ключ к его спасению

Проснулся Антон от тепла родных рук. Арсений сидел на корточках около дивана, держа ладони парня в своих. - Учебный день уже закончился. Дима и Оксана заходили, хотели узнать, как ты себя чувствуешь, а ты уже спал. Поднимайся, я тебя домой отвезу. Голос мужчины немного хрипел, обволакивал, наполнял тишину. Антона будто ударило током, и он обнял Арсения крепче, чем Попов обнимал его еще несколько часов назад. Старший поднял парня на руки и отнес в машину, аккуратно уложив на заднем сидении. Арсений не мог оставить Антона наедине с пожирающими мыслями, и остался у парня на ночь. Теперь они лежали в обнимку совсем близко. Невыносимо близко. Сердце Антона просилось наружу, сознание отключалось. Он плыл, утопал, задыхался. Парень видел перед своими глазами спящего Арсения. Его дыхание было ровным, грудная клетка медленно поднималась и опускалась, руки, даже во сне, крепко держали Антона за талию. Шастун боялся сделать лишнее движение - лишь бы не разбудить это спящее творение двинутых перфекционистов. Но Антон не знал единственного - Арсений не спал. Он из под ресниц наблюдал за парнишкой, за его эмоциями и действиями. Улавливал каждые сбившиеся вдохи и выдохи, смотрел, как тот пялился на него своими уставшими зелеными глазами. Арсений держался, чтобы не спалиться. Антон и правда, будто окаменел. Но его глаза... Они горели, искрились в темноте. - Арсений.. Видимо, только так я смогу тебе рассказать все, что чувствую, и о чем думаю, - Антон говорил очень тихо, шептал, хрипел. У Арсения от такого голоса, тело мурашками покрылось, - Я люблю тебя. Кажется, совсем безумно. Я рядом с тобой не думаю. Я в тебе по-настоящему тону. Меня ломает, когда ты на меня смотришь, меня ломает, когда ты рядом, но меня ломает, и тогда, когда тебя нет. Пусть, ты меня не любишь, пусть, все это не взаимно. Я умереть за тебя готов. Рвать и метать, - Антон тяжело выдохнул, набираясь новых сил. Ему становилось все жарче. Арсению тоже. У обоих ныло в груди. Попов почти открыл глаза, но сдержался. Таких признаний в любви он еще никогда не слышал. Как он был рад, что сейчас не спал. Как он был рад, что Антон сейчас так близко. А Антон и впрямь был очень близко.. Близко к губам напротив. Он накрыл их поцелуем. Нежным, полном любви, ласки, благодарности, тепла. Арсений еле держал себя в руках, еле держался, чтобы не ответить на этот долгожданный для обоих поцелуй. Как это было горячо. Антон остановился, потому что скоро это переросло бы в безудержную страсть, и он бы точно умер от наплыва эмоций. Оба чувствовали пульсации по всему телу. И оба чувствовали кое что еще. Возбуждение нарастало от малейших прикосновений, от того, как дыхание обжигало щеки, губы. Ладони предательски потели, в животах обоих летали бабочки, вырывались наружу, как и мимолетные стоны, что еле слышны, потому что сейчас Антон очень громко дышит. Он тихонько выбрался из объятий мужчины и на цыпочках побежал в ванную исправлять ожидаемый исход событий - вставший член. Арсений остался в комнате один, и находился в полном ахуе: он сейчас тоже был возбужден. Терять время было глупо, и он тоже решил старательно исправлять ситуацию. "Боже, Антош.. Я тоже безумно люблю тебя". Он дрочил, а в голове был только этот парень, со своим чувственным признанием в любви. Арсений впервые за дрочкой не думал о девушках, не смотрел порно, и даже не фантазировал. Он вспоминал. Кудряшки, зеленые глаза, родинку на носу, объятия. А теперь еще и этот жаркий поцелуй. Он жадно глотал воздух. Теперь Арсений уверенно понимал две вещи: первое - он правда би, а второе - он хочет, чтобы этот молодой студент его трахнул. С этим осознанием, мужчина совершил последнее движение рукой: от основания члена до головки, и кончил себе на торс. Скрыть исход было не трудно. Он вытер белесую, немного вязкую жидкость футболкой, снял ее, закинул себе в сумку и надел другую - ту, что по счастливой случайности взял с собой с работы. Укрылся одеялом, и, как ни в чем не бывало закрыл глаза. Через пару минут в комнату вернулся Антон. В боксерах, с голым торсом. Перед глазами Арсения, Шастун впервые оказался в таком виде. Теперь Попов знал, как выглядело тело парня: худощавое, идеально сложенное, с несильно заметными кубиками пресса. Антон рассказывал, что его всегда называли просто дрыщом. Арсений был с этим совсем не согласен. Тело парня казалось ему абсолютно идеальным, по всем показателям. У него были широкие плечи, четкие ключицы, розовые соски, прямая спинка, торчащие ребра, мягкие ягодицы, идеальных размеров - все это, смотрелось пропорционально с его ростом. Все было даже слишком идеально. Настолько, что Арсений просто закрыл глаза, дабы избежать повторной волны возбуждения, потому что Антон уже снова лежал рядом, задевая своей задницей его член. Арсений смог уснуть не сразу, в отличие от младшего. Тот уже сладко сопел ему на ухо, и Арс понял, что желание отдохнуть в разы сильнее, чем желание копаться в мыслях. Утром Антон вел себя так, словно ночью ничего не произошло. Ему стало легче. Гораздо легче. Арсений спал до полудня, пока младший возился на кухне еще с восьми часов. Завтрак уже был готов. Шастун зашел в комнату, с любовью посмотрел на сопящего мужчину, и сел на край кровати. Арс медленно открыл глаза, надеясь, что Антон сейчас спит рядышком, но тот сидел к нему спиной на самом краю. Без футболки. То ли он был мокрым после душа, то ли вспотел - Попов не знал. - Антон, все в порядке? Ты как? - Все хорошо. Все куда лучше, чем вчера. Ты рядом - я рад. Спасибо. Он больше не стеснялся, не боялся. Арсений, быстро поднявшись, обнял парня со спины, и мягко дышал ему в шею. Несмотря на то, что Антон и в правду вспотел, он пах чистотой, цветочным гелем для душа и одеколоном. Оба сейчас ощущали только спокойствие. Арсению казалось, будто бы они уже были парой, но вдвоем переживали депрессивный период, и наконец, боль ненадолго их покинула. Но ему до сих пор было страшно, а Антон до сих пор не знал о тех чувствах, что испытывал к нему Арсений.