You Look the Way I Feel

В среду и четверг Поттер, как будто бы, едва замечал его. Он почти не смотрел в его сторону во время Зельеварения, предпочитая громко разговаривать с Уизли о какой-то глупой истории с участием садовых гномов. Драко заставил себя не смотреть на Поттера и отказывался замечать, как ловко он скручивал спорыши, как крепко сжимал нож, когда расправлялся с пиявками. Поттер был так расслаблен, занимаясь ингредиентами, когда они с Уизли перешли к обсуждению их предстоящего задания по Чарам. Драко тихо работал рядом с Забини, пытаясь притвориться, что Поттера там нет, и категорически отказался встретиться с ним глазами, когда Поттер взглянул на него. Он беспокоился об их учебной группе в четверг, хотя и не мог сказать почему. Сейчас почти каждый студент с пятого по восьмой курс посещал их неофициальные уроки. На этой неделе они должны были работать над более продвинутой трансфигурацией уровня СОВ и ЖАБА. Поттер разложил аккуратный ряд подушек, которые студентам было поручено преобразовать в чайники. — Я не очень хорош в Трансфигурации, — пробормотал ему Поттер, печально улыбаясь, когда студенты разбились на пары. — Тебе придется взять на себя инициативу в этом деле. — Конечно, ты хорош во всем, Поттер, — сказал он, наблюдая, как шестикурсница из Хаффлпаффа превратила свою подушку из зеленой в оранжевую. — О, я довольно хорош в некоторых вещах, — мягко сказал Поттер, — и большинство из них связаны с моим ртом. Драко удивленно посмотрел на него. Наверняка у них было молчаливое соглашение вести себя так, как будто ничего не произошло? Таковы были правила, по которым, как он думал, они играли. Он уставился на то, как Поттер подмигнул ему, а затем подошел, чтобы помочь пятикурснику из Гриффиндора, который только что поджег свою подушку. Драко чувствовал себя абсолютно нелепо, стоя как вкопанный на месте, пытаясь замедлить бешеный ритм, который ускорило его сердце. Потрясенный, он сделал все возможное, чтобы выбросить Поттера из головы, петляя возле учеников, поправляя их, когда они слишком сильно махали палочками или, что еще хуже, неправильно произносили заклинание. Трансфигурация — дело непростое, и его нервы были на пределе, когда он метался вокруг, пытаясь предотвратить любые катастрофы. Только немногие из них освоили это к концу часа: Грейнджер, конечно, превратила свою подушку в красиво украшенный чайник и помогала Уизли. — Ладно, — крикнул Поттер, чтобы привлечь их внимание. — Это была хорошая попытка. Но, похоже, нам предстоит пройти долгий путь. Давайте сосредоточимся на этом в течение следующих нескольких недель, хорошо? — Возможно, нам следует пригласить Делакур сюда, чтобы она помогла нам, — тихо сказал Драко. — Э-э… да, — сказал Поттер. Он выглядел удивленным. — Да. Это хорошая идея. — Иногда у меня такое случается. Раздались смешки слизеринцев. — Ага. Хорошо. Я спрошу ее, может ли она прийти на следующей неделе, дать нам несколько советов. Что думаете? — повернулся к собравшимся студентам; некоторые из них кивали. — Ладно. Тогда до следующей недели. Спасибо всем. И продолжайте практиковаться. Когда студенты вышли, Драко направился к другим восьмикурсникам Слизерина, которые сбились в кучку. — Вы видели Смита? — ухмыльнулся Забини. — То, как он везде машет своей палочкой. Я не могу поверить, что он еще не выколол кому-нибудь глаз. — Он всегда вел себя так, будто он лучше всех остальных, но в лучшем случае он посредственный, — фыркнула Панси. — Боже, печальная участь, — Забини критически оглядел студентов, когда они покидали Большой зал. — Я не знаю, как ты справляешься, Драко. Какое разочарование для тебя, что ты застрял в роли помощника учителя, в то время как остальные из нас на самом деле готовятся к карьере. — Могу сказать, что пока я там стоял, я тоже не видел, чтобы ты сильно продвинулся, Блейз, — протянул он. Остальные захихикали, когда Забини властно посмотрел на него сверху вниз. Он выглядел так, как будто собирался огрызнуться в ответ, но вместо этого одарил Драко злой улыбкой и взял его под руку. — Возможно, мне нужен учитель получше, — сказал он так тихо, что только Драко мог его услышать, — или, может быть, несколько частных уроков. Драко усмехнулся. — Тебе лучше пойти и спросить Поттера. Он, кажется, эксперт. Он напрягся, когда Блейз придвинулся еще ближе, прошептав ему на ухо: — Но я скучаю по нашим частным урокам, Драко. А ты? Прежде чем он успел ответить, кто-то грубо схватил его за руку, протиснувшись между ним и Забини. Разъяренный, Драко потянулся за своей палочкой и собирался бросить особенно жестокое заклятие, когда увидел, кто это был. — Поттер, — прорычал он. — Что, блять, с тобой не так? — Мне нужно поговорить с тобой, — сказал он сквозь стиснутые зубы. Драко оглянулся на Забини, который отбросил свой обычный вид холодного безразличия и вместо этого разинул рот, когда Поттер повел его через вестибюль. — Отвали от меня, Поттер, люди пялятся, — прошипел он. Но Поттер проигнорировал его, очевидно, не обращая внимания на взгляды страха и любопытства, когда другие студенты обходили их стороной. Он почти протащил Драко по коридору и втолкнул его в пустой класс, захлопнув за ними дверь и заперев ее резким взмахом палочки. Он прижал Драко к стене, и на мгновение, глядя в разъяренные глаза Поттера, ему пришлось признать, что он напуган. — В чем твоя гребаная проблема? — потребовал он. — Что это было с Забини? — тихо спросил Поттер. — Что? — С Забини. Когда ты уходил. Что это было? — Что было что? Я понятия не имею, о чем ты, Поттер… Отпусти меня, ты сошел с ума… — Я видел, как вы двое шептались и обнимались. — Обнимались? Я не знаю, что, по-твоему, ты видел, но… Он был прерван, когда Поттер яростно поцеловал его. Он поцеловал его в ответ, так же сердито, желая заколдовать его до завтрашнего дня, но также необъяснимо нуждаясь попробовать его на вкус и почувствовать его. Когда они наконец оторвались друг от друга, дыхание Поттера было прерывистым. Он ослабил хватку на руках Драко, но все еще прижимал его к стене, расстояние между ними составляло едва ли дюйм. Так они и стояли, сердито глядя друг на друга, пока, наконец, Поттер тихо не сказал: — Я не хочу, чтобы он прикасался к тебе. Драко, задыхаясь, рассмеялся. — О, правда? Я что, твоя собственность теперь? — Да, — то, как Поттер это сказал, и злой, собственнический взгляд в его глазах, заставили Драко почувствовать головокружение. Он хотел послать Поттера нахер, но не мог выдавить ни слова. — Ты понял? Драко нахмурился и сделал нерешительную попытку оттолкнуть Поттера от себя. Черт, он был силен. — Ты такой пиздецки высокомерный, Поттер. Ты не можешь просто так командовать мной. Боже, такой гребаный придурок. — Следи за своим языком, — прорычал Поттер. У Драко перехватило дыхание. Он должен был ненавидеть Поттера за это, должен был проклясть его за то, что он осмелился быть таким дерзким, но вместо этого он был таким возбужденным, что это причиняло боль. Он много раз видел Поттера сердитым — и не раз провоцировал, — но сейчас в нем было что-то такое, чего Драко не мог понять. Внезапно Поттер наклонился и расстегнул пряжку ремня Драко. Он сдернул с Драко брюки, с раздраженным рычанием отмахиваясь от его рук, когда Драко попытался дотянуться до молнии Поттера. Он не осмелился пожаловаться, когда Поттер взял его член в руку, грубо лаская. Это было так неожиданно, что у него перехватило дыхание. В ответ Поттер запустил руку в волосы Драко и снова соединил их губы. Они поцеловались, и это было совсем не похоже на нежный, осторожный поцелуй, который они разделили во вторник вечером. Это была грубая, пламенная борьба за доминирование, пока Поттер продолжал гладить его. Драко не смог удержаться от стона, когда Поттер прикусил его нижнюю губу — металлический привкус крови должен был разозлить его, но только еще больше возбудил. Он был застигнут врасплох, когда его член внезапно оказался в кулаке Поттера. Это было почти чересчур — губы Поттера на его губах, грубая рука на члене, его руки на плечах Поттера, пытающиеся хоть как-то заземлиться. Он почувствовал так много всего сразу, что это было почти болезненно. Не было никакого способа остановить себя от долгого, прерывистого стона, когда Поттер удерживал его во время оргазма. Окончательно выдохшись, он прислонился спиной к стене. Он смутно заметил, что Поттер убрал беспорядок тихим взмахом своей палочки. Некоторое время они стояли рядом, Драко пытался выровнять дыхание, а Поттер поддерживал его руками. Теперь он был намного мягче. Казалось, он был доволен, наблюдая за Драко, время от времени проводя губами по его шее, пока тот успокаивался. Драко поправил рубашку и заправил брюки, смущенный тем, как быстро он кончил из-за Поттера, тем шумом, который он производил, своей готовностью принять дрочку в пустом классе. Каким бы опустошенным он ни был, ему все еще хотелось протянуть руку и прикоснуться к Поттеру. Он не мог отрицать, что последние две ночи не спал, думая о том, как Поттер мог бы выгибаться и стонать под его руками. Но Поттер уже отстранялся с довольной ухмылкой на лице. — Я не хочу видеть это снова, — сказал он. — Понял? Боже, Драко абсолютно ненавидел себя за это, но он был настолько ошеломлен, что не мог сделать ничего другого, кроме как слабо кивнуть. — Я поговорю с Флер о том, чтобы она пришла на следующей неделе. Праудфут сказал, что он может появиться в ближайшие несколько недель, чтобы посмотреть, как у нас идут дела. Поттер повернулся, чтобы уйти, перекинув сумку через плечо. — Поттер, — внезапно сказал Драко, встревоженный хрипотцой в своем голосе. Когда Поттер посмотрел на него, Драко был сильно поражен тем, как его волосы завивались вокруг ушей, оттенком розового, который все еще окрашивал его щеки, плотно прилегающей к талии форменной рубашкой. Боже, он был обречен. — Ты только что применил невербальную магию. Дважды. Поттер хитро усмехнулся ему. — Ты хороший учитель, — и с этими словами он оставил Драко пытаться собраться с мыслями.