Только в сказках.

— Скар! — раздаётся в давящей тишине. От неожиданности темноволосый чуть не выронил конец гирлянды, которую собирался прикреплять. Он поворачивается к Чайльду, и благодаря всему своему актёрскому мастерству делает голос как можно спокойнее и ровнее: — Что такое? — лицо, на удивление, Скарамучча тоже сохранил. — Ты случайно не знаешь, где у нас стремянка? я хочу повесить над доской.. знаешь что? — Тарталья в нетерпении ждёт ответа от него. Куникудзуши незачем отказывать рыжему в этом, потому закатил глаза, и спросил, как хотел его возлюбленный друг: — Что же? После его слов Тарталья, совсем как радостный ребенок достает со дна коробки гирлянду.. но из носков. — Ты где вообще это откопал? — удивляется Скарамучча, — Я такую последний раз в детстве видел, и то у бабушки. — Нам несказанно везёт с классным руководителем. Его вкус и ненужные новогодние украшения самые лучшие вещи в этом мире. — Считай как хочешь, — не препятствовал мыслям Чайльда Скарамучча, — ты, вроде, говорил про стремянку, но я не знаю где она. — Да должна же быть, — достаточно серьёзно произносит Тарталья, задумываясь, — я точно помню, что она была не такой уж и длинной, немного ржавой, скрипящей, шаталась чутка.. — Откуда такие подробности? — искренне удивляется темноволосый. На его памяти, он никогда не видел в их школе хоть одну похожую вещь на эту. — Откуда? — переспрашивает рыжий парень, — Так я ж упал однажды с неё. Меня часто берут для всяких подготовок к праздникам, так как с моим ростом легко что-то повесить на высоком месте. Ну и я тогда украшал актовый зал, закреплял у штор яркие воздушные шарики.. вот и получилось так. Подстраховки-то не было. А сейчас у меня есть ты. — Никогда бы не подумал, что услышу подобную нелепую историю, — это единственное, что отвечает Куникудзуши своему другу, на что Тарталья успевает обидеться: — Вовсе не нелепая! Ситуация вполне жизненная! — Хорошо, пусть так, — легко соглашается парень, пожимая плечами, — так, стремянка. Думаю, в кабинете нет смысла держать это. Может подойдем к охраннику и попросим ключ от кладовой? Там точно должно быть. — Хорошая идея, пошли! — и Аякс тянет темноволосого за собой в коридор. *** Скарамучча вставляет неподдающийся ключ в замочную скважину, и поворачивает несколько раз. Как только дверь перед ним и перед рядом стоящим рыжим парнем открывается, в нос сразу бьет устойчивый запах древесины, смешанный с вонью масляных красок. Парни невольно закашливаются, ведь дополнением ко всему этому была пыль, прилетевшая им в лицо. — Блять, когда тут уборка вообще в последний раз была? — нечаянно вырывается у Скарамуччи, после чего он получает локтем в бок, — Эй! — Я конечно понимаю, что ты очень красноречив в этом плане, но если ты не хочешь, чтобы нам влетело от учителей, то лучше воздержись от подобных словечек. А то правда проблем отхватим, а бегать от нашего кабинета, где мы занимаемся подготовкой к празднику к кабинету социального педагога нам обоим не захочется. Ух, от одной такой мысли успел устать! — Рановато ты устал, всё ещё впереди, — пытается держать настрой Куникудзуши, хотя сама эта мысль тоже заставила приуныть и держать некультурные слова при себе, — так, ладно. Я захожу первым. И лучше бы задержать дыхание.. *** Их желание побыстрее уйти отсюда премного помогло, ведь уже через пару минут Чайльд достаёт из дальнего угла вещь, за которой они и пришли. — Наконец-то, а теперь сваливаем отсюда, — Скарамучча чувствует, что даже дышать становится легче от этой мысли. — Подожди, сначала нужно охраннику отдать ключи, иначе нам не миновать пару ласковых в свой адрес, — Тарталья выхватывает ключи из рук своего друга и, скрипя по пути немного ржавой вещью в руках, направился к выходу. — Постой, для начала закрыть комнату нужно, а то точно отхватим. Чайльд резко останавливается, а потом поворачивается: — Точно. Уже через пару минут они в тишине проходят через коридоры здания. У многих закончились занятия, а некоторые ушли от своих поручений к новому году на дополнительные. Таковыми людьми являлись Мона и Казуха, которые после пяти минут украшения класса отсалютовали и убежали далеко в закат, а то есть, на немаловажные занятия. Самые настоящие предатели! — Эй, Скар. Подержи нормально стремянку, я не хочу снова упасть с неё! — жалуется Тарталья и отчаянно смотрит на него. Именно в этот момент Куникудзуши просыпается от своих мыслей и покрепче перехватывает предмет по бокам, буквально вдавливая в пол изо всех сил, — О, самое то, спасибо. Аякс начинает прикреплять гирлянду из носков, пока Скарамучча снова начинает неосознанно наслаждаться их уединением и близостью. Хоть что-то в этой жизни ему позволяют сделать. Сделать то, что действительно ему нужно для умиротворения и капельки счастья. Может, хоть это он заслужил? — Твоё спокойствие меня убивает, нечасто увидишь тебя настолько молчаливым, без твоей излюбленной складки между бровей, — говорит Тарталья, тихо хихикая, и слезает со стремянки. Стоп, он уже закончил? — А это плохо? Не каждый же день мне ходить с угрюмой гримасой. Даже для неё расходуется много сил, — признаётся темноволосый, показательно отворачиваясь и фыркая. — Правда? Тогда просто расслабься хотя бы рядом со мной. Мне, если честно, без разницы, в каком ты настроении. Главное, что ты просто рядом, но кстати ты очень милый, когда улыбаешься, - Тарталья склоняет голову набок и очаровательно улыбается. — Не говори такие вещи.. — Скарамучче, безусловно приятно, но слышать комплименты в свою сторону всё равно ещё тяжелая и непостижимая задача. — Эй, — Тарталья внезапно становится серьёзным, и облокачивается на парту, хотя та была намного ниже его роста, — я всё ещё не забыл вчерашний вечер, и я могу говорить столько, сколько потребуется, что ты заслуживаешь, как и любой другой человек, счастья. Ты не сделал ничего такого, чтобы его не заслуживать. А твоя мать.. конечно, должного уважения у меня к ней пока что нет, но даже она имеет шанс на исправление. Ваши отношения пока не дошли до неисправимой точки. Если хочешь, я могу даже попытаться помочь наладить всё. — Ну и зачем ты это затеял, я сам справлюсь.. — не успевает он сказать хоть ещё одно слово, как на его плечи ложатся тёплые руки. — Я уже видел, как ты «справляешься». Поэтому и предлагаю помощь. Не строй из себя гордеца, просто прими её от меня, — серьёзный Тарталья чувствовался незнакомцем. Даже в светлую голову Скарамуччи не могла прийти идея, что вечный на позитиве человек может так быстро, буквально как профессионал переключится на другую ноту настроения. Эта самая светлая голова темноволосого кипит от своих же мыслей. На слова Чайлда он всё же издаёт смешок: — Прости, Аякс, но ты наткнулся на самого главного гордеца в этой жизни. — Неужели тебе настолько не нравится тот факт, что ты вообще можешь сказать просто «да»? — Верно. Аякс тяжело, в какой-то степени раздражённо, выдыхает. На это действие Скарамучча дергается. Аякс. тяжело. и. раздражённо. выдыхает. Нет. Этого не может быть. Тот ли это весёлый человек, которого постоянно видел Скарамучча? Хотя, ответ напрашивается сам. Такого Тарталью он в жизни не видел. — Может, продолжим? Или хочешь ещё о чём-то поговорить? — Куникудзуши сделал безразличный вид, но ему всё равно до жути интересно, сможет ли ещё Аякс поставить его в тупик? — Думаю, пока тем для разговоров нет. Да, давай пока продолжим украшать. Через несколько часов школа закрывается, не хочу чтобы к нам заходил кто-то из старших, дабы дать пинка под зад со словами: «проваливайте», — Чайльд усмехается со своих же слов. — Н-да, здесь будет трудно не согласиться, — соглашается Скарамучча. *** Всё оставшиеся время они продолжили украшать класс, пока в воздухе витало едва уловимое напряжение и неловкость. Они не проронили ни слова с тех пор. Кажется, Аякс смог разглядеть в нём упрямого человека, поэтому решил сразу не наседать, а подобраться неторопливо, чтобы сам Скарамучча ничего не заподозрил и подпустил к себе ближе и позволил помочь. За окном стремительно темнело, и теперь вместо сумерек небо сменилось тёмными облаками. — Мы закончили?.. — Тарталья стоит рядом с ним и неверяще оглядывает кабинет. Теперь вместо повседневного вида в нём была капля праздника. Удивительно, что пару разнообразных гирлянд спасли внешний вид класса, как и немного разных украшений, распределённых в разных уголках, даже на рабочем столе преподавателя. Скарамучча и Тарталья искренне верят, что учитель не будет против снежного шара с маленьким новогодним домиком и снеговиком внутри. — Тебе не кажется. Это успех, — отмечает Скарамучча, садясь за ближнюю парту и откинувшись на спинку стула. Чайльд, не произнося ни слова, но с явным довольством вдруг начал рассматривать его, в это же время садясь напротив. — Знаешь.. у меня внезапно появился вопрос. Правда он может прозвучать странно. — Оу, неужто? — Скарамучча лениво переводит на него взгляд, — Тогда я весь во внимании. Это было его главной ошибкой за сегодняшний вечер. Хотя нет, за всю жизнь. — А тебе кто-нибудь нравится? — неожиданно спрашивает Тарталья. — Да… — отвечает Скарамучча, не успев хорошенько обдумать вопрос. — Правда? И кто же это? Поделись, я никому не расскажу, честно-честно! — умоляюще смотрит на друга Чайльд. Куникудзуши в ужасе пытается отвертеться, он не хочет признаваться, не сейчас! И в следующее мгновение, делает самую большую ошибку в своей жизни: — Казуха! Мне.. нравится Казуха! В пустом кабинете повисает тишина. Когда молчание затягивается, Куникудзуши хочется провалиться сквозь землю и больше никогда не попадаться на глаза Аяксу. Мало того, что он сам не может нормально справиться в своей ситуации с рыжеволосым, так ещё успевает затянуть своего лучшего, и, мало того, невиновного друга, во всё это! Остаётся надеется, что Аякс в эти бредни не поверит и просто махнёт рукой, но именно в этот момент его наивность пробуждается самым невинным способом: — Он тебе правда нравится?.. Наверное, тяжело.. всё-таки он парень, да и твой хороший друг, — парень сочувственно смотрит на темноволосого, совсем не замечая его крайней тревожности. — Д-да, — он сглотнул, пытаясь унять все эмоции, внезапно давшие о себе знать, — непросто. — И ты совсем не хочешь ему рассказать? — задаётся вопросом Аякс. — Зачем же? Это с большой вероятностью испортит нашу дружбу, да и я совсем скоро смогу его разлюбить, — это была последняя нормальная и обоснованная попытка сгладить положение. Но.. — Так нельзя. Может, всё-таки признаешься? Груз спадёт. Груз как раз-таки усилится! — Нет-нет, ему хорошо живётся, мне хорошо живётся.. — Если ты самостоятельно не хочешь признаваться, то я могу тебе помочь. — Э..? Аякс, ты себя супер героем возомнил?! Скарамучча очень хочет приложиться лбом о парту, но из последних сил держится. Невинность и стремление помочь, конечно, вызывают восхищение и вызвало бы благодарность, если бы это была любая другая ситуация. У Скарамучча точно будут неприятности, если Тарталья продолжит, а что ещё хуже, действительно будет помогать в делах любовных, но ненастоящих. — Нет, правда. Зачем таить чувства в себе? Не делай так. А если он посмеет разбить тебе сердце, то я непременно.. — Чайльд спотыкается на следующем слове, — я ещё не придумал. По крайней мере, разговора между ним и мной не избежать. Кажется, понятно, что пытается сделать Тарталья. — Ты мне выбора не оставляешь, то есть? — Да, — Чайльд улыбается по-детски самодовольно. — Хорошо, я.. — он сглотнул, — я признаюсь. — Отлично! Жду уже вестей. Идём, — парень резко встаёт и закидывает свой рюкзак себе на плечо. — Да, конечно. *** — До встречи, Скарамучча. Хорошего тебе вечера. — И тебе. Они машут друг другу руками, после чего Скарамучча захлопывает дверь и скатывается вниз по стенке. Пока мать на работе, можно истерить сколько захочется, чем он и займётся в ближайшее время, но он правда надеется, что спокойно придёт к лучшему варианту развития дальнейших событий. И теперь, ради того, чтобы у Чайльда не наметился в планах серьёзный разговор с Казухой, темноволосому придётся завтра с утра разъяснять ситуацию своему другу, поэтому единственное, что увидит сегодня ночью Каэдэхара, так это его сообщение: «приходи завтра пораньше в школу, нужна твоя помощь». Куникудзуши не позволит Казухе отступить от завтрашнего диалога, пообещав себе, что придумает к следующему утру лучшее развитие событий, и поделится со своим другом идеей. Скарамучча готов начать фиктивные отношения с Казухой, если после этого Тарталья перестанет интересоваться его любовными интересами. Об этом думал Скарамучча, пока лежал в своей постели, держа открытую переписку с Казухой, надеясь, что тот увидит непрочитанное сообщение не завтра утром. И только он хотел отложить телефон, как увидел сверху текст, оповещающий об отправленном ему сообщении. Парень нажимает на него, и переписка быстро сменяется на другую, где он в итоге видит, от кого пришло уведомление и каково его содержание. Аякс. Доброй ночи, Скар) Скарамучча. Доброй. Куникудзуши неверяще смотрит в экран смартфона, а потом медленно прижимает телефон к груди, проваливаясь в крепкий сон. *** — Что ты, чёрт тебя дери, сказал вчера Тарталье? — сегодняшнее утро не радовало своей напряжённостью, ведь прямо сейчас, вместо спокойного друга, он получает вовсе не спокойного, а наоборот, гневного, у которого медленно закипает голова. — Мне нужно было срочно соврать, и.. и я сказал про тебя. И.. теперь нам надо сыграть пару, иначе Тарталья будет относиться к тебе, мягко говоря, не очень.. — У меня всего один вопрос, — спустя время начинает снова Казуха, — чем ты думал в тот момент? Ещё тогда, когда проговорился, что влюблён. Ответа не последовало. Скарамучча сам не знал ответа. — Я не знаю, — в итоге отвечает он. — Я не принимаю подобные ответы, ты знаешь. Зачем? — Да просто не знаю! — не вытерпел Куникудзуши и неосознанно повысил тон. Ему повезло, что сейчас на дворе школы никого нет, кроме них двоих, — Мне ошибки делать нельзя?! Я итак стараюсь каждый день их не допускать, но я разве виноват, что бываю рассеянным, Казуха? Виноват в том, что такой неудачник, что даже имея смелость, не могу просто подойти и выкрикнуть ему в лицо три заветных слова? Разве.. разве я сам собой доволен в такие моменты?.. В конце парень практически перешёл на шёпот, но Казуха услышал. Наконец, спустя годы их дружбы, узнал, что не так со Скарамуччей, и почему он так любит похвалу. Он всё понял. И он вспомнил многие их разговоры, где темноволосый изо дня в день врал о своём самочувствии и нормальной самооценке. Все его слова были построены на лжи. Скарамучча, словно в трансе, строил между всеми стену, на которой большими словами писались слова, вроде «я смелый, никогда не боюсь и всегда идеален». Но что же в то время происходило с настоящим ним? Каэдэхара пересекает между ними расстояние, крепко обняв друга. Было совершенно понятно, что именно этого не хватало. Такого простого действия, но такого действующего. — Скарамучча, эй. Всё хорошо, слышишь? Я с тобой. И буду всегда с тобой. Тебе необязательно казаться таким непобедимым рядом со мной. Не знаю, кто тебе привил всё это, но этим человеком я не являюсь. Мне всё равно, какие у тебя маски. Мне важен настоящий ты. Не идеал, а обычный человек, — потом он слабо улыбнулся, когда услышал тихое «спасибо» тоном, которым всегда говорил Скарамучча, когда казался искренним. Теперь между ними всё будет в порядке, — Кстати, что там насчёт разговора перед твоим признанием..? Ах, да. Я согласен сыграть твоего парня, но при условии, что когда вы будете вручать друг другу подарки, ты всё ему расскажешь, как есть. Даже о нашем плане с подобным видом отношений. — Хорошо, Казуха. Спасибо. Я тебе доверяю, ты никогда не подводил. — И не буду, — восклицает Казуха, — ну так.. а теперь на уроки? — Теперь на уроки.. — голос у Скарамучча в конце срывается, ведь Каэдэхара, как ни в чём не бывало, берёт его за руку, — т-ты чего?! — А кто только что говорил, что нам пару сыграть надо на какое-то время? — смеётся беловолосый, покрепче ухватывая чужую руку, — Остаётся лишь сыграть настолько, чтобы Чайльд правда поверил, что твоё признание прошло удачно и теперь мы вместе. Готов побыть актёром? — лукаво спрашивает Казуха, улыбаясь самой хитрой, но в то же время самой доброй улыбкой из всех, что запасены у него в арсенале. — Готов. Ну что же, удачи нам..