох для нападения. Следы чар можно спрятать в грозе, — Полярная указала на участок дороги на карте, окруженный густыми лесами. Сосновым с одной стороны, дубовым — с другой. — Здесь деревья высокие. Можно ударить сверху. За дождем шаги не будет слышно. Но будьте осторожны. Молнии в этот оборот бьют особенно сильно, ступая в свой чертог.       — Это учтем. Но просто так на дерево не полезу, — Джубба согласно хмыкнул, прикидывая собственные силы. — Если балтаджей окажется больше среднего, мы займем позиции выше. У меня есть взрывчатка.       — Вас слишком мало даже для небольшого отряда. Капелла плохо бьется, Атрия не умеет вообще. Алькор — Разведчик, а у меня не зажили раны. Идея нападать сейчас плохая, — огрызнулась Киносура.       — И все же я рискну, — дикая улыбка озарила лицо лакрима. — У них моя сабля. Ты не хуже меня знаешь, что все изъятое оружие переплавляют. Я не могу позволить, чтобы они лишили меня чар. Другой такой сабли у меня не будет!       — Вам нужна помощь, — настояла ведьма.       — Неплохо бы, но чья? — Джубба траурно рассмеялся, обведя руками избу. — Это все, что есть. Я мог бы позвать песчаных, но они заняты, отбиваясь от атак Центавры.       — М-можно попросить помощи у Гаммы Парусов? — Капелла поспешила замолчать, когда Полярная зыркнула на нее. — Р… Разве нет?..       — Сухаил живет отшельником, — но вместо злости Киносура сдержанно покачала головой. — Я не знаю, где он сейчас. Да и что бы он сделал? Наслал бы ливень или морской шторм. За него это сделает громовой оборот. Сухаил мало чем поможет.       — На это нет времени! На поиск помощников тоже нет, — взвыл Джубба, яростно ткнув пальцем в Полярную. — Конечно, если вдруг ты не передумала слезать с нагретого места!       — Ты знаешь, почему я сижу здесь.       Когда ведьма зашипела, Атрия прокашлялась, наконец решив встрять в диалог. Но в следующий миг Киносура нахмурилась, схватившись за висок, словно тот прострелило от боли, и согнулась над столом.       — Что такое? — Вегард подалась вперед.       — Алькор добрался, — процедила Полярная, с трудом выпрямившись. — Караван средних размеров. Помимо балтаджей его сторожат две Забытых лакримы Гончих Псов. Они учуят вас, если подойдете слишком близко.       — Нападем быстро! — встрепенулся Джубба. — Они не успеют перегруппироваться.       — Я от-ткрою п-портал нед-далеко, — заикаясь от волнения, пролепетала Капелла.       — Слишком опасно, — Полярная дернула рукой, отметая каждое предложение. — Если долго держать портал открытым, балтаджи почувствуют слезную активность.       — А у тебя какие варианты?! — песчаный вспыхнул, потеряв самообладание. — Вываливай!       — Дай подумать, — прошипела в ответ.       — Пропустим грозу вперед, — прервав очередную перепалку, Вегард кивнула на кромку болотного леса в окне. — Пусть обгонит нас. Она закроет небо, станет темнее. Мы же займем позиции с подветренной стороны. Когда шквальный фронт грозы приближается, поднимается сильный ветер. Он скроет наш запах.       — Это глупо, — фыркнул Джубба. — Долго ждать.       — Замолчи, — Киносура шикнула на лакрима и обратилась к Атрии. — Продолжай.       — Ну, м-м… — растерявшись от полученного внимания, Вегард моргнула, взглянув на карту. — Это можно сделать, если верно подсчитать скорость каравана и грозы. Тогда можно примерно рассчитать расстояние и точку, на которой остановится караван, но я ничего не понимаю в ваших аршинах… К черту. Я не сильна в математике, прости.       — Я могу п-посчитать, — Капелла поправила монокль и, не дожидаясь ответа, склонилась над столом. — Думайте над атакой. А я з-займусь м-местом засады.       — А ты умеешь? — песчаный попытался подсмотреть, что лакрима принялась записывать в чистый пергамент, но та ткнула в него тонким угольком, отгоняя от себя.       — Д-думаешь, я телеп-портирую н-на глаз? — возничая усмехнулась забавному выводу. — Не отвлекай меня.       Оставшись в меру довольной, Полярная окончательно включилась в работу.       — Когда-то я сопровождала подобный караван. Во время второго оборота на нас напали. Ливень застал врасплох. Мы едва отбились, и с тех пор большой караван обязательно сопровождает хотя бы один лакрим карты Щита, — указав на деревню Денница, она провела пальцем до кромки леса возле нее. — Когда ливень настигнет, они остановятся вне поселения, перекроют дорогу и опустят на отряд купол.       — И долго он продержится? — скривился Джубба.       — Пока центр грозы не минует.       — Долго…       — Придется действовать быстро и сначала обезвредить лакрима Щита, — подхватила Атрия. — У них есть опознавательные знаки? Как понять, что перед нами нужный чело… лакрим?       — Есть. У них серебряные волосы и глаза цвета меди, — Киносура согласно кивнула, на хмурое лицо упала тень. — Но это пол-беды. Было бы проще, если бы груз был малым, но этот караван средний. Его должен сопровождать один лакрим из свиты Ригил.       — Кто? — песчаный фыркнул, когда ведьма пожала плечами. — Неплохо было бы узнать заранее.       — Алькор не может подобраться ближе. Опасается Гончих Псов.       — Прикажи ему. Пусть попытается!       Киносура отказалась, возвращая внимание карте.       — Это опасно.

***

      Прыжки по лесам затянулись. Караван двигался медленно, и подсмотреть за ним не составило большого труда. Алькор высунулся из тени, темным вытянутым силуэтом усевшись за деревом. Гончие Псы не особенно впечатлили. Большие собаки не смогли учуять того, кто запаха не имел.       Поэтому кот остался, чуть дольше наблюдая за процессом перевозки. Привлек силуэт, идущий впереди остальных. Алькор почувствовал его давно — когда преодолел две трети пути. Того, кого теперь вынужден избегать. И даже если Полярная отдавала ему приказы, лакримы были с разных карт, пускай очень похожих.       Рослый балтадж восседал на первой лошади, возглавляя шествие. Глаза с тонким вертикальным зрачком смотрели перед собой, бликуя на золотом шлеме благородным нефритом. Не беспокоило, была то случайность, или Альфа Центавра изначально знала, кого именно посылать. Шерсть на спине вставала дыбом от одного вида балтаджа.       — Мицáр, — просмаковав имя, Алькор сощурился. — И как тебе горло плащ не жмет.       Жить в тени одной из старших Слез порядком надоело. Лакрим склонил голову, прикидывая, сможет ли прокусить блестящий сапог вместе с сухожилием на стопе. Караван шел мимо, не подозревая о наблюдении бывшего Разведчика. Если не медлить, он успеет пустить Слезе кровь и улизнуть.       «Алькор.»       Гнусные мысли прервал хриплый голос, до боли разрезавший виски. Все же они были с разных карт, и связь поддерживалась тяжело.       «Алькор!»       — Да-а-а, — зашипел лакрим, скользнув вглубь леса. — Уже бегу.       «Ты выяснил, кто возглавляет караван?»       Затормозив на болотных кочках, выпрыгнул из черной тени и отряхнул бесцветную шерсть.       — Нет, — соврал, долго не размышляя. — Сказал же, там Псы.       «Жаль… Для тебя новое задание. Отправляйся в Брезг.»       Жалобно мяукнув, кот прижал к голове уши и, ускорив бег, резко свернул налево.       «Скорее. Я не смогу долго поддерживать связь.»       — Да ладно-ладно, — фыркнул на ходу. — Но с тебя свиные уши. Третий оборот о них мечтаю.       «Сделай все быстро. Вразумел?»       — Вразуме-ел.

***

      — Пора отправляться, — Джубба хлопнул в ладони, когда сборы завершились.       Капелла, свернув пергамент с расчетами, сняла монокль и проморгалась. Сунув вещи в глубокий карман брюк, подхватила перебинтованную косу, скрипнув заржавевшим механизмом, и вышла на улицу вслед за другом.       Атрия собиралась догнать их, но на выходе ее остановила Полярная, встав в дверях.       — Это твой последний шанс передумать.       — Не переживай, я никого из вас не сдам, — закатив глаза, Вегард порывалась обогнуть ведьму, но та ей помешала. — Ну что?       — Я не за это переживаю. Ты же выпила зелье, — Киносура выставила здоровую руку, уперев о косяк.       — Одна ты не заскучаешь. Алькор скоро вернется, — мило улыбнувшись, взглядом указала на возничую, открывающую портал. — Ты сказала, что не станешь мне мешать, если выпью твое пойло. Свою часть я выполнила. Так что будь добра…       — Я не понимаю, зачем тебе лезть в чужие драки, — понизив голос, проговорила Полярная. — Это не твое дело.       Нервно дернув плечом, Вегард переступила с ноги на ногу.       — Не вечно же на болотах сидеть, — пробурчала, не уверенная в убедительности собственных слов. — Может, у них есть карты не только поселений и передвижений войск. Может, есть какой-то намек на мой мир… Хотя бы слабый.       Осознание прорезалось в лице Слезы. Киносура медленно кивнула.       — Ты надеешься вернуться, — понимающе заключила она. — Но в оружейном караване вряд ли будут зацепки. Они везут клинки на переплавку. Никаких важных сведений ты не найдешь.       — Проверить стоит.       После второй молчаливой просьбы Полярная отошла в сторону, пропустив Вегард на улицу.       — Постой, — окликнула, когда та уже переступила усыпанный солью порог.       — М-м?       Атрия растерянно взглянула на ведьму и моргнула, когда та протянула ей три льняных мешочка с бутылками в каждом. По треску и фиолетовым вспышкам сквозь ткань поняла, что находилось внутри.       — Молнии, которые ты ловила? — Вегард нахмурилась, не спеша принимать подарок из серых рук. — Я не умею ими пользоваться.       — Просто разбей и прячься, — настойчиво вложив бутылки в ладони, Полярная отступила на шаг. — Через пару секунд в то место обрушится молния.       — Редкий же ингредиент, — проворчала Атрия, но долго не сопротивлялась. — Спасибо.       Джубба вовсю махал рукой, подзывая к порталу. Привязав три мешка к поясу, быстро попрощалась и выскочила из избы, чтобы точно не передумать.       Скрестив руки на груди, Киносура исподлобья пронаблюдала, как троица скрылась в разрезе ткани пространства. Странная девушка никак не давала покоя больной голове. И только когда расщелина закрылась и ветер, несущий грозу, скрипнул петлями распахнутой двери, ведьма двинулась с места. Но не внутрь теплой избы, а за ее пределы. Хромая по тропе, которую ранее знала только она, использовала чары, призывая к ответу младшего лакрима.       Поиск связи отозвался болью. Прикрыв глаза, представила фиолетовую нить, идущую от сердца и прочь от болот. Визуализацией магии пользовались лакримы-дети, что только учились воспроизводить чары в реальность. Все равно что считать на пальцах, за столетия умение подзабылось. В их с Алькором случае эта практика стала постоянной. Пускай были с родственных карт, они все еще разные, и без большой концентрации результата не получить.       Спустя несколько томительных минут нить была найдена, и боль в висках вернулась.       — Ты добрался до Брезга?       «Ему нужна сделка. Просто так и когтем не пошевелит.»       Едва ответ поступил, Полярная выдохнула и направилась дальше по тропе.       — Условия?       Открыв дверь шаткой лачуги, тихо прошла внутрь. Остановившись возле одной из полок, сощурилась, в темноте ища нужный пузырек.       «Однажды ему пригодится твое имя. Если ты его дашь, сегодня он поможет.»       Устало закатив глаза, Полярная сжала в пальцах флакон квадратной формы. Задумчиво качнула им в руке, поднимая со дна черный осадок, и одним глотком осушила кислый пузырек.       «Кино-о.»       Дав себе отсрочку, неспешно опустила в центр семиугольной столешницы увесистое зеркало причудливой формы округлых песочных часов. Одно из десятка магических стекол, скопившихся у стены.       — Противный торгаш, — выплюнула, смутно подозревая, на что подписывалась в неравной сделке.       «Так ты согласна?»

***

      Караван еще не подошел. По подсчетам Капеллы, до прибытия осталось от сорока до шестидесяти минут. Как и говорила Киносура, лес в этом месте был густым и высоким. При большом желании можно было залезть на верхушку дерева и осмотреть округу, но Атрия не решилась, боясь сломать ноги.       Возничая ушла в заранее обговоренное место, приготовившись по команде открыть портал к избе. Ее отсутствие напрягло Вегард. Капелла стремилась оказаться как можно дальше от эпицентра битвы, и винить ее в этом Атрия не могла, но и понять не в силах. Если что-то пойдет не так, не было гарантий, что возничая не исчезнет в своем же портале, оставив товарищей одних.       Оказавшись с Джуббой наедине, Вегард не смогла сосредоточиться на засаде, думая о чем угодно, но только не о происходящем вокруг нее. Песчаный не волновался, или ей так показалось. Доверял Капелле и не сказал ни слова поперек, когда та предложила ждать в глубине леса. Успокаивало одно — Джубба давно знаком с лакримой и наверняка проверил ее в бою.       Сейчас же, отсутствующе всматриваясь в золотые татуировки солнечного диска на шее и щеках, Атрия потерялась, упуская ход времени.       — Такие же хочешь? — нахально ухмыльнулся Джубба, заметив на себе взгляд. — Не выйдет. Я с такими появился.       — Они красивые, но нет, — Атрия подвинулась за поваленной сосной, чтобы вести диалог, видя хотя бы профиль, но песчаный все больше порывался отвернуться. — Что у вас за недомолвки с Кино?       — Недомолвки? — просмеялся Джубба, нервно протерев нос краем дырявого плаща. — Какие еще недомолвки?       — Не увиливай, мне Кино хватает, — толкнув знакомого локтем, Вегард тщетно попыталась поймать его взгляд. — Вы что-то не поделили, это видно.       — Глупости, — Джубба фыркнул, не придав большого значения словам, и продолжил всматриваться в пустой поворот дороги.       — Хватит пялиться, ты же чувствуешь дрожь земли, — толкнув еще сильнее, Атрия добилась внимания, пускай с долей агрессии. — Ну? Я жду. Говори.       — Да нет никаких недомолвок, — поморщившись, песчаный запнулся. — Просто не понимаю, почему она сидит.       — Сидит?       — На болоте! — воскликнул шепотом. — Ничего не делает, не бьется.       — Она же ранена, — неверяще проговорила Вегард. — Конечно, она «сидит».       — Я не про сейчас, а вообще, — разъяренно вздохнув, Джубба неопределенно взмахнул рукой, пытаясь через нервный жест передать неозвученные мысли. — После объявления в розыск Кино стала нашим символом. Но вместо того, чтобы дальше быть им, она просто… просто…       — Сбежала на болота? — аккуратно предположила Вегард и замолчала, встретившись к огнем в рыжих радужках.       — Слишком грубо. Нет, — огрызнулся лакрим. — Она много сделала для нас. Кино не из трусливых.       — Я и не называла ее трусихой, — заметив напряжение, Атрия отодвинулась от песчаного, дав больше пространства. — Может, это ее план? Выжидает момента, чтобы самой напасть на балтаджей?       Джубба мотнул головой, резко вздохнув через нос. Ветер поднимался, но воздух все еще был тяжелым.       — Вряд ли. У нее все еще остались к ним теплые чувства. Да мы и не сражаемся против балтаджей, — пробурчал песчаный. — То есть… против них тоже, но основная цель — оттеснение дичи.       — А балтаджи кого поддерживают? — запутавшись в войне лакрим, Вегард подперла подбородок ладонью, надеясь скоротать время, не думая о своих переживаниях.       — Солнце воюет за себя. Центавра давит как дичь, так и оружие. Забирает земли у обеих сторон и дарит их Императрице, — отмахнулся, но этот ответ Атрию до конца не устроил. — Она пользуется войной.       — Дарит? Но по факту эти земли и так принадлежат Императрице… И не может быть такого, — Атрия нахмурилась. — Солнце должна отдавать кому-то предпочтение. Невозможно участвовать в войне, но не поддерживать ни одну из основных сторон. Любимчики все равно будут.       — Не знаю. Может, сама пытается стать основной, — фыркнул Джубба. — Если поддерживает, то, наверное, все же дичь. Их Солнце меньше ловит и судит, хотя фегорцев больше, чем зебубцев.       Неуместно прыснув, Атрия прикрыла рот ладонью и потупила глаза.       — Прости, названия забавные.       — Нормально, — мрачно уставившись в поворот, песчаный дернул острым ухом. — Прячься!       Незамедлительно последовав приказу, Вегард нырнула вниз, падая на землю за бревном, но из перемен ощутила только ветер, поднявшийся у крон деревьев. Джубба, не шелохнувшись, ухмыльнулся.       — Надо же, как рванула.       — Ты меня обманул?! — зашипела Атрия, порываясь ударить лакрима первым попавшимся суком.       — Не-ет, они близко. Дорога дрожит, — песчаный опустился рядом. — Замедляются, планируют остановку… Дождемся, когда дойдут до нас.

*

      Через полчаса грохот тяжелой повозки, забитой чужим оружием, сопровождал грозу. Ветер бил без перерыва, поднимая вверх дорожную пыль. Балтаджи, оседлавшие коней, жмурились сквозь шлемы, озирались по сторонам, готовые остановиться и опустить щит. Сквозь предгрозовую пелену Атрия заметила, что ни у одного из ездовых животных не было зрачков. Белесые глаза, прикрытые шорами, смотрели неизвестно куда. Прямо как у той лани, которую однажды встретила на болоте.       «Тут все животные такие?»       Впереди остальных на гнедом жеребце нерасторопно шествовал балтадж, выделяющийся на общем золотом фоне. Белый плащ под порывами ветра обтянул ровную спину. На груди сиял рисунок созвездия Ковша. Широкий пояс тяжелого доспеха оттягивал вниз поцарапанный в бесчисленных боях серебряный молот, чей камень драгоценного нефрита схож с оттенком в узких глазах.       — Вот погань, — выругался Джубба, засмотревшись на того же балтаджа. — Центавра послала одного из Большой Медведицы.       — Это плохо? — тяжело сглотнув, прошептала Атрия.       — Это значит, что они ждут нас. Моя сабля точно там.       — Почему ты так уверен?       — А зачем еще было посылать одного из сородичей Алькора?       Не став дожидаться полной остановки каравана, песчаный выскользнул из укрытия.       — Стой!.. — шипение Вегард утонуло в раскате грома. — Мы договаривались, что я отвлеку их на себя!       Пригнувшись, Джубба дико усмехнулся через плечо.       — Сиди тихо и беги к Капелле, если заметят, — развязав потрепанный временем плащ, скинул его на землю. — Если выдержишь и не распадешься от страха, считай, прошла проверку сопротивления.       — Что?.. Куда ты?! — все шло не по плану. Атрия хлопнула ладонью по бревну. — Мы не об этом договаривались!       Джубба не слушал. Держался за линией леса, не выходя на дорогу, и с глухим щелчком отстегнул от бесчисленных поясов одну из круглых бомб. Добравшись до расстояния броска, длинной спичкой зажег фитиль. Тот зашипел. Взрывчатка, выпущенная из рук, прокатилась меж ног лошадей прямо под повозку.       — Первым надо Щита, — задохнувшись от негодования, Атрия вздрогнула. — Вот же идиот!..       Надо прятаться. Залезла так далеко за бревно, насколько смогла, и заткнула уши. Крепко зажмурившись, потерялась в громовых раскатах, прерванных взрывом бомбы. Грохот сотряс землю. Пыль разлетелась по сторонам и осыпалась на макушку. Деревья затрещали, угрожая упасть. Повозка, лишенная колес, остановилась, рухнув в грязь. Возгласы Слез разрезали лес. Кони ржали, встав на дыбы. Несколько сброшенных на дорогу балтаджей потеряли скакунов.       — Скорпион! — кто-то прокричал, спасаясь от огня.       — Занять позиции! — возвестил лакрим Большой Медведицы, сорвав с пояса молот.       Смех с нотой истерии заставил отодрать ладони от ушей. Едва дыша, Атрия уставилась на Джуббу, выбежавшего из леса прямо в пекло. Ему не нужен был план. Не дав балтаджам продохнуть, усеял их золотые ноги доброй частью взрывчатки, одну за другой срывая с поясов. Хромая, плясал меж взрывов, на бегу зажигая новый фитиль.       — Где моя сабля?!       Ревел, перекрикивая вой Гончих Псов. Похожие на собак без шерсти, младшие лакримы оббежали линию взрыва, окружая песчаного. Попытка подобраться к повозке оборвалась. Один из воинов по приказу преградил путь. Но ярость ничем не перебить. Увернувшись от меча, Джубба схватил нападавшего за ворот. С оскалом, похожим на улыбку, сунул металлический шар с горящим фитилем под нагрудник и оттолкнул молодого балтаджа от себя. Ужас осознания застыл в глазах Слезы.       Атрия рухнула обратно за бревно, когда еще один взрыв сотряс округу. Зажав рот ладонями, смотрела перед собой. Не моргнув и глазом, песчаный отбирал чужие жизни. Ослепленный жаждой мести, тратил взрывчатку на всех подряд.       — Увести мирных Слез! — властно развернув коня, скомандовал лакрим с нефритом в глазах.       Пришпорив, вывел скакуна вперед, отрезая путь Джуббы к гражданским без брони. Ими оказались трое, среди которых был испуганный парнишка с серебряными волосами. Лакрим карты Щита, которого Атрия должна была отвлечь на себя, не спешил накладывать защиту от грозы, в ужасе спасая лишь себя.       — Взять в кольцо! — гремел главный.       Пока уцелевшие балтаджи окружали Джуббу, беспорядочно разбрасывающегося взрывчаткой, Вегард попятилась в глубину леса.       Ненормальный.       Неадекватный.       Лучше бы осталась в избе, как и просила Полярная.       — Не хочешь отдавать, а? — песчаный горько оскалился и сорвал с ремня один из самых крупных снарядов. — А я хотел по-хорошему.       — Мушкеты! — перекричал удар грома.       Молот взмыл вверх. Рыжая вспышка взрыва осветила местность. Ударная волна отбросила Атрию на спину. Ливень, держащийся до последнего, накрыл лес. И молнии, разбившие небо, повалили первые деревья.       Переждав волну, три балтаджа вскинули перед собой странные длинные предметы, похожие на стальные трости, которые смогли удержать только обеими руками. Таких в мире Пандоры Вегард не встречала. Три дула уставились в бандита.       — Взвести курки!       По приказу Большой Медведицы отряд щелкнул кремневыми механизмами. До того момента Джубба тоже не знал подобных орудий и застыл с горящей взрывчаткой в руке.       — Огонь!       Облака от горящего пороха заволокли лица балтаджей. Вместе с оглушающими выстрелами грохот от взрыва заложил уши. Вегард резко выглянула из-за укрытия, чтобы проверить обстановку. Сквозь клубы черного дыма пролетела фигура в золотых татуировках. Не растерявшись, Джубба выпустил снаряд, раскидав отряд в стороны. Упорно добираясь до разгромленной повозки, пробежал по земле, опаленной жидким огнем, оставшимся от бомбы. Растрепанные на ногах бинты тлели, оголяя почерневшую плоть.       Кто-то с мушкетом выстрелил еще раз. Снова гром, щелчок механизма. Дула сложились пополам, и вояки положили внутрь какие-то шары. Снова взрыв от бомбы, мокрая от ливня земля полетела по сторонам.       Атрия отпрянула, пальцы соскользнули с сырой травы. Отползла дальше, молясь, чтобы никто из балтаджей не заметил чужачку возле каравана. Паника поднялась в рядах вояк. Один из обладающих мушкетом упал неподалеку от нее. Тот заскулил, поднимаясь с травы, и нащупал в зарослях потерянное оружие.       — М-мое ружье… Ты… — прохрипел, дотянувшись до стальной трости, и осекся, с усилием поднявшись на локте. Увидел рядом с собой девушку, и помутневшие серые глаза округлились. Балтадж крикнул, призывая главаря. — Мицар! Еще одна!       Атрия вскочила на ноги, не думая о последствиях, и кинулась вглубь леса, где должна ждать Капелла.

***

      Когда правда не желает самостоятельно вылезать на свет, ее приходится вытаскивать клещами. В гостье из других миров было что-то не так. Это неизвестное нечто не давало мирно спать под ликом Слезы. Но как заставить раскрыть все карты, если Атрия никому не доверяла, Полярная слабо представляла. Достать правду силой не казалось хорошей идеей. Давление также не подошло. Наоборот, ведьма поморщилась от этой мысли.       Но существовал другой вариант. Пока лакримы бились за возможность приобрести новые игрушки, на первый угол чаровального стола опустилась тонкая черная свеча.       — Как часы не имеют дна и верха, так и слово мое двулико.       Грудной голос сотряс бесчисленные пузырьки на полках ветхого жилища. Вслед за ним шепот смешался с грозовым ветром.       — Чертог завершен, сменив времени ход.       Симметричные часы, ранее опущенные на стол, поднялись в воздух. Остатки песка за стеклом тонкой струйкой сыпались на заполненное дно.       — Как время обманет разум, так и глаза мои солгут.       Эти чары не использовались во Дворце. Корона запретила их после бойни со стихией, посчитав противоестественными. Но прошло два столетия, и взор Солнца отвлечен новой войной. Поэтому и наказать за их использование нельзя.       Сложив ладони в форме песочных часов, таких же, как и устройство перед ней, ведьма взглянула в зеркало.       — Ярчайшая Слеза к Малой Медведице взывает, — глаза засияли. От силы чар прядь на лбу из бирюзы перелилась в сирень. — Условия соблюдены. Зелье выпито, часы разбиты. Покажи ту, кто не знает, что связан со мной.       Собственное отражение заволокло туманом. Поднятые в воздух часы перевернулись вместе с окружающей хижиной. Пол оказался потолком, и ни одна склянка не упала под действием иллюзии. Песок в часах неспешно сыпался вверх, и семь цветных свечей на углах перевернутого стола вспыхнули.       — Слезная Туманность.

***

      Быстрый бег показался Атрии невероятно медленным. Балтадж за спиной не оставил погоню, замедлился, поднимая тяжелое дуло в воздух, и возвел курок. «Мушкет» — так Мицар назвал устройство — громыхнул, и удар пришелся по соседнему дереву, отчего щепки попали в глаза. Вскрикнув, Вегард прикрыла голову, согнулась, уворачиваясь от маленького смертоносного снаряда, и нырнула за толстый ствол.       Дождь заливал лицо, крона гнулась от бушующего ветра. Белые вспышки молний мешались с громом взрывов.       Дышать. Не поддаваться панике.       Где-то высоко прокричала птица. Взмах массивных крыльев разрезал воздух. Задрав голову, Атрия нервно выдохнула, едва не разбившись от радости. Подмога пришла нежданно. Три сестры разного оперения бороздили черное небо.

*

      Бóльшая часть балтаджей уничтожена или серьезно подбита, и невредим остался только он — Мицар. Развернув коня, лакрим верхом пустился в облако дыма. Услышав цокот подкованных копыт, Джубба кинулся за повозку. Наступив на чье-то потерянное лезвие меча, скривился и привалился спиной к дверцам. Бомбы закончились, замок с каравана голыми руками не сорвать. Переоценил свои силы, но отступать некуда.       Остался только Он.       Подхватив выброшенный клинок, Джубба поморщился от жара в раскаленной рукояти. Чужое брать нельзя — так наказала Солнце. Но делать нечего. Вскинув оружие, выбежал из-за повозки. Конь, промчавшийся мимо, истошно заржал. Разрезанное бедро не удержало всадника в седле. Мицар рухнул на землю, протаранив камни нагрудником.       Тяжело держась на подпаленных ногах, Джубба выставил перед собой меч. С усилием дыша, щурясь в дыму, наблюдал, как балтадж встает с колен. Сорвав плащ со спины, Мицар снял мешающий обзору шлем. Сиреневые волосы упали на бледное лицо. Ладонь сжала широкий молот. Один меткий удар, и от головы останется лишь пустое место.       Крик трех птиц в небе привлек обоих дуэлянтов. Джубба понял, кто пришел на помощь, и не поднял головы. Воспользовавшись замешательством, напал первым. Лязг клинка застыл в ушах. Развернув над головой молот, Мицар ударил наотмашь, вынудив уворачиваться.       — Изменник, — прорычал, нещадно оттесняя Джуббу к повозке. Загонял в угол, как беспомощного зверя. — Ты и твоя карта предателей.       — Скорпион никому не служит, — сквозь улыбку прохрипел песчаный. — Чего нельзя сказать о медведе в мягком ошейнике.       Новая ярость. Нефрит на рукояти засиял, и молот пролетел мимо носа.       — Я казню тебя прямо здесь.       Снова взмах, но от него не спастись. Чистый гнев нашел выход в ударе по бедру. Джубба взвыл, потеряв опору. Взор помутнел.       — Именем Солнца, — балтадж все наступал, тяжело опуская латные сапоги на камни. — Казню тебя и твою подругу-возничую. Ты ведь с ней пришел? А то как бы ты добрался в такую даль.       Сквозь дым и молнии, ослепляющие местность на выжженной дороге, прорезалась тонкая фигура, обходящая Мицара со спины. Глаза горели красным, на сжатых кулаках золотом сверкали кастеты.       — Нет, он… Мой! — проорал Джубба, оттолкнувшись от повозки.       Одной рукой, как назойливую муху, балтадж опрокинул песчаного на землю и отошел, чтобы видеть обоих противников.       — Молчи, членистоногое, — нараспев протянул Регул, разминая шею, и, потеряв интерес, взглянул на балтаджа. — Покажешь мне клыки, большая мишка?       Гром пророкотал в небе. Молния, ударившая неподалеку, повалила дуб на дорогу, густой кроной отрезав путь к отступлению.       — Надо же, сразу два предателя. Какой пир для короны, — процедил Мицар, выставив молот в сторону. Воздух от чар задрожал. — Слеза к Большой Медведице взывает…       Регул оказался проворнее, сцепив руки в песочных часах. Его грудной рык перебил тенор балтаджа. Камни на кастетах окрасили серый дым в алый.       — Ярчайшая Слеза ко Льву взывает.

***

      — Алькор! — лакрим не отвечал.       Стоило отпустить этих дикарей на волю, так вся скрытность обратилась пеплом. В отражении перевернутого зеркала видела только убегающую девушку. Балтадж, что гнался следом, удерживал в руках ружье. Более совершенное, чем в то время, когда Полярная все еще находилась под опекой Солнца. Тогда подобные приспособления только тестировали на тренировочных куклах. Новое стрелковое оружие не нуждалось в магии и заряжалось обычными стальными шарами с порохом. Ненадежный фитиль старых моделей сменили кремневым замком, сократив время перезарядки. Таким ружьем мог воспользоваться каждый лакрим с любой карты. Если оно попадет в руки дичи…       — Алькор! — крикнула, но связь разрушена. — Погань ты плешивая!       Вещие сестры не видели Вегард сквозь грозу. Поняв, что Атрия бежала в другую сторону от Капеллы, Киносура выругалась, едва не разбив чары. Сохранив рассудок, вздохнула, удерживая руки в песочных часах. Надо дать девушке шанс самой справиться с противником. Если что-то пойдет не так, она вмешается, прибегнув к силе выпитого зелья еще раз.       Внимание отвлечено. Яркая вспышка озарила отражение, и в зеркале показался силуэт. Тучи, приняв форму ревущего медведя, окрасились сиренью. Эту магию она хорошо знала еще со службы.       — Мицар… — прошептала, проклиная лакрима за молчание. Он не мог не почувствовать старшего по званию. Утаил, не сказав, кто ведет караван.       Гнев забился, раздувая вены на руках. Нефритовое сияние прорезалось сквозь повязки и швы на челюсти.       — Алькор, — прошипела, сотрясая каждую склянку в лачуге. — Служи.

***

      — Арктос, — закончив чары, Мицар бросился вперед. Его молот, воедино слившись с телом, превратился в медвежью лапу, срывая латы с плеча.       — Немейский лев!       Одно рычание сменилось другим. Руки Регула, до локтя покрывшись шерстью, разорвали фигуру часов. Лицо обратилось мордой, золотые волосы удлинились, став густой гривой. И только красные глаза с кошачьим зрачком остались неизменны.       — Легкая добыча, — просмеялся балтадж, размахнувшись лапой. Регул ускользнул, пригнувшись к земле. — Ты слишком разнежен банкетами.       — Мы знакомы? — Альфа Льва оскалился, встав на ноги. — Я вот о тебе не слышал. Что неудивительно. Ты ведь не Ярчайший.       Развернувшись, клацнул клыками, но захватил лишь шерсть с руки балтаджа. С отвращением выплюнув, краем глаза заметил, как Джубба подполз к повозке и мечом пытался сорвать замок. Надо отвлечь громилу на себя. Попятившись, Регул увернулся от очередного удара. Дразня соперника, сделал ответный выпад когтями. Металл лязгнул, разрезанный кожаный пояс слетел на землю.       — Кажется, я порвал твой костюм, — улыбнулся пастью. — Помочь подобрать новый?       Своего добился, вызвав ярость врага. Новый шквал атак обрушился на торговца, отвыкшего от сражений. Но ему нужно было лишь потянуть время.       — Ты как животное. Совсем разум потерял, — хохотнул, пропустив удар ногой в живот, и отшатнулся, тяжело вздымая широкую грудь. — Хотя… почему «как»?       Когда Джубба сломал замок и распахнул дверцы повозки, Регул бросился на Мицара, не позволив подойти к песчаному. Когти впились в оголенное медвежье предплечье, вторая рука перехватила кулак, порвав латы, как пергамент. Рычание раздалось из львиной пасти.       — Я знаю медведицу повнушительнее, — просмеялся, заглядывая в пылающие глаза. — И у нее не одна жалкая лапка. А знаешь, почему?       Латный сапог пришелся по колену. Регул, стиснув челюсти, сжал кулаки, прежде чем отступить, раздирая плоть балтаджа. Отскочив назад, запнулся о камни и навалился спиной на поваленное дерево. Лапой смазал сырую гриву с морды, оттягивая последний миг, пока Джубба рылся в поисках оружия.       — Потому что ты не Ярчайший, — тихо просмеялся, прерывисто выдыхая. — Силенок не хватит обратиться полностью.       — Как же меня утомила твоя болтовня, — холодно произнес Мицар.       Удар темной лапой — уворот от медвежьих когтей. Полярной придется дорого заплатить за оказанную услугу. Поднявшись с земли, Регул не скрыл злорадства, увидев, что творилось за спиной врага.       Время выиграно. Джубба нашел саблю. Выдернув из-под груды металла, с победной улыбкой вскинул перед собой.       — Слеза к Скорпиону взывает!..       Истеричный крик прервал драку. Янтарная яшма на рукояти засветилась. Мицар обернулся, упустив торговца из виду, что стало ошибкой. По дикому блеску в рыжих глазах Регул понял, что именно чаровал песчаный. Другого он попросту не мог. Вынырнув из-под руки балтаджа, оттолкнулся от земли, перепрыгивая широкий ствол дерева. Запнувшись о крону, пустился в бега, решив спрятаться в лесу.       Мицар сделал лишь шаг к Джуббе — второго не успел. Почувствовал присутствие младшего лакрима слишком поздно. Ослепленный яростью, упустил Разведчика, вылезшего из его собственной тени. Белая пасть сомкнулась на щиколотке, продырявив доспех. Взвыв от боли, дернул ногой, но не смог пошевелиться.       — Сверхновая!

*

      Капеллу так и не нашла. Три вещих сестры отвлекали балтаджей, раскиданных по лесу, пикируя из-под грозы. Кому-то разодрали спину, кто-то принял удар когтей головой.       Стоило Атрии потерять скорость и заблудиться, как преследователь с мушкетом, поначалу оторвавшись, снова догонял.       Поняв, что бежать вглубь леса бесполезно, Вегард развернулась, долго не думая. Регул пришел на помощь — она видела вспышки магии со стороны дороги, слышала львиный рев.       Балтадж выстрелил во второй раз, чудом промахнувшись. Спасла заминка, когда Атрия споткнулась о корень и упала в грязь. Щелчок мушкета — вояка догонял.       Перевернувшись на спину, Вегард рефлекторно отползла назад. Балтадж, на ходу засунув внутрь устройства металлические снаряды, вскинул дуло перед собой.       Перезарядка окончена. Ком подступил к горлу.       Курок возведен. Щелчок — Атрия зажмурилась, не дыша. Дождь, окончательно заливший механизм, не дал выстрелить — порох промок. Вояка выругался, когда Вегард, воспользовавшись задержкой, отползла к ближайшим кустам. Отбросив мушкет в сторону, выхватил из-за пояса нож.       Если бы Полярная была здесь, она защитила бы. А если бы ранее Атрия послушала ее, то сегодня не получила бы травм и осталась жива. Заскулив от страха, Вегард зажала рот ладонями и до крови закусила губу. Нельзя кричать, иначе выдаст себя. Привалившись к дереву, опустилась на корточки, стараясь не издавать ни звука. Хотя ливень с громом без того скрывали любые шаги. Даже того балтаджа, которого заметила лишь в тот миг, когда он завернул за дерево и направил в ее сторону нож.       Не знала, что делала, загородив себя руками. Ладони, как не учили никогда, взмыли перед лицом, и дождь, льющий с неба, застыл в воздухе. Окружающие капли слились в одну массу, захватив голову балтаджа. Тот запнулся, нож выпал из пальцев. Не смог сделать вдох, легкими глотнув воду, схватился за шею, но не пробился сквозь пузырь.       Не моргая, Атрия уставилась в свое же испуганное отражение. Глаза с горизонтальным зрачком горели в нем, и на мучительное мгновение показалось, что уши удлинились.

«Сто лет спала.»

***

      Всего минуту назад в голове роились тысячи проклятий в адрес лакрим и за секунду испарились все. Полярная замерла, моргнула, ранее собираясь прибегнуть к чарам, но в спасении никто не нуждался. Пульс ударил о шею, когда Вегард в отражении показалась больше не человеком.       — Как?.. — неверяще прошептала, не слыша себя за собственным сердцебиением.       Не время медлить. Алькор так и не отозвался. Кем бы Атрия ни была — ей нужна помощь. Крепко зажмурившись, прогнала лишние мысли.       Но чары использовать не успела — видение продлилось миг, действие зелья разрушилось, словно кто-то щелкнул пальцами. Перевернутая вверх дном лачуга вернулась в прежнее состояние. Отражение сменилось другим. Образ девушки в лесу заволокли тучи, и взор переключился на небо. Более темное, чем над Атрией. Громовой взрыв пошатнул стены. Гроза, что отражалась в стекле, находилась прямо над ведьмой.       Перед выжигающей вспышкой Полярная различила только два залитых жидким золотом глаза в тучах зеркала и услышала множественный крик, сотней глоток проводивший седьмой оборот, приказывая не мешать.       Молния, ударившая сверху, пробила крышу, осыпав щепки с соломой вокруг. Разорвав фигуру часов, Полярная отступила, закрыв голову здоровой рукой, но заряд ударил не по ней.       Оглушительный звон стекла, и зеркало, разбитое пополам, рухнуло на пол рядом со сломанным семиугольным столом. Свечи погасли, расплескав расплавленный воск. В носу защипало. Обожженный пол дымился, и только электрический треск в полуразрушенной лачуге напоминал о совершенных запретных чарах.

***

«Сто лет искала.»

      Птицы пропели в голове и снаружи. Лицо задыхающегося балтаджа показалось иным. То, как жизнь меркла в его в глазах, напомнила об оторванном ухе на письменном столе. Как разум охватила ярость, и виноградный прут пробил грудь.       В панике опустила руки, и пузырь вместе с этим исчез, обрушившись в траву. Атрия хватала воздух так же, как упавший перед ней лакрим кашлял водой. Ком, подступивший к горлу, больше не был просто комом. Желудок сдавило, тошнота наполнила глотку. Ощутив вкус желчи на языке, Вегард с силой зажала рот ладонью, стараясь не опрокинуть внутренности себе под ноги.       Лакрим живой. Живой поднялся, отшатнувшись от нее, как от огня. Обезоруженный, попятился.       — Ве… — выдохнул, выплюнув новый приступ кашля. — Ведь-ма.       «Сверхновая!» — прокатилось истеричное над лесом.       Реальность вернулась к Вегард, когда со стороны дороги пламенный шар осветил округу. Столь массивный, что показалось, будто туч на небе в тот час не было, и закатное Око на самом деле стояло в зените, опалив глаза. Огненный шар лопнул, разметая деревья по кругу, и после короткого затишья, перебиваемого треском сломанных ветвей, земля задрожала. Поднявшаяся взрывом волна прокатилась до ног Атрии, заставив испуганно подскочить.       — Мицар!       Восстановив равновесие, шокированный балтадж оторвал прикованный ко взрыву взгляд и кинулся прочь, забыв о Вегард. Или он хотел предупредить о ней остальных — не стоило проверять. Атрия вскочила следом, догоняя бывшего преследователя. Заметив в траве блестящий предмет, на бегу подхватила на удивление тяжелое ружье и, уперев в плечо, привалилась щекой к дулу, как это сделал лакрим до нее. Увесистый мушкет оттянул обе руки, указательный палец лег на курок. Не умела пользоваться, но принцип действия отчасти поняла.       Надо лишь возвести ручку замка и нажать на спусковой механизм, чтобы пробить спину врага, но не получилось. Не из-за дождя и мокрого пороха в замке. А из-за виноградного прута, торчащего в бездыханном теле. Вместо бегущего впереди балтаджа труп висел на калитке дома.       Лакрим видел ее вблизи, узнал магию и запомнил лицо. Сомнений нет — его нельзя отпускать, иначе предупредит остальных. Но золотая спина отдалялась, а руки, уставшие от куска металла, ослабли, задрожав.       Только спустя минуту, по издевке продлившуюся вечность, осознала, что плакала, опустив оружие к земле. Нагретое на пальце кольцо охладело и померкло, замораживая кожу.       Острые уши.       Длинные зрачки.       Острые уши, длинные зрачки.       Острые уши…       Взрывы на дороге утихли, радостный вопль Дельты Скорпиона возвестил о победе. Но у нее в сердце счастья не осталось. Надо возвращаться. Только ноги приросли к земле. Где-то смеялся Джубба, вернув любимый клинок, а у нее всхлип застрял в груди, когда в торжествующем небе пропела вещая птица.

«Сто лет спала — сто лет искала.»