Тот, кому не нужно счастье

Мисс Мельмот приосанилась и поправила платье; против обычного она вышла вперёд и села на краешек стола, потеснив учебники и тетрадки. Со стола на пол скользнул какой-то небольшой флакон с чем-то ядовито-красным внутри, но мисс Мельмот ловко поймала его, не дав упасть и тут же деловито упрятала его в карман на платье. Я тут же подумал про духи в небольших флакончиках, но, как мне показалось, распылителя у флакона не было; впрочем, он и был-то на моих глазах всего секунду, так что утверждать наверняка я не мог. — Итак, — улыбнулась мисс Мельмот; её голубые глаза с усмешкой изучали сидящих перед ней детей, и я отчего-то почувствовал себя неуютно. Оттого, что я нарушил установленный порядок в классе? — Я так понимаю, вам больше интересна легенда о американском Философском Камне? Моё сердце пропустило удар; всё так просто? Первая попавшаяся школьная училка мне готова выложить квестовую информацию просто потому, что я её об этом спросил? — Это просто выдумка, — ответила мисс Мельмот на невысказанный вопрос. — Однако, за каждой выдумкой стоит частица правды. Насколько мне известно, алхимик Николас Фламмерс действительно пытался создать некое вещество, которое могло бы обращать свинец в золото и изготавливать элексир бессмертия, — девушка улыбнулась, глядя на ошарашенные лица детей. — Откуда вы это знаете? — спросил поражённый голос с первой парты; насколько я смог вспомнить, это была подружка погибшей Вэлери, Лили. — Я читала его личный дневник, — пояснила мисс Мельмот. Система уже успела обрубить мне эмоции, так что я, как мне кажется, вполне убедительно сыграл удивление. Мне совершенно точно нужно почитать этот дневник! — Откуда он у вас? — не унималась Лили; на самом деле, я ей был благодарен, потому что иначе этот вопрос пришлось бы задавать мне, а свой интерес к этой теме я пока проявлять не спешил. — Я видела его в центральной библиотеке Нью-Йорка, — тут же разбила мои мечты в прах мисс Мельмот. До Нью-Йорка я доберусь ещё ой как нескоро, а решить проблему мне нужно прямо сейчас! — Ого, — только и сказала Лили. Вот тебе и «так просто»… — В нём Фламмерс описал процесс его создания, — продолжила мисс Мельмот после кивка. В глазах её вновь скользнула хитринка. — Формула не имеет ничего общего с законами физики или химии и напоминает, скорее, приготовление бабушкиного супа из выдуманных трав вперемешку с сложными цепочками невозможных реакций, — девушка пожала плечами. — Во всяком случае, я ничего не поняла, — хихикнула мисс Мельмот. — А вы хотели бы себе Философский камень? — спросила Лили. — Ну, разумеется! — рассмеялась мисс Мельмот; чем-то её смех меня кольнул, он показался мне чуть наигранным. — А кто бы отказался от золота? — А от бессмертия? Мисс Мельмот на замолчала. Всего на мгновение — одно мгновение! — мне показалось, что её лицо исказила злоба. Но тут же она вновь улыбнулась, мечтательно и глянула в окно. — Жить вечно — это круто! — хихикнула Лили. — Я бы хотела жить вечно. Дети одобрительно забормотали; я же сидел не жив, не мёртв, боясь едва ли не моргнуть — лишь бы мисс Мельмот продолжила говорить. — Я думаю, — сказала она негромко; весь класс тут же обратился в слух. — что слишком грустно быть бессмертным, — вздохнула она. — Те же лица день за днём. Те же глупые ответы на вопрос — зачем живём? — мне определённо показалось, что это цитата и я её уже слышал. — Ты успеешь переделать всё на свете за сотню-другую лет, — продолжила она спустя пол минуты. — А потом тебе станет скучно. В классе всё ещё царила гробовая тишина. — Так вот, — мисс Мельмот встала и вновь зашла за свой стол и села; положив руки на стол, как примерная ученица, она вновь окинула взглядом своих светло-голубых глаз класс. — Когда Николас Фламмерс прибыл в Фадден, он был полностью здоров. Он работал тут врачом, попутно продолжая свои исследования. Наконец, однажды, спустя почти десять лет бесплодных попыток, Фламмерс смог что-то сделать, — мисс Мельмот прервалась, и тут же дети тихонько зашептались, обсуждая услышанное. Она тяжело вздохнула, чуть опустив голову; её губы на секунду сжались в тонкую полоску, а на лбу прорезалась горестная морщинка. — Или ему казалось, что смог, — добавила она. — Это та формула из дневника? — спросила Лили едва слышно. — Да, — ответила мисс Мельмот. — Однако, в процессе получения формулы и, возможно, первого образца, Николас серьёзно заболел. Скорее всего, что-то с опытами пошло не так, — мисс Мельмот вздохнула. — В записях его дневника… — она прервалась. — Нет, пожалуй, избавлю вас от подробностей. — Он пытался лечится… нетрадиционными по нынешним меркам методами, — добавила она. — Например? — вновь спросила неугомонная Лили. — Вы пока слишком маленькие, чтобы это знать, — ответила мисс Мельмот, чуть поморщившись. — В нашем недавнем прошлом, как вы помните, к темнокожим и азиатам относились чуть более… предвзято, — было видно, как мисс Мельмот старается подобрать слова, чтобы дети могли понять, но не были травмированы этим. Я примерно понимал, что именно хочет сказать мисс Мельмот — ведь я уже видел в брошюрке историю про обескровленных и расчлененных людей; даже я, вполне сформированная взрослая личность, и то вздрагивал при мысли о мёртвых неграх. Фу. — Но он не смог вылечиться, — сказала Лили полувопросительно. Видимо, она тоже успела прочитать эту историю в брошюре. — Именно так, — кивнула мисс Мельмот; она вновь тяжело вздохнула и продолжила: — Ему пришлось срочно учить свою жену, Дженнифер М… — она замешкалась. — Дженнифер Фламмерс, да, пришлось научить её врачевать, пока он всё пытался создать Философский камень и с его помощью вылечиться. Его жена, Дженнифер, была первой красавицей в городе, — девушка улыбнулась. — Она стала прекрасным врачом. Однажды, она заметила, что старость не щадит и её — красота начала увядать, вслед за угасающим от болезни мужем. Она тоже присоединилась к изысканиям мужа, что по тем временам было почти невиданным делом и, как говорит легенда, она тоже начала лечиться… нетрадиционными методами. Я едва сдержал тошноту при мысли о том, что кто-то действительно мог купаться в крови. — Дженифер считала, что она слишком молода, что у неё всё ещё впереди, — сказала мисс Мельмот; в её голосе мелькнула горечь. — Но её муж угасал на глазах. О, она его безумно любила, — улыбнулась мисс Мельмот. — Однако, ничего сделать она не смогла, Философский камень проклял Николаса, отчего тот умирал. В то время Дженнифер познакомилась с одним человеком, которого все почитали за колдуна и чернокнижника. Его звали Лорд Волдеморт… — она таинственно замолкла. Я не выдержал и прыснул. Чего? Какой, блин, Волдеморт? — Хотя бы один меня слушает, — хихикнула мисс Мельмот; за ней неуверенно засмеялись остальные ребята, кто поняв шутку, а кто и за компанию — видимо, ещё не все посмотрели первые фильмы про Гарри Поттера. — Вы сидите с такими серьёзными мордашками, что мне аж страшно. Вам скучно? Вернёмся к уроку? — Нет, нет! — со смехом заверили мы хором. — Местный священник, отец Вергилий, однажды захворал и собрался к Фламмерсам, —продолжила мисс Мельмот. — Он поднялся по ступеням на крыльцо и собирался было постучать, как слуга Фламмерсов по имени Джим — темнокожий парнишка лет десяти — вышел к нему сам и сказал, что господин изволит отдыхать, а госпожа находится где-то в подвале в лаборатории. Джим попросил священника подождать в беседке, пока кто-то не освободится. Стоит сказать, что слугам в подвал спускаться было строго запрещено, — мисс Мельмот ухмыльнулась. — Но несносный священник таки решился спуститься в подвал и позвать хозяйку, пусть Джим ему настрого и запретил. Кого вообще в те времена волновало мнение слуги? — девушка откинулась на стуле и поправила волосы. — А там он увидел, как Дженнифер, по легенде, конечно, принимала ванну… в неглиже, — закончила мисс Мельмот, очевидно, решив не говорить про ванну, полную крови. Бр-р-р-р. — В чём? — спросил Джонни. — Голышом, значит, — с важным видом пояснила Лили, повернувшись к нам; её щёки горели от важности и смущения. — Да, именно так, — кивнула мисс Мельмот. — Отец Вергилий мигом выскочил оттуда и, добежав до колокольни, вон той самой, кстати, — мисс Мельмот кивнула в сторону видневшейся через окно белой каменной церкви. — И принялся звонить в колокол до тех пор, пока на площади перед церковью не собралось пол города. — И что дальше? — спросил Джонни. — Отец Вергилий спустился с колокольни и принялся рассказывать, клянясь на Библии, что он видел, как Дженнифер Фламмерс предавалась прелюбодеяниям с рогатым демоном в чане с кровью, — ух, мисс Мельмот всё-таки это сказала. — Демоном тем был чернокнижник по имени Деймос. — девушка чуть побледнела; костяшки сцепленных между собой рук побелели, словно она сдерживала гнев. — Разумеется, Дженнифер оправдалась, возложа руку на Библии и процитировав стихи оттуда, перекрестившись. Священника все стали считать сумасшедшим, да он и до этого случая был… немного не в себе, — усмехнулась мисс Мельмот. — А что всё-таки случилось с мистером Фламмерсом? — спросил Джонни. —Однажды, по легенде, в тот день, когда ему стало совсем плохо и он был уже почти при смерти… — мисс Мельмот замолкла, словно переводя дух; её взгляд скользил поверх наших голов, словно она смотрела куда-то вдаль. — По легенде, повторю, лишь по легенде, он завершил свои исследования. Но сил на создание работающего камня у него не было. Он чувствовал, что умирает, и, чтобы ещё продлить себе жизнь, он попросил свою жену… помочь ему. — голос мисс Мельмот чуть дрогнул; мы слушали, затаив дыхание. — Однако, под руку попалась лишь дочь мельника по имени Анна Маклаген. Девушка была молодая и красивая, говорят, что Дженнифер ей ужасно завидовала, потому что начала стареть в то время, как Анна как раз расцвела — уже её начали называть самой красивой девушкой в городе. Но жертва… Николасу не помогла, — выдохнула мисс Мельмот. — Какой ужас… — пробормотала кто-то на первых рядах. Мисс Мельмот кивнула и продолжила: — Её искали неделю, а тем временем Николас Фламмерс был уже мёртв, — в голосе мисс Мельмот послышалась горечь. — Последняя запись в дневнике была сделала уже чернокнижником Деймосом, после смерти Николаса, — девушка вздохнула. — А дальше — досужие домыслы, уж простите, к истории они имеют слабое отношение. Говорят, что обозлённая толпа с ружьями и вилами окружили усадьбу Фламмерсов. Они начали расправляться со слугами, считая их виновными в исчезновениях людей. Они угрожали поджечь усадьбу. Но… вдруг округу озарила яркая вспышка, ослепившая людей, а после все пропали. — Пропали? — недоуменно спросила Лили. — Пропали, — подтвердила мисс Мельмот. — Просто растворились в воздухе. Около часа жители боялись подойти к усадьбе, а когда всё же решились, то обнаружили, что в усадьбе никого нет, она заперта на все замки и засовы, подвал тоже закрыт — да так прочно, что его до сих пор никто не открыл. И никто не знает, куда делись хозяева — никто их больше никогда не видел. — мисс Мельмот вздохнула и отвернулась. — Принято считать, что все, кто был около поместья, побежали за хозяевами в лес, да и сгинули там все, — добавила она; девушка поднялась на ноги и отряхнула платье — в кармане звякнул пузырёк. — А что было на самом деле? — спросила Лили в абсолютной тишине. Мисс Мельмот лишь улыбнулась в ответ. — А что записал Деймос в дневник? — спросил я, предчувствуя ответ. — «Чертёж готов. Едва только эта чернь посмеет ступить во двор, я замкну руны и сделаю камень. А после мы с моей любимой отправимся назад на Меридиан. Князь Деймос»