Один танец и затяжка

В столовой во время перерыва гул не стихал до тех пор, пока студенты не расходились по аудиториям; если хочешь успеть ухватить вкусную свежую булочку – будь добр приходить одним из первых, в противном случае довольствуйся какой-нибудь сухой вчерашней буханкой. Ну, утрированно конечно, но суть ясна. Сейчас же помещение почти пустовало: большинство ребят разъехалось по домам, с облегчением отпустив последний сданный экзамен. Остались лишь те, кто никуда не уезжал. Лучше доделать все дела сразу, чем после каникул в панике бегать с криками "куда, что и почему". Леша сидел с Мариной за дальним столиком у стены. Парень медленно пил свой уже остывший кофе, заедая его бутербродом с кусочком красной рыбы и сливочным сыром – вкусно и дорого поесть он любил, хотя баловал себя отнюдь не каждый день. Девушка делилась очередной историей о попытке обратить на себя внимание Димы, их общего одногруппника, и Леша в который раз убедился, что подруга слишком драматизирует. Достаточно ведь просто подойти и сказать о своих чувствах: согласится – просто замечательно, отвергнет – не для него значит прекрасная роза распускалась. Хотя с другой стороны Дымов понимал, что на месте Марины бы поступал примерно также, как она сейчас, ибо совладать с эмоциями, когда ты влюблен, довольно трудно. Кивнув на очередной вопрос подруги, Леша заметил за соседним столиком Стаса. Парень перемешивал в тарелке гречку с мясом и подливой, погруженный в свои мысли, но он будто почувствовал, что кто-то на него смотрит, и приподнял голову. От взгляда исподлобья Дымов застыл со стаканом у губ, мысли сразу же превратились в один сплошной белый шум, а волна мурашек марафоном пробежалась по всему телу. Стас улыбнулся, смотрел долго, и казалось, что воздух вокруг вот-вот заискрится от подобных переглядок. Леша сглотнул вязкую слюну и рвано выдохнул; перед глазами возникла картинка, где Вольский точно с таким же взглядом нависает сверху, медленно проводит рукой по бедру от колена вверх, а потом... – Эй! Ты вообще слушаешь меня? Возмущенный голос Марины отрезвил разум, и Леша, поморгав, посмотрел на девушку: она заметила, кого именно парень прожигал взглядом, абсолютно игнорируя рядом сидящую подругу. Беспредел! – Д-да, слушаю. – После вчерашних ваших посиделок у Стаса вы друг друга мысленно раздеваете, а у тебя едва слюни изо рта не текут, – Марина усмехнулась, внимательно наблюдая за реакцией парня. – Что же такого произошло? Она уже не злилась. По крайней мере решила оставить возмущение на потом. Леша тихо посмеялся. – Ничего, мы просто фильм смотрели. – Ага, ага, знаю я такие "просмотры". На самом деле чего-то такого интимно интересного не было, Стас с Лешей до конца серии просто сидели со сцепленными руками. Дымов ощущал легкие поглаживания на коже, а Вольский никак это не комментировал, делая вид, что очень увлечен происходящим на экране. Разошлись парни под вечер, так и не поговорив о случившемся. Леша не понимал, как себя вести при очередной встрече со Стасом, но, к счастью, все разрешалось само собой. Только вот невидимые искры летали вокруг каждый раз и с новой силой, едва парни сталкивались взглядами. Дай повод – пламя разгорится. – Ну, если вдруг, то я вас благословляю, дети мои, – сказала Марина и, посмеявшись, будто обрызгала друга святой водой. – Вау, даже так? – ехидно улыбнулся Леша. – Он же тебе не нравился. – Так и есть, просто я завяжу его яйца в бантик, если он решит разбить тебе сердце. Марина говорила серьезно, и в правдивости слов Леша не сомневался, но парень не был уверен, что вообще готов к отношениям. Последний раз Дымов состоял в паре еще в школе, но, во-первых, они были с девушкой, во-вторых, особой химии там и в помине не наблюдалось, так как, цитата, "чисто ради интереса, ничего личного". – Ты, кстати, пойдешь на вечеринку в честь Нового года завтра? – Нет, я лучше дома посижу, – вежливо отказался Леша. – Да бро-ось! – Марина придвинулась ближе, едва не касаясь кончиком носа щеки парня. Дымов мог поклясться, что краем глаза видел, как Стас напрягся, едва не испепелив девушку взглядом. – Хотя бы один разок и на часик. Мы будем вместе! Ну и Дима, и... – Марина усмехнулась, – Стас твой тоже там будет. – То, что он меня привлекает, не значит, что я побегу на всякие тусовки вслед! Осознание сказанной фразы спустя полминуты дошло до Леши, и он густо покраснел. А ведь говорила мама, что нужно сначала думать, а потом рот открывать! Марина комментировать не стала, только тихо захихикала, по привычке прикрыв губы ладонью. Дымов закатил глаза, включая режим сучки-королевы драмы, но в итоге согласился. В конце концов час громкой музыки и душной толпы еще никого не убил. Правда..?

***

Леша в миллионный раз поправляет рукава клетчатой рубашки и окидывает взглядом танцующую толпу. Парню некомфортно: слишком шумно, тесно и душно, а градус алкоголя в воздухе только увеличивался с каждой минутой. Вечеринка проходила в небольшом клубе недалеко от центра города (название Леша так и не запомнил), а устроили ее старшекурсники. Платил каждый сам за себя, но приглашения рассылались практическим всем студентам (если точнее, то тем, кого смогли найти в социальных сетях). Кто-то жался по углам, точно также, как Дымов, скрываясь от света диско-шара, кто-то же полностью стер границы и отрывался по полной. Одним из таким людей был Стас, который прямо сейчас танцевал на столе и подпевал, пытаясь перекричать музыку. Прошел всего час с начала тусовки, а парень уже успел зацепиться словами с неизвестным мужиком, выпить три бокала "кокакольного виски" и облапать двух девушек во время танца. Последнее Леша старался игнорировать, но все равно ощущал легкий укол ревности где-то внутри. Марина первые минут десять стояла рядом с Дымовым, но вскоре также исчезла в толпе, обещая, что вернется через полчаса. Но, судя по тому, как стрелка часов медленно подбиралась к десяти вечера, девушка торопиться не собиралась. Леша допил "Оазис" и поставил бокал на столик, чтобы его забрал официант. За потоком собственных мыслей парень не заметил, как Стас уже минут пять не сводил с него глаз. И снова искра. Дымов поймал взгляд друга, когда развернулся, чтобы пойти к выходу, и застыл на месте. Честное слово, если бы Леша сейчас был кусочком льда, то растекся бы маленькой лужицей на полу. Стас смотрел с легкими прищуром и улыбкой на лице, будто начитался лайфхаков "Как соблазнить девушку одним только взглядом крутого парня?", и Леша не мог сопротивляться этому ни физически, ни морально. Вольский, слегка сжимая в руке бокал с остатками виски, подошел к парню и протянул руку. – Потанцуем? Дымов усмехнулся, но решил не сдаваться так просто, дабы Стас не думал, что он весь из себя такой сексуальный-идеальный-охуенный. – У тебя от водки глаза замылились? Я не похож на красотку в короткой юбке. – Да и я не мачомен с кучей чемоданов, до верха набитых деньгами. Что ж, один-один. Леша театрально закатил глаза, показывая всем своим видом недовольство, но все же взял парня за руку. Вольский сразу же утащил друга в танцующую толпу, крепко сжимая чужую ладонь, словно боялся потерять это касание. Стас, все еще не выпуская из рук бокал, расслабленно двигался в такт музыке. Глаза его слегка прикрыты, а на лице играла едва заметная улыбка. Казалось, что все рамки стерлись, и парень остался в толпе наедине с самим собой, полностью растворяясь в мелодии. Пару раз Стас случайно провел ладонью по плечу Леши, но тот виду не подал. Хотя на секунду в голове мелькнула мысль: "А случайно ли?" В голову ударил то ли алкоголь, то ли недостаток кислорода, и Дымов встал к Стасу ближе, свободной рукой накрывая ладонь парня, которой тот держал бокал с недопитым виски. Не заметив возмущений, Леша осмелел еще больше, прижимая друга к себе, поэтому теперь Вольский бедром и животом касался чужого тела при каждом движении. Толпа не казалась уже такой шумной, а музыка не била по ушам, Леша утонул в чужих прикосновениях, старался запомнить ощущение каждого и будто пьянел сильнее, чем от коктейлей. Стас положил руку на шею парня и чуть надавил, отчего Дымов наклонился, сразу ощущая горячее дыхание на мочке уха. – Я видел, что тебе некомфортно, – проговорил Вольский. – Если хочешь, мы можем уйти. Парень не кричал, так как Леша и без этого прекрасно его слышал, но столь близкий контакт заставлял сердце биться быстрее, хотелось раствориться не только в объятиях, но и чужом голосе. – Хочу. Стас тихо посмеялся, большим пальцем проводя по шее рядом с кадыком к краю рубашки, и отстранился. Леша медленно выдохнул, чтобы привести мысли в порядок, ибо те снова сбились в одну большую неясную кучу; он не сразу заметил, как оказался на улице. Прохлада ночи немного отрезвила разум, и Дымов облегченно вздохнул. Такой реакции не вызывал даже оргазм во время первой дрочки, поэтому парень не особо понимал, что и как ему делать дальше. – У тебя нос краснеет, когда ты смущен, – Стас уже поджег сигарету, и дым от нее красиво растворялся в воздухе на фоне темного неба. – Это мило. – Прости, не знаю, что на меня нашло, – неловко проговорил Леша, стараясь не смотреть на парня, но все же когда ощутил несильный удар в плечо, поднял взгляд. – Я разве сказал что-то против? – Нет. – Тогда на кой хер извиняешься, конфетка? Мне понравилось, тебе понравилось, значит все заебись. Дымов немного расслабился и улыбнулся, а Стас продолжил идти вперед по улице. Пока Вольский докуривал сигарету, никто не проронил ни слова; молчание не напрягало, оно не было неловким, а наоборот успокаивало, расслабляло. Парни свернули в сторону парка, чтобы отодвинуть момент расхождения по домам как можно дальше – об этом думал и первый, и второй. Погода в Питере неожиданно вспомнила, что сейчас уже почти что январь, середина зимы, поэтому последние два дня награждала горожан обильным снегопадом и несильными заморозками. Снег приятно хрустел под ногами, а с неба плавно опускались снежинки, кружа в танце в свете фонаря, а тишина приятно окутывала, словно обнимая. Леша забрался на спинку лавочки и нервно стучал пальцами о пальцы; он собирался с мыслями, чтобы наконец-то напрямую спросить у Стаса о том, что же между ними происходит. И стоит ли погружаться во влюбленность дальше, прямо с головой, или следует откинуть все чувства куда-нибудь далеко в глубину души и забыть все, как страшный (или приятный?) сон? – У тебя словно шило в жопе колется, – заметил Вольский. Он щелчком пальцев откинул бычок в мусорный бак и наклонил голову набок. – Чо случилось у тебя, конфетка? – Я тебе нравлюсь? Вопрос выбил Стаса из колеи на пару секунд, но тот быстро совладал с удивлением, лишь легко усмехнувшись. – Не думал, что ты так в себе неуверен, раз решил спросить прямо. – Блять, Вольский, ты можешь просто ответить?! – Леша нахмурился. – Да или нет? – Ну ты и дебилоид конечно. Дымов открыл было рот, чтобы послать Стаса на три веселых буквы, так как внезапно появившаяся обида окончательно отрезвила разум и неприятно ныла в груди, но парень ступней облокотился о край лавочки и, сжав в руке шарф Леши, притянул того к себе. Дымову пришлось наклониться вперед, едва не касаясь грудью колен, но на не очень удобную позу он даже внимания не обратил; Вольский обжег дыханием замерзшие губы и смотрел прямо в серые глаза с нескрываемым укором, мол "Это, блять, сойдет тебе за ответ?" – Никогда не любил намеки, – прошептал Леша. – Это потому что ты их не понимаешь нихуя. И Стас сократил оставшееся никчемное расстояние между ними, целуя на удивление мягко и медленно. Он будто дегустировал самое вкусное и дорогое блюдо, наслаждался каждой секундой, и тянул на себя, все ближе и ближе. Леша, не отстраняясь, опустился со спинки лавочки вниз и обнял Стаса за пояс. Вольский же наплевал на то, что их могли увидеть (так как время еще не совсем позднее), и уселся на колени парня, руками обвивая чужую шею. Дымов, играясь, провел языком по нижней губе, слегка улыбнувшись, но от удивления и неожиданности резко открыл глаза, когда Стас углубил поцелуй, вторгаясь в чужой рот своим языком. Вольский умудрился такими фокусами выбить из Леши тихий стон и почти сразу отстранился, замечая недовольный вдох парня. – Вот срань... ты где так целоваться научился? – руки Дымова слегка дрожали, но вовсе не от холода, а внизу живота он начал ощущать приятную тягу. Да уж, домой со стояком в джинсах от одного лишь поцелуя парень еще не приходил. – Много практиковался, – усмехнулся Стас и большим пальцем очертил скулу на чужой щеке. – И кое-кто говорил, что он не гей. – Так я и не гей, – ехидно улыбнулся Леша, обнимая парня крепче. – Ах да, ты ведь принцесска, – Стас поиграл бровями, усаживаясь на коленях Дымова поудобнее (слава богам, что через толстый слой зимней одежды не ощущается чужое возбуждение). – Значит ты лесбиянка. – Ой блять пошел нахуй, Вольский. – Только если на твой, конфетка. И он снова утянул Лешу в поцелуй, для себя мысленно отмечая, что влюбился как дурак...