You Look the Way I Feel

В тот момент, когда они ворвались в зал, произошло сразу несколько вещей. Их приветствовали испуганные крики — одна женщина, в частности, издала ужасный вопль — и Драко чуть не споткнулся, прежде чем Гарри схватил его за руку. Он поднял глаза и обнаружил, что находится в самом ужасном кошмаре. Там был его отец, прикованный к стулу в центре комнаты, а над ним завис дементор. Паника разлилась по его венам, Драко попытался придумать счастливое воспоминание — Гарри целует его, Гарри говорит, что любит его — и он проревел: — ЭКСПЕКТО ПАТРОНУМ! — серебряный скорпион вырвался из его палочки и метнулся к дементору, подняв хвост. Драко почувствовал прилив надежды, когда дементор отступил назад, протягивая свои покрытые струпьями руки. — Что все это значит? — женщина, сидевшая на передней скамье, вскочила. На скамьях сидело не более двадцати человек. — Это частное слушание! Драко не узнал женщину, которая кричала на них, но Гарри, должно быть, узнал, потому что он холодно сказал: — Мадам Уэбб. — Мистер Поттер, — при виде Гарри она, казалось, была сбита с толку; она оглянулась на членов Визенгамота позади нее, которые казались такими же растерянными. Рядом с каждым из них был Патронус. Драко последовал за Гарри в зал и бросился к отцу. На мгновение у него остановилось сердце, он подумал, что они, должно быть, опоздали — он никогда не видел кожу своего отца такой бледной и восковой. Но когда он присел на корточки рядом с ним, его отец прохрипел: — Драко, — и волна облегчения захлестнула его. Ведьма, к которой Гарри обращался как к мадам Уэбб, достала свою волшебную палочку. — Я уверена, что мы все очень рады видеть вас, мистер Поттер, но я попрошу вас обоих уйти. Как вы можете видеть, мы находимся в середине слушания. — Где Кингсли Шеклболт? — потребовал Гарри, оглядывая комнату. — Его здесь нет, не так ли? Разглядывая членов Визенгамота — некоторых из которых он узнал по собственному слушанию — Драко чуть не пропустил единственного человека, который не был одет в мантию цвета сливы: свою мать. — Мама, — выдохнул он, поднимаясь на ноги. Одетая в черную мантию, которая угрожала поглотить ее, она выглядела меньше и испуганнее, чем Драко когда-либо видел её. Она моргнула, глядя на Драко сверху вниз, как будто не совсем верила, что он был там. — На самом деле, мистер Поттер, это крайне неприлично, — отрезала мадам Уэбб. — Пожалуйста, немедленно покиньте зал. — Нет, я так не думаю, — холодно сказал Гарри. Он поправил хватку на своей палочке. — Мы знаем, что вы планируете сделать. — Это дело министерства, мистер Поттер, — сказала она отрывисто. — Шеклболт не хочет, чтобы вы применяли Поцелуй Дементора, — парировал Гарри. Кто-то еще встал — древний, сутулый волшебник. — К сожалению, — сказал он, — вы обнаружите, что министр не имеет права отменять решение Визенгамота. — А где все остальные участники? — спросил Гарри. — У нас есть постановление, мистер Поттер, — мадам Уэбб, казалось, действительно становилась очень раздраженной. Гарри посмотрел на дементора, все еще съежившегося, когда Патронус Драко прижал его к стене. — Нет. Это неправильно. Вы знаете, что это неправильно. — Мы уже проголосовали, — сказала она. Её Патронус, маленькая сова с серебристым оперением, сердито ухала на них. Встал еще один волшебник. Драко сразу узнал мужчину с желтоватым лицом: Ричард Крессуэлл, один из многочисленных кузенов Дирка Крессуэлла. — Мистер Поттер, я уверен, вы захотите вернуться к наслаждению Сочельником. Вам не стоит об этом беспокоиться. — Снимите их, — сказал Гарри, указывая на цепи, обернутые вокруг отца Драко. — Это просто смешно. — Вон, — мадам Уэбб, очевидно, потерявшая рассудок, пронеслась по всей длине скамьи. — Я знаю, нам всем понравился ваш маленький визит, мистер Поттер, и я уверена, что мистер Малфой очень рад возможности увидеть своего отца, но это не для ваших глаз, — когда она спускалась к ним по лестнице, Гарри поднял свою палочку. — Вы что, все сошли с ума? — крикнул Гарри скамейкам. — Это безумие! Поднялся большой шум, когда несколько членов Визенгамота вскочили. Один из них, высокий, худой мужчина, указал на отца Драко и закричал: — Люциус Малфой — убийца! — Известно ли вам, мистер Поттер, — тихо сказала мадам Уэбб, — что моя кузина Амелия и вся ее семья были убиты Тем-Кого-Нельзя-Называть? Драко беспомощно взглянул на Гарри, выражение лица которого стало жестче. — Я знаю. И мне очень жаль. Но Поцелуй Дементора на мистере Малфое не вернет их обратно. Мадам Уэбб резко остановилась. Она выглядела так, словно ей дали пощечину. — Как вы смеете, — прошептала она. — Мистер Поттер, вы не можете быть серьезным, — сказала миниатюрная ведьма. Она была в тени своего Патронуса, огромной собаки, — Люциус Малфой был правой рукой Сами-знаете-кого, — она наклонилась вперед, поправляя очки. — Он под Конфундусом? Почему он с мальчиком Малфоев? — Оставьте его в покое, — прорычал Гарри. — Я тоже видел, как умирали люди! Множество людей, о которых я действительно заботился… Фред Уизли, Ремус Люпин, Нимфадора Тонкс… Я уверен, что вы все слышали о них… Мой крестный отец, Сириус… Домовой эльф Добби… никто из вас его не знал, но он был великолепен, меня бы не было в живых, если бы не он… — Гарри посмотрел на отца Драко, а затем продолжил: — Мы все знаем, что сделал мистер Малфой. Но поступать так… это никого не вернет. И не сделает ситуацию лучше. Это неправильно. Тишина повисла в зале, когда Гарри закончил говорить. Драко позволил себе надеяться, что, возможно, они образумятся. — Мадам Уэбб, — позвал старый волшебник, который говорил ранее, — это абсурд. Нам нужно двигаться дальше. — Совершенно верно, — взмахнув палочкой, мадам Уэбб подошла и встала перед ними с властным выражением на лице. — Я не знаю, почему вы двое здесь, или как вы узнали о сегодняшнем слушании мистера Малфоя, но хватит. Я попрошу вас еще раз уйти, или вам придется стать свидетелем чего-то, чего я бы действительно предпочла, чтобы вы не видели. Драко почувствовал, как беззвучный крик вырвался из его горла. В ужасе он посмотрел на Гарри, который вызывающе смотрел на мадам Уэбб. — Очень хорошо, — отрезала она. — Если вы настаиваете, — она повернулась к дементору, все еще дрожа перед лицом Патронуса Драко. — Уберите его, мистер Малфой. Драко покачал головой, не в силах говорить. Холодным голосом она сказала: — В нашем распоряжении еще много дементоров, — взглянув на Гарри, она добавила: — Мы все знаем, что вы замечательный волшебник, мистер Поттер, но даже вы не можете справиться с пятьюдесятью дементорами. Пожалуйста. Дело вышло из-под контроля. Гарри подошел к отцу Драко, который, окаменев, уставился на него. Стоя между дементором и отцом Драко, Гарри сказал: — Я не двинусь. Если вы хотите, чтобы дементоры убили мистера Малфоя, тогда им придется сначала убить меня. Внезапно все вскочили на ноги. Птицы кричали, собаки лаяли, а обезьяна начала выть, когда члены Визенгамота закричали на Гарри и друг на друга. В этом столпотворении Драко схватил Гарри за локоть и прошипел: — Гарри, нет, — но глаза Гарри были прикованы к мадам Уэбб, на его лице застыло мрачное выражение. Мадам Уэбб выглядела так, словно вот-вот взорвется. Она сделала шаг к Гарри, подняла палочку и открыла рот, чтобы заговорить. Однако они так и не узнали, что она собиралась сказать, потому что внезапно услышали звук прогрохотавших по коридору шагов. Драко развернулся к двери и увидел, как Шеклболт, Долиш и Праудфут вбежали внутрь. Они, очевидно, только что вернулись с рождественских празднований — темно-синяя мантия Шеклболта сияла золотыми звездами, а на голове у Долиша была небрежно надета фетровая шляпа. — Экспеллиармус! — рявкнул Праудфут; палочка мадам Уэбб полетела в сторону скамеек. — Что, черт возьми, здесь происходит? — воскликнул Долиш. — Министр, — запинаясь, выдохнула мадам Уэбб. Остальные члены Визенгамота притихли; некоторые из них опустились на свои места. К удивлению Драко, Шеклболт бросился к его отцу. Он постучал палочкой по цепям, и они мгновенно ослабли. — Вы в порядке, мистер Малфой? — тихо спросил Шеклболт, присаживаясь так, чтобы они оказались лицом к лицу. — Прекрасно, министр, просто прекрасно, — пробормотал он, массируя запястья. Шеклболт воспользовался моментом, чтобы проверить отца Драко, прежде чем подняться на ноги. — Мадам Уэбб, — сказал он своим глубоким, медленным голосом, — не могли бы вы, пожалуйста, объяснить, что здесь происходит? — Министр, я… Я… Пока она пыталась ответить, Драко присел на корточки рядом со своим отцом, чье лицо все еще было бледным. Их глаза встретились на мгновение, а затем Драко, переполненный эмоциями, потянулся и взял его за руку. — Увидимся в моем кабинете, мадам Уэбб, — говорил Шеклболт. — С остальными из вас свяжутся после праздников, — бросив на дементора взгляд, полный отвращения, он сказал: — И я попрошу вас, пожалуйста, вернуть эту тварь туда, откуда она пришла. — С тобой все в порядке, отец? — спросил Драко. — Мы пришли, как только узнали. На этот раз его отец, казалось, не знал, что сказать. Он был одет в поношенную серую мантию, его светлые волосы спадали на лицо длинными прядями. Он посмотрел на Гарри, выражение лица которого было непроницаемым. — Теперь ты должен быть в порядке, — сказал Драко. Все еще приходя в себя от паники, он не мог удержаться от бессвязной речи. — Шеклболт будет присматривать за тобой… Держу пари, он не выпустит тебя из виду… все будет хорошо… Вот увидишь… — Драко, — Гарри осторожно коснулся его плеча. — Твоя мама. Драко обернулся и увидел свою мать, стоящую у подножия лестницы. Выражение ее лица было странно отсутствующим. — Мама, — сказал он, бросаясь к ней. — Ты в порядке? Она обхватила его лицо ладонями. — Ты был таким храбрым, — пробормотала она, изучая его. — Я… я не… это всё Гарри… Я на самом деле не… Она покачала головой, положив руки ему на плечи. — Ты очень хорошо справился. Я знала, что ты не бросишь своего отца. — Мама, я… Портключ… — Драко покачал головой. Он не хотел извиняться, но, столкнувшись с изможденным лицом своей матери, почувствовал, как острый укол вины пронзил его живот. — Я просто… Это… Я больше не мог, я правда не мог… — Я знаю, — она сжала его плечи, — я знаю. Драко почувствовал, что вот-вот расплачется; его спас Шеклболт, который для такого крупного мужчины очень нежно положил руку на спину матери. — Миссис Малфой, — тихо сказал он, — давайте отведем вас обоих обратно в поместье. — Пойдем, Драко, — сказала она, потянувшись к его руке. — По крайней мере, втроем мы сможем провести вместе одно последнее Рождество, — с грустной улыбкой на лице она сказала: — Мистер Поттер тоже может прийти. Мы устроим ужин, как перед твоим отъездом в Хогвартс, помнишь? Блюда из всех мест, где мы побывали… Ему почти не удалось отказать ей. Было намного легче бросать вызов своим родителям, когда он был в Хогвартсе, а они были надежно заперты в Мэноре. Но он сделал глубокий вдох, повернулся к ней лицом и по какой-то странной причине подумал о Дафне, когда сказал: — Все в порядке, мама. Я возвращаюсь в Хогвартс. Драко ожидал, что она отругает его, но вместо этого она сжала его руку, а затем позволила Шеклболту проводить ее к двери. Его отцу помогал Праудфут. — Ты хочешь попрощаться со своим отцом? — спросил Гарри, подходя и становясь рядом с ним. — Нет, — честно ответил Драко. Он наблюдал, как его отец, спотыкаясь, направился к двери. — Я думаю, что теперь между нами все улажено. И я… с меня хватит. С меня просто… Хватит. И хотя подземелье все еще было полно членов Визенгамота, Гарри обнял Драко за талию, притягивая его ближе. Они стояли так, пока его родителей выводили из комнаты. — Что за ночь, — громко говорил Долиш. — Рождественский ужин был сущим кошмаром — моя теща, ты никогда ее не видел, не так ли, Праудфут, просто невыносима — и меня уже отозвали из-за нескольких взрывов в Норфолке — можешь себе представить… Как раз когда он собирался выйти за дверь, Праудфут остановился и пристально посмотрел на Драко. Один напряженный момент они смотрели друг на друга — Драко почувствовал, как Гарри напрягся рядом с ним, — а затем Праудфут кивнул и вышел из комнаты. Все кончено, подумал он про себя. Наконец-то все закончилось.