Мальчик и Волк

      Целовался Вик именно так, как и представлял себе Тим — медленно и невыносимо нежно, но закончился этот поцелуй непростительно быстро. Тимка протестующе проскулил, когда Виктор, не убирая ладоней от его лица, уперся лбом в его лоб и прошептал:       — Моё место рядом с тобой.       Тимофей глупо хлопал ресницами, пытаясь не то чтобы восстановить дыхание, а вообще начать дышать, потому что лёгкие его никак не могли принять необходимую для вдоха порцию кислорода, застревавшего где-то в горле. Не веря, что всё это происходит с ним на самом деле, он, сделав таки вдох, прищурился и хрипло спросил:       — Только что это придумал? Чтобы меня в хижину не везти? Это жестоко, знаешь ли, — последние слова он буквально прошипел Вику в лицо, скидывая с себя его руки.       — Нет, что ты, маленький, — опешил тот, снова протягивая к нему свои ладони. — Я… давно уже понял на самом деле.       — Давно? — взвился Тим, снова отбивая его руки. — Давно, блядь?! — уже почти прокричал он и упёр руки в бока. — И когда же тебя посетило это гениальное озарение? — внутри всё забурлило от негодования.       — Ну… — Вик потер шею — верный признак того, что он нервничает, но Тим не собирался помогать ему и только гневно буравил его взглядом. — Если честно, когда в хижину тебя привёл, я уже тогда понял, что не смогу просто так тебя отпустить.       — Что?! — не на шутку разошёлся Тимка, с силой пихая Вика в грудь. — Ты, блядь, серьёзно?! Два месяца назад ты всё понял и ничего мне не говорил?!       Он ещё раз толкнул Виктора, и тот, сделав шаг назад, всплеснул руками:       — Я уже объяснял тебе, почему ничего не говорил. Ни тогда, в хижине, когда ты узнал, что я оборотень, ни потом. Ещё в пещере ты сказал, что собираешься вернуться в город, и я не хотел, чтобы ты ко мне привязывался!       — Какой нахуй город! Да никуда бы я от тебя уже не ушёл, придурок! — уже кричал Тим.       — Мог бы и сказать, откуда мне знать?!       — Сказать?! Как?! Как я мог сказать, когда ты ТАК рассказывал о своей жене, а? Да ты, сука, позавчера только кофточки её нюхал! — Тим ткнул пальцем в сторону шкафа, а перед глазами всплыла картина Вика, прижимающего к лицу блузку своей жены.       Виктор перевёл взгляд на шкаф, потом снова на Тимку.       — Ты видел? — взволнованно пробормотал он.       — Представь себе! — Тимофей сбавил обороты, но гнев внутри ещё бурлил, и он, нахмурившись, признался: — Шёл к тебе как раз, чтобы прояснить всё наконец, а ты стоял тут… — Тим махнул рукой, обводя комнату взглядом, — и… в общем… — окончательно сдувшись, он опустил голову и замолчал.       — Тимка, маленький, ты всё не так понял, — Вик осторожно приблизился к нему и взял за руки. — Я просто хотел проверить…       — Что проверить? — нетерпеливо перебил Тим, зыркнув на него исподлобья.       — Чувствую ли я ещё что-то к Лине, или нет.       — Ну и как? — Тимофей склонил голову набок и выжидающе смотрел на Виктора. Ярость ушла, и в душе осталась только надежда на то, что Вик выбирает его, а не верность своей умершей паре.       — Ничего не осталось, Тим, — Виктор пожал плечами. — Да, Лина, она навсегда останется в моей памяти, но сердце моё уже принадлежит тебе. Прости, но я не смогу отпустить тебя, и если ты всё-таки решишь уйти, я просто пойду за тобой.       Тим, замерев, слушал признание Вика. Какие же они оба идиоты. Слепые идиоты, напридумавшие себе друг о друге невесть что. Тим боялся прошлого Вика, а Вик — Тимкиного будущего.       — Пафосный засранец, — фыркнул Тимка, закатив глаза, а сам умирал внутри, прислушиваясь к своему зачастившему сердцу. Ещё и щёки, кажется, покраснели от смущения, а уши так вообще полыхали.       — Какая же ты у меня колючка, — ласково промурлыкал Вик, проводя ладонями вверх по его рукам и, скользнув по плечам, уложил их на шею.       — За это ты меня и любишь, — ляпнул Тим, не подумав, и только по резкому вдоху Вика понял, что именно он сейчас сказал. Замер и напряжённо смотрел в мерцающие светло-зелёные глаза.       — Люблю, — честно признался Виктор на выдохе. Рванул Тимофея на себя, положил руку на затылок и, прижав его голову к своему плечу, прошептал в макушку: — Мальчик мой, волчонок маленький.       Тимофей обхватил Вика за торс, окончательно расслабляясь в его объятиях, и чем дольше дышал им, уткнувшись носом в то местечко, где плечо переходит в шею, тем более умиротворённым становился, словно один только запах любимого человека способен был успокоить его получше любых лекарств. И чуть не мурчал от потока той нежной чепухи, что шептал Вик, запустив пальцы ему в волосы: никогда бы не подумал, что его волчишка такой романтик.       Вик вздохнул, отстранился явно нехотя, но, прежде чем он успел что-либо сказать, Тим отчаянно потянулся к нему за поцелуем, словно только это и было жизненно необходимым сейчас, и Виктор охотно подарил ласку. Невесомыми поцелуями прошёлся по губам Тимофея, касаясь то верхней, то нижней, и, не раздумывая, ворвался внутрь, стоило Тимке на выдохе приоткрыть рот. Сколько длился этот поцелуй, он сказать не смог бы, потому что окончательно потерялся в долгожданных ощущениях. Наслаждался настырным языком, вылизывающим его рот, дрожал под прижимающей его рукой и буквально плавился от ласковых пальцев в своих волосах. Сам Тим цеплялся за сильные плечи, боясь, что не устоит на подкашивающихся ногах, но Вик держал крепко и только чуть порыкивал в поцелуй.       Безумие, чистое безумие. Тимофей всё не мог поверить, что теперь ему можно вот так откровенно касаться Вика, целовать его, обнимать, шарить руками по широкой спине, ощущая кончиками пальцев литые мышцы, и главное — получать то же самое в ответ.       — Нам лучше остановиться, — хрипло проговорил Виктор, оторвавшись наконец от Тимкиных губ.       — Да щас, — прошептал он и притёрся пахом к его бедру, явно показывая, что останавливаться не намерен. Не сейчас, когда башню уже сорвало от зашкаливающего возбуждения. — Ты мне за два месяца должен.       — Ты невероятный, ты это знаешь? — хмыкнул Вик, разворачивая их и подталкивая Тимку к кровати.       — Знаю, знаю, — Тим запустил руки под толстовку Вика и настойчиво потянул вверх. — Хватит болтать.       Вик позволил себя раздеть, оставшись по пояс голым, и Тимка плотоядно облизнулся, осторожно касаясь его кончиками дрожащих пальцев. Провёл по плечам, спустился на грудь, задевая ногтями соски, заскользил по рельефному животу и, плотно прижимая ладони к телу, двинулся обратно вверх. Закинул руки Вику за шею и с силой впечатался в его губы. Хотелось максимального соприкосновения их тел, хотелось вообще забраться ему под кожу, чтобы наверняка прочувствовать его собой. На себе. В себе. Жаркий свитер, оставшийся на Тимке, жутко раздражал. На секунду оторвавшись, он шустро стянул его и снова плотно прижался к горячему телу. Вот теперь правильно, теперь хорошо. Застонав в поцелуй, Тим сделал последний шаг до кровати и рухнул на неё, утягивая Вика за собой.       — Пожалуйста, пожалуйста, — горячо зашептал он в приоткрытые губы и запустил пальцы в жёсткие пшеничные волосы, не давая ему отстраниться. Качнул бёдрами, уже совсем не соображая, что творит, чувствуя только, что горит изнутри и вот-вот взорвётся. Заскулил, когда контакт прервался, и, почувствовав, что расстояние между ним и Виком увеличивается, синхронно потянулся следом, словно привязанный.       — Тимка, — осторожно позвал его Вик, положив ладонь ему на щёку и опуская голову на подушку.       — М? — Тим сделал еще одну попытку дотянуться до Виктора.       — Маленький, подожди.       — Что такое, ну? — недовольно отозвался он, пытаясь сфокусироваться. И, увидев в растерянности смотревшего на него Вика, нахмурился.       Виктор, удерживая вес своего тела на локтях, уткнулся лбом в подушку возле Тимкиной головы, и прошептал:       — Я… Не знаю, что мне делать.       Тим пытался сообразить, что именно он имеет в виду, пока в голове немного не прояснилось: ну конечно, весь интимный опыт Виктора сводился к его отношениям с женой, и он забуксовал, оказавшись в постели с парнем. Доказательство того, что Вик хочет его так же сильно, красноречиво упиралось ему в бедро, частое дыхание щекотало Тимке ухо, а спина под его рукой мелко подрагивала. Вик был возбуждён не меньше него, только не знал, как вести себя в данной ситуации. Не то чтобы опыт у самого Тимофея был сильно богатым, но всё же кое-какой имелся, и сейчас он точно знал, чего хочет.       Он повернул голову, встречаясь взглядом с Виктором, облизнул губы и отметил, как тот залип на движении его языка. Тихонько рыкнув, Вик уже потянулся, чтобы снова поцеловать его, как Тим прошептал ему в губы:       — Прикоснись ко мне.       Вик приподнялся на одном локте и, положив руку Тимке на шею, медленно повел по торсу вниз, провожая взглядом путь своей ладони, и Тим чувствовал, что это движение будто след на его коже оставляет. Рука остановилась у пояса джинсов. Встретившись с вопросительным взглядом, Тим кивнул, закусив губу, и уже в следующий момент выдохнул рваное «ах», когда ладонь Виктора, двинувшись ниже, накрыла пах и мягко сжала возбуждённую плоть через плотную ткань. Тимка закрыл глаза и запрокинул вверх голову. До чего же хорошо и так правильно касался его Вик, постепенно смелея и усиливая нажим. Тим почувствовал горячее дыхание на своей шее и совершенно пошло застонал, когда Вик прикусил его подбородок, тут же зацеловав место укуса.       — Какой же ты, — прошептал он, покрывая мелкими поцелуями-укусами его челюсть, шею, ключицы.       Поборовшись с пуговицей и молнией, Вик потянул его джинсы вниз, и Тимофей послушно приподнял задницу, позволяя раздеть себя. Ладонь опустилась на его бедро и… больше ничего. Тимка распахнул глаза, чтобы увидеть как Виктор, не мигая, смотрит на его стояк.       — Отомри, — прошептал Тим, улыбнувшись, и нетерпеливо боднул его коленкой. — Ну же.       Вик резко втянул воздух, обхватил его ладонью и осторожно задвигал рукой, а Тимка, задохнувшись от ощущений, потянулся за поцелуем. Он понимал, что не сможет продержаться долго, таким сильным было его возбуждение. Хотел было притормозить немного, но стоило Вику переместиться с поцелуями на шею и чуть сильнее сжать в кулаке его член, как Тимка, заломив брови, выгнулся дугой и, не сдержавшись, громко простонал, забившись в оргазме.       Едва отдышавшись, он открыл глаза и увидел нависшего над ним Вика. Тот смотрел своими невозможными мерцающими глазами с каким-то умилением и довольно улыбался.       — Такой красивый, — прошептал Вик.       — Твою мать, — смутился Тимка, закрывая ладонями лицо и чувствуя, как под ними горят щёки.       Виктор захохотал, и Тим почувствовал, как тот стирает чем-то сперму с его живота. Чертыхнулся, поняв, что за своими ощущениями позабыл об удовольствии Вика, потянулся к его паху и удивлённо уставился на него, обнаружив на джинсах мокрое пятно.       — Ты тоже? — только и спросил он. — Когда?       Вик дёрнул плечом и лег на бок, вплотную прижимаясь к Тимке и оплетая его своими конечностями.       — Волчья связь, — коротко ответил он, загадочно улыбаясь.       — А она у нас уже есть? — глаза Тимофея полезли на лоб.       — Да, — Вик потянулся к его лицу и потёрся носом о нос. — Ты не чувствуешь?       Тимофей посмотрел на потолок и прислушался к себе. То, что он испытывал к Вику, было таким сильным, что едва помещалось в груди. Не то чтобы Тимке было с чем сравнивать, он до этого и не влюблялся почти, но если то, что он чувствует, и есть эта связь, то оборотням, познавшим это чувство, действительно можно позавидовать. Тим повернулся на бок лицом к Виктору и положил ладонь на его заросшую щетиной щёку.       — Мы теперь пара? — прошептал он, испытывая некий трепет.       — Угум, — улыбнулся Вик и перехватил его руку, чтобы поцеловать в середину ладони.       — Я думал, у оборотней одна любовь на всю жизнь, — почему-то эта мысль не давала Тимофею покоя.       — Так и есть, — Вик глубоко вздохнул и перекатился на спину, не выпуская Тимкиной руки из своей. — Просто до этого, если кто-то в паре умирал, то второй умирал практически сразу после… Но это были пожилые пары, из тех немногих обращенных, которые бежали вместе с Алексом. Рождённые оборотни в общине ещё не умирали, ну, кроме Лины… И… Я не знаю, как так получилось, но в тебе я тоже почувствовал свою пару.       — А… Как же Маша?       — М? Маша? — Вик нахмурился.       — Я думал, что ты с ней хочешь быть. Ну, у вас всё тайны какие-то, сядете вместе и шушукаетесь о чем-то… — Тимофей надулся, вспоминая свою ревность.       — Маленький, — Виктор вздохнул. — Маша с Миром планируют сейчас одну опасную операцию, прости, не могу тебе пока сказать больше, но… для ревности у тебя абсолютно нет причин, слышишь?       — Хорошо, — верить Вику отчаянно хотелось, поэтому Тимка легко принял его объяснение, не настаивая на подробностях.       Вик потянулся чмокнуть его в губы. Потом ещё раз и ещё. Пока, зарычав, не скатился с кровати.       — Нам лучше привести себя в порядок и вернуться к Галке, а то она нас сожрёт потом.

***

      Когда они вышли на улицу, уже стемнело. Снова Вик за руку вёл его в дом сестры, только теперь этот жест был наполнен совсем иным смыслом, хотя Тимка, как и днём, глупо улыбался в шарф.       Они разделись и вошли в гостиную, где народу в этот раз собралось больше. Счастливый новоиспечённый дедушка держал на руках внука, и Тим представил, как Дымов-старший с такой же любовью принимал и воспитывал всех своих детей. Неудивительно, что в семьях оборотней такие крепкие связи. С их появлением в комнате и без того тихие разговоры смолкли, и Тимофей понял, что все смотрят на них с Виком и их сцепленные руки. Первой отмерла мама Лена. Она шагнула к ним, обняла Тимку и прошептала:       — Добро пожаловать в семью, детка.       Тимофей обменялся взглядами с Виком и недоуменно дёрнул головой, мол, они, что, всё поняли? Но тот только улыбнулся и коротко поцеловал его в уголок губ. После череды поздравлений их усадили на диван и предложили чай. Настроение у всех было приподнятым: и рождение нового члена семьи, и создание новой пары вдохновили родителей Виктора на воспоминания, и Тимофей погрузился в череду семейных историй. И только один человек в доме не заразился общим позитивным настроением — дядя Денис бросал на них с Виком задумчивые грустные взгляды, а, когда он вышел на улицу, Тим незаметно выскользнул следом.       Ден обнаружился на веранде у входа, и Тимофей с удивлением уловил запах сигаретного дыма, впервые со времени его побега.       — А, волчонок, — дядя заметил его присутствие и грустно хмыкнул, выпуская струю дыма в сторону.       — Не знал, что оборотни курят, — заметил Тим, наблюдая, как вспыхивает в темноте кончик сигареты.       — Дурацкая привычка после двух лет жизни в городе.       Они помолчали, и первым нарушил тишину Тимофей, решив высказать свои предположения и выяснить то, что не давало ему покоя.       — Ты ведь хотел, чтобы Вик был твоей парой, — скорее утверждая, чем спрашивая, произнес Тим. — Почему ты никогда не говорил ему об этом?       — Наблюдательный какой, — Денис затянулся. — И когда, по-твоему, я должен был это сделать? Когда он по уши был влюблён в Лину? Или когда порвал связь с общиной и сбежал в тайгу? Думаешь, я не искал его? Да я весь лес в радиусе ста километров прочесал, пока Мир мне предупреждение не сделал… А потом он возвращается, да только опять не один…       — Прости… Я…       — Нет, я, правда, рад за него. Ради тебя он вернулся в общину, а это значит только то, что ты для него очень дорог.       — Он для меня — тоже. Тоже дорог.       — Вижу, волчонок. — Ден затушил сигарету о подошву ботинок, но окурок не выбросил. Свободной рукой потянулся и натянул капюшон куртки Тимке на голову.       Именно в этот момент из дома на веранду вывалился Вик. Просканировал Тимофея обеспокоенным взглядом и, убедившись, что с ним все в порядке и никто не покушается на его честь, шагнул к нему, закрывая собой от Дена.       — Денис, я прошу тебя, — сказал он жёстко. — Я не хочу, чтобы ты снова лез…       — Эй, Вить, расслабься, — перебил его дядя. — Не трону я твоего волчонка.       — Я просто предупреждаю тебя.       — Понял. Мир да любовь вам.       А потом Денис протянул руку к лицу Вика, потрепал его по щеке и, качнувшись, быстро поцеловал в губы. Не дожидаясь реакции племянника, сбежал по лестнице вниз и заспешил прочь от дома.       Виктор растерянно смотрел ему вслед, потом повернулся к Тимке и начал оправдываться:       — Я не знаю, что это было, но это не то, что ты думаешь.       — Всё в порядке, Вик. Просто кое-кто только что распрощался с мечтой заполучить тебя себе в пару.       — Что? — Виктор посмотрел в ту сторону, где скрылся Ден, и Тим наблюдал, как постепенно его накрывает пониманием. — О Господи, — выдохнул он, тряхнув головой. — Все эти годы…       — … он любил тебя, — закончил за него Тим. — Видимо, и так бывает. — Он подошёл к Виктору и ткнулся носом ему в шею, вдыхая самый лучший запах на свете. — Пойдём домой, — попросил он. — Достаточно переживаний для одного дня, м?       — Достаточно, говоришь? — хрипло зашептал Вик ему на ухо. — А мне показалось, ты не прочь добавить ещё парочку переживаний, м?       И Тимка рыкнул, прикусив тонкую кожу, потому что табун мурашек, вызванный словами Виктора, опустился прямиком в пах и возбуждением прокатился по всему телу. Ночь обещала быть… удивительной.