Ты

Наступившая ночь для Грэма становится тяжёлым испытанием. Едва он на мгновение прикрывает веки, чтобы забыться сном, как тут же его одолевают сомнительные иллюзии и наваждения. То снится, как по городу бегает монстр, почему-то похожий на пугало. То кажется, что из тёмного окна вылезают длинные щупальца, которые вот-вот крепко схватят за ноги и затащат в бездонную дыру. Грэм резко открывает глаза и вскакивает. С шумом ложится обратно на матрас и безуспешно пытается привести дыхание в норму. Он вытягивает руки, выводя в воздухе невидимые контуры, смотрит на потолок и замечает, как через толстый слой белой краски проглядывает чёрное пятно. Грэм думает, что нужно срочно найти деньги на дорогое покрытие и какую-нибудь антиплесень. Затем он вспоминает Майка. Они ведь были знакомы ни много ни мало — около пяти лет. И осознание, что всё уже в прошлом, больно режет и скручивает внутренности. В памяти вновь всплывает прежняя яркая улыбка парня, полная надежд, а следом холодное лицо с застывшим ужасом, отчего становится совсем тошно и невыносимо. Часто, когда уходит знакомый человек, в голове вдруг начинают прокручиваться совместные кадры из жизни, словно в старом немом кино. А после возникает навязчивый вопрос: «Что было бы, поступи я по-другому?» Вот и сейчас Грэм мучается, обдумывая вечные темы бытия, и корит себя за то, что руки действуют быстрее мыслей. Парень даже в страшном кошмаре не желает представлять, что могло случиться, встреться он с убийцей. Лежал бы сейчас на большой двуспальной кровати и вместе с бывшим другом спал вечным сном. От глупых мыслей, засевших глубоко в голове, его тело покрывается испариной, а сердце бьётся так нервно, будто оно приняло осознанное решение больше не мучить хозяина и просто отключиться. Грэм устало вздыхает. Теперь ему кажется, что жизнь похожа на зебру, но только почему-то его чёрная полоса затянулась на долгие пять лет и с каждым прожитым днём становится только темнее. В итоге, так толком и не поспав, Грэм связывается с Кэрол и рассказывает о случившемся. На другом конце трубки слышатся тихие всхлипы. Всё же этот парень являлся для девушки кем-то вроде никудышного младшего брата. Молодые люди договариваются встретиться в любимой дешёвой забегаловке Майка. Грэм заказывает эспрессо и панкейки с двойным клубничным джемом. Девушка морщится, глядя на такую ударную дозу холестерина, и ограничивается лишь чаем без сахара. — Я была готова к такому исходу, — говорит Кэрол и вытирает красные от слёз глаза. — Но не думала, что это наступит так быстро. Есть новости от полиции? — Пока ничего конкретного, — Грэм не собирается рассказывать никаких подробностей. Во-первых, данная информация может навредить ей самой. И, во-вторых, за годы, проведённые здесь, он чётко уяснил, что никому не стоит доверять. Никогда не знаешь, кто окажется за спиной — друг или враг. — А что ты сам думаешь? — Возможно, задолжал кому-то за наркотики. Последние несколько лет мы редко общались. Ещё и эти его странные навязчивые идеи, — он крутит пальцем у виска. Сидящая рядом Кэрол устало кладёт голову на плечо Грэма, и он аккуратно дотрагивается до её волос. Не сказать, что парень очень счастлив сидеть за обшарпанным столом и утешать кого-то. Ему самому пригодилась бы психологическая помощь, а лучше — хороший секс, чтобы все мысли разом улетучились и тело покрывалось не мурашками от страха, а дрожью от наслаждения. Жаль только, Эшли не собирается оказывать такую услугу. Погрузившись в раздумья, Грэм не замечает, как мобильный телефон настойчиво разрывается от входящего звонка. Он смотрит на дисплей и широко улыбается. Неужели Эшли владеет даром телепатии? — Офицер Уайт? — Как ты после вчерашнего? — Неужели беспокоишься? — Проявляю вежливость, — на другом конце слышится тяжёлый вздох. — Не выводи меня, а то я пожалею, что позвонил. — Ты на дежурстве? — Нет. У меня выходной. Хочешь встретиться? — Что? — говорит Грэм, от удивления подавившись кофе. — Я спрашиваю, встретиться хочешь? Сходим куда-нибудь, отдохнём. — Шутишь? — вроде сегодня не Рождество для такого потрясающего подарка. Да и Грэм не уверен, что был в этом году хорошим мальчиком и получит нечто большее, чем маленький кусочек угля. — Ну всё. Вешаю трубку, — холодно отвечает Эшли, но на сброс не нажимает, а терпеливо ждёт ответа. — Нет! — выкрикивает парень. — Конечно, я хочу увидеться. Просто не ожидал, что ты пригласишь. «Да это же практически наше третье свидание», — думает Грэм. О котором Эшли, конечно же, даже не подозревает. Собственно, как и о прошедших двух других. — В таком случае я подъеду к шести. Грэм спешно прощается с Кэрол и бежит домой, чтобы успеть привести себя в божеский вид. И уже стоя на пороге, он с грустью смотрит в зеркало на свои впалые глаза с синяками от недосыпа и мысленно сравнивает их с лунными кратерами. С таким лицом максимум, на что можно рассчитывать, — дружеское похлопывание по многострадальному плечу. Грэм выходит на улицу, где его ожидает «Мистер Сама Пунктуальность» Эшли Уайт со слегка растрёпанными волосами, будто только что проснулся. При этом он умудряется выглядеть слишком сексуально и, как думает Грэм, уютно. В итоге парень окидывает взглядом свои старые потёртые кеды, потом снова Эшли, похожего на супермодель, вздыхает и направляется к машине. Несмотря на привлекательную внешность и мягкие черты лица, самооценка Грэма находится где-то между плинтусом и магмой. То есть даже ниже, чем просто на дне. К сожалению, всю сознательную жизнь он считает себя ничем не примечательным человеком. Встретишь такого на улице — и через пять минут уже не вспомнишь, как он выглядит. На этот раз Эшли приезжает на своём личном автомобиле. Не шикарном, но и дешёвым его тоже не назовёшь. В итоге, после долгих дебатов, будто от решения зависит, кто победит на следующих выборах, они отправляются в популярный кантри-бар в центре города. Молодые люди заходят внутрь, где их сразу подхватывает волна громкой живой музыки. Весёлый ритм гитары заставляет тело непроизвольно двигаться в такт незатейливой мелодии. Эшли усаживается за столик чуть поодаль от остальных людей и заказывает пиво для Грэма и безалкогольный напиток для себя. — Боишься захмелеть и не сдержаться? — подначивает Грэм. — От чего? Чтобы не убить тебя? Такая вероятность весьма возможна. Поэтому, если хочешь жить, даже не пытайся напоить, — Эшли треплет его по голове, словно маленького непослушного мальчишку. — Эй, — отмахивается он. — Ты должен проявлять ко мне уважение. Я точно старше тебя. После небольшой очередной перебранки они продолжают молча пить каждый свой напиток. И Эшли замечает, как Грэм иногда будто зависает, отключаясь от внешнего мира. Парень улыбается и подпевает популярным песням, а на щеках его тут же появляются те самые очаровательные ямочки, при виде которых Эшли почему-то радуется. — Когда я только приехал, Майк был единственным, кто помог мне. Он мечтал заработать денег и купить дом возле океана. А я мечтал стать крутым гангстером и купить настоящий автомат. — А стал мелким воришкой, и вместо автомата у тебя на ноге красуются кандалы. Вот видишь, не всем мечтам суждено сбыться. — С чего ты взял, что я вор? — в этот момент Грэм ощущает стыд, снова сравнивая себя и законопослушного офицера, который небось и бабушек через дорогу переводит, и котов соседских с деревьев снимает. — Неужели ты думал, мы не знаем, какими поручениями для Пи Ди ты занимаешься? Я до сих пор не могу понять почему. — Жизнь так сложилась, — сухо отвечает Грэм. — Не стоит на меня обижаться. Обычно к преступникам и хулиганам Эшли относится бескомпромиссно. Но что-то исключительно в этом человеке задевает тонкие струны его души. — Хорошо. А какая была мечта у тебя? — Стать полицейским и ловить плохишей, — он хмыкает и указывает на Грэма. — А ты знал, что паинькам всегда нравятся такие, как я? — С чего ты взял, что нравишься мне? — А с чего ты взял, что я имею в виду именно тебя? — тихо посмеивается Грэм. — Если говорить откровенно, не такой уж ты и плохой. Хотя наказать определённо стоит. — И как же? — отвечает он и проводит влажным языком по губам. При виде такой соблазнительной картины Эшли на мгновение замирает. — Пятнадцатью сутками ареста, — шепчет он, резко наклоняясь. — Пойдём танцевать, — говорит в ответ Грэм и тянет Эшли за руку, вытаскивая из-за стола. Они находятся слишком близко друг к другу. Настолько, что можно ощутить мимолётное прикосновение тел, которое обжигает так, словно идёшь по раскалённым углям. И тепло, и аура, исходящие от Эшли, напоминают ему об одном человеке. Грэм столкнулся с ним случайно, но запомнил на долгие годы.

***

Грэм не любит вспоминать первое время после приезда в город L., кроме одного дня. Тогда в его жизни случилась череда неприятных моментов, и чтобы хоть как-то поднять настроение, Майк пригласил его на университетскую вечеринку в честь Хэллоуина. Её организовал некий хороший друг, впоследствии оказавшийся обычным дилером. В семье Грэма не принято отмечать этот праздник, поэтому он воспринял приглашение с неимоверным энтузиазмом: взял напрокат костюм пирата и сделал реалистичный грим — хоть в конкурсе участвуй. А напоследок закрыл глаз чёрной повязкой. Грэм долго крутился возле зеркала и, довольный проделанной работой, выдвинулся в путь. Когда они с Майком приехали по назначенному адресу, их сразу же встретили изрядно подвыпившие студенты. Поначалу вечеринка проходила на отлично. Ничего не предвещало беды, пока несколько молодых людей каким-то образом не прознали о материальном положении Грэма и месте его работы. Они начинали довольно агрессивно подначивать, выкрикивая постыдные шутки и оскорбления. Грэм терпел и старался не обращать внимания на язвительную толпу пьяных людей, пока неожиданно на арену не вышел незнакомец и не заступился за него. Тот лёгкой поступью спустился со второго этажа, словно рыцарь в сияющих доспехах. А если быть точнее, в маске и костюме Джейсона из фильма ужасов «Пятница 13-е». Но в глазах Грэма парень выглядел супергероем с обложки любимых комиксов, которые он втайне прятал под кроватью, будучи ребёнком. «Джейсон» перекинулся парой грубых фраз с обидчиками Грэма, и те немедля принесли свои извинения. И он сразу же сделал вывод, что у незнакомца большой авторитет среди присутствующих. Раньше Грэм не мог похвастаться настолько смелым и сильным волевым характером. Когда «Джейсон» вытащил его на улицу, прихватив с собой выпивку и закуски, он не удержался и заплакал. Ещё никто и никогда не был к нему настолько добр, и от этого сердце сжималось от тепла и грусти. Они молча сидели на ступенях возле какого-то старого дома, и Грэм, поборов неловкость, решился нарушить тишину. — Чем занимаешься? — Учусь. — Где? — Там, куда тебя точно не возьмут. — С чего ты взял? Я умный парень, — воскликнул Грэм. — «А» — Аргентина. — Чего? — «А» — Аргентина. Заканчивается на «А», теперь ты называешь следующую столицу на эту букву. Никогда не играл в такую игру, что ли? — Буэнос-Айрес. — Но она же начинается на «Б»? — Столица Аргентины, глупый, — и незнакомец громко рассмеялся. — Если ты не понял, это была шутка, — насупился Грэм и в мыслях отругал себя на чём свет стоит. Ну надо же так облажаться. — Можно задать тебе один вопрос? — Как пожелаешь, — пожал плечами собеседник. — Ты бы хотел попробовать переспать с парнем? — Смотря с каким. Или ты на себя намекаешь? — В четырнадцать лет я уже понял, что мне нравятся исключительно мальчики. Сейчас мне почти двадцать один, и я до сих пор девственник. Конечно, смотря на такого прекрасного человека, ты, наверное, удивляешься и не понимаешь, как же так получилось? — Вовсе нет. Всё потому, что ты плакса и слишком навязчивый. — Знаешь, вообще-то был один богатей, который хотел присунуть мне за сумму с шестизначными нолями. — Так почему же ты отказался? — Хоть мне и нужны деньги, но я не готов идти ради них на всё, а потом утопать в ненависти к себе. Ну уж нет, спасибо. Поэтому я подумал подарить свой первый раз тебе. Хочешь? — А не пожалеешь? — У тебя красивое тело, да и лицо, думаю, тоже, так почему бы и нет? — Мы даже имён друг друга не знаем. И как в таком случае мне тебя называть? Джек Воробей? — хмыкнул он. — Вообще-то капитан Джек Воробей! — поправил его Грэм и вскочил с места, изображая персонажа из популярного фильма. — Ты в курсе, что он не носил повязку на глазу? — Это для антуража. — Ого, какое слово ты, оказывается, знаешь. Ну хорошо. Пойдём, капитан, — парень снова рассмеялся и протянул руку. — Я отведу тебя домой. Грэм навсегда запомнил тёплые прикосновения «Джейсона». Такие нежные, полные заботы и тепла. После них хотелось забыть обо всём плохом, оставить невзгоды позади и поверить в то, что для Грэма тоже существует шанс на лучшее будущее.

***

Может, поэтому он с явным восхищением смотрит на офицера Уайта. Ведь тот с неподдельной самоотдачей стремится защищать слабых. Таких, каким раньше был сам Грэм. — Мне удалось подбодрить тебя сегодня? Я прекрасно понимаю, что ты чувствуешь, — из воспоминаний его вырывает мягкий голос, ласкающий ухо горячим дыханием. — Да. Спасибо, красавчик. Если бы не ты, страдал бы сейчас в одиночестве. — Снова ёрничаешь? — Нет. Абсолютно серьёзно. Не хочу, чтобы этот вечер заканчивался. А если ему всё же суждено закончиться, то не здесь и не так. Грэм практически в шаге от того, чтобы потерять контроль над и так хрупкими чувствами. Он уже не слышит громкую музыку и не видит окружающих людей. Грэм подаётся вперёд, ведомый первобытными инстинктами, и почти касается мягких губ парня. Но не всем мечтам суждено сбываться. Эшли резко отстраняется, хватает звонящий телефон и выходит из помещения. Возвращается он быстро, но слишком раздражённый, и Грэм осознаёт, что мимолётному счастью наступает конец. — Что-то случилось? Всё нормально? — Нет. Всё очень плохо. Мне звонил Томас. Он не может связаться с одним нашим информатором. Счёт я уже оплатил, — Эшли достаёт наличные из кошелька и кидает их на стол. — Обратно доберёшься на такси. Мне пора. — И, больше ничего не объясняя, разворачивается и уходит, пробираясь сквозь толпу. Раздосадованный Грэм достаёт телефон. На дисплее высвечивается непрочитанное сообщение от Стива: «Завтра в 15:00 на Кросс Стрит. У Пи Ди к тебе дело». Он хмурится, провожая взглядом фигуру офицера. Но стоит только Эшли коснуться двери, как раздаётся громкий взрыв.