Хорни лотерея чжунчи 2023

      Тарталья усмехается, чувствуя на себе пристальный взгляд Чжун Ли, но не поднимает глаз от экрана телефона. Он знает, чем ему может это грозить, поэтому готов хоть остаться без него на всю оставшуюся жизнь, чем столкнуться с прожигающим его сейчас золотом линз мужа.       К тому же, у него есть и достойное развлечение, чтобы не обращать ни на что внимание и иметь оправдание перед Мораксом — слишком уж падок Чайльд на любую возможность подразнить его и сотрясти каменную глыбу.       Юноша закидывает ногу на ногу, устраиваясь на диванчике поудобнее, и нарочито громко вздыхает, кидая беглый взгляд на проплывающую мимо статную даму. Она даже не смотрит на него, увлечённая разговором с другим гостем этого небольшого вечера и считающая ниже своего достоинства смотреть на кого-то подобного Тарталье.       Чайльда скорее веселит, чем огорчает положение, в котором он оказался, когда правда об их с Чжун Ли отношениях всплыла. Ему вполне комфортно сосуществовать со всеми этими напыщенными борцами за чистоту и справедливость во взаимном презрении, тем более что теперь никто не решается говорить о нём дурные вещи открыто.       Моракс, кажется, совершенно не обращает на него внимания, но Тарталья может продолжить свой неплохой план по исправлению. Нужно только выждать того момента, когда госпожа Нин Гуан соизволит отойти от него подальше, чтобы Чайльд мог привести его в исполнение. Всё-таки даже при его желании прогуляться по самой грани приличий юноша не хочет, чтобы кто-то случайно мог увидеть их с Чжун Ли общение, тем более эта женщина. Конечно, она не сможет осудить ни одного из них, но Чайльд не хочет сталкиваться с её осуждающим взглядом хотя бы сегодня.       Нин Гуан и правда вскоре исчезает в толпе людей, и Тарталья медленно снимает блокировку с экрана телефона. Он кидает быстрый взгляд на их с Чжун Ли переписку и фыркает, тут же отворачиваясь. Его муж может всегда смеяться над Чайльдом, но сам он гораздо лучше и охотнее дразнится, когда выпадает такая возможность.       Юноша рад этому, невероятно рад, но… Как минимум было очень странно, когда он подхватил его флирт с такой скоростью, будто и сам хотел свернуть в более непристойное русло. Наверное, так и было, но Тарталья просто не может представить, чтобы Чжун Ли, занятый кучей других забот и постоянно культурнейшим образом здоровающийся с кем-то, может взять и начать писать настолько низкие вещи. Он же воспитанный человек, в конце-то концов!       Ещё хуже то, что Моракс не говорит о сексе как о чём-то постыдном или непристойном. Чайльда всегда смешат и удивляют избираемые им выражения. Наверное, он бы говорил точно так же о какой-нибудь картине или статуе, выставленной в приличном обществе. Неужели искусство и правда настолько извращает людей?       Тарталья набирается силы духа и снова открывает переписку, нажимая на поле для ввода, чтобы больше не иметь возможности сбежать. На самом деле, он без понятия, что следует отвечать.       Он выглядит великолепно с членом Чжун Ли во рту? Серьёзно? Что вообще можно сказать об этом? Что можно сказать о том, что Моракса разжигает стремление его мужа поклоняться ему? Что это за бред?       Нет, ладно, Чайльд согласен, что иногда демонстрирует готовность подчиняться, но Чжун Ли наверняка неправильно это трактует. Настолько неправильно, что юноша вспыхивает каждый раз, когда повторяет это сообщение у себя в голове. И настолько неправильно, что он не может перестать повторять его.       Это глупо, точно. Люмин что-то рассказывала ему про стремление людей к самовнушению. Сейчас он этим и занимается, да. Правда, тогда она говорила совершенно не про это, а про знаки Зодиака, но Тарталья предпочитает забыть эту часть рассказа.       Может быть, это самовнушение не настолько далеко от истины? Ну или, во всяком случае, в глубине души он не хочет считать его далёким. Чайльд вообще привык самостоятельно придумывать какие-то части своей личности, не желая копаться в душе. Так будет проще ему и приятнее окружающим, разве нет? К тому же, это даёт его духу неограниченные возможности — не станет же он плоховать или трусить, если считает себя смелым, верно?       Тарталья вздрагивает всем телом, когда слышит неподалёку голос мужа, и роняет телефон на диван, поворачивая голову к источнику шума. Он тут же узнаёт махнувшую ему рукой Бей Доу и понимает, отчего госпожа Нин Гуан сегодня не так строга и внимательна, как обычно.       Чжун Ли не говорил ему, что пригласил капитана на этот вечер. Как она прошла, если фейсконтроль не пускает людей без пропуска, кем бы они ни были?       Наверное, Моракс хотел сделать сюрприз верной секретарше, вот и всё.       Чайльд начинает чувствовать какой-то подвох. Не была ли их переписка запланирована Мораксом в качестве небольшой мести за тот разговор по телефону? Чёрт, нет. Он не должен думать об этом. Его муж, конечно, тот ещё хитрец, но…       Ладно, это слишком в его духе, признаёт юноша. Что ж, тогда всё ещё лучше, чем он ожидал. Ну, если вообще хорошо или хотя бы нормально возбуждаться от любви второй половинки продумывать всё до мельчайших деталей. Надо будет потом уточнить у Люмин, думает юноша. Пока что он знает, что ответить, чтобы Чжун Ли не смог отказать ему.       Нин Гуан, кажется, пытается остановить босса от этой критической ошибки, но Моракс даже не делает вид, что прислушивается к её словам, волоча Тарталью с максимальной допустимой для приличных людей скоростью в сторону лестницы.       Секретарша смиряется и просто пожимает плечами, едва удерживаясь от желания закатить глаза ко лбу, но всё же кидает на Чайльда один быстрый острый взгляд, не говорящий ни о чём хорошем.       Как жаль, что ему пофиг, думает юноша с затаённым весельем, сжимая ладонь мужа и тихо хихикая. Скорее всего, Чжун Ли его даже не слышит, просто оборачивается на то, как Тарталья спотыкается, сжигая своими глазами бренное тело Чайльда за несколько мгновений.       Кто-то ещё вообще может раздевать глазами настолько выразительно, как это делает Моракс? Чайльд почти на сто процентов уверен, что нет. Или, может, он просто сам не захочет раздеваться, если на него будет смотреть ещё какой-то человек.       Тарталья едва не ударяется головой об стену, когда Чжун Ли быстро захлопывает дверь и прижимается к нему всем телом, особенно давя бёдрами. Юноша задыхается, шаря руками по всему телу мужа, и едва не сползает на пол, когда Моракс жадно целует его, словно они были в разлуке как минимум несколько месяцев.       Чайльд осторожно ощупывает ногу Чжун Ли и хмурится, натыкаясь на нечто невероятно твёрдое. Он залезает рукой под пиджак мужа, чтобы нащупать на поясе крепление, и с некоторыми неудобствами наощупь вытаскивает пистолет из его кобуры. — А я думал, Вы не ходите как какой-то бандит, господин Моракс, — шутливо бросает он, снимая оружие с предохранителя и усмехаясь. — Или что Вы хотя бы просто рады меня видеть. А Вы, оказывается…       Он не договаривает фразу, сжимая губу зубами, когда мужчина движет бёдрами, заставляя его увидеть, насколько он рад, и заглядывает в помутившиеся глаза Тартальи. Желание шутить тут же улетучивается, и юноша просто сдаётся, удерживая пистолет в руке, кажется, одной лишь силой воли.       Моракс медленно поднимает ладонь мужа за запястье, не разрывая зрительного контакта, и тихо усмехается, сталкиваясь с полнейшим недоумением. — Надеюсь, твой палец не дрогнет, — говорит он, медленно обхватывая губами дуло и нежно улыбаясь Чайльду, насколько это вообще возможно в таком положении.       Юноша задыхается, хлопая широко раскрытыми глазами и не собираясь верить в то, что видит. Чжун Ли что, сумасшедший, если доверяет ему так сильно?