Секреты мистера Джона

      На следующие три дня мир Джона Райта выстроился вокруг двух проблем.       Первая: что за тварь ходит по Линессу и убивает магглов? Причем, судя по всему, подобравшись уже и к Алисе.       Вторая: Алиса и то, что между ними произошло.       Причем, вторая проблема явно болела сильнее. Она обрушилась на него вместе с водой утреннего душа и тяжестью похмелья в первый день и не отпускала до последнего. Что бы Джон ни делал, чем бы не занимался, и как бы не пытался отвлечься, его мысли неизбежно возвращались к рыжеволосой бестии, совсем недавно покинувшей его постель без единого слова.       Конечно, Джон был рад, что ему, наконец, удалось переспать с красоткой, на которую он столько заглядывался. И секс, надо признаться, был просто бесподобен. Но мистер Райт совершенно не понимал, как должны развиваться их отношения дальше. Предложить Алисе быть его девушкой — не вариант. Встречаться с магглой… Он и так не без труда затыкал голос отца в голове, который с отвращением твердил: “Маггла?! Что дальше? Перейдешь на животных?”.       Да и Алиса сама не согласилась бы. Она скоро уедет в Лондон и до этого говорила, что мужчины — не ее приоритет. Но и вести себя так, будто совершенно ничего не изменилось не вариант. Не только потому, что это было выше сил мистера Райта, но и потому, что это могло обидеть Алису и убедить ее в том, что для Джона эта ночь ничего не значила.       В какой-то момент Джон поймал себя на мысли, что абсолютно не понимает, какой реакции ждать от самой Алисы. У него был опыт, когда после секса с ним девушка решила, что он чуть ли не предложение ей готов сделать, и закатила ему грандиозный скандал, когда так и не дождалась от него широких романтических жестов. Но та девушка слишком хорошо знала, кто такой Джон на самом деле. И скорее была не оскорблена в лучших чувствах, а соблазнила его ради возможности уцепиться за его чистокровную фамилию и баснословное наследство. А для Алисы…       “Кто ты для Алисы?”, — с насмешкой спросил внутренний голос. — “Какой-то глупый мальчишка из деревни. Максимум, чего она ждет от тебя — открытку с благодарностью за яркое любовное путешествие”.       Стало гадко. Но развивать эту мысль не имело никакого смысла. Все сходилось к сомнительным внутренним дебатам “Кто из нас кому сделал бОльшее одолжение”. В итоге мистер Райт впал в такой ступор, что решил не делать вообще ничего.       “Алиса же хвасталась, что она взрослая. Вот пусть и делает первый шаг”, — раздраженно сказал себе Джон. И на том решил, что пока Алиса сама не появится в его лавке, чтобы изложить свою версию того, как должны развиваться события, он о ней больше думать не будет.       Джон дал себе отгул по случаю похмелья, и решил весь день проваляться с книгой в постели… Постели, которая все еще хранила на себе аромат Алисы: ее кожи, ее волос… Черт!       …Но прошел день, настал вечер, а Алиса так и не появилась.       Джон, испытывавший поначалу скорее тревогу — ждать ли скандал, слезы, признание в любви, требование отношений — насторожился.       “Алиса не приходит, чтобы обсудить со мной произошедшее между нами… Значит ли это, что она на меня злится?”, — подумал он. — “Может, она всерьез ожидает, что я явлюсь к ней с букетом цветов и признаниями?”.       Эта мысль заставила его самодовольно усмехнуться. Он представил себе, как рыжеволосая соблазнительница томится в романтическом ожидании и скучает по нему, не решаясь явиться на глаза.       Когда Бладжер в очередной раз заглянул проверить, не помер ли хозяин, мужчина с завистью вздохнул:       — Хорошо тебе, скотина шерстяная. У тебя с твоими кошками нет таких проблем… Кот прошел на середину комнаты и сел, гордо глядя на хозяина.       — К слову, — в ответ на надменную позу животного мстительно сообщил мистер Райт, — Надо будет спросить у мистера Борса, не может ли он тебя кастрировать. Не хватало мне еще, чтобы ты тут потомков наплодил. В ответ Бладжер злобно зашипел и метнулся к двери.       Джон рассмеялся:       — Да ладно тебе! Будешь спокойным, ласковым.       Кот еще раз продемонстрировал хозяину острые клычки и покинул спальню, демонстрируя все свое несогласие с этой затеей.       …Настал второй день, а Алиса так и не пришла. И Джон уже подумал, а не стыдится ли она того, что переспала с ним? “Может, она прячется, чтобы не привлекать лишний раз внимание к тому, что мы близки?”.       Эта мысль отозвалась в мистере Райте обидой и гневом.       “Да как смеет она стыдится меня?!” — с возмущением подумал он, — “Бред какой-то”.       Поймав себя на том, что уже с полчаса просто шагает по лавке и нервно ерошит темные кудри, Джон решил, что срочно нужно занять себя чем-то полезным. Например, подумать, как поймать наглого мага, который травит мирных жителей Линесса. Конечно, он понимал, что куда проще было бы дать сигнал в аврорат… Но также он понимал, что как только аврорат узнает о том, где находится Джон, в тот же день об этом узнают и Пожиратели. А это уже сулило неприятности. Так что…       “Так что ты позволишь какой-то невидимой дряни сводить магглов по одному в могилу, чтобы никто не доставил тебе неудобств”, — протянулась к его горлу совесть.       Но тут же была поймана за руку другим внутренним голосом, который уверенно сказал: “И что? С чего вдруг магглы стали ценными? Их вон — пруд пруди”.       Однако внутри у Джона продолжало шевелиться неприятное чувство… неправильности? И чтобы как-то успокоить неугомонную совесть он пообещал себе, что приложит все усилия, чтобы самостоятельно как можно скорее поймать местного убийцу.       “Я должен его вычислить. Но как распознать мага?”, — задумался он. — “У них точно так же два глаза, один рот, один нос… Две руки, две ноги… Кровь такого же красного цвета… Есть семьи и друзья…”.       Размышляя об этом, Джон подошел к зеркалу и немного постоял, глядя на свое отражение, пытаясь найти ответ. Вот он — чистокровный из чистокровных. Но чем он отличается от магглов? С виду вообще никаких явных примет.       “А только ли с виду?”, — шепнуло нутро.       Эта дикая мысль будто хлестнула по щеке, так что Джон отшатнулся от зеркала.       “Если отец узнает, что я допустил такую мысль…”, — с тревогой подумал мистер Райт.       А потом сделал глубокий вдох и мысленно сказал себе: — “Он что? Нажалуется на меня дементорам в Азкабане?”.       Нужно было искать другой выход…       — Хоть бы ты мне чего посоветовал, — угрюмо сказал Джон Бладжеру, мирно дремавшему на прилавке. Услышав голос хозяина, кот нервно дернул ухом и приоткрыл глаза.       Поймав зрительный контакт с животным, мистер Райт сказал:       — В Линессе появился волшебник, и мне надо его вычислить. Как думаешь, ты мог бы узнать его по запаху?       Бладжер вальяжно поднялся и потянулся, демонстративно зевнув. — Ну да, — усмехнулся Джон. — Чего его ждать от тупого животного?       Бладжер бросил оскорбленный взгляд на хозяина, отряхнулся и прыгнул за прилавок. Джон услышал звон стекла.       — Что ты там опять уронил, зараза шерстяная? — Недовольно спросил он, заходя за прилавок. И увидел, как кот лениво катает лапкой пустой пузырек из-под безоара. И Джон мгновенно вспомнил то, как спас Финнигана.       — Точно! — Воскликнул он. — Если маг травит магглов белладонной, я мог бы подготовить побольше противоядия. Мистер райт присел на пол рядом с питомцем и достал из чемодана краткий справочник по целительным травам.       — Безоар я, конечно, так быстро и в таких количествах не достану. Зато… — Мужчина бегло и уверенно пролистал несколько страниц. — Вот. Рута. Простое универсальное противоядие с широким ареалом произрастания. Можно попробовать поискать эту траву в местном лесу. Сейчас, конечно, не очень-то сезон, — доверительно сообщил он коту, — Но выбор мой очень невелик.       Бладжер бросил на хозяина подчеркнуто-снисходительный взгляд и нехотя мазнул щекой о его руку.       Джон вышел из-за прилавка, бросил взгляд за окно и подумал, что дни стали все пасмурнее, а ночь наступает все раньше.       “Можно пойти сейчас”, — подумал он, — “Просто увеличу себе обеденный перерыв. Но что если Алиса придет и не застанет меня?”.       Как только эта мысль появилась в голове, мистеру Райту захотелось ударить себя по лицу. Почему опять Алиса? У него что, дел других нет, кроме как все время думать об этой женщине?!       “Мне точно стоит проветрить голову”, — решил Джон.       Накинув плащ и повесив на дверь табличку “Обед” с припиской “приходите после трех”, мужчина покинул лавку.       Мистер Райт прекрасно знал дорогу до местного леса. Все-таки именно туда он трансгрессировал, чтобы незаметно, но достаточно комфортно проникнуть в Линесс. Также Джон прекрасно понимал, что называет это место лесом из очень огромного уважения. В том смысле, что это был относительно широкий пролесок из нескольких рядов не самых высоких, хоть и довольно густых раскидистых сосен, пройти который можно было насквозь минут за десять — не больше. В основном, Оркнейские острова были полями — широкими, местами немного холмистыми, местами каменистыми, но такими бескрайними, что почти из любой их точки можно было увидеть горизонт. И только здесь, на западе от мемориального кладбища Роял Навал был этот “лес”. Может, он даже был специально оставлен или высажен, чтобы хоть с одной стороны закрывать кладбище от вечных шотландских ветров.       Так или иначе, лес был явно старый. Некоторые сосны были повалены стихией, и на их вывернутых кореньях уже образовались кочки. Почва здесь была довольно богатая и в купе с весьма своеобразным ландшафтом (камни и бурелом) она давала простор приятному разнообразию растений.       Джон довольно быстро дошел до неприметной поляны, на которую трансгрессировал несколько недель назад, но руту так и не нашел.       “Профессор Стебль говорила, что в поиске трав главное — терпение”, — напомнил себе мистер Райт и продолжил углубляться в лес. Несколько раз он примечал руту и, обрадовавшись, лез под дерево, но приблизившись к кустарнику обнаруживал, что обманут: это был обычный вереск. Джон плевался и шел дальше. Чуть не подвернув ногу на одной из кочек и дважды очень неприятно зацепившись плащом за ветки сосен, мистер Райт чуть ли не кубарем выкатился на еще одну отдаленную и уединенную поляну… И изумился.       Поляна была усеяна маленькими белыми цветами. Удивительным был не только факт, что какое-то безумное растение решило цвести под зиму — нет! Джон вгляделся в форму лепестков, черные стебли, на которых они держались, и безошибочно узнал эти цветы. Моли — очень редкая трава, способная разрушать чары.       “Вот что значит: искал медь, а нашел золото”, — подумал Джон, аккуратно срезая цветы и убирая их в припасенный полотняной мешочек. — “В общем-то с этой травой я не только белладонну могу нейтрализовать…”.       А следом пришла другая, еще более интересная мысль: “Откуда здесь моли?”. Из учебников по травологии Джон прекрасно помнил, что моли растет только в местах, где творилось волшебство. В частности, поэтому ее легко можно было найти в окрестностях Хогвартса. Но здесь? В Линессе? На какой-то отдаленной поляне близ мемориального кладбища?       “Ответ очевиден”, — понял Джон, — “Здесь кто-то регулярно колдует. И, судя по свежести цветов, последний раз волшебство здесь творили очень и очень недавно”.       Джону стало не по себе. Он почувствовал себя так, будто маг, которого он пытается вычислить, стоит у него за спиной и дышит ему в затылок. Мистер Райт даже разогнулся и огляделся. Конечно, на поляне он был совершенно один. Но мысль о том, что он разминулся с другим магом всего на пару часов, а может и на несколько минут неприятно его царапнула.       Мистер Райт поспешил нарезать моли с избытком и поскорее покинуть лес. Теперь находиться здесь стало неприятно.       К своему огромному удивлению, на обратном пути, едва отойдя от леса на несколько шагов, Джон встретил знакомое лицо — Дункана Стюарта. Он брел по дороге от Линесса в сторону леса бодрой походкой. На секунду Джон даже призадумался, а не мог ли Стюарт быть тем магом, которого он ищет. Но сам чуть не рассмеялся этому предположению. Нет — Дункан точно был магглом из магглов.       Завидев Джона, Дункан радостно замахал ему рукой.       — Куда фе ваф понефло? — Удивиленно спросил он, подходя к Джону. — Неуфели у ваф ефть родфтвенник, погибфий в Первую мировую?       — Ничего подобного. Просто проветриваю голову с похмелья. — Соврал Джон, решив, что это отличная возможность в будущем отказываться от приглашений в паб.       — Но уфе второй день! — Удивился Дункан.       — Что поделать. — Печально пожал плечами Джон. — Мой молодой организм дурно воспринял этот… эклектичный напиток.       В ответ Дункан заржал и похлопал Джона по плечу:       — Фо фременем прифыкнете! “Упаси Мерлин к такому привыкать”, — подумал Джон.       — Давайте лучше без экспериментов. — Улыбнулся он. — А вы что тут забыли? Мистер Стюарт махнул рукой в сторону поля, расстилающегося за лесом:       — Там мое пафтбифе, надо фтадо проверить, — ответил Дункан и с гордостью добавил, — Тридфать голоф! Джон изобразил, что очень впечатлен. И, судя по тому, какое удовольствие отобразилось на лице мистера Стюарта, у него это получилось достаточно убедительно.       Мистер Райт собирался уйти, но мистер Стюарт придержал его неожиданным замечанием:       — Офень фтранно. Я когда этой дорогой хофу и очень редко кого-то фтречаю. А тут уфе фторой человек за какую-то четверть часа. Джон с удивлением взглянул на Дункана.       “Тот, кого он видел, может быть там самым магом, которого я ищу”.       — Этот встречный тоже шел со стороны леса? — Как бы просто так, стараясь не выглядеть заинтересованным, спросил Джон.       — Ага. Но правда, я не успел рафглядеть, кто это. Какая-то щенфина, — пожал плечами Дункан. — Выфла и пофла ферез кладбифе.       Джон взглянул на спуск к кладбищу и белеющий вдалеке обелиск.       — Да… Действительно очень необычно.       Теперь мистер Райт был уверен: маг, которого он ищет — женщина.       Распрощавшись с Дунканом и вернувшись в лавку, Джон начал предвкушать, как займется приготовлением зелья после закрытия магазина. Он понял, что ужасно соскучился по этому занятию: аккуратно отмерять ингредиенты, смешивать, вслушиваться в довольное бурление котелка…       “Надо придумать, как заставить потом выпить это зелье Алису”, — подумал Джон, и испытал спазм раздражения. Опять Алиса. Алиса, которая так и не пришла…       “Может, она просто решила делать вид, что я не существую и между нами ничего не было?”, — с этой мыслью Джон встретил третий день. — “Может, она вообще ничего не решила, а просто забыла о моем существовании? Вдруг ей искренне на меня плевать?”.       Эта мысль мучила и опустошала. Мистер Райт почувствовал себя обманутым.       “Будто девица, которую растлили и бросили”, — съязвил внутренний голос, — “Разрыдайся еще или нажалуйся на негодяйку ее тетушке с дядюшкой”.       Стало гадко от самого себя. И Джон искренне постарался отгородиться от этих мыслей, сосредоточившись на работе.       Зашли три местные леди, по очереди спросив Джона, куда подевался мистер Борс и почему его лавка закрыта. Мистер Райт вежливо объяснил им, что не имеет ни малейшего понятия, и они с мистером Борсом не настолько близки, чтобы тот отчитывался перед владельцем скромной лавки подарков.       Заглянул и один из друзей Финнигана, имени которого Джон не помнил, зато отлично помнил со дня попойки в пабе его веснушчатую рожу, почти лишенную переносицы. Мужчина приглядел бутылку более чем приличного виски в подарок одному из друзей. А также пригласил Джона сыграть в карты в воскресенье с другими джентльменами.       — Финниган и Стюарт тоже будут, — веско сказал он.       — Я пока не определился с планами, — уклончиво ответил Джон. А про себя подумал, что даже ужасающая скука Линесса не заставит его искать таких низких развлечений как перекидывание карт с магглами.       Прозвенел дверной звоночек, и в зал вплыла миссис Синклер. Джон сразу отметил, что вопреки обыкновению, она была бледна, не улыбалась, а вместо яркого платья на ней было одето скромное черное. Выяснилось, что дама заглянула купить черный зонт, и попросила помочь, так как очень торопилась.       Джон обошел стойку и достал элегантный черный зонт-трость:       — Такой вам подойдет?       — Да, благодарю. — Ответила миссис Синклер, подходя к кассе.       — Вы выглядите уставшей, — отметил он. — Что-то случилось?       В ответ старушка глубоко вздохнула, отсчитывая нужную сумму:       — Сегодня похороны нашего дорогого Альберта. Мы всей семьей уже два дня готовимся к поминкам. На это уходят все силы… — она протянула деньги Джону, сопроводив этот жест слабой улыбкой. — Но нам важно проводить Альберта достойно.       Мистер Райт почувствовал, как огромный камень падает с его сердца:       “Так вот почему Алиса исчезла. Она была занята делами семьи”.       Джон кивнул, сочувствующе глядя на пожилую женщину.       — Примите мои соболезнования. Еще раз. Утешаю себя тем, что в этот час вы будете не одна, а в окружении близких.       Миссис Синклер на мгновенье сжала ладонь Джона:       — Вы такой добрый молодой человек. Я вам признательна. Конечно, будут все: и Дэвидсоны, и Кэмпбеллы, и мы с Вилли, и, разумеется, мисс Макмиллан. На этой фразе Джона чуть не прошиб пот.       — Кто? — Стараясь не выдать волнения, спросил он.       В ответ миссис Синклер впервые улыбнулась и почти беззаботно сказала:       — Мисс Макмиллан. Алиса. Моя племянница. Это ее фамилия. Вы не знали?       Джон покачал головой, а про себя подумал:       “Она скрывала свою фамилию. Одну из самых, мать ее чистокровных фамилий из гребаного списка двадцати восьми”.       Мозг Джона тут же начал складывать целостную картину того, кем же на самом деле являлась Алиса. Девица, которая появилась в городе ровно за пару дней до того, как отравили первого маггла. Она с ходу понимала, что Джон не разбирается в маггловских штучках. Почти не удивилась слову “бладжер”, произнесенному им перед ней. Которая легко могла сама нанести себе синяки, чтобы потом ткнуть ими в нос мистеру Райту и отвести от себя все подозрения…       “Она точно знает, что я — маг, и что я — единственный, кто может ее раскрыть. И трахнула она меня наверняка затем, чтобы втереться в доверие и наблюдать за мной с близкого расстояния”, — понял Джон.       А внутренний голос язвительно добавил:       “По крайней мере теперь ты точно знаешь, что рано или поздно Алиса придет к тебе”.