Равновесие

Гермиона вцепилась в руку Драко, стараясь не потерять равновесие. В какой-то момент ей показалось, что они сейчас упадут на мокрый асфальт, но Малфой сумел удержаться на ногах, прижав её к себе. Вечерний Лондон встретил их мелким моросящим дождиком. После жаркого побережья Франции это ощущалось некомфортно, и Гермиона поёжилась, осознав, что её летнее платье слишком лёгкое для прохладной погоды. — Драко! — вдруг взволновано сказала она. — Мы же оставили наш багаж в гостинице!.. Малфой чуть вздрогнул от её возгласа. — Ты меня пугаешь! — шутливо произнёс он. — Так вскрикнула, что я подумал, что за мной возник дементор, не меньше. У тебя там было что-то ценное? — Нет, но там мои вещи, которые я хотела бы вернуть. — Давай разберёмся с этим завтра. Я отправлю туда сову, они пришлют нам наш багаж. Гермиона согласно кивнула, и они вышли на пустынную улицу. Был уже десятый час вечера этого бесконечно длинного дня. Они быстро двигались по направлению к Министерству. — Какой у тебя план? — Гермиона пыталась взять себя в руки, происходящее выбило её из колеи. Сегодня она чуть не расплакалась, как маленькая девочка. Но уверенность Малфоя оказалась заразительной. То, как он сказал, что если она хочет, то медальон будет у неё, вызвало прилив надежды. Только лишь вчера он шептал ей, что никогда не обещает того, чего не может выполнить. И его решительность передавалась ей, хотелось довериться и положиться на него. Это пугало, но в свете последних событий, выбора у неё не было. Если Малфой… поможет ей в этом деле, она готова была признать, что это будет поступком, показывающим его серьёзность. Она бросится ему на шею и найдёт для него время в своём плотном расписании. Что будет, если эта затея не увенчается успехом, думать не хотелось. Даже мысли такие она гнала прочь. — Для начала нам нужно имитировать передачу медальона в хранилище Министерства. Иначе паника будет обеспечена уже завтра с утра, как и лишнее внимание к нам. Заодно изобразим и наше прибытие в Лондон несколькими часами ранее. Чтобы не возникло вопросов. Мы это сделаем в Аврорате, туда направляются данные о перемещениях. Там же мы подделаем бумаги, что передали на хранение медальон. Затем мы отправимся к Теодору Нотту. — Зачем? — Он вращается в этих кругах аукционов, антиквариата, знает всех и вся. Наверняка, узнает перекупщика по воспоминаниям Буржуа. — Он поделился своим воспоминанием? — Гермиона постаралась, чтобы в её тоне прозвучало как можно меньше удивления. — Да, пока ты страдала у окна, я выпытал у него всё, что он знает. — При этих словах выражение лица Гермионы стало неприступным. Малфой искоса взглянул на нее и продолжил: — Хотя, признаться, информации у него действительно немного. Клиент приходит, покупает интересующие его вещи — больше антиквара не интересует ничего. Впереди показалось величественное здание Министерства. Гермиона обдумывала то, что сказал ей Драко. — Предлагаю отправить патронуса Гарри Поттеру, он поможет нам с документами. Драко повернулся к ней: — Хмм, — протянул он, — это может всё упростить. Мне нравится эта идея. Пока Гермиона отправляла Поттеру сообщение с патронусом, чтобы он прибыл в Аврорат как можно быстрее, Драко не мог сдержать смешка. Ему доставляла удовольствие вся эта ситуация. Он ни минуты не сомневался, что они добудут медальон, хотя, наверняка, придётся попотеть и немного потратиться. Но Грейнджер того стоит, уверенно думал он, когда они входили в Министерство с чёрного входа, к которому был доступ только аврорам. Драко всегда подозревал, что Гермиона законопослушная только когда ей это выгодно, и не мог не признаться, что это невероятно заводит. Нарушать правила с ней — это был особый вид удовольствия. Поттер такой же, Малфой в этом ни минуты не сомневался. Поэтому, легко посмеиваясь и прикидывая, удастся ли задуманное, Малфой с Грейнджер шёл по пустынным в воскресный вечер коридорам Министерства. Для Гермионы это не было чем-то необычным. По воскресеньям она часто заглядывала на работу поздним вечером, чтобы разобрать дела и выстроить график своих мероприятий на будущую неделю. Так что она не боялась кого-то встретить, когда шла по направлению к Аврорату с Драко. Его ладонь сжала её руку, переплетая пальцы. Гермиона дёрнулась, высвобождаясь, и Драко приподнял брови. — Я ещё не забыла, что ты влез ко мне в голову без разрешения, — бросила она, устремляясь вперёд. — То есть, я не прощён? — Нагнал он её. — Нет. — Может, я попробую заслужить прощение? Или заставить тебя забыть об этом? — Премного благодарна, но нет, — с сарказмом ответила она, даже не глядя в его сторону. — Твои способности легилимента по-прежнему вызывают у меня сомнения, боюсь, как бы ты не стёр лишнего. — А я не об этом сейчас. — И о чём же? — Она наконец повернулась к нему, потому что они уже были перед дверью кабинета Гарри. — У меня есть ещё один способ, — таинственно произнёс Малфой, медленно надвигаясь на неё, используя для отвлечения манёвра свой гипнотический взгляд. Без предупреждения Драко схватил её запястья, заставляя Гермиону попятиться под его напором, пока её спина не соприкоснулась с прохладным камнем. Он прижал её руки чуть выше головы к стене и резко накрыл её губы своими, втягивая в глубокий и настойчивый поцелуй. Он прижимался к ней всем телом, и Гермиона обречённо закрыла глаза. Кого она обманывает, в самом-то деле? Себя? Ей нравится целоваться с ним, ей нравится весь Драко Малфой: от его иронической усмешки до таких вот неожиданно-жарких поцелуев. Можно было возбудиться до дрожи в коленках от одних его умелых прикосновений, так, как он это делал с ней сейчас, просто прижимая к стене и страстно терзая её губы. — Скажи, что простила… — Оторвался он от неё, оставляя дорожку мелких поцелуев до мочки уха. — Я умею просить прощения. — Спорное утверждение, — выдохнула Гермиона, стараясь не потерять контроль над своим телом и ситуацией. — Нет? — Он слегка прикусил нежную кожу шеи в том месте, где билась жилка, выдавая её напряжение. Гермиона не могла больше противиться этим ощущениям, накрывавшим её с головой, и тихий стон сорвался с её губ, прозвучав неожиданно громко в пустом коридоре. — Скажи, что я прощён, — тут же отозвался Малфой. И в его тоне было слышно такое самодовольство, что Гермиона фыркнула. Он отпустил её руки, стиснув в объятиях, а она, обхватив его лицо ладонями, притянула к себе для поцелуя. В последний момент Драко замер и снова прошептал: — Скажи… — Да, да, — перебила она его и нетерпеливо подалась вперёд, закрывая глаза и врываясь в его рот языком. Пальцы скользнули в его волосы, легко перебирая их, приводя идеальную прическу в беспорядок. Драко намеренно дал ей вести поцелуй какое-то время, но его выдержки надолго не хватило. С тихим рычанием он перехватил инициативу, напирая, целуя её жарко и требовательно, так, что можно было забыть обо всём на свете, находясь во власти его наглых рук и горячих губ. Всегда прохладный воздух Министерства словно раскалился, и Гермиона вжималась в Драко сильнее, подхватывая каждое его движение, получая подлинное наслаждение от происходящего и ощущая, что этого, внезапно, было мало. Ей показалось, что раздался какой-то тихий звук, и она открыла глаза, скосив их в сторону. За плечом Малфоя стоял Гарри Поттер и с отвисшей челюстью смотрел на них. Гермиона замычала в поцелуй, отталкивая Малфоя. А он, как будто не ожидал иного, быстро скользнул по её лицу победным взглядом, и нарочито небрежно повернулся. — Доброго вечера, Поттер. Гарри очнулся от шока, и его глаза бегали туда-сюда: от Гермионы, которая уже приобрела независимый и уверенный вид, на Драко, который самодовольно улыбался уголком губ. Его светлые волосы были взъерошены, а на шее Гермионы явственно проступали красные пятна, которые перекликались с цветом её скул. Поттер прочистил горло, всё ещё не зная, что сказать. — Охренеть, — выдавил он наконец, так и не придумав ничего более ёмкого. — Как мило что ты пришёл так скоро, — учтиво проговорил Драко, легко приобнимая Гермиону за спину и делая шаг вперёд. Поттер беспомощно посторонился, впуская неожиданных гостей в свой кабинет. Указав им на места для посетителей, он на автомате опустился в кресло, растерянно глядя на то, как Малфой заботливо придвигает стул для Гермионы, и она с непроницаемым лицом усаживается, глядя Гарри в глаза и ничуть не смущаясь. Когда же это было? Неделю назад или чуть больше? Он провожал их в командировку в Перу, и они едва удостаивали друг друга взглядами. Теперь же от этой парочки явно шли флюиды чего-то неуловимо единого. Точно они понимали друг друга с полуслова. Её мимолётный взгляд, брошенный на Малфоя, его ответный многозначительный кивок. Поттер заморгал, опасаясь, не подводит ли его зрение. — Подождите… — Он сжал переносицу пальцами и ясным взором посмотрел на них. — Вы… э-ээ… серьёзно? — Более, чем, — ухмыльнулся Драко, к неудовольствию Гермионы, высказывать которое она не стала. Он взял её руку и невозмутимо поднёс к губам, оставив лёгкий поцелуй на тыльной стороне ладони. Поттер сглотнул. «Ох уж этот позёр, — мелькнуло у него в голове. — Не терял времени даром». — Поттер, — посерьёзнел тем временем Малфой. — Мы к тебе по делу. Нужно, чтобы в документах значилось, что сегодня после полудня мы сдали некий артефакт в хранилище. — Вы с ума сошли! — Гарри воззрился на них со страхом. — Вы знаете, чем это грозит?.. — Не драматизируй, — возвёл глаза к потолку Драко. — Мы никого не убили и даже не присвоили ничего чужого. Максимум, выговор. С должности тебя никто не снимет. Где, скажи на милость, найдут ещё одного избранного для поста главы Аврората?.. В самом крайнем случае, вали всё на меня. Но никто ни о чём не узнает. Гарри с волнением бросил взгляд на Гермиону, сразу догадавшись, что всё это значит. Плохо дело. Но Гермиона сидела с непроницаемым лицом. — Гарри, это серьёзно. Я не хочу объяснять, что случилось, просто поверь — мне это очень нужно. Ничего противозаконного… — Она бросила предостерегающий взгляд на фыркнувшего от смеха Драко. — Сделай это, пожалуйста! — Хорошо, — окончательно капитулировал главный аврор, и достал папку, в которой с тяжёлым вздохом сделал нужную пометку, заверив запись своей палочкой. — Устраивает? — Да, Поттер, более чем! — весело отозвался Малфой, внимательно следивший за его действиями. —Теперь нужно зафиксировать, что портключ был использован незадолго до этой записи. На столе оказался свёрток с использованным портключом. — Гермиона!.. — Гарри встревоженно перевёл взгляд на неё, ища поддержки. — Что произошло? Вы решили поразвлечься и не явились вовремя? Мерлином клянусь, министр не будет вас за это отчитывать!.. Она поджала губы и медленно заговорила: — Непредсказуемая цепочка событий, которая в результате привела к коллапсу. Мы пытаемся это исправить, Гарри. — Они с Драко переглянулись, и он ободряюще кивнул ей. Поттер снова посмотрел на сидящих перед ним Грейнджер и Малфоя. Эта парочка вызывала недоумение, но Гарри не мог отделаться от мысли, что они… подходят друг другу?.. Тон Гермионы, которым она говорила, её решительный вид давал ему понять, что тут не время для шуток. Он ещё раз посмотрел на их непроницаемые лица. Нет, они не расскажут ему ничего сейчас. Впрочем, рядом с Гермионой Малфой, а на него можно положиться. Что бы ни случилось у них, Драко не допустит, чтоб с ней случилось что-то плохое, он слишком хороший аврор, а Гермиона слишком ценный сотрудник Министерства. Гарри, нахмурившись, выдвинул ящик стола, достал внушительную папку регистрации прибывших через портключ работников Министерства. Найдя нужную запись, он направил на неё палочку и пошептал что-то. Запись медленно переместилась выше, на полдень этого дня. Он поднял на них глаза. — Что-то ещё? — Красноречиво посмотрел он на них. — Незарегистрированные портключи? Тёмные артефакты?.. Разрешение на использование запрещенных заклятий? — он не удержался от иронии. — Нет, спасибо, может, в следующий раз. — Одарил его лучезарной улыбкой Малфой. — Хотя, если у тебя в арсенале имеется маховик времени, я не откажусь… Я пошутил, пошутил! — Увидел он выражение лица главного аврора и протянул руку для прощания. — Спасибо, Поттер. Я перед тобой в долгу. — Не за что. Если нужна будет помощь, обращайтесь, — пробурчал Гарри, меланхолично наблюдая за тем, как галантно Малфой открывает перед Гермионой дверь, пропуская её вперёд, как его пальцы легко касаются её талии. — Эй, вы, двое! — окликнул он, и они замерли на пороге, обернувшись. — Мы с Джинни будем ждать вас во вторник к ужину. Отказ не принимается. И эта парочка переглянулась заговорщическим взглядом и улыбнулась друг другу. Гарри проводил их глазами и, когда захлопнулась дверь, не смог сдержать истерического смеха: он только что нарушил закон ради сумасшедших, которые явились поздно вечером выходного дня в Аврорат, явно пытаясь исправить то, что натворили. Взгляд Гарри упал на воскресный выпуск Пророка, заголовок которого кричал, что уже во вторник утром будет открыт ларец Мерлина, и представители семи стран прибудут в Лондон контролировать происходящее. Имя первого помощника министра упоминалось чуть не в каждом предложении, и волнение неприятным холодком прошлось по позвоночнику Гарри. Он тяжело вздохнул и встал, намереваясь отправиться домой. Он очень надеялся, что Гермиона знает, что делает. Успокаивало лишь то, что с ней один из лучших авроров его подразделения, и этот тандем мог свернуть горы. Так, во всяком случае, казалось Поттеру, который задумчиво шёл по пустым коридорам, молясь Мерлину, чтобы у них всё получилось.

***

— Теперь мы отправимся к Нотту? — взволнованно спросила Гермиона, когда они быстро шли к каминам в Атриуме. Драко держал её за руку, и она не стала на этот раз её отнимать. — Да. — Жизнерадостный вид Малфоя нервировал, самой Гермионе было не до веселья. — Как удачно мы получили приглашение на ужин, не находишь? — Держу пари, ты рассчитывал на такой исход событий. — Вышло даже лучше, чем я планировал! — отозвался Драко, останавливаясь перед камином. — Я так рада, что ты веселишься! Между тем, напоминаю, что мы не знаем, где находится медальон, у кого он, и вообще не имеем ни малейшего представления, как его достать… Нарушили кучу правил, уговорили Гарри исправить документы… Он развернулся к ней, удивлённо подняв брови. — Но это же было твоё решение, вспомни! Я предлагал поставить министра в известность и действовать официально. Но теперь назад хода нет: на твоём счету сорванная миссия, нелегальный портключ, подделка документов и, клянусь Салазаром, это не последнее, что нас ждёт! — Да, именно так, я не отказываюсь от этого, — говоря это, она прямо посмотрела на него. — Но я бы хотела большей собранности и серьёзности от тебя. — О! Всенепременно! — отозвался он, принимая самый серьёзный вид, не пытаясь, впрочем, скрыть, что это напускное. — Кстати. Если хочешь, можешь отправиться домой. Как только у меня будут новости, я свяжусь с тобой… — Нет, — Гермиона решительно отмела предложение. — Я не могу сидеть дома, ожидая от тебя информации. — Почему ты не можешь сказать, что просто волнуешься за меня? Гермиона не успела ничего ответить, как Драко кинул горсть пепла под ноги и назвал адрес. Она закашлялась, когда развеялся дым и переступила каминную решётку, оглядевшись вокруг. Их взору предстала идиллическая картина: напротив камина стоял огромный кожаный диван, на котором сидела Пэнси Паркинсон, утопая в подушках, а Теодор Нотт возлежал тут же, вытянув ноги и положив голову ей на колени. Рука Пэнси нежно перебирала завитки волос Тео, и оба с превеликим любопытством смотрели на поздних гостей. На низком столике у дивана стояла бутылка эльфийского вина, два бокала на высоких тонких ножках и маленькая тарелочка с канапе. — Пэнси, ты видишь то же что и я? Или вино было с галлюциногенным эффектом? — лениво протянул Тео, не меняя позы. — Да, Теодор, твои глаза не обманывают тебя, — отозвался Драко, усаживая Гермиону в кресло и опускаясь напротив. — Представлять вас друг другу, думаю, необходимости нет, школьные годы оставили неизгладимое впечатление у всех присутствующих. Ограничимся взаимными приветствиями. — Ну привет! — Нотт принял вертикальное положение, спустив ноги с дивана. С лёгкой ухмылкой он разглядывал своих гостей. — Что же привело вас в нашу обитель? Отчего-то мне кажется, что отнюдь не желание отужинать в компании друзей чудесным воскресным вечером. — Почему же… — Делано небрежно Драко протянул руку и подхватил канапе с тарелочки. — От хорошего ужина я бы не отказался. Как и от бокала-другого огневиски. Теодор острым взглядом прошёлся по Гермионе, которая со спокойным видом сидела в кресле, как будто не было ничего необычного в том, что она оказалась у него в особняке, в столь поздний час, да ещё и в компании Малфоя. И только иногда появлявшееся напряжение в глазах, да слегка поджатые губы говорили о том, что это спокойствие напускное. — Принцесса, — обратился он к Пэнси, — не могла бы ты распорядиться, чтобы накрыли ужин в большой столовой? — Хорошо. — Пэнси настороженно смотрела на Гермиону. — Только почему в большой, мне кажется, в малой было бы уютнее… — Большим гостям — большие помещения, — ответил Нотт. — А мы с Драко отойдём ко мне в кабинет, для приватной беседы. Возможно, выпьем по бокальчику огневиски… Вы не возражаете, мисс Грейнджер? — О, прошу, Теодор, оставь этот официоз, — поморщилась Гермиона. Посмеиваясь, Тео кивком пригласил за собой Драко. Он поднялся, подошёл к Гермионе, наклонился и прошептал: — Я скоро вернусь. Всё будет в порядке. Гермиона кивнула, стараясь держать маску бесстрастности. Паркинсон убежала куда-то в темноту дома, очевидно, давать эльфам распоряжение об ужине. Драко с Теодором поднялись по мраморной лестнице на второй этаж. Стоило Малфою закрыть за собой дверь, как он угодил под прицел любопытного взгляда Тео, который жаждал подробностей. Драко самодовольно подумал: нет уж, Нотт останется ни с чем, сейчас не до обсуждения его отношений с Грейнджер, от слова совсем. Поэтому, без лишних объяснений, он перешёл сразу к делу, отметая навязчивые вопросы и подшучивания. Впрочем, Теодор быстро стал серьёзным, когда узнал, что от него требуется. Он с волнением уставился на Драко и спросил лишь: — Медальон?.. Малфой едва заметно наклонил голову, удерживая взгляд. — Да-а, дела… — Теодор сделал большой глоток огневиски, переваривая то немногое, что ему рассказал Драко. Этого, впрочем, хватило, чтобы понять, что медальон исчез и оказался в руках у перекупщика. И теперь эти двое спелись, и вместо того, чтобы покаяться перед министром и получить карт-бланш на все действия, пытаются заполучить упущенное своими силами. Тео подумал было озвучить эти здравые мысли, но увидев выражение лица Малфоя, передумал. Очевидно, он играет в мушкетёра, который привезёт подвески французской королеве за пять минут до краха её репутации. А призом в этой гонке будет сердце Грейнджер. Он всегда подозревал в Драко склонность к рыцарству, просто случая проявить не находилось. Это так умилило Тео, что он едва сдержал ухмылку, которая, впрочем, быстро погасла под тяжёлым взглядом друга. — Заканчивай пить огневиски, мне нужно твоё чистое сознание, — произнёс тем временем Малфой, и Тео торопливо отставил бокал. Если тут понадобится легилименция, то ясный разум ему не помешает. — Имей в виду, воспоминание чужое, я передам его настолько чётко, насколько получится, — инструктировал тем временем Драко, усаживаясь напротив и готовясь провести сеанс. — Но ты тоже должен мне помочь уловить всё, что получится. Это очень серьёзно. Теодор согласно кивнул и посмотрел в серые глаза напротив. Малфой легко вторгся в его сознание, и хотя это вызвало неприятные ощущения, Нотт постарался сконцентрироваться. Он смотрел размытое воспоминание, стараясь не упустить ни малейшей зацепки. Через омут памяти получилось бы яснее, но он понимал, что доступа у них к нему не было. Поэтому необходима была огромная сосредоточенность, как со стороны легилимента, так и со стороны того, кто воспоминание смотрит. Всё закончилось резко, и Малфой покинул сознание Тео. Виски прострелила тупая боль, и он сморщился. — Мог бы выйти из моей головы аккуратнее! — недовольно сказал Тео, призывая бокал с огневиски. — Мог бы меньше пить, тогда это не было бы для тебя столь болезненно, — отозвался Драко. — Итак?.. Тео усмирял дыхание и боролся с лёгким головокружением. — Я знаю, кто это.

***

Гермиона сидела в полумраке гостиной Нотта в одиночестве. Она вдруг поняла, что действительно проголодалась. Они не ели ничего с полудня, когда были на вокзале. Если не считать того, что Драко устроил представление с поеданием устриц у Жюли. Адреналин и переживания притупили чувство голода, но сейчас, немного расслабившись, Гермиона ощутила зверский голод и невольно подумала, что хорошо, что у Теодора есть эльфы. Честно говоря, она сомневалась в том, что Паркинсон может приготовить что-то съедобное. И принять душ было бы неплохо. Её платье, хоть и освежалось, и разглаживалось чарами, всё равно выглядело не так идеально, как хотелось бы. — Ужин будет подан через десять минут. — Гермиона подняла глаза и обнаружила, что Пэнси уселась на диван, подобрав под себя ноги. — Спасибо, — только и сказала Гермиона, не зная, что можно ещё ответить. Они буравили друг друга взглядами несколько мгновений, прежде чем Паркинсон прочистила горло и непринуждённо заговорила: — Я читала твоё интервью в Пророке на прошлой неделе. Отличная статья! И колдофото получилось очень милое. Гермиона с лёгкой иронией смотрела на Пэнси. Было понятно, что она собирается поддерживать светский разговор ни о чём, а воспитание и пиетет не позволит ей задать вопросы, которые её действительно интересуют. Впрочем, Гермионе не было до этого ни малейшего дела. — Не утруждай себя разговорами, Пэнси, — резковато сказала Гермиона. — Тебе совсем не обязательно болтать со мной, если не хочется. Паркинсон внезапно рассмеялась. Гермиона внимательно на неё посмотрела. — На самом деле, хочется. Знаешь ли, не каждый день Драко Малфой приводит к нам девушек… Да ещё и первых помощников министра. — В самом деле? — Гермиона притворилась удивлённой. К своему неудовольствию, удивление было подлинным. — Ну конечно, — Пэнси наклонилась к низкому столику, взяв бокал с вином, и сделала глоток, внимательно смотря на Гермиону. — Не пойми меня неправильно… Драко не ангел и вниманием девушек никогда обделён не был, не испытывая при этом никаких моральных терзаний, используя то, что они ему самостоятельно предлагают. Но, он никогда не приводил никого к нам. — Мы здесь по делу, — резонно заметила Гермиона. — О да, — усмехнулась она, пригубив вино снова, — и поэтому он так на тебя смотрит и шепчет что-то на ушко, прежде чем покинуть на пятнадцать минут. — Пэнси, мы действительно тут не для развлечения. Паркинсон устроилась поудобнее в подушках. Её расслабленный вид сытой кошки неожиданно вызвал у Гермионы симпатию. От Паркинсон просто веяло уверенностью в себе. Но вместе с этим, она выглядела живой и не скрывала своих эмоций. Чувственность ощущалась в ней, и она не скрывала её за масками бесстрастности, как Гермиона. — Не буду с тобой спорить, — Паркинсон пожала плечами. Раздался шум, и они одновременно подняли головы. Со второго этажа спускались Драко и Тео. Гермиона вонзилась в лицо Малфоя пронзительным взглядом, но он намеренно не смотрел на неё, любезно принимая приглашение Паркинсон пройти в столовую, где уже был подан ужин. Драко неспешно подошел к ней, протянул руку, чтобы помочь встать с кресла. Гермиона лихорадочно искала что-то обнадеживающее в его лице, но он играл её же методами: бесстрастно смотрел, не выдавая эмоций. Не выдержав, она тихо спросила: — Выяснили что-нибудь? Его глаза блеснули, и он наклонился к ней, дождавшись, пока хозяева уйдут далеко вперёд. — Поцелуешь, скажу. И затрясся от смеха, уворачиваясь от её руки. — Всё шутки шутишь, да? — зашипела она. — Моя карьера висит на волоске, а ты шутишь?.. — Ладно, успокойся. Теодор узнал перекупщика, и мы послали ему сову с просьбой назначить в ближайшее время встречу. — Отлично, — ровным тоном произнесла Гермиона, запоздало раскаиваясь в своей вспышке гнева. Драко приостановился перед дверью в столовую, пропуская её вперед, быстро прошептал на ухо: — Моё условие выполнишь позже. Гермиона удержалась, чтобы не закатить глаза. Драко Малфой в любой ситуации умудряется найти повод для поцелуев. Нельзя сказать, что ей это не нравится. Но волнение сковывало её чувства, и она всё больше и больше замыкалась, раздумывая о том, почему не прилетает сова с ответом. Они ужинали в непринужденной обстановке, и Гермиона признавала, что ей нравилась компания Теодора и Пэнси. Они поддерживали дружелюбную беседу, много шутили и Тео рассказывал о своих бравых подвигах, не забывая при этом упомянуть Драко. Тот не оставался в долгу, и все покатывались от хохота, слушая рассказы об аврорских приключениях. Бокалы снова наполнились вином, а нервозность Гермионы зашкаливала, хотя внешне она оставалась спокойной. Драко почувствовал её состояние и взял её руку в свою, переплетая их пальцы. Она посмотрела на него выжидающим взглядом, но ладонь не отняла. Внезапно раздался шелест крыльев, и в открытое окно влетела взъерошенная сова. Гермиону как подкинуло на месте. На лапке птицы виднелась записка, и она непроизвольно сжала пальцы Драко. Теодор отцепил записку и отлевитировал её к Малфою. Гермиона уже не могла больше оставаться безучастной и придвинулась ближе к нему, в ожидании новостей. Драко развернул послание, и его глаза забегали по строчкам. Через целую вечность он перевёл глаза на неё и произнес: — Встреча назначена на четыре часа вечера завтрашнего дня.