Один танец и затяжка

– А где бабушка Нина? Леша оглядел пустую квартиру; источником света служила только лампа над зеркалом в прихожей, в других же комнатах царила кромешная темнота. Стас кинул шапку на тумбочку и потянулся, разминая затекшие спину и ноги. Все же прогулка по ночному холоду давала о себе знать легким покалыванием на коже под тонкой джинсовой тканью штанов. – Уехала на новогодние каникулы к сыну в Сертолово, так что до десятого января хата полностью в моем распоряжении, конфетка, – усмехнулся парень и подмигнул. – Кроме зала, это территория баб Нины. – Ты проведешь Новый Год здесь? – удивился Леша. – Один? Стас чуть нахмурился, но в ответ лишь пожал плечами и ушел на кухню, откуда послышался шум чайника. Судя по реакции, Вольский либо еще не придумал, где праздновать Новый Год, который, к слову, наступит уже на следующую ночь, либо просто не желал лишний раз заводить разговор на неприятную ему тему. Леша аккуратно повесил пальто на вешалку и ушел вслед за другом; Стас уже кинул в кружки по чайному пакетику и, облокотившись поясницей о тумбу, просто ждал, когда закипит вода. – Прости, я наверное лезу не в свое дело, – осторожно начал Дымов, но был бестактно перебит. – Забей, все нормально. Я не люблю ныть и лить слезы о том, как, где и что праздную, что не праздную, ну и так далее. – Мне ты можешь поныть, осуждать не буду. Да и интересно послушать о тебе мелком, вдруг ты был прилежным сыном, а злые игры и алкоголь все испортили? Улыбка у Леши такая теплая, мягкая. Стас поджал губы и отвернулся, снимая чайник с плитки. Ни с кем еще парень о себе подробно не разговаривал, так как никто сильно и не интересовался: пришли, переспали, разошлись. А в процессе, как известно, не до разговоров, по крайней мере Стасу. Однако Вольский видел в глазах Леши искренний интерес вперемешку с волнением и терялся. Банально не знал, с чего вообще начать и зачем Дымову знать, каким же мелким пиздюком он был. – Ой, мне сахар не клади! – вовремя заметил Леша и перехватил руку, чтобы парень не успел опустить ложку в кипяток. Вольский расплылся в довольной улыбке и, отложив прибор, вновь взялся за длинные пальцы, изучал их, поглаживал, рассматривал каждый миллиметр бледноватой кожи. От внимательного взгляда не скрылись пробежавшие по чужой руке мурашки, и это не могло не радовать. Стасу приятно видеть такую ответную реакцию, она подпитывала желание касаться снова и снова, не переставая. – Никогда бы не подумал, что ты настолько тактильный человек, – Дымов будто пошевелиться боялся. А вдруг спугнет? Как кота, когда тот удобно улегся спать на хозяина, но уходил, стоило едва подвинуться в сторону. – Или я просто особенный? – Я действительно тактильный очень, – ответил Вольский, проводя большим пальцем по линии жизни и чуть надавливая. Леша рвано вдохнул. – Но и ты особенный. Мне интересно узнать все твои слабые места, эрогенные зоны и то, что ты скрываешь от других. – Вы гляньте. Станислав Артемович умеет говорить без матов и спокойным тоном, – без издевки пробурчал Дымов. – А вы, Алексей Дмитриевич, сомневались во мне? Вольский прошелся пальцами вверх по руке, и половина его ладони скрылась под рукавом рубашки. Леша закусил нижнюю губу, с нескрываемым интересом наблюдая за действиями Стаса. Кажется, чай откладывается на потом, ибо парень принялся оставлять легкие поцелуи на тыльной стороне ладони; провел губами по костяшкам, уделил внимание каждому пальцу, а остановился на запястье, посмотрев на Лешу с легкой усмешкой. Дымов покраснел от щек до носа, но взгляд не отвел. – Я нашел твой фетиш что ли? – посмеялся Стас и сразу получил легкий щелбан в лоб. – Ай. – Мы чай пить-то будем или продолжим в более удобной обстановке? – Сначала я в душ схожу, если ты не хочешь слизывать с меня пот чужих людей из клуба. – Вольский, фу, ты отвратительный! Стас звонко рассмеялся и, оставив быстрый поцелуй на ладони, убежал в ванную, чтобы не получить еще одного щелбана. Пока Вольский пропадал в душе, Леша боролся с желанием нагло открыть дверь и с довольной улыбкой присоединиться к парню. Вот только стеснение выигрывало, и Дымов довольствовался лишь яркими картинками того, что могло бы произойти. Стас вызывал внутри настоящую бурю эмоций, рядом с ним хотелось делать то, на что не решился бы никогда в жизни, а смех парня заражал, проникая в далекие уголки и тела, и личности. Леша понимал, что подобные отношения запрещены, многие люди такого не поймут и не одобрят, но столь серьезным вопросом следует заняться позже, так как шум воды прекратился, и из ванной вышел Стас. Он завязал полотенце на бедрах и теперь довольный стоял в комнате, будто бы специально двигаясь так, что короткий кусок ткани намеревался свалиться на пол при любом шевелении. Леша взглядом едва не пожирал подтянутое тело, изучал маленькие шрамики на боку и спине, а на бедре, чуть выше над коленкой, заметил три родинки, которые забавно выстроились в ряд. Вольский красив и знает себе цену, поэтому парень деловито медленно наклонился к нижнему ящику с одеждой, придерживая рукой полотенце, и довольно улыбнулся, когда ощутил касания холодных ладоней на своей спине. – Ты специально, да? – прошептал Леша и оставил легкий поцелуй где-то за ухом. Разница в росте его не смущала, а скорее наоборот, вносила свой особенный вклад в нарастающую интимную обстановку. Стас поясницей прижался к чужому торсу и усмехнулся, ощущая, как Дымов обвил руками пояс и прижал к себе. – Ты спал с парнями? – Вольский очертил указательным пальцем тыльную сторону ладони, слегка царапая мягкую кожу и вырывая тихое шипение из парня за спиной. – Или ты еще девственник? – Один раз с девушкой только, – прошептал Леша, стараясь держать дыхание ровным. – Ну это почти то же самое, тогда просто расслабься, я все покажу. Стас развернулся в объятиях лицом к парню и принялся медленно расстегивать пуговицы на рубашке. В глазах Леши он заметил игривый блеск, но двигался парень немного скованно – стеснялся. Вольский дал понять, что можно делать все, как посчитается нужным, а сам прильнул губами к ключицам, каждым прикосновением заставляя Лешу невольно вздрагивать. Стас расстегнул рубашку, но не спешил ее снимать, вместо этого горячими поцелуями спускаясь ниже; а вот с джинсами церемониться он не стал, Дымов успел только услышать звон железной бляшки на ремне, как уже оказался в одних боксерах. – Стой, я ведь не был в душе, – сдавленным шепотом проговорил Леша. – Я в курсе, конфетка, не переживай. Стас оставил быстрый поцелуй на тазовой косточке парня, а после поднял голову. Этот взгляд зеленых глаз исподлобья – Дымов готов поклясться – мог довести до оргазма без всяких прикосновений и ласк. Леша большим пальцем погладил Стаса по щеке, и тот, в свою очередь, губами прижался к ладони, вновь вызывая волну мурашек. Сдавленный стон вырвался из груди, когда Вольский языком очертил линии, слегка прикусил кожу и чуть сжал чужое запястье. – Стас, – почти фальцетом проговорил Леша, ноги немного затекли из-за стоячего положения, да и парню хотелось сдвинуться чуть дальше простых, пусть и горячих, поцелуев. – Идем. Вольский, не выпуская руку из крепкой хватки, утащил Лешу в ванную. Он включил теплую воду, пока Дымов снимал остатки одежды, и откинул полотенце, таким жестом приглашая к себе. Если бы Лешу сейчас попросили рассказать о своих чувствах, в ответ услышали бы лишь сдержанные стоны и тяжелое дыхание. Стас исцеловал почти каждый участок тела, иногда слишком увлекаясь и оставляя следы от собственных зубов, и нашел еще одно интересное для парня место; ощутив легкий укус на коленке, Леша вздрогнул сильнее обычного и невольно вскрикнул, будто его прошибло током. Вольский довольно улыбнулся и пальцем очертил круг на коже, отчего ноги Дымова подкосились, и парень чудом не свалился прямо на Стаса. – Н-неудобно, – Леша аккуратно опустился на колени. – И тесно. – Принцесска привыкла к роскошным апартаментам? – ехидно улыбнулся Стас (она за этот вечер вообще с его лица будто и не сходила). – Она не привыкла трахаться в ванной. Вольский звонко рассмеялся и чуть навалился на Лешу, заставляя того прислониться спиной о бортик ванны; парень целовался требовательно, немного грубо, кусал губы и языком хозяйничал в чужом рту, и от всего этого Дымов с ума сходил. Он вытянул ноги вперед, усаживая Стаса к себе на колени, и взялся за член парня, большим пальцем чуть надавив на головку и медленно проводя вниз. Вольский сжал чужие плечи, невольно подался бедрами вперед, так как сам уже толком держаться не мог, и снова прильнул губами к шее Леши. – Засосы на видных местах лучше не оставлять? – спросил Стас, прерываясь между словами на рваные вдохи. – Можешь, но не увлекайся, пожалуйста. Дважды говорить не надо, Вольский буквально впился в шею парня, как вампир, целовал, кусал и параллельно опустил руку вниз, перехватив оба члена. – Блять. Леша запрокинул голову и зажмурился, стараясь как можно больше отдаться ощущениям (одно дело, когда самостоятельно пытаешься себя удовлетворить, и совсем другое, когда это делает кто-то другой); он позволил Стасу делать все, что только в голову придет, а сам положил руки на бедра парня, сжимая сильнее обычного, пока Вольский умело надрачивал им обоим. Никто из них особо не сдерживал стоны: плевать, что подумают соседи, сейчас и тому, и другому слишком хорошо, чтобы думать о подобных мелочах. Леша, насколько позволяла поза, подавался вперед, лишь бы сильнее ощутить чужую кожу, шептал что-то несвязное и слегка оцарапал внутреннюю часть бедер парня, из-за чего у того вырвался протяжный низкий стон. Кажется, не только Стас за вечер изучит столь желанное тело своего партнера... Дымов оставил пару засосов на плечах Вольского, будто таким образом отомстил за свои "метки", поднялся руками к бокам и поцеловал парня, ощущая, как тот ускорился, не в силах больше терпеть. Стас громко простонал сквозь поцелуй и прижался к Леше, ощущая, как Дымов мелко задрожал и кончил в руку парня, по инерции еще двигаясь бедрами навстречу. Вольский пару раз провел вверх-вниз, слегка сжимая для более сильного ощущения, и излился следом с протяжным "су-ука".

***

– Бля-я, счетчик за воду, чувствую, придет с кругленькой суммой, – протянул Стас и улегся рядом с Лешой. В ванной они просидели еще минут тридцать, смывая остатки спермы и иногда лениво целуясь, а когда вышли, то с обоюдным согласием решили оставить просмотр сериала на завтра. Дымов тихо посмеялся, наблюдая за причитаниями парня, а когда тот оказался рядом, сразу же сгреб в крепкие объятия. Остатки стеснения, казалось, смылись вместе с водой в слив, поэтому сейчас Леша чувствовал себя расслабленным и счастливым. – Но оно того стоило, – добавил Стас и улыбнулся, укладываясь поудобнее. – Я бы, конечно, с удовольствие трахнул тебя как следует, но у нас еще будет время опробовать все самое интересное. – Это намек на предложение встречаться? Вольский привстал и посмотрел на Лешу, который смеялся, положив одну руку на лоб. Вот ведь балбес какой. – Нет конечно, я просто затащил тебя потрахаться у себя в ванной, – поерничал Стас и несильно шлепнул парня по животу. – Это, блять, не намек, это факт. – Хей! Я сейчас передумаю, соглашаться или нет. Дымов уложил Вольского на спину, а сам навалился сверху, будто при помощи объятий мог стать с парнем одним целым. – Срань господня, слезь с меня, ты тяжелый! – прокряхтел Стас и шлепнул друга по плечу, но тот лишь рассмеялся и принялся расцеловывать его лицо. – Леха, псина ты сутулая! Вольскому все же удалось вырваться из натиска чужого тела, и теперь, головой лежа на груди Леши, держал его за руку, мягко поглаживая костяшки. Сейчас он не боялся показаться сопливым романтиком, не нервничал, что Дымов лишь посмеется над чувствами парня; он уверен – Леша будет шутить про любовь Стаса ко всему ванильно-сопливому, но никогда не сделает это со зла, чтобы поиздеваться. Дымов принимает Вольского любым, и это заставляет влюбляться лишь сильнее. – Стас. – М? – Отпразднуешь Новый Год с нами? Моим родителям ты, правда, не сразу понравишься с твоей-то страстью к матам, но все же. Вольский поднял голову, в который раз любуясь серыми глазами Леши, и легко чмокнул парня в губы. – Хорошо, конфетка. Но только если потом ты трахнешь меня с мишурой на шее. – Блять, ну весь настрой испортил! – наигранно зло ответил Дымов. Леша готов терпеть все идиотские шутки Стаса, потому что его не поддельный, не наигранный для других смех и искреннее счастье этого стоили. Стас готов пропускать мимо себя замашки современного аристократа, чтобы наслаждаться легкими поцелуями и видеть горящий взгляд полюбившихся серых глаз. И праздновать парни будут вместе, ведь не зря говорят, что как Новый Год встретишь, так его и проведешь, верно?