Тень Блэка. Наследие тьмы

      Гарри сел между Дадли и дядей Верноном — плотным краснолицым мужчиной с крохотной шеей и пышными усами. С днём рождения Гарри никто не поздравил, даже доброго утра не пожелали — все делали вид, будто его нет. Подумаешь! Гарри к этому не привыкать. Он взял гренку и глянул на экран, где заговорили о сбежавшем преступнике:

Блэк вооружён и очень опасен. Увидев его, немедленно сообщите властям по специально созданной горячей линии.

      — Без вас понятно, что негодяй! — крякнул дядя Вернон, глядя на преступника из-за газеты. — Да вы посмотрите, на кого похож этот грязный бездельник! Взгляните на его патлы!       Он метнул злой взгляд на племянника, чьи растрёпанные волосы вечно приводили в ярость прилизанных Дурслей. Но дядя не прав — у беглеца причёска куда хуже. Волосы такие длинные и спутанные, что худого бледного лица почти не видно.

***

      Высунув язык, Стэн читал свежий номер Ежедневного Пророка. На первой полосе был большой снимок. Человек с фотографии прищурился, глядя на Гарри. Усталое лицо с длинными спутанными волосами показалось ему странно знакомым.       — Ведь это его маглы показывали в новостях! — воскликнул он, на миг забыв о своих бедах. Стэн оскалился, глядя на снимок.       — Сириус Блэк, — кивнул он. — Ясное дело, маглы показывали его. Ты что, Невилл, с луны свалился? — презрительно посмотрев на изумлённого Гарри, он сунул ему газету. — Газетки-то чаще надо читать.

БЛЭК ВСЁ ЕЩЁ НА СВОБОДЕ!

Сегодня Министерство магии сообщило, что Сириус Блэк — самый опасный преступник за всю историю Азкабана — до сих пор не пойман.

— Мы делаем всё возможное, чтобы найти Блэка, — заверил утром министр магии Корнелиус Фадж. — И призываем волшебное сообщество сохранять спокойствие

Некоторые члены Международной федерации колдунов недовольны тем, что Фадж сообщил о происшествии премьер-министру маглов.

— А как бы вы поступили на моём месте? — заявил Фадж, известный своим раздражительным характером. — Блэк — сумасшедший. Он опасен как для волшебников, так и для маглов. Премьер поклялся, что о волшебном происхождении Блэка не узнает ни один магл. А если и узнают, сочтут за репортёрскую утку.

Маглам сообщили, что у Блэка есть пистолет (железная дудка, которой простецы убивают друг друга). Волшебное сообщество опасается повторения бойни, устроенной Блэком двенадцать лет назад. Напомним, тогда он одним проклятием умертвил сразу тринадцать человек.

      Гарри вгляделся в тёмные глаза Сириуса Блэка — единственные живые точки на исхудавшем лице. Ему не доводилось встречаться с вампирами, но на уроках защиты от тёмных искусств он не раз видел их портреты. Блэк, с его мертвенно-восковой кожей, очень походил на вампира.       — Ну и как тебе этот красавчик? — полюбопытствовал Стэн. Гарри вернул газету и спросил:       — Он что, и вправду одним проклятием убил тринадцать человек?       — А то, — кивнул Стэн. — Средь бела дня и при свидетелях. Вот в чём кошмар, человек порой внезапно смертен, правда, Эрн?       — Правда, — мрачно поддакнул Эрни. Развернувшись в кресле, Стэн заложил руки за голову и перевёл взгляд на Гарри.       — Блэк — один из ближайших соратников Сам-Знаешь-Кого, — важно сообщил он.       — Волан-де-Морта, что ли? — брякнул Гарри. Прыщи на лице Стэна побелели. Эрни крутанул руль.       — У тебя как с головой?! — завопил Стэн, схватившись за сердце. — Ты чьё имя назвал?!       — Ой, извини, пожалуйста, — поспешно сказал Гарри. — Я… я просто забыл…       — Забыл! — передразнил Стэн. — А если у меня разрыв сердца будет?!       — Значит, Блэк был ближайшим соратником Сам-Знаешь-Кого? — виновато произнёс Гарри, возвращаясь к беседе.       — Ну да. — Стэн всё ещё держался за сердце. — Друг-приятель… А когда малютка Гарри Поттер победил Сам-Знаешь-Кого… — Гарри вздрогнул и в очередной раз пригладил волосы на голове. — …за его соратниками началась охота. Эрни вон подтвердит. Ну, большинство-то сами сдались. Поняли, что им крышка. Ха! Но не Сириус Блэк! Ходит молва, будто он считает себя его преемником. Знаешь, как всё было? Окружили Блэка на улице, маглы кишмя кишат. А он возьми да и махни палочкой — пол-улицы как не бывало, в придачу дюжина мёртвых маглов да один волшебник! Как тебе? А дальше он… — голос Стэна опустился до тревожного шёпота. — Громко рассмеялся! Стоял и ржал, как лошадь. Вскоре приехало подкрепление из Министерства. А он, представляешь, никакого сопротивления! Идёт себе смирно и ржёт без остановки. Совсем придурок! Слышь, Эрн?       — Ну, до Азкабана, может, был и нормальный, а теперь точно придурок, — протянул Эрни. — Я бы лучше сам себя взорвал, чем попал в Азкабан! Но ему так и надо за все его злодеяния!

***

      Дни сменяли друг друга. Недели проходили одна за другой. Илитии было тяжело расставаться с привычным и таким любимым чёрным цветом волос. Но уговор есть уговор.       Нарцисса, как заботливая мать, осторожно расчёсывала мокрые волосы девушки. Под её расчёской, да ещё и с тихим заклинанием на губах, волосы приобретали платиновый оттенок. Когда щётка прошлась по кончикам в последний раз, прежняя Илития будто растворилась в собственных воспоминаниях. Теперь миру предстала дочь Лукреции Малфой.       Глядя на себя в зеркало, девушка не могла поверить глазам. Она не видела себя — она видела отражение своей недавно почившей матери. Это пугало и завораживало одновременно.

***

      Наконец пришли письма из Хогвартса. Илития впервые получила своё! Эмоции от пережитого невозможно было передать. Драко лишь с ухмылкой смотрел на сестру, когда Римус с отеческой заботой наблюдал за этим важным моментом. Он прекрасно помнил тот день, когда сам получил письмо. Для него это было подарком с небес!       Конверт был сделан из желтоватого пергамента, старого, не иначе как из самого средневековья. Запечатан пурпурной восковой печатью, украшенной гербом. На гербе были изображены лев, орёл, барсук и змея, а в середине — большая буква «X». Насколько знала девушка, звери были символами четырёх факультетов: лев — Гриффиндор, орёл — Когтевран, барсук — Пуффендуй, и змея — Слизерин. Факультет Драко. Факультет, на котором поколениями учились все члены её семьи, причём с обеих сторон. Кроме Сириуса и его кузины. Илитию всегда забавлял этот факт: они были единственными выпускниками Гриффиндора из семейства Блэков.       Наконец, после стольких ожиданий, в руках девушки оказался жёлтый конверт, на котором изумрудными чернилами было написано, что данное письмо адресовано мисс Блэк, которая живёт в Уилдшире, графстве в Южной Англии, Малфой Менор, второй этаж, первая дверь слева. Илития вскрыла конверт, вытащила письмо и прочитала:

ШКОЛА ЧАРОДЕЙСТВА И ВОЛШЕБСТВА «ХОГВАРТС»

Директор: Альбус Дамблдор

(Кавалер ордена Мерлина I степени, Великий волшебник, Верхний чародей, Президент Международной конфедерации магов)

Дорогая мисс Блэк!

Мы рады проинформировать Вас, что Вам предоставлено место в Школе чародейства и волшебства «Хогвартс». Пожалуйста, ознакомьтесь с приложенным к данному письму списком необходимых книг и предметов. Занятия начинаются 1 сентября. Ждём вашу сову не позднее 31 июля.

Искренне ваша,

Минерва МакГонагалл, заместитель директора

      — Ну вот и всё, теперь мы наконец-то будем учиться вместе! — с радостью в голосе произнёс Драко, крепко обнимая сестру. По ощущениям Илитии, он радовался этому событию куда больше, чем она сама. Может, это потому, что она лишь перевелась в «Хогвартс» с другой школы, а не поступила в неё, как когда-то Драко? Может быть.       — Насчёт совы можешь не волноваться, — нежно произнесла миссис Малфой, — мы отправим твой ответ с нашим филином.       Илития благодарно кивнула. Своей совы у неё не было. Был лишь чёрный пушистый кот с мутными серыми глазами. Его девушке подарили на одиннадцатилетие, и с тех пор Магистр и Илития не расставались. А вот до совы дело как-то не дошло. Илития, сама не зная, почему, страшно не любила птиц. Некоторых боялась до жути. В особенности огромных чёрных воронов.

***

      — Я не понимаю, зачем вам уезжать! — сетовал Драко, специально громкими шагами измеряя комнату. Илития тем временем аккуратно складывала немногочисленные вещи в чемодан, забирая что-то то с одной части комнаты, то с другой. — До учёбы осталось меньше двух недель! Разве не лучше было бы провести это время здесь? Мы бы смогли на славу оторваться перед тем, как отправиться в школу. К тому же, отец устраивает завтра вечером приём, и мы все надеялись, что ты тоже там будешь. В конце концов, я хотел тебя познакомить с моими друзьями!       — Если ты про Крэбба и Гойла, то я и по твоим рассказам с ними прекрасно знакома, — с улыбкой сказала девушка.       Во время недовольного монолога Драко она только и делала, что слушала его с лёгкой улыбкой. То из тумбочки вытащит шкатулку с любимыми украшениями, то из шкафа достанет летнюю мантию, то книги соберёт со стола. А Драко всё возмущается! Ещё и книги пытался у неё отобрать!       — Arrêtez ça, à qui vous l'avez dit!       — И хватит мне отвечать на своём французском! Знаешь же, что ничего не понимаю… — недовольно скривив губы, ответил парень. С момента приезда Илития то и дело переходила на французский. Непреднамеренно ли, специально ли — Драко не знал. Возможно, она сама этого не замечала. — Я всё равно не понимаю, зачем вам ехать в Лондон сейчас? До учёбы осталось совсем немного. Я думал, мы вместе съездим за школьными принадлежностями. Хотел тебе показать Косой Переулок и все его прелести!       — Я очень ценю твою заботу, frère, но пойми, у меня осталась всего неделя, чтобы насладиться каникулами с Римусом.       — Пф! Вы будете видеться в Хогвартсе каждый день!       — Нет. Это с тобой я буду видеться каждый день. А с ним я не смогу вести себя, как прежде. Никто не должен знать, кто мы друг другу, иначе он пострадает. — С грустью опустив глаза, девушка присела на кровать. — Ты ведь никому не скажешь, mon ami?       — Никому, — недовольно закатив глаза, пообещал он. Сестре отказать Драко не в силах. Она его единственная слабость. Его совесть.

***

      — Пришли, — произнёс Римус, остановившись. — «Дырявый котёл». Известное местечко среди наших, правда, я давненько здесь не был.       «Дырявый котёл» — крошечный невзрачный бар. Если бы Римус не остановился напротив него, Илития даже не заметила бы его. Проходившие мимо люди на бар не смотрели. Их взгляды скользили с большого книжного магазина на магазин компакт-дисков, а бар, находившийся между ними, они, похоже, вовсе не замечали. Илития начала подозревать, что его видят только маги. Девушка уже было хотела это уточнить у Люпина, который со странным восхищением смотрел на бар, но не успела. Он подхватил два чемодана — свой и девушки — и зашёл внутрь. Илития, крепче сжав кошачью переноску и поправив капюшон мантии, пошла следом.       Для известного местечка бар был слишком тёмным и обшарпанным. Людей, можно сказать, не было — лишь хозяин заведения у стойки да какой-то мальчик, который завтракал в углу зала.       — Добро пожаловать. Желаете ли чего-нибудь? — спросил хозяин, криво улыбаясь.       — Благодарю, Том, пока ничего не надо. Но мы хотели бы снять комнату.       — Надолго, сэр? — странно поглядывая то на Люпина, то на его спутницу, спросил хозяин заведения.       — На десять дней.       — Вам одну на двоих? — всё таким же настороженным тоном поинтересовался Том. Теперь Римус понял, почему хозяин так смотрит на них. Он, видимо, подумал, что Илития не просто его спутница…       — Да… если можно, двухместную. — Люпину этот прожигающий взгляд Тома не нравился. Внутри расплывалось что-то мерзкое, скользкое. Подумать только, их приняли за молодую пару!       Том пошарил под барной стойкой, достал кривой железный ключик и направился к лестнице. Илития многозначительно взглянула на крёстного, его лицо скривилось в отвращении — таком, словно на него наслали заклятье слизней. Девушке это не могло не показаться забавным. Потрепав Римуса за руку, она аккуратным движением сняла с себя капюшон, оголяя платиновые волнистые волосы, собранные в полухвост синей атласной лентой.       Поднимаясь по лестнице, она последний раз бросила взгляд на небольшой серый зал. Её внимание привлёк одинокий мальчик, сидящий в углу у окна. Он внимательно, даже заворожённо смотрел на Илитию, но стоило ей это заметить, как он тут же опустил голову. Кого-то он мне напоминает… — подумала она.       Они поднялись по деревянной лестнице. Том отворил дверь с бронзовой табличкой №13 и впустил новых постояльцев. В комнате стояли две мягкие удобные кровати, отполированная до блеска дубовая мебель, небольшая кушетка, а в камине потрескивал огонь. Второй этаж «Дырявого котла» выглядел куда лучше первого.       Том низко поклонился, собираясь покинуть комнату.       — Простите, сэр, — остановила его Илития, — кто тот мальчик, что сидел у окна? Он здесь один?       — Госпожа, что же вы, не из местных, что ли? — со смехом и явным недоумением спросил Том. Но увидев её растерянный взгляд, понял, что шутка была неуместна. — Простите, госпожа, но вы что, правда не узнали юного мистера Поттера?       — Гарри Поттера? — спросил теперь Римус. — А почему он один… Здесь?       — Сбежал из дома, — спокойно ответил Том, пожимая плечами. — Уже несколько дней тут. Обычно в обед он гуляет по Косому переулку, а возвращается только к вечеру. Что ж… хорошего вам отдыха, господа. — Ещё раз поклонившись, Том вышел из комнаты. Римус закрыл за ним дверь, а Илития с широко раскрытыми глазами села на кровать. Гарри Поттер… В «Дырявом котле»… Совершенно один…       — Гарри сбежал из дома… — с шоком проговорил мужчина, усаживаясь рядом с дочерью.       — Слишком опрометчиво, зная, что Сириус на свободе.       — Я знаю маглов, у которых Гарри жил всё это время, — на Римуса свалилась серьёзная проблема под названием «сбежавший Поттер». — Они люди… мягко говоря, не любящие магию. Я думаю, Гарри даже не знает, кто такой Сириус и что он сделал.       — Хочешь, я поговорю с ним?

***

      Сколько дней понадобилось Гарри, чтобы привыкнуть к неведомой доселе свободе? Когда ещё он просыпался и завтракал не по часам? А теперь даже гулял, где хотел, правда, только по Косому переулку. Но поскольку на этой длинной, мощённой булыжником улице теснилось множество чудесных волшебных магазинчиков, всё было очень даже хорошо!       Гарри завтракал в «Дырявом Котле», с интересом наблюдая за постояльцами. Здесь останавливались забавные маленькие волшебницы, приехавшие из провинции за покупками; почтенные волшебники, которые за завтраком обсуждали последнюю статью в «Трансфигурации сегодня»; растрёпанные, диковатые на вид маги и хрипло перешёптывающиеся гномы. Однажды на завтрак спустилось существо, подозрительно похожее на лешего, и, не снимая чёрного шерстяного шлема с прорезями для глаз, заказало тарелку сырой печени.       Поев, Гарри выходил на задний двор, вынимал палочку, стучал по третьему кирпичику слева над мусорным ящиком, и в стене открывался проход в Косой переулок. Стояли ясные, погожие дни. Гарри бродил по магазинам и подкреплялся в летних кафе под яркими зонтиками.       Ему больше не нужно было корпеть над домашней работой, лёжа с фонариком под одеялом. Теперь он дописывал свои сочинения, сидя за столиком возле кафе-мороженого Флориана Фортескью. Хозяин, много знавший о сожжении ведьм в Средние века, помогал ему и каждые полчаса угощал мальчика мороженым с фруктами.       Но в один из таких дней жизнь Гарри перевернулась с ног на голову.       В то утро он проснулся позже обычного. Спустившись в зал для посетителей, он не увидел никого, кроме Тома — беззубого сутулого хозяина бара. Тот уже приготовил для Гарри поднос с завтраком. Поблагодарив его, парень побрёл к своему излюбленному месту — столику у окна, в самом углу зала. Оттуда открывался хороший вид на всё помещение и даже немного на улицу. Гарри любил так сидеть и наблюдать за волшебными созданиями, захаживающими сюда.       Медленно поедая тосты и запивая их соком, Гарри гадал — где же все? Но вот он бросил быстрый взгляд на улицу — и прямо у самых дверей «Дырявого Котла» неожиданно появилось два человека. Прямо из воздуха! Трансгрессия? Портал? Заклинание? Гарри, к сожалению, не знал.       За грязным серым стеклом было тяжело разобрать, кто это. Но ждать долго не пришлось, и пара вскоре зашла. Это были высокий мужчина и довольно низкая, по сравнению с ним, девушка — она едва доставала ему до плеча. Их общий вид показался Гарри несуразным. Незнакомец был одет в поношенную, штопаную-перештопанную мантию. Лица его Гарри не видел отчётливо, но по профилю понял, что тот был ещё не стариком. Его светло-каштановые волосы лишь слегка тронуты сединой. В руках он держал два чемодана: один небольшой, потрёпанный временем дипломат, и огромный красивый чёрный чемодан.       Девушку Гарри разглядеть не мог. Она стояла к нему спиной, а на её голову был накинут чёрный капюшон лёгкой мантии, из-под которой едва виднелся подол тёмно-синего платья. В руках девушка держала переноску — должно быть, кошачью.       Мужчина заговорил с Томом, и Гарри заметил странное недоумение на лице хозяина. Что же это? Гарри едва слышал голос незнакомца — слов и подавно разобрать не смог. А девушка всё молчала, лишь слегка поворачивая голову, словно осматриваясь.       Вот Том достаёт ключ, ведёт постояльцев к лестнице и начинает подниматься на второй этаж. Гарри не хотел, чтобы гости так быстро ушли — ему почему-то очень хотелось получше их разглядеть. Увидеть их лица. Услышать их голоса. Вот девушка слегка ударяет мужчину локтем — должно быть, в шутку. Вот она уже снимает капюшон…       И Гарри видит белоснежные, платиновые волосы, собранные синей лентой.       Стоило девушке начать подниматься по лестнице, как она, будто почувствовав его взгляд, повернулась. Осмотрела зал и наконец заметила его. Гарри плохо видел на таком расстоянии, но мог с уверенностью сказать — девушка была красавицей, намного краше тех, кого он встречал раньше.       Закончить трапезу у Гарри никак не получалось — кусок в горло не лез. Эта волшебница… хотелось взглянуть на неё ещё раз. Чем-то она его завлекла. Вокруг неё воздух будто начинал сиять.       Парень недовольно потёр лоб. Как это — сиять? Что же она, ангел, что ли? Бред.       Однако Гарри никуда не спешил. Он остался сидеть на своём месте, отменяя в голове все планы на день. Теперь ему не хотелось идти в Косой переулок. Сейчас появилось занятие поинтереснее — выслеживание новых постояльцев.       Том уже вернулся, но пара вслед за ним не спустилась. Гарри просидел так минут десять и, больше не выдержав, с подносом в руках направился к барной стойке.       — Спасибо за завтрак, сэр, было очень вкусно, — выдавил он улыбку. Том довольно склонил голову в благодарность, расплывшись в беззубой улыбке. — Вы не подскажете, что это за новые постояльцы? Они, должно быть, волшебные существа? Вроде эльфов? — почему-то Гарри пришла мысль сравнить девушку со сказочной эльфийкой. Красота её точно была не людской. И это сияние…       — Это какая-то странная молодая пара, — протянул Том.       Пара? Гарри, хоть и не видел лица мужчины, догадывался, что тот значительно старше девушки. Он слышал от тёти Петуньи рассказы о стариках, заводящих себе молодых любовниц, но встретиться с таким вживую, среди волшебников… Как могла такая очаровательная девушка пойти на поводу у взрослого мужика?       — Мужчина… не сильно приятной наружности. С ужасными шрамами. А девушка… — мечтательно произнёс Том, подняв глаза к потолку. — Вейла, точно вейла! И акцент у неё интересный. Должно быть, прибыли из Франции. Хотя… что-то в них кажется мне знакомым…       Пока Том копался в воспоминаниях, Гарри медленно побрёл к своему столику. Он дал себе слово: с места не сдвинется, пока не увидит её снова. Вейла? Так её назвал Том. Кто такие вейлы? Надо будет потом спросить у Гермионы — кто-кто, а она уж точно объяснит.       Гарри сверлил взглядом столешницу и потому не заметил, как та самая вейла оказалась прямо перед ним.       Вот она. Ангел — не меньше. Пухлые, насыщенные краской губы расплывались в очаровательной улыбке. Верхняя губа была чуть вздёрнута. Нос аккуратный, маленький. Большие чёрные глаза сияли странным блеском. Копна платиновых, густых, волнистых волос ниспадала на плечи. Бледная кожа красиво контрастировала с тёмно-синим платьем.       И снова это странное сияние вокруг… Должно быть, Гарри был под сильным впечатлением, и ему это просто казалось. Но вот что странно: теперь парень понял Тома. В девушке точно было что-то знакомое. Цветом волос она очень напоминала ему Драко Малфоя — самого неприятного, за исключением Снегга, человека в школе. Но, насколько знал Гарри, у Драко не было сестёр. Да и не может такое ангельское создание быть родственником кого-то столь мерзкого, как Малфой.       Но волосы — это полбеды. Острые черты лица, хищный, словно у волчицы, взгляд и этот странный блеск в глазах… Гарри точно где-то всё это видел. Да только где?       — Bonjour, — нежно произнесла она. Её голос… Это что, игра на арфе? Такой же нежный, неземной… — Не против, если я составлю компанию?       — Я… Нет, конечно нет, — он постарался выдать непринуждённую улыбку, да только вот сердце почему-то сильно забилось. Стучало внутри, готовясь выпрыгнуть наружу. Ему показалось, или она слегка картавит? Конечно, едва слышно, но всё же! Видимо, даже у такого ангельского создания есть изъян изюминка.       — Ты не подумай ничего такого, — быстро начала оправдываться девушка, помахивая ладонями, — когда я зашла в бар и увидела одиноко сидевшего мальчика, мне захотелось подойти и составить ему компанию, хотя бы ненадолго. Как… как ты на это смотришь?       — Я рад компании, — единственное, что смог выдать из себя Гарри.       — Отлично. Меня зовут Илития, можно просто Лити. — Улыбка её стала шире. Она слегка наклонила голову вправо, и в глазах её, тёмно-чёрных, как бездна, снова появился странный блеск. — А тебя как зовут?       Гарри поначалу даже не понял, что она спросила. Может, просто не увидела шрам? Неведомо зачем, он потянулся рукой к растрепанным волосам, поправляя челку так, чтобы шрам выглядывал из-за волос. Но Илития лишь бросила на него быстрый взгляд и, не переставая улыбаться, снова спросила его имя. Она что, правда его не знает? Не узнала по очкам и шраму, как весь остальной волшебный мир? Да в первый год учебы от него не отходили с вопросами! А в прошлом году появился Колин Криви и организовал с малышкой Джини Уизли фанклуб Гарри Поттера, а тут вейла, и не знает его?       — Я Гарри. Гарри Поттер. — Неуверенно произнёс он, ожидая реакции. Но девушка лишь шире улыбнулась.       — Приятно познакомиться, Гарри. — Илития внимательно его осматривала. Как мама, что готовит ребёнка к выходу на сцену. Что она хочет в нём увидеть? Подумаешь, магловская спортивная кофта. Подумаешь, великоваты штаны. Но всё же Гарри стал неудобно себя чувствовать. Он вдруг подумал, что выглядит как какой-то оборванец, встретившийся с самой Принцессой Дианой. — Почему ты один?       Неожиданно в сердце начало разрастаться тепло. Такое приятное, как бывает холодными осенними вечерами, когда сидишь у камина, попивая какао. Почему-то ей, этой вейле, хотелось выдать всё сокровенное. Открыть душу и на бархатной подушечке преподнести сердце. Это что за магия такая?       — Скажи, ты «Вейла»? — не зная зачем, спросил Гарри, на что получил лишь порцию звонкого смеха.       — Насмешил, Гарри. Ты знаешь, кто такие вейлы? — парень неуверенно отвёл глаза в сторону. Он не знал. Лишь предполагал. Должно быть, это невероятно красивые нимфы? — Вейлы — это особая раса. Невообразимо красивые существа, но со скверным характером. Я бы сравнила их с павлинами, только в человеческом обличии. Я не могу сказать, где точно они обитают. Кто-то в Болгарии. Кто-то во Франции. Кому где нравится.       — Но ты ведь тоже из Франции.       — А-а-а… Уже успел спросить Тома? — Гарри вдруг понял, что сказал. Вот дурень! Как теперь оправдываться? Это тебе не профессор МакГонагалл, которая пусть и суровая, но справедлива. Здесь он не знал, какой реакции ожидать. Но вот снова раздался звонкий смех. — Приятно, когда твою внешность так высоко оценивают, но я не вейла, а обычная волшебница. Во мне просто смешались очень сильные, хорошие гены волшебников, оттуда и такая внешность. Во Франции я жила и училась, ты прав. Но теперь я вернулась на родину.       — Училась?       — Ну… да… — на лице её появилась лёгкая растерянность. Что его смутило-то? — Ты ведь не думаешь, что «Хогвартс» — единственная школа чародейства и волшебства в мире? — она всё поняла. Гарри так и думал. Кто будет его винить? Живёшь с маглами, конечно, откуда тебе знать о других школах! — Но мы отдалились от темы. Почему ты здесь, Гарри? Почему один?       И Гарри вдруг выдал всё, не задумываясь. Ей хотелось открыться, не утаивая ничего. Гарри рассказал, как надул тётушку Мардж, как бежал из дому, как попал в автобус «Ночной рыцарь» — хотя как он это сделал, так и не понял — как прибыл в «Дырявый котел» и беседовал с Фаджем. Единственное, о чём Гарри не рассказал, так это о чёрном псe, что до смерти напугал парня. Это рассказывать не хотелось.       Илития внимательно слушала, а когда наступал более интересный для неё момент, сильнее наклоняла голову вправо. Гарри не мог долго на неё смотреть — то глаза начинали болеть от сияния, то казалось неправильным так долго любоваться кем-то столь красивым. А Илития заметила, как неловко Гарри отводит взгляд, как заламывает пальцы. Почему-то ей казалось, что Поттер совсем не такой. Ей думалось, что он куда уверенней в себе. Возможно, она не даёт ему сосредоточиться?       — Тебе нравится здесь? Нравится жить среди своих? — после долгого рассказа, наконец, заговорила Илития.       — О да, очень! Я только жду, когда приедут мои друзья, Рон и Гермиона. — На лице Гарри вдруг появилась скучающая, но нежная улыбка. Он отсчитывал дни до приезда лучших друзей. — Я вас обязательно познакомлю! — тут Гарри заметил мужчину на лестнице, что прибыл с Илитией, и вмиг опомнился. — А ещё, я хотел спросить, кто этот муж…       — Милая, нам пора, — прозвучал голос с лестницы. Гарри даже не понял — какой он? Звонкий ли? Низкий? Странно, но стоило голосу прозвучать, как Гарри моментально забыл его звучание. Может, заклятие скрытности? А есть вообще такое заклинание? Вот и подъехал новый вопрос для Гермионы.       — Иду! — бросила девушка, широко улыбнувшись. — Прости, Гарри, мне пора в Гринготтс. Я с удовольствием с тобой поболтаю ещё, когда вернусь! И, конечно, отвечу на твои вопросы. — Илития встала из-за стола, наклонилась к Гарри и быстро чмокнула его в щеку. — До скорой встречи! — Помахав ему на прощание, она быстро подбежала к мужчине.       Он стоял боком, дожидаясь её, но даже так Гарри не мог разглядеть его лица — лишь каштановые волосы. А лицо? На него что, падает солнце из окна? Или надо протереть очки? Гарри быстро их протёр, но когда снова посмотрел на новых постояльцев, то увидел лишь их удаляющиеся силуэты.       «До скорой встречи, Лити».