You Look the Way I Feel

Сначала ни один из них не пошевелился. Наконец, с бешено колотящимся сердцем Драко протянул руку и потер пальцы друг о друга, позволив осколкам стекла разлететься по ветру. Гарри в ужасе на него уставился. — Что… ты что наделал? — сказал он еле слышно. Драко почувствовал легкое головокружение. — Я, э-э… — он посмотрел на Гарри, чьи глаза были расширены. — Как думаешь, я мог бы остаться здесь с тобой на каникулы? Гарри коротко рассмеялся, закрыв лицо руками. — О, Драко, — простонал он, качая головой. — Конечно, ты можешь остаться. — Хорошо, потому что я что-то сомневаюсь, что в этом году получу какие-нибудь рождественские подарки от родителей, — сказал он, для верности отряхивая руки. — Итак… — лицо Гарри стало серьезным. — Что теперь? — О чем ты? Ключа больше нет. Делать больше нечего. — Ты собираешься сказать ему, да? — Кому? Отцу? — Драко поморщился. — Очевидно, ты не очень хорошо его знаешь. — Драко, — тихо сказал Гарри. — Хотя бы предупреди его. — Точно нет. — Пожалуйста? — Он просто найдет другой выход, — сказал Драко. — Тогда позволь ему. Если он это сделает, это не значит, что ты помог. Но, по крайней мере, таким образом, твоя совесть чиста. — Моя совесть? — фыркнул он. — Она не была чистой уже очень давно. — Драко, — услышав искренность в голосе Гарри, Драко повернулся, чтобы встретиться с ним взглядом. — Пожалуйста. Сделай это для меня. По крайней мере, предупреди его, чтобы он был готов. Иначе, боюсь, ты никогда себе этого не простишь. Драко испустил глубокий, преувеличенный вздох. — Наверно. — У тебя есть способ связаться с ним? — Ну, мы раньше говорили по камину, — нахмурился он. — Или я мог бы просто написать. Однако их почта проверяется. — Поговори по камину, — посоветовал ему Гарри. — Тебе нужно сказать ему это с глазу на глаз. — И что тогда произойдет? — тихо спросил Драко. — Все, что ты захочешь. В этом весь смысл, не так ли? Они еще немного посидели у озера, Гарри прижимал Драко к груди. Погруженный в свои мысли, Драко позволил себе задаться вопросом, что будет с его отцом. С его мамой. Несколько месяцев назад он никогда бы не смог набраться смелости, чтобы вот так бросить вызов своим родителям. Часть его не была готова признать, что он только что разнес флакон вдребезги — это казалось слишком возмутительным, чтобы быть правдой. Но он устал от того, что его использовали, устал носить грехи своего отца, как крест на спине. Чувство вины, горячее, болезненное и скручивающее в груди, угрожало поглотить его, поэтому он сосредоточился на ровном дыхании Гарри, заставляя себя быть храбрым. — Все хорошо, — пробормотал Гарри в его волосы. — Все в порядке. Просто дыши. Вся сила того, что он сделал, поразила его. Охваченный страхом, он повернулся к Гарри. — Это был последний шанс для него? — спросил он. — Для моего отца? — Я не знаю, — честно ответил он. — Ты думаешь, еще есть шанс? Есть шанс, что они не назначат Поцелуй? Гарри взял лицо Драко в ладони и провел большим пальцем по его щеке. — Всегда есть шанс. Драко выдохнул, он не осознавал, что задержал дыхание, когда Гарри поцеловал его. Он немедленно отреагировал, повернувшись так, чтобы ухватиться за переднюю часть мантии Гарри. — Я не такой, как ты, — сказал он, как только они оторвались друг от друга. — Я не такой храбрый, как ты. — Правда? — Гарри задумался. — То, что ты только что сделал, было довольно храбро. — Нет. Я сделал это, потому что боюсь. — И? — Гарри поцелуями спустился к шее Драко. — Ты все равно это сделал. Драко низко застонал, когда Гарри прикусил его кожу. — Ты, — выдохнул он, — всегда оставляешь следы. В прошлый раз мне потребовалась целая вечность, чтобы заставить всё исчезнуть. — Тогда оставь их, — возразил Гарри; Драко чувствовал, как он улыбается ему в шею. — Как ещё люди должны знать, что ты мой? Драко растаял от его слов. Он попытался расстегнуть пуговицы на мантии Гарри, разочарованно заскулив, когда Гарри мягко отстранил его. — Ну почему? — спросил он, почти вибрируя от разочарования. — Почему ты не позволяешь мне? — Я не могу. — Скажи мне. Пожалуйста, просто скажи мне. Я что-то сделал? — Конечно, нет, — Гарри заключил его в крепкие объятия. — Я просто еще не готов. — Я беспокоюсь, что это… это метка или… — Что? — Гарри откинулся назад, чтобы посмотреть в лицо Драко. — Ты думаешь… — покачав головой, Гарри взял Драко за руку и закатал рукав. Метка была такой черной, что почти светилась, ужасно извиваясь на бледной руке Драко. — Не смотри на неё, — испуганно сказал Драко. — Она ужасная. — Я проделал ужасную работу, — сказал ему Гарри, — заставив тебя понять, как я без ума от тебя, — он медленно наклонился вперед и поцеловал метку. Драко почти ожидал, что произойдет какая-нибудь катастрофа, когда Мальчик-который-выжил-дважды, крепко прижался губами к его предплечью. Но ничего не произошло, кроме внезапного всплеска бабочек в животе Драко, когда Гарри снова опустил рукав. — Мне просто нужно время, — сказал Гарри, снова обнимая его. — Просто еще немного времени.

***

Слизеринские восьмикурсники вскоре обнаружили, что им нужно выполнить рекордное количество заданий до каникул. В субботу утром они встретились в библиотеке, чтобы попытаться разобраться со стопками домашних заданий. К удивлению Драко, даже Грег присоединился к ним — он, как и Драко, все еще трудился над сложной работой по Анимагии, которую им задала Делакур. Было странно находиться с другими и вести себя так, как будто все было нормально. Потому что это было не так — его жизнь перевернулась с ног на голову наилучшим из возможных способов. Всякий раз, когда в разговоре наступало затишье, Драко не мог придумать ничего, что можно было бы затронуть, кроме тем, вращающихся вокруг Гарри. Казалось очень странным, что жизнь других людей протекала так, как всегда, в то время как его так безвозвратно изменилась. Стоял также вопрос о его ссоре с Панси. Отношения между ними не улучшились: она отказывалась встречаться с ним взглядом, склонив голову над учебником по Прорицанию. Остальным, должно быть, тоже было не по себе, потому что даже Нотт попытался вмешаться. — Что Трелони сказала о твоем раскладе, Панси? — спросил он, рассеянно постукивая пером по полям своей книги. — Который ты делала для Драко. Она пожала плечами. — Недостаточно смертей и страданий для неё? — Я не думаю, что предсказания Панси точны, — мрачно сказала Миллисент. Драко поднял глаза, ожидая увидеть ухмылку на лице Панси, но она продолжала хмуро смотреть в свою книгу. — Кто-нибудь может сказать мне, что произошло между вами двумя? — огрызнулся Тео. — Неужели это действительно имеет значение? — коротко спросил Забини. Ему нужно было прочесть три главы «Мест исторической магии» для Бинса, и он был как всегда раздражен. — Спроси Драко, — пробормотала Панси. Он мог поклясться, что видел слезы, выступившие у нее на глазах. — О, пожалуйста, не ссорьтесь, — сказала Дафна, протягивая ладонь, чтобы взять Панси за руку. — Я уверена, что это было просто недоразумение. В последнее время все так напряжены из-за всей этой домашней работы, которую нужно выполнить. Панси громко шмыгнула носом. — Мы не можем просто поговорить? — тихо спросил ее Драко. — Ну же, пойдем прогуляемся. — Нет! — сказала она, свирепо глядя на него. — Все, что ты хочешь сказать мне, ты можешь сказать при них, — когда он уставился на нее, она добавила: — Давай, Драко. Расскажи им, что ты сказал на днях. Он сидел, сбитый с толку, чувствуя на себе взгляды остальных. Даже Забини оторвался от своей работы. — Расскажи им, — прошипела она. — О, ради бога, — Драко откинулся на спинку стула и принялся теребить перо. — Это была глупая ссора. Я только сказал ей… — он замолчал, глядя на Дафну. Он не хотел, чтобы она знала, что другие говорили о ней и Томасе. — Я просто устал от этого, от всей этой чепухи о чистокровности. Священные Двадцать восемь и вся эта ерунда. — Ну-ну, — пробормотала Миллисент, глядя на свои руки. — Я уверена, что мы все можем согласиться с этим, — весело сказала Дафна. — Нет, не можем, — отрезала Панси. Ее щеки были красными. — Драко такой лицемер. Ты не знала его раньше, Дафна. Каким он был. Вечно твердил о… о… — Панси оглянулась через плечо. Тихим голосом она сказала: — Грязнокровках и том, что им здесь не место. — Панси! — пискнула Дафна. — Не говори так! — как и следовало ожидать, они услышали, как мадам Пинс шикнула на них. — Осторожнее, Панси, — предупредил ее Забини. — Но разве это не правда? — спросила она, оглядываясь на них в поисках поддержки. — Разве не так он всегда говорил? — надувшись от возмущения, она повернулась к Грегу, который рассеянно наблюдал за ней. — Правда, Грег? Гойл пожал плечами, явно сожалея о своем участии. Он снова склонился над своей работой по Трансфигурации. — Ясно, — холодно сказала она. — Таким образом, Драко может годами промывать мозги всем нам, а затем решить бросить нас, просто так. — Я никому не промывал мозги, — утверждал он. — И никого я не бросал. Блейз, Тео, — сказал он, оглядывая стол, — я уверен, что вы оба слышали дома одну и ту же чушь. О чистокровных и магглорожденных и все такое. Нотт неловко потер затылок. — Это не… мы не должны говорить об этом здесь. — Это из-за Дина? — внезапно спросила Дафна, ее лицо порозовело. — Нет, — начал Драко. — Это не имеет никакого отношения к… — Как мы должны были реагировать, когда ты привела его в паб? — потребовала Панси. Несколько других студентов за соседним столиком шикнули на нее — она бросила на них убийственный взгляд. Повернувшись обратно к Дафне, она сказала: — Он появился из ниоткуда, ты только шокировала нас им! Даже не предупредила нас. И чего ты ожидала? Дафна молча уставилась на нее. — И не прикидывайся невинным, — сказала Панси, поворачиваясь к Нотту. Он притворялся, что читает свой учебник. — Мы все об этом говорили. Нам всем это показалось странным. Дафна взглянула на Драко. Будучи расстроенным, он огрызнулся: — Я никогда ничего не говорил. У меня нет проблем с Дином Томасом. На самом деле, я, э-э… — он заставил себя подумать, а затем сказал: — Мы собираемся полетать вместе. После праздников, — когда они уставились на него, Драко сказал: — Да, именно так. С остальными гриффиндорцами. Просто… просто хорошая игра в квиддич. Забини фыркнул, возвращаясь к своей книге. — Почему все сходят с ума из-за этого? — Драко думает, что он лучше нас, — сказала Панси. — Он практически сказал мне об этом. И он предостерег меня от тебя, Тео. Потому что ты все еще веришь в превосходство чистокровных. — Не впутывай меня в это, — нервно сказал Тео, его уши покраснели. — Боже, разве мы не можем просто закончить нашу домашнюю работу? — Нет, — сказала Дафна. — Скажите мне вот что: у кого проблемы с Дином? — никто из них не осмеливался взглянуть на нее. — Вы все созданы для того, чтобы быть моими друзьями, — прошептала она. — Я не возражаю против Дина! — Миллисент заверила ее. — Никто не возражает против Дина, — раздраженно сказала Панси. — Это не имеет никакого отношения к Дину, Дафна. Просто Драко — самодовольный придурок, — откинувшись на спинку стула, она сердито посмотрела на него. — Как и всегда. — Почему ты принимаешь это так близко к сердцу? — спросил он. — Это такая глупая ссора. Все, что я сказал, это то, что меня тошнит от всей этой чистокровной ерунды. — Может быть, некоторые из нас не думают, что это ерунда, — выплюнула она. Драко замер. — Ты не это имеешь в виду. — Я… — её глаза снова наполнились слезами. Сердито смахнув их, Панси начала собирать свои вещи. — Я не знаю, что я имею в виду. Боже, Драко, ты такой… — Из-за чего ты заставил ее плакать? — Тео выпрямился в своем кресле. — Я ничего не сделал! — О, нет, конечно, нет, — прорычала Панси, запихивая учебник в сумку. — Ты никогда не делаешь ничего плохого, не так ли, Драко? — и с этими словами она выбежала из библиотеки. Какое-то время они сидели молча, потрясенные её яростью. — Это так на тебя похоже, Драко, — рявкнул Тео. — Ты думаешь, что ты намного лучше всех остальных. Я поражаюсь тобой в этом году. Сбитый с толку Драко спросил: — Ч-что? Что я сделал? Тео наклонился к нему. — Из всех, кто сидит за этим столом, у кого есть Темная метка? Повинуясь инстинкту, Драко схватился за предплечье. Он чувствовал на себе взгляды остальных. — Тебе никогда ни с чем не приходится сталкиваться лицом к лицу, не так ли?— прошипел Тео. — Ты получил метку, ты был Пожирателем Смерти, ради бога, и теперь ты вернулся в Хогвартс, как будто ничего не случилось. Даже и дня не провел в Азкабане, — сморщившись, он добавил: — Между тем, такие люди, как мой отец, все еще находятся под стражей. Не всем так повезло, чтобы Гарри Поттер заступился за них. — На случай, если ты забыл, — холодно сказал он, — моему отцу грозит Поцелуй Дементора. — Но не тебе, — отпустив его, Тео вернулся к своему учебнику, постукивая пером по странице с такой силой, что начала образовываться дыра. Будучи потрясенным, Драко проигнорировал сочувствующее лицо Дафны и притворился, что сосредоточен на своем пергаменте. Когда перед его глазами все поплыло, он крепко сжал руки под столом. У него не могло быть приступа. Не здесь. Но желчь так быстро подступала к его горлу, что он подумал, что его сейчас стошнит. Ладони вспотели, он потер их друг о друга, убеждая себя сосредоточиться на чем-нибудь другом, кроме своей паники перед лицом гнева своих друзей. Он подумал о выражении лица Гарри, когда они целовались; он вспомнил момент, когда Гарри прижался губами к его Темной метке. Глубоко вздохнув, Драко вернулся к своей работе.