Крик Феникса

      — Омега.       — Да?       — Лучше уходи, это может быть опасно.       — Ты не сможешь ее вылечить. Тьма не лечит.       — И ты все еще веришь, что я — тьма? — грустно усмехнулся Валтор, склонив голову над умирающей Блум. Сердце ее почти не билось, она едва дышала. — Я столько раз переродился, столько повидал...       — Столько людей убил, — продолжила за него Омега, хоть ее слова не были тем, что хотел сказать мужчина.       — Мне стоит попытаться. Если у нее пророчество — убить меня любой ценой, раз и навсегда, то она не может просто взять и умереть. Но просто так она не воскреснет, мне надо приложить усилия, чтобы вытащить ее. Поверь, я знаю, как прекрасно чувствовать свою собственную смерть. Становится безумно легко, словно падает гора с плеч, но... Увы, после смерти я остаюсь жив, моя сущность, бестелесная, безликая, невидимая для других, она жива, а я вместе с ней. — Валтор хрипло выдохнул. Омега подошла сзади и положила руку ему на плечо. — Она должна меня убить.       — У тебя получится. Так должно быть, — сказала она и, развернувшись, ушла прочь, прикрыв за собой дверь.       Делать то, что ты никогда не делал? Каково это? Это странно. Ты безумно радуешься, когда у тебя получается, и ненавидишь то, что делаешь, когда терпишь неудачу. Но здесь нельзя просто так взять и проиграть. Тут нет права на ошибку. Одна попытка для того, чтобы вылечить какую-то рану, ха. Она не заколдована, это просто большая глубокая рана. И, может, целители помогли бы, может, спасла бы развитая медицина Магикса, но сейчас было слишком поздно, чтобы полагаться на других. Блум нельзя отвезти в лечебницу, нельзя позвать лекаря, уже ничего нельзя. Поздно.       Валтор скинул с себя плащ, стянул перчатки и бросил их на пол подле себя. Также он снял пояс с ножнами, в которых покоился меч Оритела, и отложил его. Маг вновь положил руки Блум на бок. Светлая магия. Золотой поток полился на пропитанную кровью повязку. Валтору использовать светлую магию, как Фарагонде — темную: это противоестественно. Но лишь огонь может лечить, светлый огонь.       Вдох. Выдох.       Дыхание ровное, размеренное, глубокий вдох, резкий выдох. Нужен воздух.       Бам. Бам.       Забилось сердце, громко, ритмично. О, этот живой ритм, который так и кричит: «Жива, она жива!»       Прерывистый мужской вздох. Валтор уронил голову на край кровати. Подумать только, у него получилось. В принципе, другого он не ожидал. Все вышло бы удачно при любом раскладе, потому что так должно быть.       Блум еле разлепила глаза и села на кровати.       — Поздравляю, — холодно проговорил Валтор, поднимая голову, — ты чуть не умерла по собственной глупости. Теперь можешь поблагодарить меня.       — Спасибо, — тем же прохладным тоном ответила мужчине Блум и бессильно упала на кровать, зажмурившись, закрыв глаза руками. Она чувствовала спасение в своей смерти, она была так близка к ней, к покою, но... — Это чертово пророчество! — громко крикнула она, взяв подушку и кинув ее в другой конец комнаты. Вновь сев на кровати, она согнулась, прижав колени к себе и, закрыв лицо руками, начала рыдать. Громко, во весь голос, несмотря на боль от слез, которые текли по ее щекам.       Валтор все еще сидел на полу, не двигаясь с места. Он не был удивлен ее реакции. Она была так близка к вечному сну, к вечному покою... Мужчина протянул Блум ладонь, и на ней появилась деревянная чаша, наполненная настойкой из смеси трав. Блум безумно хотелось опрокинуть ее, выплеснуть всю ярость так, как выплеснулась бы жидкость. Всю эту злость на себя, на Валтора, на пророчество, которое Блум возненавидела за все время, пока о нем говорили все, кому не лень.       Девушка подняла голову и, вопреки своему ожиданию, дрожащими руками взяла чашу. Она прижалась к ней губами и начала пить, словно в последний раз, или даже словно эта настойка могла избавить ее от пророчества. Да, это то, чего Блум желала всем сердцем. Закончить это все. Допив, она бросила чашку о стену. Деревянная посудина раскололась. Девушка обняла колени и перестала рыдать — она только содрогалась от своего прерывистого дыхания, такого, который бывает после долгого плача.       — Успокоилась? — спросил Валтор, пытаясь посмотреть Блум в лицо. Это не получалось, потому что ее рыжие волосы закрывали обзор и мешали посмотреть ей в глаза, чтобы по-настоящему узнать, что она сейчас чувствовала.       — Относительно, — буркнула она и, свернувшись калачиком, перевернулась на левый бок спиной к Валтору. Нащупав одеяло под собой, она подтянула его, немного заерзав, и накрыла себя им, показывая, что сейчас на разговор не настроена.       Валтор встал, поднял свои вещи и ушел, оставив Блум в одиночестве. Она была готова снова разреветься. Без причины, просто чтобы на душе стало хоть немного легче, но благодаря настойке, что она выпила, слезы не лезли в глаза. Надо будет спросить у Валтора рецепт и носить флягу с этой жидкостью с собой, на всякий пожарный. Блум было странно осознавать, что у нее есть какие-то психические отклонения, но это было совсем не удивительно. Девушка зажмурилась и протерла веки. Она встала и, несмотря на свой вид, направилась в свою комнату. Точнее, в комнату Дафны. Почему она до сих пор не вернулась к себе? Ей просто не хотелось. Взъерошенная, запачканная, с пылью и глиной в волосах, обмотанная окровавленными бинтами, она шла, не замечая редких слуг, испуганно косящихся на нее.       Блум дошла до комнаты, размоталась, вскинув окровавленные тряпки в воздух, где они испарились, стянула кожаные штаны, швырнув их на кровать, и зашла в ванную комнату. Раздевшись там окончательно, она пустила горячую воду и, вздохнув, опустилась в ванну. Девушка взяла мыло и начала намыливать тело, волосы, а потом смыла всю грязь, словно пыталась очиститься от всей той дряни, что с ней произошла. Посмотрев на левое плечо, Блум увидела небольшой шрам. На боку же шрамов не осталось. Спасибо Валтору за это.

***

      Светловолосый принц со своей свитой вышел из прилетевшего шаттла и направился к главному входу. Пройдя по коридору, он распахнул двери, ведущие в тронный зал. На троне никого не было, к удивлению принца. Зал был пуст, не считая стражей в темно-зеленых доспехах, стоящих за колоннами. Через зал бежала Омега, явно куда-то торопясь. Принц схватил ее за предплечье, остановив, и сдержанно спросил, шипя:       — Где ваш король?       — Вам что-то нужно? — спросила женщина, повернувшись к блондину лицом.       — Король Валтор, он в замке? — нетерпеливо повторил свой вопрос принц Эраклеона.       — Да, — спустя несколько секунд размышлений ответила Омега. — Что вам нужно от него?       — Я хочу попросить об аудиенции у короля. — Омега удивленно вскинула бровь и, недоверчиво посмотрев на мужчину, проговорила:       — Валтор не в состоянии принять вас сейчас, — Омега запнулась, не зная имени стоящего перед ней человека. — П-принц? — чуть заикаясь, спросила она.       — Да, я — Скай, принц Эраклеона. Наша планета ведет с Домино торговые дела, но я пришел сюда по другому вопросу.       — По какому же? — скрестив руки на груди, спросила женщина.       — По важному, — ответил принц, намекая, что об этом деле он хотел бы поговорить лично с Валтором и о нем не распространяться.       — Хорошо, — проговорила Омега. — Валтор встретит вас в своем кабинете. Будет лучше, если вы оставите свою стражу здесь вместе с вашим оружием, в качестве безопасности, разумеется.       — А кто позаботится о моей безопасности? — спросил мужчина, снимая пояс с мечом в ножнах.       — Ну, вы можете взять с собой одного человека, — ответила Омега, направившись к кабинету.       — Пошли, Диаспоро, — проговорил принц и направился за беловолосой женщиной. Блондинка в военной форме, так же, как и принц, сняла оружие и отдала его страже, что пришла вместе с ними, и направилась за Скаем.

***

      Спустя минуту Валтор пришел в кабинет и сел за стол, по пути натягивая перчатки. Он сложил руки на груди, откинувшись на спинку стула.       — Внимательно слушаю, — чуть раздраженно проговорил он, осмотрев Ская и Диаспоро оценивающим взглядом. Если это что-то по поводу Блум, Валтор позовет ее, и пусть разбирается сама. Но долго ждать не пришлось — дверь приоткрылась, и Блум зашла, встав в углу. Скай бросил на нее удивленный и недоверчивый взгляд, Диаспоро же усмехнулась, даже не посмотрев на нее. Отведя глаза от Блум, принц Эраклеона высокомерно посмотрел на Валтора.       — Валтор, ты обвиняешься в убийстве короля Оритела и королевы Марион, узурпации королевского трона Домино и похищении принцессы Дафны. Ты должен отправиться с нами и предстать перед судом Магикса.       — На каком основании? — спросила Блум, подходя ближе к принцу. — Магикса это не касается. — Скай скрипнул зубами и, шипя, повернул голову к Блум.       — Не вмешивайся в политику, — сквозь зубы процедил он.       — У меня есть на это право, — ответила ему девушка. — Я, если ты не забыл, все еще принцесса Домино, а ввиду отсутствия моей сестры я должна управлять планетой и королевством.       — Почему же ты не правишь? — сощурившись, спросил принц, скрестив руки на груди.       — Я отказалась от престолонаследия и не буду королевой никогда. А Валтор — доверенное лицо, регент при отсутствии Дафны.       — Доверенное лицо? Регент? — Скай усмехнулся, а затем вновь принял серьезный вид. — Дафна отсутствует, да? В плену, в этом же самом замке. Она, черт побери, находится в темнице этого замка! Какого черта?!       — Спокойно, принц Скай, — проговорила Диаспоро, положив ладони ему на плечи, — вам надо успокоиться.       — Да, ты стал слишком неуравновешенным, — согласилась Блум, и Скай дернулся, чтобы накинуться на нее в порыве ярости, но Диаспоро его остановила, вцепившись в его плечи и потянув назад. Валтор улыбался — спасибо, Блум, прекрасное представление. Похоже на то, как малыши играют в песочнице.       — Мы не за этим сюда пришли, — проговорила Диаспоро, отпуская принца.       — Да. — Скай утвердительно кивнул и протер глаза пальцами. — Договоры, контракты, документы, есть ли хоть что-нибудь, подтверждающее это?       — Нет, — сказал Валтор, прервав положительный ответ Блум. — Мое правление, в принципе, здесь никому не мешает. Люди живут тихо-мирно, восстаний нет, потому что меня боятся, народ Домино я обеспечиваю защитой — на города ставлю барьеры, даю стражу против нападок монстров.       — Ты — узурпатор, — возразил Скай.       — Кого это волнует? — беспечно спросила Блум. — Дафна жива, я жива — это дает некоторым людям надежду на благополучный конец, на скорое правление Дафны. Люди молчат, ждут, верят.       — Ты пользуешься этим? — сощурившись, покачал головой Скай.       — Сейчас иначе никак. Боже, Скай, да всему измерению надо наконец-таки вздохнуть с облегчением. Валтор не будет вечно королем, это я тебе обещаю.       — Пообещай это своему народу, а не мне. Народу, который уже не питает к тебе доверия.       — Почему бы мне не сказать, что я чудесным образом исправилась и готова вновь спасать мир? Не сомневайся, мне доверятся.       — Ты не посмеешь... — Блум и Скай смотрели друг на друга: Блум с насмешкой, а Скай с искренней ненавистью. Но в глазах принца загорелся огонек надежды.       — Покажи шею, — попросил он. Блум немного опешила от такой просьбы.       — З-зачем? — обеспокоенно спросила она, поправляя волосы, чтобы не было видно шеи. Блум... боялась?       — Знак Валтора, его видно на шее, ну, — объяснил Скай и с мольбой и надеждой в глазах посмотрел на Блум, искренне надеясь, что на ней есть знак Валтора и что достаточно пыльцы феи, чтобы все вернулось на круги своя. Валтор скептически посмотрел на принца и усмехнулся.       — Может, не надо? — отступая на шаг назад, промолвила Блум, прижимая ладони к шее.       — В таком случае этот вопрос не обсуждается. Ты заколдована, а Валтору грозит смертная казнь за узурпацию трона Домино.       Валтор прыснул от смеха. Блум осмотрела присутствующих испепеляющим взглядом и, гордо подняв голову, откинула волосы с шеи, вновь сложила руки на груди, поворачивая голову куда-то в сторону и закрывая глаза. На ее шее зияли темные пятна. Скай надеялся, что это синяки, но это были отнюдь не они. Валтор, опустив голову, пытался сдержать смешок от покрасневшего лица принца, но получалось у него плохо. Ревность в глазах Ская так и пылала, возмущению его не было предела. Он так и хотел крикнуть: «Кто посмел сделать это с моей невестой?!» Будущий король злобно покосился на Валтора и сжал ладони в кулаки. Перчатки, что были на них надеты, чуть не порвались от такого напора. Валтор, подняв голову и узрев гнев принца, больше не смог сдерживаться и, сквозь заливистый смех спросил:       — Неловкая ситуация, не правда ли, Блум? — Смех прекратился, но радостная ухмылка с лица Валтора не сползала. Скаю захотелось стереть ее к чертям несколькими ударами кулаком.       — У Эда это спроси.       Что делала Диаспоро в это время? Она уже заранее праздновала свою победу в борьбе за Ская и ухмылялась. Кто там хорошо смеется? Тот, кто смеется последним? Скай уже однозначно ее после такой выходки принцесски Домино. Принц относительно успокоился и подошел к Блум, взяв ее правую руку. Стянув с безымянного пальца обручальное кольцо, он отпустил ее руку и вновь повернулся к Валтору.       — Регент, значит, да? — спросил Скай. Валтор, все еще улыбаясь, кивнул. Принц сжал кольцо в кулаке. — Я все улажу по этому поводу. Но есть одно «но»: поставки Эраклеона уменьшатся, а цены повысятся.       — Даже почти справедливо, — проговорил Валтор, — и благоразумно. Мне нравится твой подход к политике, принц.       Маг встал из-за стола и пожал принцу руку. На этой счастливой ноте «аудиенция» закончилась. Скай невозмутимо вышел из кабинета, Диаспоро, покачивая бедрами, увильнула за ним, прижимаясь к нему плечом. Валтор проводил взглядом эту колоритную парочку. Не успел он закрыть дверь, как в комнату вошел Эдисон.       — Представляю, что было бы, если б этот парень знал, что я тот самый Эд, — брюнет улыбнулся, пытаясь немного разрядить обстановку.       — Угу, — буркнула Блум, поправляя волосы. Скай заставил ее покраснеть. От стыда. Стыда. Это вообще противоестественная эмоция для новой сущности Блум. — Мне надо встретиться с Дафни, — проговорила она, протягивая к Валтору ладонь. — Ключ, пожалуйста. — Маг щелкнул пальцами, и на ее ладони появился ключ. Сжав его в руке, она поспешно вышла из кабинета, направляясь в темницу. Валтор скептически посмотрел ей вслед, а затем его взгляд упал на Эда, направившего взор Блум в спину. Маг, вздохнув, снял перчатку с правой руки и треснул ей Эдисона по голове.       — За что?! — возмущенно отпрыгнув, спросил Эд и приложил к затылку ладонь.       — За то, что цены на поставки в Домино возросли. Не мог быть посдержаннее с Блум?       — Я не виноват, и вообще, ты меня с ней свел, это была твоя идея.       — Изначально ты должен был защищать ее от глупостей.       — Но сначала она меня соблазнила — а ты ведь знаешь, я падок на таких женщин — а потом чуть не убила.       — А потом свершилась твоя «маленькая» месть за это.       — Нет, я просто... Не мог себя контролировать, — смущенно опустил голову Эд.       — Теперь посмотри, во что это вылилось, — Валтор демонстративно раскинул руки. Эд бросил на него взгляд, вздохнул и закрыл лицо рукой. Маг успокаивающе похлопал друга по плечу. — Сам виноват.