Союзник

      Разведкорпус готовился к отправке на миссиию, находясь на стене «Роза». Лифты были набиты лошадьми, а местные жители желали удачи, кричали одобрительные слова и просили отбить у титанов человеческие земли.       Разведчики тоже ободрительно кричали, находясь в приподнятом настроении с твёрдым желанием одержать победу и узнать, что находится в подвале Гриши Йегера.       Лошади были переправлены. Солдаты уже седлали коней, а Эрвин отдал приказ следовать за ним.       Под покровом ночи разведчики мчались к Шиганшине. Титаны спали, не обращая на них внимания. Джина слушала разговор Армина и Эрена о море, что Армин боится, оттого и дрожит, словно осиновый лист.       Эрен тоже дрожал. Непосильная ответственность легла на его подростковые плечи, как и огромная сила, обладателем которой он стал. От него зависит судьба всего человечества! Если Эрен сделает ошибку, то все погибнут. Он надежда всего человечества.       Микаса шла рядом, иногда поддерживая разговор, мечтая вернуть то время, когда они беззаботно проводили деньги, вступая в драки с хулиганами.       — Каждый из нас в чём-то особенный — в этом и есть наша сила! Мы должны делать то, что получается у нас лучше всех! — тихо повторял Эрен.       Джине стало тошно от этих слов. Фонарь в её руке дрожал, внутри было очень мерзко и неприятно. Джина считала себя гнилым человеком, направляясь ч Разведкорпусом в город, из которого она может вернуться домой. Сама она никогда бы не проделала такой путь.       «Эрен прав. Все мы особенные, а в единстве наша сила!» — незаметно кивнула Джина.       — Подождите, — Микаса оглянулась, — я узнаю эти места.       — Значит, — громко глотнул Армин, — мы дошли до города, из которого бежали пять лет назад, спасаясь от вторжения.       Действительно, они увидели разрушенные бронированным титаном внутренние ворота Шиганшины.       Джина скривилась, вспоминая, как наивно полагала, что сможет остановить бронированного, бросаясь на него пять лет назад. Теперь она ощущала себя ничтожеством, находясь среди Эрена, Армина и Микасы, которые явно в состоянии убить бронированного.       — Переходим к плану! Перейти на УПМ! — скомандовал Эрвин.       Им нужно было запечатать внешние ворота, поэтому солдаты, пряча свои лица под капюшонами зелёных накидок, помчались по стене, чтобы запечать врата с помощью кристаллизации титана Эрена. Джина уже пыталась отыскать дом дяди, чтобы оценить, в каком состоянии находится её шпион. Она незаметно отделилась от отряда, заметив рынок, от которого идти было не так далеко.       Вспышка молнии — и врата запечатаны. Легко, быстро и просто. Но враг никак не появился, не помешал, а это было странно.       Армин обнаружил на стене следы от костра, спустился вниз и нашёл три чашки. Он доложил об этом Эрвину, который доверил Арлерту командовать разведчиками, чтобы найти врагов. Армин долго думал, где могут прятаться оборотни, но никак не мог понять. Взгляд на стену оживил воспоминания, как в Стохесе, после битвы Эрена и Энни от стены откололся кусок, обнажив титана.       — Ищите внутри стен! Простукивайте стены на наличие пустот! — предположил Арлерт.       Остальные приняли интуицию Армина скептически, но всё начали простукивать стену и, — о, боги! — обнаружили Райнера, прокнувшего разведчика насквозь.       Секунда — и Леви, словно дикий зверь, вонзил в шею Райнера лезвие. Но не успел всего на пару секунд, чтобы добить врага. Браун упал на землю и превратился в титана.       — Чёрт! — ругнулся Леви.       Джина вздрогнула, заметив очередную вспышку от превращения, а потом — ещё несколько. Она почти отыскала дом Стива, но свернула не на ту улочку.       Разведкорпус оказался не в лучшем положении: с одной стороны сидел Зик с его титанами, образующими полукруг вокруг внутренних ворот Шиганшины. С другой стороны — Райнер, готовый убивать лошадей разведчиков.       Эрвин раздал распоряжения, продолжая наблюдать за полей битвы. Звероподобный кинул валун, заблокировав внутреннюю брешь в стене, зажав лошадей разведки в кольцо.       Отряд Ханджи вместе с отрядом Леви занялись бронированным. Эрен выступил приманкой, в целом, прекрасно справляясь со своей задачей, умудрившись сломать титану Райнера половину лица.       Леви остался защищать лошадей и убивать четырёхметровых титанов, бегущих к Разведкорпусу. Раз уж с бронированным у Леви вышла осечка, то он прикончит звероподобного.       Однако оставался Бертольд, который был непонятно где, создавая проблему. Армин мечтал поговорить с бывшими друзьями, но Райнер довольно быстро был накормлен громовыми копьями. Оставалось совсем чуть-чуть, чтобы добить его, а Саша и Конни уже плакала.       Джина шла по городу-призраку, натыкаясь на сгнившие вещи, сломанные игрушки, полуразбитые дома. Под ногами хрустели стёкла, ветки. У некоторых домов посносило крышу, и Джина пару раз, петляя по улочкам подзабытого города, прошла мимо дома, в котором жила Мария. На негнущихся ногах Джина дошла до тропинки, уходящей влево, медленно топая чуть вверх по холму. И, наконец-то, она вышла к дому Бики, с которой парилась в бане. Значит, дом дяди и склад, в котором её уже пять лет ждёт истребитель, находятся в нескольких метрах.       Сначала в городе стоял свежий запах рассвета, но сейчас в лёгкие проникала пыль, затхлость и неприятный аромат чего-то гнилостного.       Джина подошла к дому с покосившейся крышей, вспоминая, как жила в нём, как только прибыла в Шиганшину. Ностальгия ударяла с новой, и новой силой, заставляя сердце биться чаще, а руки дрожать от нервов. Ей с трудом удалось открыть тяжёлую и перекошенную дверь склада, несмело заглянуть внутрь с надеждой, что самолёт цел, невредим и готов оторваться от земли.       Армин вздрогнул, увидев летящую бочку.       — Колоссальный упадёт сюда! — крикнул Армин.       Все начали отступать, не успевая добить Райнера.       Армин мечтал поговорить с Бертольдом, возвать к его совести, но… Перед Армином стоял не Бертольд — неуверенный в себе и тихий мальчик, держащийся в тени, готовый вот-вот расплакаться. Даже слова Армина, что столичная полиция пытает Энни и хочется скормить её свиньям не заставили вздрогнуть Бертольда.       — Если ты не блефуешь, то скормите Энни свиньям, а вы должны умереть здесь и сейчас! — уверенно заявил Бертольд. — Ты собрался говорить со мной, а у самого трясутся руки?       Армин стоял на крыше, сжимая в руках лезвие, направленное на Бертольда. Ему было страшно от сложившейся ситуации и понимании, что битвы не избежать, а Гувер вот-вот может превратиться в колоссального и сжечь весь город.       Микаса напала сзади, но Бертольд так ловко отразил её атаки, правда, ухо ему отрезать она смогла. И когда Бертольд успел стать таким сильным и уверенным в себе? Тихоня, по странным позам которого кадеты угадывали погоду.       И Бертольд резко полетел в сторону Райнера, готовый трансформироваться, не чувствуя и капли страха ни в душе, ни в теле. Этот мир будто открылся с другой стороны.       Отряд Ханджи был почти готов прикончить Райнера, перевернувшегося на спину, но вверх взмыл Бертольд.       Молния ударила вверх.       — Ханджи! Берегись! — закричал Моблит, отталкивая Ханджи в колодец.       Прогремел взрыв, вокруг колоссального образовался пар.       Леви замер — он слышал взрыв и грохот, но мимо него пролетели камни, брошенные звероподобным.       Разведчикими умирали от очередного каменного залпа, а Леви успел спрятаться за уцелевшим домом.       Эрика едва клинки не выронила из рук, а вокруг бегали новобранцы, спасая лошадей от обстрела Зика. Из отряда Джины в живых осталась только Эрика Крокс, чувствуя, как сильно ей страшно и, как всегда, Джины нет рядом. Она вообще пропала ещё в самом начале! Неужели испугалась битвы настолько, что отсиживается где-нибудь?       Среди новобранцев началась паника. Лошади вставали на дыбы, громко ржали и стремились убежать, напуганные каменными обстрелами.       Эрвин посмотрел на Леви. В живых остались они, Эрика и новобранцы. Всё.       — Джины нигде нет, возможно, она погибла, — сказал Леви. — Но ты должен выжить. Поднимайся на стену и убегай вместе с Эреном — так у человечества останется шанс. Я подманю зверюгу на себя, выиграю нам время.       — У меня есть план! — сказал Эрвин.       — Так рассказывай скорее его, не стой столбом! — приготовился слушать Леви.       Колоссальный крушил дома, направляясь к внутренним воротам Шиганшины, что было допустить нельзя. Жан говорил:       — Армин, думай, как победить Бертольда. Его нельзя подпускать к воротам — он убьёт наших!       Армин опустил голову, не представляя, как им победить Бертольда. Жан взял командование на себя, но это привело к тому, что Эрен оказался заброшенным на стену, а колоссальный продолжал свой путь к внутренней стене.       — Армин! Этот переросток всё ближе к стене! Придумай, что-нибудь, — Жан откашлялся. Их попытка атаковать Бертольда копьями привела к лёгким травмам и ожогам.       Микаса опустила голову, переживая за Эрена, который лежал на стене, не подавая признаков жизни.       Среди улочек раздался топот и появился бронированный, которого нужно было добить оставшимися копьями. Ребята переглянулись, понимая, что шансы на победу заметно снижаются.       Джина осмотрела истребитель. Он был в полном порядке, но она заметила, что крепления ремней безопасности отжили свой век и держатся на добром слове. Если они оторвутся, то об руль можно удариться головой.       Джина распахнула ворота склада, видя начавшийся пожар из-за колоссального титана. Она не была уверена, что Разведкорпус справляется, поэтому решила оценить ситуацию с высоты птичьего полета.       Руки вспомнили каждую кнопку, руль был приятен на ощупь, а шасси послушно спряталось. Полёт был мягким, но вдруг истребитель качнуло вправо. Джина не обратила на это внимания, пролетая мимо Бертольда, уже заметив Эрена на стене.       Колоссальный взмахнул рукой, когда летательный аппарат Ауторики пролетел мимо него, но Берт был слишком медленным, чтобы зацепить воздушное судно.       Ребята из сто четвёртого с удивлением смотрели на странный летающий аппарат, понимая, что ещё с одним противником им не справится.       У Армина задрожали колени. Он стоял на стене рядом с Эреном, собираясь ему рассказывать план, как они будут побеждать Бертольда.       Джина приземлилась на стену, направляясь в сторону Эрена, а Армин, снова дрожащей рукой, выставил клинок вперёд. Эрен краем глаза увидел железную птицу, смутно вспоминая, как нечто подобное однажды приснилось ему, когда он был в кадетском корпусе.       — У меня есть план, как победить Бертольда! Нужно вести с ним бой на истощение! — крикнул Армин.       Джина посмотрела на Армина, а потом перевела взгляд на колоссального.       — Какой он всё-таки огромный, — она вздохнула, не понимая, забирать ей Эрена и валить домой, либо… А что она ещё может сделать?       Джина посмотрела в другую сторону, где звероподобный запускал очередной каменный залп, желая уничтожить каждого разведчика.       Ей хотелось домой, но не хотелось чувствовать себя виноватой, что бросила разведчиков на произвол судьбы. Джина направилась к истребителю, оглядываясь на Армина, который опустил клинок. Он был напуган непонятным летающим устройством, успев пожалеть, что не доложил командующему об истинном происхождении Джорджианы Мур.       — Удачи, Армин. Не умирай. Ты мне нравишься! — улыбнулась Джина, прежде чем сесть в своё летающее судно и слететь со стены вниз.       Эрвин как раз заканчивал рассказывать свой план, как он поведёт новобранцев прямо на звероподобного, чтобы Леви смог зайти с тыла. Эрика рыдала, не желая погибать так глупо, по её мнению. Остальные плакали, стояли с каменным лицом, а кого-то просто тошнило.       Джина приземлилась, вылазия из истребителя, но подходить близко к разведке не спешила. Все смотрели на неё, не понимая, что вообще происходит.       Эрика, шатаясь, несмело пошла к Мур. Эрвин же понял, откуда Джина знала так много об их мире — она пришла из мира за стенами. Учитывая заботу об Эрене и стремление его защитить, становилось понятно, зачем она пришла к ним. И все эти разговоры о предательстве, сравнение себя с Райнером и Бертольдом и вопрос, что они бы с ней сделали, окажись она такой же, как они.       — Ты что… Из этих? — закрывая рот рукой, спросила Эрика дрожащим голосом.       — Нет! Не смей меня сравнивать с ними… Я никого не убивала… Я не пробивала эти чёртовы ворота! — крикнула Джина.       — Тогда…       — Какой у вас план? Что вы решили делать? Явно же не стоять и ждать, когда последний дом будет разрушен от этого зверья, что швыряется камнями! — Джина была вся на нервах, её трясло.       Леви рассказал ей план, остальные либо плакали, либо перешёптывались. Эрвин стоял молча, даже не моргая, не сводя взгляда с Джины.       — Нет, это ужасный план! — покачала головой Джина. — Я отвлеку звероподобного на себя! Я отлично маневрирую, а он пусть обкидается в меня. Это специальная сталь — на ней не должно даже царапин остаться!       Леви посмотрел на странный летающий аппарат. Ему понравился план Джины больше, нежели план Эрвина, хотя он и на него был готов.       — Да-да, да, ты лети и совершай отвлекающий манёвр, — нервно закивала Эрика, в её глазах загорелась надежда.       — Я не хочу умирать! Не хочу отдавать свою жизнь товарищам, я сам свою жизнь наполню смыслом! — кричал Флок.       Среди новобранцев началась потасовка.       — Ты трус, Флок! Трус! — покачал головой Марло. — Долг каждого солдата — отдать жизнь, когда потребуется!       — Заткнитесь и держите лошадей, пока они все не разбежались! — шикнула Эрика, стараясь не впадать в панику с молодёжью.       — Нет, Джина не может лететь! — нарушил молчание Эрвин.       — Нет, Джина может лететь и полетит. Обменять одну мою жизнь на ваши — хороший выход из сложившейся ситуации, — вздохнула Мур. — Весь Разведкорпус разбит, там, — она указала на стену, — остался только сто четвёртый наедине с колоссальным и бронированным. Здесь остались лишь мы. Кто-то, но должен спастись, а я, — она оглянулась и посмотрела на свой самолёт, — пять лет с ним не виделась. У меня дрожали колени, когда я снова набирала высоту. Решено мной! Лечу я! Вы оставайтесь здесь и прячьтесь! Леви, я постараюсь отвлечь его, как можно дольше, но у меня будет к тебе просьба.       — Какая? — спросил Леви.       — Если вдруг я погибну или буду ранена, то тебе придётся… Эрика, ты тоже подойди ко мне, а лучше — все! — Джина подошла к «шпиону». — Здесь располагается отсек с питанием, открывается он вот так, — она старалась рассказывать так, чтобы поняли все с первого раза. — Вот так, цилиндр с голубой жидкостью должен быть отсоединён от шлангов и вытащен из отсека, — в руках шпионка держала Скай.       — Если это не сделать, то… Что будет? — спросила Эрика, на самом деле, ничего не запомнив.       — Этот цилиндр с голубой жидкостью обладает высокой взрыва опасностью и легко воспламеняется. Не знаю, насколько сильный будет взрыв, но он может разнести здесь всё, а транформация колоссального покажется зажжёной спичкой, по сравнению с этим, — Джина вернула цилиндр в отсек питания.       — Хорош болтать, нам пора! Я пополню запасы, — сказал Леви.       — Я начинаю, — Джина несмело забралась внутрь «шпиона», пристёгиваясь и настраиваясь на полёт.       — Уж попытайся не сдохнуть! — шикнул Леви. — Нас явно ждёт потом серьёзный разговор.       Она ничего не ответила. Дверца воздушного судна закрылась, он начал катиться вперёд, а потом — оторвался от земли, резко набирая высоту. Шасси снова спряталось, Джина набрала высоту, замирая в воздухе.       — Это что? Ауторианский истребитель? Эти мрази успели залезть и сюда? — Зик остановился. Ему доводилось встречаться почти лоб в лоб с воздушными силами Ауторики в море.       Любой летательный аппарат стремительно развивающейся страны взрывался так, что загорались корабли под ним. Зик отлично помнил эти жуткие карты, поэтому перестал швырять камни — сейчас заденет отсек с их сраным топливом, формулу которого другие страны мечтают украсть, и всё рванёт тут.       «Если я смогу добыть их топливо, то мы вернёмся в Марли не с пустыми руками!» — Зик всё же набрал ещё камней, собираясь их запускать.       Джина несколько секунд практически неподвижно замерла в воздухе, набрал приличную высоту, а потом резко помчалась вперёд прямо на Зика, но первый каменный залп удалось пережить без проблем, только на стекле появилась трещина.       Аппарат то и дело тянуло влево, всё-таки с «А-126» было что-то не так, левая часть была будто легче правой, а делать маневры на таком самолёты было очень сложно, но Джина пока справлялась, то набирала высоту, то опускалась ниже, но близко к звероподобному не подлетала.       «Чего это? Держится от меня на расстоянии? Ауториканские пилоты всегда отличались трусостью и плохими самолётами. Их правительство создало истребитель, который сжигает своего трусливого пилота. Меня можно одолеть только в ближнем бою, а «А-126» не подлетает близко, не сбрасывает снаряды. Это странно. Чего Ауторика добивается?» — подумал Зик. Ему поведение пилота показалось странным.       У Джины просто нечего было сбрасывать на Зика. Все снаряды, которые были в «А-126» отсырели. Ржавчина начала покрывать и винты, позволяющие шасси двигаться. Неизвестно, в каком состоянии находилась «начинка» истребителя, но буквально через пять минут полёта раздался звук стукнувшего металла об металл, и «шпион» начал терять высоту, наклонившись вправо. Было ощущение, что крыло тянет вниз, но Джина понимала, что если сейчас совершит аварийную посадку, то подведёт всех — нужно выиграть как можно больше времени, чтобы Леви успел добраться до звероподобного.       Армин зацепился за зуб колоссального титана спусковым крючком. Его догадка оказалась верна: кости не испаряются вместе с мышцами.       Титан Эрен упал со стены и больше не двигался, а Бертольд смотрел на Арлерта, отчаянно цепляющегося за зуб.       — Всё кончено, Армин. Мне даже жаль! Ты должен умереть!       Колоссальный титан выпустил ещё пара, а Армин крепко держался, стараясь выиграть как можно больше времени для Эрена. Он понимал, что вряд ли выживет в этом бою — но это был единственный шанс, чтобы одолеть Бертольда.       В лёгкие проникал обжигающий пар, Армин крепко-крепко зажмурился, ощущая, как его кожа плавится от пара. Он понимал, что отвлекающий манёвр будет стоит ему жизни.       «Ещё чуть-чуть. Хотя бы секунду!» — Армин стойко держался до последнего отвлекая Бертольда на себя, а потом руки сами отпустили рукоядь, и обожженное тело смелого Армина полетело вниз.       «Они увидят море за меня!»       Эрен взмахнул клинками, как его учили в кадетском, вырывая предателя из загривка, отрезая Бертольду руки и ноги.       Колоссальный был побеждён, но какой ценой?       Микаса, Жан, Конни и Саша выпустили в Райнера последние громовые копья, но Саша промахнулась.       — Чёрт! — Жан едва успел запрыгнуть за дымоход. Конни схватил раненую Сашу, понимая, что Райнера им не удалось победить.       Микаса переживала за Армина и Эрена, готовая голыми руками вытаскивать Райнера из титана. Если понадобится, то она зубами будет грызть его броню, но доберётся до предателя и убьёт его.       — Микаса, берегись! — крикнула Ханджи, запуская копьё в бронированного.       — Ханджи! — Микаса была рада видеть, что Зое жива. Остальные ребята тоже обрадовались, а Райнер был побеждён. Осталось связать его и решать, что делать дальше. Казалось, что бой наконец-то окончен.       Микаса отправилась на поиски Эрена и Армина, но когда взобралась на крышу дома, где были её друзья, то почувствовала сильную боль в голове. Слёзы сами хлынули из глаз.       Эрен тоже плакал, сидя возле обожжённого тела Армина, который ещё совсем недавно мечтал увидеть море с детской наивностью в глазах.       — Мы победили Бертольда ценой жизни Армина! — тихо-тихо сказал Эрен. — Мы победили Бертольда ценой жизни Армина! Армин, нет! Почему… Почему, — он начал кричать, — почему… Ты же хотел увидеть море! Ты так мечтал увидеть море!       Микаса выпустила из ракетницы красный сигнал.       Джине чудом удалось ударжаться в воздухе, совершая маневр, поднимаясь чуть выше, а затем — резко сбрасывая высоту, но не приближаясь к Зику близко, держась на растоянии метров двадцать, может, чуть больше.       Снова что-то затарахтело, будто каталось где-то под истребителем. Снова потянуло вправо. Джина полетела вправо, не в состоянии выровнять самолёт, над которым теряла управление.       Она решила сделать ещё одну попытку отвлечения, набирая высоту, но уже с трудом, только в этот раз «А-126» мчался прямо на Зика, пролетел над его головой, стремясь в лес, теряя высоту.       Леви успел добраться до Зика, начиная шинковать его на кусочки. Звероподобный понял, почему ауторианский истребитель не атаковал — он совершал отвлекающий манёвр.       — Успел повеселиться и убить кучу наших людей? — Леви вырвал Зика из затылка, засовывая лезвие ему в рот. — Даже представился…       «А-126» мрачался вперёд, теряя высоту. Ремни безопасности всё же оторвались, и Джина поцеловала руль. Вокруг всё помутнело, в ушах стоял звон. Джина, находясь в пограничном состоянии, между потерей сознания и осознанием, что воздушное судно падает, на ощупь нашла кнопку, отвечающую за шасси. Нажала, цепляясь двумя руками за руль, чувствуя слабость в шее.       Шасси разлетелись от столкновения с землёй — ржавые винты не смогли пережить аварийную посадку. Истребитель скользил по земле, движущийся силой ускорения, днищем создавая тормозную полосу на земле. Крылья бились о деревья, снося собой ветки, нос устремился вперёд, разрезая стволы деревьев.       Наконец-то «шпион» остановился, уперевшись в деревья с более крепким стволом. Носовая часть оказалась между двух стволов, покорёженные крылья нацепляли на себя веток и листьев, позади стоял столб пыли и дыма.       Три коротких — три длинных — три коротких — звуковой сигнал.       На левом крыле красным мигал небольшой круглый фонарь, пытаясь подать знак SOS. Джина прикрыла глаза, дотрагиваясь лбом до руля, слыша звуковой сигнал. Перед глазами помутнело ещё сильнее, очень сильно болела голова, а стекла были разбиты то ли от веток, то ли от камней звероподобного.       Очень сильно хотелось спать.