Мой Теодор Нотт.

Развалившись на диване, блондин покачивая ногой наблюдал за другом, осматривающим гостиную как в первый раз. Парни пришли с ужина самые первые, поэтому находились одни. — Ты ничего не хочешь мне рассказать? — ляписто спросил блондин, скорчив недовольное лицо. От него за километр несло брезгливостью. — Я думал, это ты мне кое-что расскажешь. — совершенно спокойно не оборачиваясь парировал Нотт.  — Поделись же со мной, Теодор, почему ты рассматриваешь эти поганые портреты и стены как будто не учился здесь пять лет? — парень начинал агрессировать и разговаривать эмоциональнее обычного.  Шатен повернулся к другу и сунул руки в карманы, смотря на него выжидающе. — Расскажи мне, с каких это пор тебя крышует Снейп? Давно в любимчики заделался? — прямо, со свойственной любовью загонять собеседника в ловушку и не оставлять ему путей отхода сказал парень. Драко отвел взгляд, сведя челюсть, не спеша отвечать. — Он вступился за тебя сегодня.   Малфой давно не открывался даже своих друзьям полностью. Не сильно много разговаривал и общался, спрашивал о делах. Они не виделись и на летних каникулах. На слуху не было и имени слизеринца. Будто растворившись, он исчез, не оставляя за собой ничего. Резко и беспочвенно.  Парни понимали причины. И Блейз, и Нотт старались оказывать ему какую-то поддержку, но сами варились в подобном котле из страха, неизвестности и ожидания вербовки в пожиратели. Только Блейз открыто выражал свой нейтралитет, не показывая страха. Знал, что даже если за ним придут — свои идеи он отстоит до самого конца. Своего или чужого — неважно. — Он дал матери непреложный обет.  — Зачем?  Теодор не раздумывал. Каким образом может помочь Малфоям профессор зельеварения?  — Пообещал помощь. Любую.  — Для чего? — Не веди себя так, будто допрашиваешь меня. Слизеринец казался еще более раздраженным. Открыто показывал, что диалог ему неприятен, и всех подробностей он раскрывать не станет. Не сейчас. — Ты доверяешь мне? Новый вопрос на засыпку. Теперь атакует Малфой — Я верю тебе. Но ты слишком мало посвящаешь меня в свою жизнь. — Ты тоже немногословен. Напряжение, застывшее в воздухе чувствовалось кожей. Каждая клетка ощущала электрический заряд, головы пытались предугадать следующий вопрос и ответ на него. Теодор достал из кармана пачку сигарет, с помощью зажигалки подкурил сам себе, втягивая в легкие дым. Тишину успокоила брюнетка. «Чертова Паркинсон», хотел подумать Нотт. Теперь он точно не узнает всего, чего хотел. Малфой не станет развязывать язык перед ней. — Скучаете? Так некрасиво ушли с ужина первыми, даже не дослушав предостережения Старой Шляпы. — девушка шустро подошла к шатену и аккуратно взяла из его пальцев сигарету,  затянувшись ротмансом, улыбкой поблагодарила слизеринца. Вальяжно опустилась в кресло, закидывая ноги на подлокотник. — Пэнси, здоровье испортишь. — в гостиную зашел Забини.  Весь серебряный квартет в сборе.  — Кажется, Драко не жалует курящих девушек. — А по-моему, он вообще девушек не жалует. — улыбнулась Паркинсон, приподнимая брови и пожимая плечами. Больше шутки Блейза о Малфое ее не задевали. — А как там твоя девушка? Не курит?— туша сигарету о металлическую крышку зажигалки Нотта спросила Пэнси. — Если язык дорог, лишнего не сболтнешь. — безэмоционально ответил мулат. Теодор вскинул брови, приподняв ноги брюнетки уселся на подлокотник. — У тебя появилась пассия?  — Да, не поверишь — подружка Элис. — смотря на парня ответила Паркинсон. — Грязнокровка с гриффиндора? — с перекошенным лицом удивления и омерзения уточнил Малфой.  — Любое оскорбление в ее сторону — простым разговором не отделаетесь.   Твердый тон все же спустил блондина с небес на землю. Но все же своего неодобрения он не скрывал. Скрестив руки на груди, отвернул голову в сторону, отрицая свою причастность к разговору.  — И давно вы…? — мягко поинтересовался Тео. — С середины августа. Когда Элизабет позволила за собой ухаживать.  — Охуеть. Никогда бы не подумал. И как ты? Что к ней чувствуешь? Парень задумался на несколько мгновений, стараясь подобрать правильные слова, чтобы описать свои чувства.  — Рядом с ней все такое живое. — смотря в потолок сказал парень, усевшись в кресло напротив. — Она умеет собирать вокруг себя искренних и откровенных людей. И сама такая же. Этим мне и нравится. — он посмотрел на шатена. — А еще она до жути прямая и громко смеется. Этим вы похожи. — внезапно сказала девушка тепло улыбаясь. — Я честно желаю тебе быть счастливым с ней.  Невообразимая и несвойственная теплота и искренность от Пэнси заставила удивиться всех. Недоумение на лице Забини быстро сменила благодарность и душевность в его взгляде. — Спасибо. — улыбается он. — Меня сейчас стошнит от этих розовых соплей и глупых пожеланий. — высказался блондин. Забини усмехнувшись закатил глаза. Когда в гостиную начали стекаться слизеринцы, Теодор обратился к собеседникам. — Пора бы уже начать готовиться. Сейчас здесь кучи лишних ушей. *** Парни перекочевали в свою комнату. Забини внезапно спросил Теодора, достающего огневиски из своего шкафа. — Как у тебя дела с Элис? Нотт не спешил отвечать. Задумчиво приподняв брови, взял несколько бутылок в руки, перенося их на прикроватную тумбу.  — Пока ничего не двигается. — Ты подкатить не можешь, или она уже выбрала себе в парнишки вонючего гриффиндорца? — в разговор вступил Малфой, упивавшийся своей язвительностью. Тео посмотрел на друга с легким раздражением и недоверием. Его гордость задевали подобное слова о ней. — Никого у нее нет. — отмахнулся парень. Усмиряя Малфоя. А может и себя. Размышления теодора о своих чувствах к девушке и раньше настигали молодой разум. Как казалось, все появилось внезапно. Пара разговоров, мимолетных взглядов и то, как она плачет способны пробудить в человеке нечто неожиданное. И юноша видел в этом не просто взаимодействие, а доверие, связь и чувство. — Только я могу. — от такой настойчивости даже Блейз присвистнул.  — Очень рад слышать, но уже вечер. И пора бы накрывать на стол.  *** Сумерки быстро сменила ночь. Музыка, доносившаяся из слизеринского подземелья заглушалась заклинанием. Вход только для избранных. Почти. Темнота гостиной скрывала личность человека, будучи раскрытым которого бы точно сожрали с потрохами. Но и Забини был не из пугливых. Он нарочито по-деловому провел сюда девушку с вражеского факультета. Еще и грязнокровку, как выразился бы Малфой, за что точно получил бы сильным кулаком по лицу. Темный капюшон слизеринской мантии скрывал блондинистые волосы своей обладательницы. Она уже подвыпившая мило флиртовала с Забини, то и дело нарочно касаясь его руки. — Элис знает, что я здесь? — едва не теряя равновесие спрашивала девушка. Мужские руки придерживали ее за талию. — Хочешь, скажу? — парень впервые видел Смит такой неуклюжей и находил это чертовски милым. — Ты лучше скажи мне про этого. Как его? Кудрявенького. — опьянение догоняло Элизабет быстрее чем язык успевал за мозгом, от чего она выглядела еще более беспомощно и нелепо. —Теодор! — воскликнула она вспомнив. — Он вообще хороший тип? — Почему ты спрашиваешь? В их отношениях не получалось скрывать что-то долгое время. Проницательность обоих вмиг раскрывала любые тайны и недоговоренности. Внезапно парня осенило. Он резко поддался вперед. — Так Элис влюблена в Тео? От громкого вопроса девушка зашипела, схватившись за голову. — Чуть тише… и я тебе этого не говорила. — Хорошо. Пойдем, я отведу тебя немного отдохнуть. — Блейз обнял девушку рукой за талию, второй переплетая их пальцы. Чуть придти в себя гриффиндорка смогла уже в комнате Забини, едва успевая за происходящими событиями. Длинные пальцы стремительно скользят по черной мантии, добираются до галстука, срывая его. Момент длится целую вечность, прежде чем он опускает девушку на кровать, нависая над ней. Губы смыкаются, сливаются воедино, сплетаются языки, руки блуждают по телам. Недолгое отстранение, и мужская футболка летит вниз. Отрывистыми движениями она помогает ему освободиться от брюк, расстегивая ремень. Еще одна крепость падает.  Секунда, две, три — взгляды пожирают друг друга, руки помогают снять оставшуюся одежду. Девушка приподнимает бедра ему навстречу, встречаясь с лаской юношеских рук, обжигающих своими прикосновениями  талию, живот и бедра. Паутина нижнего белья приземляется на прикроватную тумбу. Блейз не бросит его на пол. Жест показывает настоящее отношение к возлюбленной. Аккуратным движением рук переворачивает ее на живот, приподнимая, обнимает грудь, другой рукой опираясь о кровать.  Блондинистые волосы рассыпаются по спине от того как она запрокидывает голову. Оголяются веснушчатые плечи. Вся красота девичьего тела предстает перед ним. Смит послушно встает на четвереньки, позволяя контролировать процесс. Волна возбуждения покалывает живот, когда она чувствует его губы на плече, лопатках. Середине спины. Пояснице. Забини нежно сжимает ягодицу, проводит по ней рукой, наслаждаясь видом. Голова поворачивается, глаза спутницы заставляют переходить к главному. Уверенный кивок.  Разворачивает ее обратно, кладет на спину. Прикасается к груди, тянется к губам. Приближается и целует. Любовно и сладко. С чувством. Как умеет только он. Как желает только ее.   Ладонь смещается на внутреннюю сторону бедра, отводя его в сторону. Проводит пальцами по лону, собирая соки. Медленно вводит один. Девушка приподнимается и на локтях и подползает ближе, обхватив длину его возбужденного органа. Слегка надавливающими движениями скользит вниз, ловя губами вздох парня. Не разрывая поцелуй продолжает осторожно познавать границы его удовольствия. Немного ускоряет движение, ловит стон прямо в губы и оказывается прижатой к кровати. Сжимает рукой ее запястья и поднимает над головой, обездвидивая. Убирает каплю предэкулята с головки члена, и плавными движениями вводит ее внутрь. Девушка прикусывает губу от приятного ощущения. Чуть шире разводит ноги, позволяя Забини войти глубже. Сразу во всю длину не получается — они понимают, почему. Медленно юноша начинает двигаться, пальцами скользя по ее бедрам.  — Блейз… — Тише. Спустя пару движений подвигается ближе, ловя губами ее. Обжигает дыханием шею, и освобождает ее руки, в ту же секунду касающиеся его спины, оставляя ногтями легкие царапины. Темп нарастает, вместе с силой, которой девушка притягивает его ближе. Желание быть еще ближе, смертельно ускоряет его пик, позволяя сосредотачиваться на ощущениях. Запах их тел, ее парфюма наполняет комнату. Несколько резких толчков, и Блейз выходит из девушки, застывая в блаженной неге. Ложится на нее, сразу ощущая женские пальцы, которые гладят его голову. Ее грудь тяжело воздымается. Они ловят каждый вздох, стараясь восполнить недостаток кислорода.  — Лиз, я люблю тебя. — тихо шепчет мулат ей куда-то в солнечное сплетение, щекоча дыханием кожу. — И я тебя люблю. — отвечает девушка, прикрывая глаза. *** Вечеринка за пределами мужской спальни продолжается. Всюду слышаться крики скучавших друг по другу студентов. Некоторые из них уже напьянствовавшись разошлись по комнатам, применив точно такое же заклинание поглощения шума. Шатенка скучающе наблюдала за обстановкой. Нельзя было не заметить Дафну, вновь строящую глазки Нотту. От увиденного девушку переполнило неприятное ощущение в области живота и груди. Оно волнами плескалось по телу, заставляя чувствовать злость и даже обиду. Через секунду они встретились взглядами. Однако слизеринец даже не думал отстраняться от назойливой подружки. Наоборот, он будто специально наклонился к ней ближе. Радости блондинки не было предела. Чувствуя взаимность, она смело придвинулась, по-хозяйски взяв парня за руку. В голове будто загудело. Все мышцы стали чувствоваться еще острее чем прежде. Теперь девушка была готова нанести ответный удар. Встав с дивана, она похлопала по плечу проходящего мимо слизеринца, привлекая его внимание. — У тебя что-то случилось? Судя по интонации он был приятным человеком. — Не хочешь познакомиться, поговорить? Флиртовала девушка впервые. — Хочу. — быстро оглядевши Барнс ответил юноша. Скорее всего он был младше на курс и знал о Барнс, поэтому и согласился пообщаться. Ведь девушка была привлекательной внешности, и фигура при себе. А главное — по слухам молчаливая. Такую всегда легко продавить. Взяв девушку за руку, парень повел ее вглубь гостиной, в самый дальний угол. Услышать, о чем они общаются было невозможно. Разговоры вокруг и музыка мешали восприятию отдельных крупиц информации. — Ты подошла, потому что я тебе понравился? Отвечать ложью на поставленный вопрос не очень хотелось. С другой стороны, девушка видит его впервые, и ничего зазорного в этом нет. — Ты милый. — Слабовато для привлечения внимания. Это все, что ты можешь обо мне сказать? — парень чуть насмехался. Зажав девушку у стены, он самовольно давил своей близостью. В какой-то момент Элис поняла, что юноша подозрительно долго смотрит на ее губы. Его взгляд раздевал ее. Неуютность и легкий страх она почувствовала сразу. Теперь нужно было выпутываться. — Подвинешься? — раздался голос из-за спины того парня. Нотт собственной персоной. Слизеринка выдохнула. — Тебе углов мало? — А тебе тех, кого зажимать? Начиналась словесная перепалка. Элис вопрошающе смотрела на Теодора, положившего руку на плечо слизеринца и с силой отодвинувшего парня в сторону. — Ты охуел? Парень недоуменно подошел к слизеринцу, схватив свою палочку. — И че делать будешь? Хоть заклинание путевое выучил? Саркастичность Нотта и его незаинтересованность в собеседнике раздражала слизеринца еще больше. Он собирался ударить, но вопрос Нотта сбил его с толку, вернув мыслям ясность. — Ты сейчас при девушке драться хочешь? — Пошел ты. И ты тоже. — рявкнул парень, скрываясь в крыле мужских спален. Девушка проводила его взглядом, через мгновение встречаясь с недовольным взглядом Нотта. Теперь она была прижата другим парнем. И будь ситуация немного другой, ей бы даже понравилось. — Объяснишь, какого хуя здесь происходит? Девушка немного замялась, не отвечая. Глаза слизеринца скоро просверлят в ней дыру. — Тебе заняться больше нечем? А если бы он тебя в спальню утащил, а там и еще чего хуже? Стояла как маленький беззащитный полувидим. — Спасибо. Мягкий девичий голос вырвал парня из тирады его слов. Он недоуменно смотрел на нее несколько секунд, прежде чем взял за руку и повел в сторону женских спален. Он проводил девушку до ее комнаты и слегка потрепал по голове. — Ложись спать, авантюристка. От неожиданного прикосновения Барнс смутилась, не зная, как реагировать. Ей было приятно, неописуемо приятно. Такое проявление заботы со стороны парня точно оставило след в ее душе и памяти. — Доброй ночи, Тео. — девушка быстро погладила слизеринца по щеке и скрылась за дверью своей спальни, оставляя парня с бешено колотящимся сердцем.