Величайшая сила во вселенной

21 декабря — Ещё левей. Ещё. Ещё. Стоп. Чуть правее. Погоди. Кейли склонила голову набок, изучая положение дерева. Она соорудила приспособление, чтобы оно стояло ровно внутри большой кастрюли с водой, которую она взяла из кухонного шкафа. — Ты сегодня прям тиран, — Джейн одной рукой удерживал верхушку дерева, а другой вытирал пот со лба. — Напомни мне сказать Мэлу, чтобы он никогда больше не возлагал на тебя ответственность ни за что. — Ещё чуть-чуть правее. Чуть дальше — вот! Стой! — она встала на четвереньки, чтобы затянуть крепления, которые были прикреплены к нижней части дерева. — Хорошо, теперь можешь отпустить! — Ух… наконец-то, — Джейн потряс обеими руками. — Если ты хочешь, чтобы я ещё что-нибудь сделал, то можешь забыть об этом. — Нет, — она удовлетворенно кивнула ему, — ты хорошо потрудился. Спасибо! — Хорошо. Тогда я пойду развешу всю эту омелу… не могу поверить, что делаю это. Но я хочу выиграть, — ворчал себе под нос Джейн, и последние несколько слов были едва слышны, когда он сгреб с дивана небольшой холщовый мешок, переполненный зелёными листьями, и затопал прочь.

***

Мэл потрогал зелёное растение, свисающее у входа на камбуз, и когда он вошёл минутой ранее, то столкнулся с ним, случайно сорвав несколько листочков. — Это что за чертовщина? Оно повсюду! Это ведь не растёт само по себе? Инара глянула на него через плечо, помешивая чай. — Это растение, омела. — Я догадался, — сказал он небрежно. — Но почему он приклеен скотчем над каждым gorram дверным проёмом? — Это древняя традиция, думаю, старше самого Рождества. Инара одарила его скромной улыбкой, которую, как он знал, она использовала, чтобы дразнить и провоцировать его, а затем положила ложечку на стол. — Это древний символ плодородия. — Ещё один? Думаю, я должен быть благодарен за то, что над дверями развешены не те статуэтки… Она обернулась, прислонившись к столу с чашкой чая в руке. — Ну не знаю… по-моему, омела выглядит очаровательно. Мэл покачал головой. — Понятия не имею, о чём я думал, позволив Кейли добровольно издеваться над моим кораблём. Подозреваю, дальше всё будет украшаться бантиками и ленточками. — Я сварила свежий кофе, если хочешь, — Инара отошла от стола, чтобы дотянуться до кофейника. — Что бы ни происходило, я думаю, это всё мило. Мне кажется, я никогда не видела Кейли и Ривер такими взволнованными. Мэл неохотно хмыкнул, соглашаясь. — Полагаю, что так. Он открыл шкафчик, достал кружку и заглянул в неё, чтобы убедиться, что она чистая, прежде чем поставить её на стол. Рядом он бросил сорванные им листочки. — Может быть, Кейли заставит тебя одеться в костюм Санты и раздавать подарки в рождественское утро, — голос Инары был совершенно невинен, но в её глазах плясали смешинки. Рука Мэла замерла на ручке кофейника. — Она бы не… У нее на самом деле нет такого… ведь правда? — Думаю, пока ты можешь быть спокоен. Он ткнул в её сторону пальцем. — Если ей вдруг взбредёт в голову такая идея, я приду за тобой. Считай это предупреждением. Он налил кофе в кружку и поставил кофейник на плиту. Мэл взял один из листиков омелы и понюхал его. — Ничем особенным не пахнет. Что люди с этим делают? — Раньше его ели как афродизиак, но он ядовит, так что поэтому, полагаю, его использование быстро сошло на нет. — Ну, если бы пришлось выбирать… — Он приподнял бровь, глядя на нее. — Есть способы и похуже, вот я к чему. У него было ощущение, что она закатила бы на это глаза, но она была слишком возвышена для этого. — В итоге всё это превратилось в веру в то, что омела обладает живительными свойствами, связанными с повышенной плодовитостью. Так что теперь, если пара сталкивается под омелой, они должны поцеловать друг друга в знак любви. — Хм, — он повертел листик в пальцах. — Итак, по сути, ты говоришь, что мне придется наблюдать за Кейли и доком каждый раз, когда они сталкиваются в дверном проеме? — М… да, я думаю, это наверняка, — она сделала аккуратный глоток. Мэл вздохнул, сминая листик между пальцами, и бросил кусочки на прилавок вместе с остальными. — Я думал, что это Рождество будет веселым. Теперь не уверен. — О, расслабься, Мэл. Сомневаюсь, что они разденутся и займутся сексом прямо у тебя на глазах. — Ужасно много символов плодородия вокруг них. Они могут просто поддаться, не желая этого. — Ты невероятен. Он взял свой кофе и направился к мостику. — Невероятно красив? Невозможно устоять? Она покачала головой и повернулась к своему шаттлу. — Невероятно мужественен? Тогда тебе тоже следует следить за собой со всем этим. Возможно, мои мужественные качества одолеют тебя. — Мечтай, Мэл, — крикнула она ему вслед, направляясь к своему шаттлу и втайне радуясь, что он не видит улыбки на ее лице.

***

Мэл долго стоял молча, наблюдая. — В последнее время команда ведёт себя довольно странно. Вера лежала в разобранном виде на столе в камбузе, а Джейн тщательно полировал каждую часть, прежде чем отложить её в сторону и приступить к следующей. — Ну не знаю, я не заметил. — Действительно? — Неа. — Совсем ничего? Джейн отложил свою работу в сторону и взглянул на Мэла. — Слушай, ты не платишь мне за то, чтобы я что-то замечал. Я просто стреляю туда, куда ты говоришь. — Значит, ты хочешь сказать, что то количество раз, которое я сегодня проходил через дверной проём одновременно с Инарой — это просто большое совпадение? Джейн уже вернулся к полировке следующей детали, лежащей перед ним. — Наверняка. — Идите взгляните на ёлку! Мы собираемся включить её! — голос Кейли эхом разнесся по общекорабельному каналу связи. Инара вышла из своего шаттла, с удивлением заметив большую ветку омелы, которая теперь висела и над её дверью тоже. Она столкнулась с Мэлом на лестнице вниз, и каждый из них неловко пытался пропустить другого первым. — Хорошо, я пойду первым, раз вас двоих так зациклило на вежливости, — Джейн протиснулся мимо них. — Напомни-ка мне снова, почему я тебе плачу? — спросил его Мал, когда Инара направилась вслед за Джейном. — Я — мускулы, а не манеры. Если тебе нужны манеры, спроси у неё, — он указал на Инару, — или у дока. Все трое направились в комнату отдыха, где их уже ждали Кейли, Саймон и Ривер. Ёлка стояла в углу, и Инара должна была признать, что она выглядело намного лучше, чем когда она видела её в последний раз. Редкость хвои скрывала широкая красная лента, которая была оплетена вокруг ветвей, опоясывая дерево в несколько петель. Блестящие безделушки, которые дала Кейли Инара, были развешены почти на каждом дюйме, некоторые были привязаны, остальные ненадежно подперты. На верхушке дерева висела большая лампочка, судя по ее размеру, скорее всего запасная лампа от проектора где-то снаружи Серенити. Инара подавила смех тихим кашлем, когда поняла, что было прикреплено к плоской поверхности лампочки. — Извините, что заставила ждать, — сказала Зои, подойдя к ним сзади. — Не беспокойся, мы сами только что пришли, — ответил Мал. — Хорошо, Кейли, давай посмотрим, как это твое дерево загорится. Оно ведь не по-настоящему загорится, правда?.. — Нет! Конечно, нет. Наверное, нет, — она задорно ухмыльнулась. — Вы готовы? Услышав их одобрительные возгласы, она подошла к задней части дерева и подняла конец провода, лежавший на полу. — Ну ладно, погнали… Она воткнула кабель в розетку, и всё дерево осветилось крошечными огоньками разных цветов радуги. Она заставила все украшения на ветвях мерцать и сиять, подсвечиваясь оттенками красного и зелёного, синего и жёлтого, пурпурного, оранжевого и белого. Яркий свет на верхушке ёлки был жёлтым, того же оттенка, что и двигатели Серенити, и всё это было гораздо красивее, чем Инара могла себе представить. — Блестяще… — сказала Ривер, её глаза расширились от удивления. — Вам нравится? — спросила Кейли, оглядывая их всех. — Это выглядит невероятно, — сказал Саймон, обняв её за плечи и притянув к себе, чтобы поцеловать в макушку. — Ты превзошла саму себя. — Это великолепно, mei mei, — добавила Инара. — Хорошо сказано, — Мэл одарил её доброй улыбкой. — Никогда не думал, что доживу до того дня, когда на моём корабле появится рождественская ёлка, но я рад, что ошибался.