непризнанные дни, падшие ночи

Лорд Корлис прибыл в Солнечное Копье. Пропустив вчерашний торжественный пир в честь прибывших гостей, он застал тщательную подготовку к свадебной церемонии. Проезжая пыльной дорогой на сером скакуне улицы Солнечного Копья, Корлис глядел по сторонам и замечал, что всякий дом украшался дивными цветами и подвесками из разноцветных камней. Люди были облачены в красивые ткани, а их дети, все до единого, одеты в прозрачные белые шелка. От взрослого до малого несли к крепости Мартеллов белые лилии. Он надеялся, что князь Кворен не принял его срочное пребывание в Старгород за неуважение к великому событию не только в Дорне, а и во всем Вестеросе. Десница не имел никакого желания проверять настроение принца дорнийского на счет его запоздалого прибытия. Ему нужно срочно встретиться и поговорить с внучкой, наедине и без лишних ушей. Всякий задействован в подготовке к церемонии, как внутри замка, так и снаружи. Корлису повстречалась по пути служанка Лорейнис Морли, которая несла в опочивальню королевы букеты фиолетовых роз, только что срезанных в лабиринтовому саду Мартеллов. — Ее милость в покоях? — Морли, прижав к груди букеты, растерялась. Она, видимо, вся в заботах, а я застал ее врасплох, подумал лорд Веларион. — Ее милость еще на рассвете покинула опочивальню, лорд десница, — робко ответила Морли, поклонившись. — Я нигде не видела ее высочества. А король, — ее серые глаза осмотрели большие бутоны роз — велел мне и садовнику собрать для королевы вот эти прекрасные цветы. — Ищет к ее сердце путь. Верно, Лорейнис любит цветы, но Эйгон выбрал слишком очевидный и нелепый подход. — Хорошо, ступай. Корлис подумал, что может его милой Рейнис известно местонахождение Лорейнис, но сердце неустанно повторяло подняться в королевские покои. Он следовал за подсказкой сердца, и войдя в пустую опочивальню, его охватила необъяснимая тревога. Светлая комната, с фресками на стенах и потолке. Кровать с балдахином из темно-оранжевого шелка, посуда из золота и мебель из красного дерева. Все в дорнийском стиле, ничего примечательного. Морли успела застелить постель и разложить сундуки с вещами королевы. Но что-то подсказывало внутри мужчины, что среди этой роскоши его внучки не было. Здесь отсутствовал ее привычный аромат сирени и моря. Он прошелся комнатой, в поисках чего-нибудь, что могло бы найти правильный ответ на его встревоженность. Присев на обшитый бархатом стул, Корлис стянул из пальцев потные перчатки и отложил на поверхность стола, что стоял в центре покоев в окружении еще трех бархатных стульев. Морли сказала, что не застала Лорейнис в опочивальне на рассвете. Важно узнать, провела ли она здесь ночь, и главное, ночевал ли с ней ее супруг? Возможно, Эйгон видел сны рядом с Лорейнис, а на утро проснулся уже один. Но куда она могла пойти? Сама, в Солнечном Копье? Не хочется думать, что Лорейнис снова шагнула кривой дорожкой, вслед за безумием. Леди Рейнис писала мужу в Старгород, сообщая свежие вести. В последнем письме, она не побоялась открыто написать о своих опасениях, касающихся двух влюбленных. Пыл Эймонда не угасал, в отличии от бдительности Лорейнис. Когда Рейнис была в Драконьем Логове, навещала Мелеис, к ней подошли мейстры над драконами и рассказали, что видели на холме Висеньи принца Эймонда и королеву Лорейнис вместе. Луна в ту ночь была ярче обычного, а звуки Вхагар не спутаешь со звуками других драконов. Рейнис уверила супруга, что Эймонд не отступит, потому что любовь к Лори — единственная святость, в которую он обреченно верит. А вера Лорейнис состоит в ее собственных силах стать достойной королевой Вестероса. Но упрямство и страсть принца доказывают, что ей не устоять. Он будет искать пути, чтобы проявить свои чувства и насладиться мгновением плотской любви, а она, хоть и замучает ее совесть, все равно подчиниться его воле. Первым делом, нужно было разузнать, где пребывает принц Эймонд, чтобы окончательно развеять сомнения и искать другие логичные ответы. И боги услышали мысли лорда Высокого Прилива. Но вместо Одноглазого Принца, на пороге покоев королевы оказался король-консорт. — О, лорд Веларион, — Эйгон улыбнулся. — Вы сама неожиданность. — Приму за комплимент, ваше величество, — Корлис поднялся на ноги, но обошелся без поклона. Эйгон не заслуживает уважения, как и полученного статуса. В ноздри ударил резкий запах дорнийского вина, когда Эйгон занял второй стул напротив лорда Велариона, и Корлису захотелось внезапно покинуть его общество. Но прежде, нужно разведать про Лорейнис. Вести, которые он привез из Старгорода, очень важно обсудить. И срочно. — Я вижу, вы прямо из дороги, — заметил Эйгон, рассматривая десницу слегка опьяненными глазами. — Мне важно знать, где искать Лорейнис, — перешел к делу Корлис. — Я хотел бы отдохнуть перед свадебной церемонией. Поэтому, чем раньше я найду королеву, тем больше времени будет для отдыха. — Я бы рад вам помочь, лорд Веларион, — Эйгон поджал губы, постучав пальцами об поверхность стола. — Но я плохой муж, и я не знаю, где моя прекрасная жена, — честно признался юноша. — Видимо, позволяет моему братцу в последний раз насладится ее соками, — его губы растянулись в ехидной ухмылке. Корлис, резко ударив рукой об стол, указал на Эйгона указательным пальцем. — Прикуси свой язык, щенок. Мое терпение не вечно, и мне плевать, чья кровь течет в твоих жилах! Внезапно, в покои вошли леди Алисент и лорд Отто. Корлис окинул их гневным взором. Змеи в сборе. — Почему вы тычите пальцем в моего сына? — Алисент, облаченная в золото и зеленые шелка, подошла к Эйгону и взяла его за плечи. Он недовольно скинул с плеч материнские ладони, поднялся и подошел к тумбе, на которой стоял поднос с кувшином из-под дорнийского вина и чашами. — Не живется вам спокойно, лорд Веларион? — Отто, облаченный в зеленый камзол с золотыми нитками, слегка улыбнулся. Ядовитый змей заметно постарел, а его волосы и борода блестели сединой. — Я хотел узнать, где пребывает моя внучка… — Пора привыкнуть, что у нее в крови шлятся где-нибудь попадя, — язвительно молвила леди Алисент, перебив речь Корлиса. На шум в опочивальни королевы пришла леди Рейнис. Она тоже искала Лорейнис по всему замку. К свадебной церемонии оставалось мало времени, а королевы нигде нет. Князь Кворен просил ее высочество встать рядом с септоном, когда тот будет венчать принца Эймонда и принцессу Алиандру. Это желание он изложил Рейнис, так как встретил ее первой. — Вы не бережете своего яда, леди Алисент, — сказала Рейнис, как только вошла в покои. — Не боитесь, что вам будет нечем более защитить себя? — Леди Высокого Прилива подошла к супругу, взволнованно заглянув ему в глаза. — Не волнуйтесь, леди Рейнис, — Эйгон, наполнив желудок тремя чашами вина залпом, сбросил поднос на пол. Посуда разлетелась в стороны. — Я сумею защитить свою семью. — С кувшином вина в руке? — Корлис улыбнулся. Леди Алисент что-то выпалила лорду Велариону, а за нею лорд Отто, но он пропустил ее острые слова мимо ушей. В поле его зрения попало что-то красное, лежащее под подушкой на кровати. Леди Рейнис нашла ответы для Хайтауэров, и только Эйгон проследил за Корлисом, который поднял подушку и взял в руку красный плащ Лорейнис. — Взгляни-ка Рейнис, — молвил Корлис, обратив на вещь внимание супруги. Рейнис впервые увидела эту накидку. Как и все остальные в комнате. Только один человек знал, что за вещь грела руку лорда Велариона. Эймонд пришел в покои Лорейнис. Он хотел обсудить то, что случилось на холме Висеньи, и предложить убежать прочь от всего, что не позволяет им быть вместе. Мысль, что Эйгон будет отцом для его сына, а Лорейнис навсегда обречена терпеть его измены и пошлость, вселяло в его сердце ярость. Пусть случится побег, куда-нибудь далеко, где их никто не найдет. Они будут счастливы, в любви воспитают свое чадо и умрут в глубокой старости. Но ему пришлось в одно мгновение обо всем забыть. Эймонд застыл на пороге опочивальни, осмотрев всех присутствующих. Его живой глаз остановился на красном плаще, и принц понял, где может пребывать его любимая. Все смотрели на Эймонда, и только Рейнис почувствовала, что грядет буря. — Постой! — Рейнис крикнула вслед Эймонда, который, сорвавшись с порога, помчался к месту, где Вхагар впала в глубокий сон. — Его нужно немедленно остановить! — Рейнис, понимая, что ей не догнать принца, окликнула всех остальных. До Алисент дошло первой. Она вспомнила слова Лариса о красном плаще, который было видно с драконьего полета, в ту самую роковую ночь. — Эйгон, не дай ему совершить глупость! — На ее глазах мгновенно появились слезы. Его публичный побег приведет к настоящему хаосу, который уже нельзя будет предотвратить. Князь не простит позора. Все лорды и леди могут стать свидетелями этому, и она не сможет защитить свое чадо. Эйгон, плохо воспринимая реальность из-за опьянения, все же направился за Солнечным Огнем. Он не был уверен, что сумеет догнать брата, да и честно, ему и не хотелось. Был бы он трезв, то отчетливо понимал, что не только Эймонда ждут последствия. Пребывая в гневе, Эймонд на ходу срывал из себя свадебной наряд, пока не остался в одних бриджах. Он вспомнил, что Лорейнис прибыла на торжество уже поздной ночью, и если вместе с ней оказался красный плащ, значит, ее первый полет на Сиракс закончился на Драконьем Камне. Лорд Корлис не нашел Деймона, об этом Эймонд узнал от своих людей в Старгороде раньше, чем вернулся десница. Значит, Лорейнис повезло его встретить на острове. Остается узнать, откуда она знала, что дядя ее ждет именно там. Эймонд разбудил Вхагар, оказавшись в седле. Он резко потянул на себя поводья, дракон устало выдал рев. Вхагар встряхнулась от жаркого песка Дорна и, расправив крылья, разогналась и поднялась в воздух. Земли уже не было видно с высоты, когда на Вхагар налетел Солнечный Огонь. Эйгон держался низко над Вхагар, а когти Солнечного Огня чуть ли не цеплялись за Эймонда. — Возвращайся! — Она в опасности! — Эймонд, дернув поводьями, дал понять Вхагар, что ей следует лететь быстрее. Но возраст дракона давно напоминал о себе. — Я ее муж! Я позабочусь о ее безопасности! — Эйгон позволил Солнечному Огню облететь Вхагар и вернутся на исходную. — Если ты любишь ее, то подумай, что с ней будет, когда Дорн объявит свои претензии! — Мне плевать, — прорычал про себя Эймонд, — я не позволю ему забрать ее у меня. — Он уже представлял, как его меч войдет и выйдет через плоть Деймона, и это приносило ему огромное удовольствие. Эймонд отвел Вхагар в сторону и поднял высоко, растворившись в белых облаках. Эйгон поднялся следом, но понял, что потерял брата и его дракона из виду. Пришлось вернуться в Солнечное Копье и признать, что он не смог предотвратить бурю. Но буря состоится из-за других причин, потому что Эймонд, прибыв на Драконий Камень, обнаружил его абсолютно пустым.