Let Love Bleed Red

Я буквально вылетел из дома Келлина, злость ослепляла меня. Как он посмел думать, что я с ним так поступлю, как он мог? Я слышал, как он кричал мне вслед, но даже не собирался оборачиваться. Выбежав к обочине, я приземлился на бордюр и, поджав колени, положил на них голову. Взгляд был направлен прямо на поле напротив. Кровь все еще кипела и приливала к щекам. Злобно выдохнув, я снял кепку и бросил её на землю рядом. Провел рукой по волосам, останавливая себя от того, чтобы выдрать их от отчаяния. Черт возьми, Вик, это была просто ошибка. Одна гребаная ошибка. Ты должен был простить ему эту малость. Я развернулся и снова взглянул на здание. Мне было плевать, что он жил в разбитом доме с неблагополучной семьей, он не заслуживает того, что он терпит, никто не заслуживает. Он все еще был тем прекрасным мальчиком, которого я встретил в первый день в школе. Не надо было отворачиваться от него и кричать, я был не прав и погорячился. Надев кепку, я отправился обратно, зная, что должен извиниться за свои действия. Встав перед дверью, я провел еще пару минут в раздумьях: стоит ли мне вернуться или нет. Просто сделай это, Вик. Хуже уже не станет. - Келлин? - постучался я. Немного отойдя, я ждал ответа, но ничего не происходило. Положив руку на дверь и мягко толкнув её, я услышал его быстрые передвижения наверху. После того, как я вошел и оглянулся вокруг, взгляд зацепился за открытую баночку, лежащую на полу. Надпись на ней гласила: Саманта Боствик. Снотворное. Принимать две таблетки перед сном. Я знаю, что плохо делать выводы раньше времени, но Келлин — это первое, о чем я подумал. Надеюсь, он не принимает их. Подбежав к лестнице, я гадал, спустится ли он, но в доме стояла тишина. Закрыв глаза, я сделал пару глубоких вздохов перед тем, как подняться. Очутившись на верхнем этаже, я прислушался, пытаясь понять, где он был. Когда звук послышался из ванной, я сразу постучался, надеясь, что он выслушает меня. - Уходи, - был его ответ. Вздохнув, я прислонился головой к двери: - Келлин, открой. Закрыв глаза, я ожидал, что он подойдет к двери, но не услышал никаких звуков кроме воды. Подумав, что он собирается принять душ, я решил, что стоит оставить его, пока не услышал, что он плачет. Руки потянулись к ручке с надеждой, что он откроет дверь, но он продолжал плакать. - Келлин, это Вик! - я пытался звучать утешительно. - Пожалуйста, Келлин. Все, что ты скажешь останется между нами. Он пробормотал что-то, что прозвучало, как: - Ты не мой адвокат. - Давай же, - умолял я, пытаясь открыть дверь. - Мы можем куда-нибудь сходить... - Я никуда не пойду! Я услышал громкий всплеск воды: - Келлин, я обещаю. Просто поговори со мной, я помогу. Ничего не происходило. Я подождал еще пару минут и надеялся, что он также, как и я, одумается. Все еще стояла тишина, пока вода не начала вытекать по полу. Я уставился на нее, запутавшись на какое-то время, пока до мне не дошло. Сердце сильно забилось, а трясущиеся руки застучали по деревянной двери. - Келлин!Открой дверь!, - закричал я. - Пожалуйста! Открой или я войду сам. Ответа все не было. Отойдя назад, я сильно стукнул пару раз ногой по ручке, пока она, наконец, не открылась. С тревогой я оглянул ванную, останавливаясь на парне, плавающем в кровавой воде, и быстро сократил расстояние между нами. Выключив кран, я оглянулся, пытаясь понять, что случилось. Окурок плавал в воде, запястье лежало на поверхности, а лезвие валялось рядом на полу. Черт. Черт. Черт. Я поднял его голову из воды: глаза закрыты, а губы были темно-синего цвета. - Келлин. Келлин, давай, очнись. Ничто не изменилось, он оставался все таким же холодным на моих руках. Я смотрел на лицо, надеясь, что не потеряю его. Отпустив голову, я чуть не позволил ему опуститься обратно в воду. Я обернул руки вокруг его тела; мне было все равно, что я намокну, он был важней. Прижав его вялое холодное тело к себе спиной, чтобы было легче держать, я вытягивал его из ванной. Медленными аккуратными шагами вытаскиваю его из воды. Ноги, будучи не очень устойчивыми, соскользнули, и мы упали в красную лужу. - Прости, Келлин, - шепнул я ему. Не имея возможности встать обратно на ноги, я просто отъезжал постепенно назад, пока не достиг края ванной. Положив его к себе на колени и убрав с лица прилипшие волосы, я прижался губами к его лбу. - Келлин, прости, - сказал я, целуя его в щеку. - Мне очень жаль. Пожалуйста, очнись. Я положил все еще холодное тело на пол, побежал к шкафу в комнате, предположительно, маминой, и вернулся с розовым пледом, укутывая его. Наклонившись, я попытался сделать массаж сердца. Никогда не делал этого раньше, но видел достаточно фильмов. Это мало помогало, и я испугался, что сейчас его потеряю. Достав телефон, я набрал 911 и просил о помощи. Скорая приехала быстро и понесла его от меня на носилках. Я последовал за ними в машину и продолжал держать его за руку всю дорогу. Не хочу его отпускать. Мы подъехали к больнице и его понесли в здание, но я отказывался отпускать его даже тогда, когда мы шли по коридору. - Келлин, пожалуйста, очнись! - я поцеловал его руку. Двери реанимации приближались и я понимал, что туда мне нельзя будет зайти. Отпустив его холодную руку, я надеялся, что это был не последний раз, когда я её держал. Пожалуйста, очнись