На заре

      Антон смотрел на сообщения несколько секунд, пытаясь осознать. Потом, до него дошло, что речь идёт об Арсении.       Но о чем конкретно он знает? О том, что Арсений был в Бардаке? Что Арсений связан с Антоном и допросом? Он знает, что из-за Арсения Антон заложил Эда?       Хотя он даже, блядь, никого не сливал.       Как же тупо.       Бесконечное чувство усталости, разочарования от сегодняшнего дня, ненависти к себе, и непосильного страха от происходящего накатило с такой силой, что он просто выронил телефон на пыльную землю, и уткнулся в ладони, сквозь пальцы глядя на трясущиеся листики травы под ногами.       Первым порывом было разрыдаться до сбитого дыхания и болящих лёгких.       Вторым — схватится за Арса, прижаться к нему, и убедиться в том, что его ещё никто не собирается красть у Антона из-под крыла.       Третьим — хватать часы, и бежать с повинной: возможно, он ещё может что-то исправить.       И вот когда он уже поднялся с места, чтобы попытаться решить проблему хоть как-то, уже Арсений остановил его, хватая за плечи, и разворачивая.       Тут он понял, что ему все это время пытаются что-то сказать.       — Ты слышишь меня?       — Что? — Среагировал парень наконец.       — Успокойся. Просто успокойся. В данный момент — все хорошо. Слышишь меня?       Антон очень сомневался что момент сейчас хороший, но перечить не стал.       — Не знаю, что у тебя там происходит, но что бы там ни было — все решаемо. Ты это понимаешь?       В груди резко кольнуло невыносимым чувством безнадёжности. От осознания происходящего, на затылке шевелились волосы, и холодом пробирало до самых пят.       — Нет.       — Не нет, а да. — Голос буквально вырвал парня из водной глади непрекращающейся паники. Он практически ощутил макушкой удар о поверхность болота в котором все сильнее увязал. — Успокойся. Сейчас ты ничего сделать не сможешь, да и не должен. — В короткой паузе Антон вдруг услышал собственное дыхание — сиплое, частое, и судорогой свело челюсть. Зубы скрипнули от резкого движения. Пытаясь найти хоть какую-то точку опоры, Антон нервно бегал глазами вокруг, пока Арс не взял его лицо в ладони. Только насильно установленный зрительный контакт заставил хотя бы попытаться придти в себя. Он рассматривал Арсения, который не смотря на всю ситуацию, выглядел таким же непоколебимым. Это подкупало, хоть Шаст и был уверен — он так спокоен только потому, что не знает, о чем говорит. — Слышишь? Все решаемо, но сейчас — ты должен думать о другом.       Да, мысли о том, что будет, когда Арсения решат так же вывезти поговорить как Антона недавно, не способствуют решению проблемы. Парня вдруг скрутило в тошнотворной судороге, но так же быстро отпустило.       Отдышаться было сложно. От страха все внутри покрывалось льдом, и чувство, что его сейчас вырвет, заставляло сильно осмотрительнее подбирать слова.       — Нам пиздец. — Выдавил он наконец, пытаясь не впасть в истерику окончательно.       — Да почему? — Тут Антон подумал, что Арсений просто не может себе представить, насколько все серьезно. Он все пытался понять, что вообще происходит, и от этого открыть рот было все тяжелее. Парень хлопнул себя по задним карманам, ища сигареты. Достав, с трудом открыл пачку, и отвернулся в сторону, чтобы не дымить. Арс и бровью не повел, но последовал вслед за отходящим Антоном.       После первой затяжки желудок быстро отпустило, и дышать стало проще. Он с трудом сглотнул вязкую слюну, с ощущением того, что просто не имеет права заставлять Арсения быть в этой ситуации прямым участником, сбивчиво проговорил:       — Гнойный, кажется, знает о твоём существовании, и я даже не представляю, что это может значить для тебя. — Всё-таки сплюнув куда-то под куст, поднял глаза на многоэтажки, в которых светлых квадратиков оставалось все меньше. — И, мне кажется, все кому не надо, знают всё, что им не нужно было знать.       Арсений никак не поменялся в лице. Хмуро дёрнул уголком губ, просто стоя рядом — переваривая информацию. Потом протянул ладонь — Антон инстинктивно отстранился. Арс осторожно взял подпаленную сигарету из подрагивающих пальцев, и так же долго затянулся. Даже не поправив горла, задумчиво выдохнул:       — Я подумал, убили кого-то. А тут всего лишь мы засветились. Ничо, пройдет.

***

      После этого все как-то смешалось в один сплошной приступ тревоги.       Антон никак не мог заставить себя оторваться от Арса, чтобы вернуться домой. Он и не вспомнил, в каком часу они все же разошлись, и как он оказался в кровати. В кварире было темно, тихо, и словно бы разговор с отцом был год назад — на деле, прошло не больше двух часов.       Поразмыслив над ситуацией, Антон сообразил одну мысль: даже если Гнойный и знает что-то про Арса, это не значит, что он в серьезной опасности. На самом деле, Антону нужно было скорее за свою тушку переживать в первую очередь, потому что, владелец клуба четко дал понять, что отдуваться будет именно Шаст. Это, как ни странно — именно облегчение в данной ситуации, сердце все еще бешено стучит в груди, но хотя бы, желудок немного успокоился, и дыхание начало выравниваться. Но, окончательно расслабиться все равно не получалось. Ощущение, что все катится к неразбираемому пиздецу никак не отпускало. Он так и лежал, глядя в темный потолок, и кажется слышал, как трещали ламели под ним, от груза тоски, разочарования в себе, и непомерного страха перед завтрашним днём.       Уснул он уже под утро, на экзамен собирался в спешке. Проверил паспорт, ручки, больше ничего брать не стал. Вместо завтрака впихнул в себя пару карамелек, и бодрым шагом двинулся к школе.       Время отведенное на экзамен — все четыре часа — пролетели незаметно. Обычно, когда он писал пробники, все было как- слишком затянуто. Тут же, мысли постоянно ускользали, все было каким-то раздражающим, и ничего ни с чем не вязалось. Он все боялся что не успеет, но закончил в аккурат к сроку. Проверяя задание на ненавистные времена, он с нежностью вспоминал улыбку Арсения Сергеевича.       Он забыл свой вариант моментально, как вышел из аудитории.       Спустился вниз, написал Арсению, что направляется домой — и почувствовал, что ему стало легче жить.       Одной ответственностью меньше.       Арсений, 14:10       Тебя довести?       От этого в груди что-то затеплилось.       Антон 14:11       Никак не смею отказаться       Проходя к школьной парковке он даже подумал, что все в целом — не так уж и плохо, а когда уже подошёл к знакомой машине, то и вовсе чувствовал как настроение неумолимо ползет вверх.       Потому что даже так, Арсений рядом — а значит, все становится не таким страшным.       — Ты домой? — Уточнил Арс, когда Антон уже уместился на соседнем кресле.       — Было бы хорошо, но потом, скорее всего — к тебе.       Арс расплылся улыбке, но сразу же отвернулся. Антон усмехнулся, легонько пихая его в плечо:       — Не смейся так, я еду исключительно для того, чтобы мешать тебе работать.       — Ах, как страшно, всего лишь придется проводить с тобой все свободное время.       — Тюремная участь?       — Хуже, — Светлые глаза вдруг оказались близко-близко, так, что чужое дыхание практически обожгло лицо. Всего на секунду — быстро Арс поправил взъерошенный ремень безопасности со стороны пассажира, и вернулся обратно, запуская двигатель. Короткое движение, совершенно незаметное, но и этого хватило, чтобы Антона начало плавить. — Самая сладкая награда, которую невозможно игнорировать.       Антон фыркнул, улыбаясь, и отвернулся к своему окну. Хотелось наоборот, притянуть к себе, прижаться ближе, сделать что угодно, лишь бы почувствовать чужое тепло, но в их положении это было бы глупо.       Поэтому, он только дотронулся кончиками пальцев до чужой руки, и ощутил ответное касание. Какое-то время они так и сидели отвернувшись друг от друга, думая о своем, пока мимо не пробежало два кота, ругающихся между собой. Их вой отвлек на секунду, и посмеявшись, Арс наконец щёлкнул кондеем, слегка уменьшая холодный поток, и выехал на дорогу.

***

             Подъезжать к дому было немного странно. Антон никак не мог себе представить, что этот залитый солнцем двор — тот же самый, что и вчера ночью, когда Арсений курил рядом с парнем, или когда он спускался зимой, чтобы передать свёрток, или когда он с Маратом валялся в декабрьской слякоти, пытаясь набить оппоненту лицо, или когда он бежал по этим самым асфальтированным дорогам на остановку на встречу с Ирой.       Казалось, что все это — разные люди, а не один и тот же Антон, с разными жизненными обстоятельствами. Все это совершенно незнакомые личности, которые точно осудили бы друг друга по своему.       Поэтому, сейчас он только смотрел во все глаза на Арса, размышляя, над тем, как было бы здорово коснуться чужой щеки своей, и просто прижаться так, замедлить время. Побыть вот так вне ситуации, и просто отдохнуть.       — Мне тебя подождать? — Опередил Арсений вопросом. Он не глушил двигатель, просто ждал, что Антон скажет дальше.       — Думаю, я не на долго. — протянул он задумчиво, и привычным движением проверил сообдения. Увидев знакомую аватарку, удивился.              Марат       15:37       ты дома?       Антон       15:38       Ну почти       Антон       15:38       А что       Марат       15:40       я возле тебя поговорить надо       Дыхание моментально сбилось, и убирая телефон в карман, Шаст все никак не мог понять, что это за чувство такое.       — Ааа, я, кажется, всё-таки, задержусь. Тебе, наверно, даже будет проще домой поехать. — Попросил парень внезапно даже для себя.       Арсения это сильно удивило. Он замер на месте приподняв бровь, явно размышляя о чем-то.       — Все нормально?       Парень растерянно огляделся, словно бы мог найти ответ в тонком слое пыли на панели.       — Да, не парься. Если мне сейчас лицо набьют — все ок, это мои кенты.       — Хорошие у тебя кенты? — Усмехнулся Арс, думая, что Антон шутит.       Шастун криво улыбнулся поддерживая эту мысль.       — Просто отличные, я бы им всем по лицу заехал разок-другой. — и вышел из машины. В мыслях было проводить Арса взглядом, но снова заглянув в диалог, Антон вдруг ощутил, что ему лучше поторопиться.       Обойдя дом с другой стороны, неспешно прошёлся по двору. Не увидев знакомых, уточнил:       Антон       15:51       Ты где?       Марат       15:52       в пизде       Марат       15:52       ты че у себя       Антон       15:52       Ну типо       Марат       15:53       я сказал что недалеко от тебя а не то что я у тебя во дворе       Марат 15:54       я с остановки двигаю уже скоро буду       Антон огляделся, и двинулся навстречу Марату.       Несколько поворотов спустя он прошел в очередной двор, и обнаружил, что там было совсем пусто. Деревьев, на удивление, мало. Посреди — пустое пространство, давно поросшее травой. Скоро она будет уже по пояс, поседеет от уличной пыли, и разовьёт в себе тройку-другую муравейников. Рядом крупный бетонный квадрат, вроде как, фундамент под что-то. Может, не сбывшийся гараж? Выглядел он странным в этом дворе, дома здесь были вполне приемлемыми, не раздолбанными, как в привычном районе парня. Антон раньше не обращал на это внимание, проходя напрямик. Странно, даже никаких гуляющих детей с родителями, или подростков толпящихся у мусорки — ни души. Редкое зрелище летним вечером.       — Эй, шпала, — Донеслось сзади знакомое, не сулящее ничего хорошего.       Он успел сделать пару шагов в сторону разворачиваясь, как раз вовремя, чтобы увидеть, как в него летит что-то вроде доски. Он отодвинулся вбок на полметра, и этого хватило, чтобы его не задел тяжёлый, порванный временем, некогда квадрат фанеры. Он с хлопком приземлился на землю, вздувая пыль в воздух.       Шастун, и без того был уставший, злой и нервный, а такой бестактный способ привлечь внимание буквально выводил из себя.       — Да может ты нахуй сходишь наконец? — Он остановился. Перед ним стоял Максим, с нечитаемым выражением лица. То ли рад, что сможет сейчас кому-то лицо набить, то ли испытывает откровенне отвращение. Шаст и так время от времени замечал этот взгляд в свою сторону — но сейчас он выглядел особенно отчаянно.       Жизнь — та еще сука, и такие пересечения, прямое тому доказательство.       — А что, завел себе кентов, и теперь ничего не боишься? Бессмертным стал? — Лёгкая усмешка чувствовалась в голосе, Антон не мог смотреть ему в лицо. Чувство, что он наблюдает за происходящим со стороны все усиливалось. Он сам незаметно для себя следил только за руками оппонента, не зная, чего ожидать дальше. Костяшки сбитые, пальцы плотные, грязные. Весь вид выдавал в нем неприятного во всех аспектах человека. — Знаешь, как говорится, пешеход всегда прав, но когда тебя уже сбила машина — тебе до пизды на эту правоту.       «Да как же вы меня заебали» — Подумал Антон на это.       Он сделал пару шагов назад, отходя, и чувствуя, что совершенно не хочет с этим всем разбираться.       — Я конечно понимаю, что у тебя комплекс бога развивается, но тебе до машины даже больше, чем мне до балерины. — Он поднял руки в оборонительном жесте.       — Чё, сказать больше нечего? — Меж запястий увидел занесенную руку, и отступил слегка в сторону. От удара его это не спасло, но ведомый злостью, он вцепился в Максима таким цепким хватом, что пальцы заболели, и навалился всем телом, подминая под себя.       Какое-то время длилась невнятная возня, где было сложно понять, что конкретно происходит. Он дёрнул Максима за одежду, и, видимо, угадал с моментом: по бетону кроссовки громко шваркнули, и парень полетел на землю. Падать было больно, до вышебленного из груди воздуха. Хлопок чужого, плотного тела разнесся по тишине двора. Антон как мог быстро уселся на него сверху, прижимая одну из чужих рук коленкой. Пару раз он даже успел ударить его по лицу, и это было всем его преимуществом.       Парень притих, глядя на Шаста почти что ненавистно. А тот только прищурился.       — Что, сегодня тебя никто спасать не собирается?       Антону нужно было несколько секунд, чтобы понять, о ком идёт речь. Когда мысли добрались до Арса, внутри все похолодело.       Неприятно.       Он нервно усмехнулся, за грудки тряхнув парня. Хотелось разбить ему затылок об этот слой бетона. Чужая мерзкая улыбка тонула в кровавом месиве.       — Бесишься, что со мной люди могут вести себя как люди? Что, родители вниманием обделили?       — Педик ебаный. — Он неожиданно резко дернулся, на что Антон только повторил удар, на этот раз с такой силой, с какой только мог. Послышался стон, Шаст и сам зашипел: в кулак и запястье отдало резкой болью.       — Слезь с меня. — хриплое, но беспомощное.       — Ишь чего захотел, чтобы ты мне по затылку ебнул? Мне и в прошлый раз хватило ваших с Игорем приколов.       — Собираешься до утра меня тут держать? Смотри, чтоб тебя твой любимый не потерял.       Антон на несколько секунд он потерял возможность говорить, за приступом смеха.       «С одной стороны, кто бы мог подумать, что даже этот будет меня таким попрекать, с другой — это же все круг Бардака, чего я мог ожидать.»       — Если не угомонишься, то и до утра. Не понял еще, что ты не в том положении, чтобы меня чему-то учить?       Снизу донеслось бульканье, Максим закашлялся, сплевывая куда-то в сторону, и Антон ощутил одновременно удовлетворение от этой картины, и крайнюю степень омерзения. С трудом он сдержался, чтобы не плюнуть в чужой разбитый нос.       — Марат тебе сказал, что я буду здесь? — Спросил Антон, особо ни на что не надеясь.       — С чего ты взял? — Выдавил он, протираясь от сопливого месива. По этой интонации Шастун сразу понял, что был прав.       — С того, что у меня извилин чуть больше чем ноль. — прошипел он, поднимаясь. С каждой подобной ситуацией, ему начинало казаться, что все его окружение состоит из непроходимых идиотов. — Буду знать кто об этом распиздел, крыса ебаная.       — Ага. — Донеслось смазанное от Максима, пока он принимал вертикальное положение. Антон отступил назад, но его это не уберегло, и от лёгкой подсечки уже он оказался на земле.       Начался второй подход месилова, и Антон вдруг понял, что уже успел забыть это ощущение.       В голове что-то звенело, боль из челюсти отдавала в зубы. Он с такой злобой пытался достать парня, что руки немели по локоть. Они кубарем покатились в сторону, и Антон ощутил, как по щекам его хлещет прохладная трава. С какой-то животной яростью застилающей глаза, он ясно почувствовал, как после очередного удара из носа пошла кровь.       Шаст успел ударить несколько раз, добавляя пятен к пострадавшему лицу, но Максим удивительно легко скинул с себя парня. Он поднялся, пиная его куда-то в ребра. Моментально кончился весь воздух, он что-то прохрипел.       — Эй! — Донеслось откуда-то из-за границы сознания. — Вы че, блять, творите?       Все быстро прекратилось, но Шаста это только сильнее подстегнуло. Еле-как поднявшись, он снова навалился на Максима, то ли в попытке задушить, то ли просто чтобы ударить еще хотя бы раз или два.       Оба снова оказались в траве, и Антон ощутил, как его хватают под руки, за футболку, оттаскивают куда-то назад, пытаются практически выбросить из этой ситуации.       — Успокойся, Шаст. Шаст, эй! — Его потрясли, и Антон с трудом различил знакомый голос. — Уймись уже нахуй.       Он не ожидал увидеть, что его с силой сдерживает Димка, не давая двинуться. Оба тоже на земле, стоит только Сережа рядом, который подозрительно косился на Максима.       — Да ладно, ладно. — Донеслось с той стороны. — Ладно. Просто хотел узнать, как там часы.       — Какие часы? Что ты нахуй несешь? — Позов, кажется, был готов сам лично вцепиться в глотку Максима. Антон его толком и не видел, но это выражение лица знал отлично, как и этот тон голоса.       — Да он ебнулся головой пару раз, вот и несет хуйни. — Холодно, спокойно отрезал Антон. — Откуда мне знать где они?       — Жаль, Эд был уверен, что после такого, Славка с тобой поговорить захочет.       В голове словно что-то взорвалось от резкого прилива паники. С трудом заставив себя подумать над этим дольше двух секунд, он расплылся в самой ублюдской ухмылке которой только мог. Губа была разбита, и он буквально ощутил, как от ранки поползли мелкие трещинки. На языке вкус крови, сердце колотилось как бешеное.       — Спрошу у него об этом лично при встрече.       Видимо, такой ответ всех более-менее устроил, потому что Максим сплюнул куда-то в сторону кровавым месивом, и не прощаясь, ушел.       Какое-то время все трое молчали, провожая его взглядами в спину. Потом, две пары глаз испытывающе уставились на Шаста, и тот снова усмехнулся. От этого под ребрами что-то заныло.       — Че, сильно он меня?       — Достаточно, чтобы скорую вызвать. Пошли, обработаем тебя. — Дима выглядел хмуро, но не отводил взгляд от Антона. Сережа в секунду очутился рядом, подав руку. Антон с трудом сдержался, чтобы не застонать, пока поднимался.       — В травмпункт что-ли? — Было в этом что-то уже знакомое.       — Да тут идти две минуты. — Позов, почему-то, не смотрел на Антона.       — Не, ребят, у меня дела кое-какие есть. — Он вытер лицо запястьем, и с удовлетворением заметил, что нос не сломан. Значит, заживёт быстро.       — Какие ещё дела?       — Да есть один уебан, которого мне прям сейчас увидеть надо.       — Успеешь ещё, пошли, умоешься хотя бы. — Вступился Матвиенко.       Парень вздохнул практически обреченно, но потом вдруг вспомнил, что ему ещё перед Арсением предстать в таком виде.       — Вам заняться больше нечем?       Дима нахмарился, как делал всегда, когда все шло не так, как он задумал. Матвиенко огляделся, и поочередно осмотрел друзей. Антона так поразила эта немая готовность бросить все, чтобы сохранить целостность его лица, что он несколько секунд даже не знал, что ответить.       — Ладно. — Сдался он в итоге. — Но, в травмпункте мне делать нечего. Хотите проводить — можно до дома.       Позов открыл, было, рот, но, почему-то, передумал.       Идти недалеко, но оказывается, идти Антон мог только медленно, время от времени ощущая, как у него спирает дыхание. Мысль о том, что ему с этим жить ещё пару суток, пока организм не восстановится, заставила недовольно вздохнуть, щурясь на небо. Время подходило к закату.       — Мы так и будем игнорировать слона в комнате? — Подал внезапный голос Димка.       — Мы даже не в комнате. — Угрюмо отозвался Антон.       — Повыделывайся тут мне. — Фыркнул Позов. — Мы идём к тебе домой, только потому что я могу представить, что тебе просто нечего сказать моему отцу.       — Я бы ему ничего не сказал. — Честно ответил Антон. — В прошлый раз прокатило.       — Какой прошлый раз?       — А, — Он вдруг хихикнул, понимая, как это выглядит. — Да меня Игорь осенью ножом пырнул.       — Что? — Кажется, Матвиенко удивился сильнее. Он остановился, пялясь на Антона так, будто он после того случая умер, а сейчас воскрес.       — Ничего. Меня зашили, и все замялось.       — Что у вас случилось? — Димка, кажется, действительно не удивился. Возможно, и так знал.       — Очень хотел бы, но ничего не могу тебе ответить. — Вздохнул Антон, рассматривая балконы дома.       Они добрались до нужного подъезда с тихими переговорами. Только подойдя к двери, он вдруг понял, что не знает, дома ли отец. Если да, то его друзьям там делать нечего.       — Вам… Не обязательно подниматься.       — С тобой точно все нормально? — Матвиенко внимательно осмотрел Антона, Позов так же пристально следил за каждым действием парня, ожидая ответа.       — Не парьтесь, все хорошо. — Нервно улыбнулся он, поднимая ладони в примирительно жесте. — Ну, если хотите, я вам отпишусь чуть позже. Честно. Все нормально.       — Ладно. — Чуть более спокойно кивнул Дима. — Только, пожалуйста, не вляпайся во что-нибудь опять.       — А… Извини. — Почему-то сказал он, чувствуя себя идиотом. — А, э… Спасибо, парни.       Думать над тем, что сейчас произошло, не было времени, но чувство тепла расплывалось по сердцу тяжёлым, но приятным грузом.       — Да не за что. — Матвиенко пожал плечами. Антон залип на это на пару секунд, пока не осознал, что ему действительно не стоит в таком виде разгуливать по улице.       — Ладно, я пойду. Честно, очень спешу. Парни, правда, спасибо вам. — Он хотел было коснуться чужого плеча, но вовремя одернул себя. Было бы не культурно оставлять кровавые пятна в качестве благодарности.       — Спишемся.       — Ага.       Он поспешно скрылся в подъезде, и почти бегом рванул в квартиру.       Там пусто и тихо — отца нет дома. Так даже лучше, не будет лишних вопросов. Антон суетливо и скоро бросился приводить себя в порядок и переодеваться, потом, вроде как, ринулся собирать вещи, чтобы захватить их с собой к Арсу, на полпути понял, что ему нужно сначала узнать, где тот вообще, и какие дальше планы. Достав телефон, наткнулся на открытый диалог с Маратом, и все предыдущие мысли вынесло из головы ветром. Наконец замерев на месте, он глубоко вздохнул пару раз, и набрал:       Антон       17:01       Чё может увидимся       Антон       17:02       Где обычно буду ждать       Не задумываясь над этим дольше пары секунд, огляделся вокруг, моментально забыв все о чем думал только что, а после поспешно вышел из дома, так ничего с собой и не прихватив.