Секреты мистера Джона

      Алиса испытала тревогу в момент, когда поняла, что обратный путь до церкви ей, как ни крути, придется пройти с Джоном. Предположим, что ее опасения о том, что он может оказаться отравителем, несколько поутихли после допроса. Слишком уж он был спокоен. Да и встал на ее сторону, пытаясь заставить ленивого лейтенанта Флетчера делать свою работу… Но что мешало ему, например, поднять вторую наболевшую тему:       “Кто они теперь друг другу после того, как переспали?”.       Вопреки ожиданиям Алисы, Джон вел себя как ни в чем не бывало. Не подчеркнуто-отстраненно, как обиженный без внимания мальчишка. А именно ровно так же, как и прежде: легко, непринужденно, обаятельно. Эта легкость невероятно подкупала. И Алиса решила позволить себе окунуться в нее.       Они поболтали о погоде и событиях последних дней… И тут — ливень! Благо, до лавки Джона бежать было минут пять. Мистер Райт любезно предоставил Алисе душ и предложил подобрать сухую одежду. В общем, проявил очень приятную и необходимую Алисе заботу.       Но стоя под горячими струями воды, Алиса вновь подумала: а что если маньяк все-таки мистер Райт? Ну предположим, он великолепно контролирует эмоции. Сотрудничает с полицией, чтобы отвести от себя подозрения… Девушка решила, что надо внимательно приглядеться к нему. Если Джон действительно маньяк, он обязательно чем-то да выдаст себя.       В дверь постучали, и из-за нее послышался голос Джона:       — Я оставлю одежду под дверью.       — Спасибо! — крикнула Алиса, выключая воду.       То, что несмотря на их случившуюся близость и, по сути, беззащитное положение Алисы (в ванной не было замка), Джон не попытался вломиться к ней в душ, добавило пару очков на счет мистера Райта.       Приготовленная Джоном одежда висела на девушке мешком. Она невольно почувствовала себя одним из этих “детей улиц”, которые читают рэп и разрисовывают стены краской из баллончика. Но самое важное, она была сухой. И после того, как Алиса промокла под ледяным дождем, этот наряд казался ей самым уютным из всех, что она когда-либо носила. На мгновенье Алиса прижала футболку к носу, желая узнать, почувствует ли запах Джона. Но одежда пахла только порошком. Видимо, только из химчистки. Легкое разочарование, так незвано кольнувшее под ребрами, Алиса предпочла игнорировать.       Когда девушка вышла из ванной, Джон уже дожидался ее на кухне с чаем. Эта картина могла бы выглядеть идиллической, если бы не одно “но”: как только Алиса вошла в кухню, Джон резко одернул руку от одной из кружек. По спине пробежал холодок.       — Что ты делаешь? — Сурово спросила она.       — Вот, — с немного напряженным выражением лица Джон указал на кружки, — Как и обещал, я приготовил горячий чай. Алиса с нескрываемым подозрением взглянула на напитки.       — Тебе не холодно? — Резко перевел тему Джон. — Вот, я еще приготовил для тебя.       С этими словами он развернул перед лицом Алисы довольно свободный черный свитер с какой-то странной эмблемой, пришитой у сердца. Девушка разглядела на ней змею, обвивающую букву “S”.       Подумав, Алиса взяла свитер и натянула его на себя.       — Спасибо, — пробурчала она, присаживаясь за стол.       — Эта эмблема не кажется тебе знакомой? — Спросил Джон, присаживаясь напротив.       Алиса еще раз взглянула на изумрудную змею и ответила:       — Впервые вижу. А где я могла ее видеть? Вообще, свитер похож на какую-то униформу частной школы.       — Так оно и есть, — с улыбкой ответил мистер Райт. — Просто школа довольно знаменитая. Я подумал, вдруг ты ее знаешь. Алисе стало еще больше не по себе. Странное поведение, подозрительные вопросы ни пойми к чему… Может, он действительно психопат? Краем глаза Алиса приметила нож в подставке на кухонном столе и оценила, что в случае крайней необходимости дотянется до него быстрее Джона.       “Только если другой нож уже не лежит у него в кармане”, — прошипел внутренний голос.       — Частных школ в Британии пруд пруди. А я, пока училась, дальше двора своей Стендфордской не ходила, — пожала плечами девушка.       Кажется, ее ответ помог Джону принять какое-то решение, потому, что он заметно расслабился. Как и ожидалось, он придвинул к ней кружку с чаем, от которой одернул руку, когда она вошла. Алиса демонстративно протянула руку и взяла вторую кружку с чаем. И, встретив удивленный взгляд Джона, хладнокровно пояснила:       — У меня богатый опыт не только в криминалистике, знаешь ли. Я — одинокая девушка, которая время от времени отдыхает в клубах. И первое правило для таких, как я: “Всегда следить за своими напитками”. А второе: “Если кавалер предлагает тебе напиток из своих рук, не бери его”. У нас тут вообще-то маньяк-отравитель ходит. Так с чего я должна верить, что это не ты?       Алиса сама не могла поверить, что так смело заявила о своих подозрениях в лицо мистеру Райту. Но он ничуть не разозлился. Скорее, оказался в замешательстве.       — Ты думаешь, что это я могу травить маггл… людей? — странно запнувшись спросил он.       Алиса демонстративно подняла ладонь и начала загибать пальцы:       — Появился незадолго до первой смерти. Единственный, кто догадался, чем были отравлены жертвы. С каждой виделся. Судя по всему, сбежал из какой-то религиозной секты…       — Я не сбежал из религиозной секты. — Отрезал Джон. — Я сбежал из странной семьи.       — И, видимо, не менее странной школы, на эмблеме которой — религиозный символ существа, искусившего человечество вкусить от древа познания, — с иронией ответила Алиса, ткнув пальцем в свитер.       В ответ Джон оперся на локти, запустил пальцы в кудрявые волосы и настолько по-щенячьи посмотрел на Алису, что ей показалось, что перед ним сидит самый беззащитный в мире человек.       — Я настолько не являюсь тем, за кого ты меня держишь, что даже не понимаю, что ты сейчас сказала. Кто кого на какое дерево искусал.       — В таком случае, пей пожалуйста свой чай, — ласково сказала Алиса, придвигая к мистеру Райту кружку, которую он ей предложил в начале.       Джон взглянул на чай с самым несчастным видом и спросил:       — А ты не подумала, что я могу быть маньяком, который влюбился в тебя по уши и решил совершить с тобой двойное самоубийство?       Теперь на кружку с подозрением взглянула уже Алиса.       — Тогда окажи мне еще одну любезность. Выпей. А я немного подожду. Если все будет в порядке, чаепитие состоится. Если ты умрешь…       — Если я умру, то вот тебе мои аргументы. — Джон точно так же, как и Алиса минутой ранее, поднял ладонь и начал загибать пальцы. — Появилась буквально накануне первого убийства. Тоже лично знала каждого из погибших. И так подчеркнуто не торопится заводить отношения, что по мнению окружающих вполне может ненавидеть мужчин. К слову, все погибшие мужчины… Ну и форма убийства.       Алиса чуть склонила голову, безмолвно задавая вопрос. Джон ухмыльнулся и пожал плечами:       — Все прекрасно знают, что яд — оружие женщин. Да и стал бы я спасать Финнигана, если бы собирался его убить?       — Чтобы тот не помер прямо у тебя в лавке? Ну почему бы и нет. И все это не отменяет того, что ты шарахнулся от кружки, когда я вошла. Так что, дорогой, — сказала Алиса, выделяя каждое слово, — Пей. Свой. Чай.       Джон на мгновенье застыл, затем взял кружку и приложил к губам. Когда же он, просияв самой невинной улыбкой, вернул кружку на стол, количество чая в ней не изменилось.       — Ты меня за дуру держишь? — Сердито спросила Алиса. Ее тело невольно напряглось, готовясь сделать решительный бросок в сторону ножа. — Ты не выпил. Джон бросил на гостью оскорбленный взгляд, еще раз поднял кружку и, набрав полный рот чая, тут же болезненно сморщился и выплюнул весь его обратно, громко кашляя. Первой эмоцией Алисы была жалость, но она была послана хозяйкой к чертовой матери.       — Что за цирк? — Холодно спросила Алиса. — Чай все-таки отравлен?       — Нет! — Возмущенно прокричал Джон, надрывно кашляя. Затем он встал и вылил напиток в раковину.       — Тогда что с ним не так? — Потребовала объяснений девушка. Но тут ее рука легла на вторую чашку, и она поняла, что напиток очень горячий. — Обжегся?       Джон то ли продолжал кашлять, то ли покивал — разобрать было сложно. И Алиса, не выдержав, подошла к мужчине и похлопала его по спине:       — Ладно, извини. Дни выдались очень нервные. А твое подозрительное поведение не очень-то помогло мне полностью тебе доверять. Ты правда ничего не подлил в чай?       — Подлил, — неожиданно ответил Джон. — Зелье правды.       От этой информации Алиса опешила. Она округлила глаза и силой заставила Джона повернуться к себе. Щеки мистера Райта раскраснелись от кашля, и он упорно не хотел смотреть девушке в глаза.       — В этом твоем зелье была белладонна? — Испуганно спросила Алиса, осознавая, что Джон добровольно чуть не выпил нечто потенциально опасное. Но мистер Райт категорично ответил:       — Нет.       — Что-то другое отравляющее?       — Тоже нет.       Алиса медленно вдохнула и выдохнула, чтобы привести чувства в порядок, и отошла от Джона на пару шагов.       — Я не знаю, что более нелепо: то, что ты веришь в какие-то там зелья, живя почти что в двадцать первом веке, или что ты эту ерунду мутную чуть не выпил! — Всплеснула руками Алиса, присаживаясь обратно за стол. — И зачем тебе это зелье?       — Хотел убедиться, что это не ты убиваешь людей, — нехотя сказал Джон. Девушка подняла на мистера Райта задумчивый взгляд.       — То есть ты всерьез подозревал меня?       Он медленно кивнул.       Алиса спрятала лицо в ладонях, потерла глаза и усмехнулась:       — Ладно. Один — один. Я тоже подозреваю тебя. Или подозревала… Я не уверена.       — Это не я. — Уверенно ответил Джон. — Я приехал в Линесс, чтобы спрятаться от нежелательного внимания… скажем так… друзей семьи. Мне эти убийства вообще не на руку! Я надеялся, что тут глухомань, в которой я потеряюсь.       Градус нереальности продолжал нарастать, делая голову тяжелой. И девушка предпочла вернуться за стол. Нейроны в голове Алисы бешено пульсировали, и ее осенило. Да, зелье правды — это полная дичь, но он-то в нее верит!       — Скажи, это твое зелье… Оно сейчас на тебя действует? — Осторожно спросила девушка. Джон кивнул, и она спросила еще: — А что будет, если ты попытаешься солгать?       В ответ мистер Райт пожал плечами и сказал:       — Это просто невозможно. Рот будет отказываться произносить ложь.       — Отлично! — На лице Алисы появилась плотоядная улыбка. — Скажи, ты сектант?       Джон картинно закатил глаза:       — В десятый раз повторяю, женщина: нет!       — Откуда ты узнал про белладонну?       Мистер Райт вздрогнул, как от боли, и резко побледнел, но будто против воли тихо произнес:       — Из курса по зельеварению и травологии.       На мгновенье Алисе показалось, что она в каком-то сне. Ну не мог взрослый человек нести такую ерунду на полном серьезе!       — И где же ты проходил такие удивительные курсы? — Не без иронии спросила она.       — В школе, — выдохнул Джон.       Алиса с подозрением взглянула на эмблему на свитере. Память подбросила мысль о том, что змея, вроде каким-то образом фигурировала среди символических фигур алхимиков… Но это же бред! Что, где-то в британии есть школа, где кто-то пытается создавать големов, превращать медь в золото или создавать философский камень?! Мысль об этом заставила Алису усмехнуться.       — Что-то ты несешь какой-то бред… Ты что, алхимик?       — Нет, — бросил Джон.       — Слава Богу! — не то с насмешкой, не то с облегчением сказала Алиса. — И кто же ты тогда?       — Волшебник.       Алиса моргнула один раз, второй… И рассмеялась:       — Это такая шутка идиотская? Или ты всерьез в это веришь?       — Верю. И знаю. — Вздохнул Джон, тяжело опускаясь на стул напротив нее. — И тебе не положено это знать.       Девушка откинулась на стуле и скрестила руки.       — Если ты думаешь, что я хотя бы на секунду поверю в эту чушь, то ты меня недооцениваешь.       — О! — Самодовольно улыбнулся Джон. — Я очень надеюсь, что ты в это НЕ поверишь. Иначе мне придется стереть тебе память.       — А ты и такое умеешь? — Насмешливо спросила девушка.       — Да. И не только это. Однако, в твоем положении это может быть опасно…       Алиса перегнулась через стол и игривым жестом взъерошила волосы на голове Джона. От этого действия мистер Райт смутился, но быстро взял себя в руки:       — Что ты делаешь?       — Ты — ребенок, который, по всей видимости, верит в сказки. Или держит меня за дуру. Или ты безумен… — Устало ответила Алиса. — Что бы там ни было, я бы очень не хотела, чтобы тараканы в твоей голове как-то касались меня. Но мне тебя жаль. Пожалуйста, покажись врачу.       Выражение лица Джона сменилось с недоверчивого на откровенно возмущенное. Но потом он, подумав, холодно улыбнулся:       — На самом деле, я не имею право раскрывать себя перед тобой. Такие как ты не должны знать о существовании волшебников. У нас даже есть закон — Статут о секретности. И прямо сейчас я его нарушил.       — И что тебе за это будет? — Ехидно спросила Алиса. — Санитары досрочно заберут?       Джон посмотрел на девушку почти с презрением и, запустив руку в карман, медленно извлек… Алиса не поверила своим глазам! Палочку фокусника! Девушка не удержалась и рассмеялась в голос.       “Видимо, это была какая-то ну очень специфичная шутка”, — подумала она. — “Идиотская, затянутая… но шутка. Сейчас он махнет этой палочкой, оттуда появится пластиковая роза, и он гордо объявит себя великим чародеем”.       Но мистер Райт не торопился веселиться вместе с Алисой. Он медленно навел палочку на кружку перед ней и произнес “Вингардиум левиоса”.       Из палочки вырвалась искра света. А кружка, чуть видимо качнувшись, поплыла вверх, медленно вращаясь в воздухе. Точно так же, как в научно-популярных фильмах о космосе.       Сказать, что это зрелище озадачило Алису — ничего не сказать. В голове мгновенно зароились мысли. Что это какой-то обман зрения, и Джон как-то ловко установил зеркала. Или к кружке привязана невидимая леска… Но все эти гипотезы отметались, ведь кружку Алиса трогала собственными руками, и будь к ней что-то привязано или подставлено под нее, она бы обязательно заметила. Потом она с ужасом подумала, что Джон подмешал в чай какие-то галлюциногены… Но нет, она не сделала ни глотка! Остался только вариант с неожиданным дебютом шизофрении. Но как тогда Джон догадался, что он случится именно сейчас?       Сердце забилось в панике. Мозг, отказываясь верить в происходящее, решил как-то самостоятельно вернуть все в привычное русло, и Алиса схватилась за кружку двумя руками, чтобы поставить ее на стол. Кружка ничуть не сопротивлялась. Казалось, что она вовсе утратила вес, став легче перышка. Но стоило девушке поставить ее на стол, как посуда вновь начала парить вверх.       — Что происходит? — С трудом выдавила из себя Алиса.       — Самое простенькое заклинание с первого курса, — небрежно пожал плечами Джон. Затем он сделал легкий жест палочкой, и кружка, вернув себе вес, со стуком приземлилась на стол, едва не расплескав содержимое. — Я много чего могу. Но забрался в эту глушь специально, чтобы не привлекать к себе внимание.       Алиса подняла на мистера Райта изумленный взгляд:       — То есть… ты не наврал и про… зелье правды?       Мужчина покачал головой:       — Если бы не оно, я бы не стал так нелепо нарушать один из важнейших законов моего мира. К слову, теперь мне вполне грозит Азкабан. Это тюрьма такая.       Сознание просто отказывалось принимать эту информацию, и Алиса почувствовала, как в голове у нее начинает шуметь.       — Это точно должен быть какой-то трюк.       Мистер Райт вздохнул с явным раздражением, описал палочкой в воздухе какую-то витиеватую фигуру, и кружка перед Алисой превратилась в уродливую фигурку лягушки.       — Нет. — Отрезал Джон. — И правила диктуют мне, что я должен стереть тебе память.       Стало страшно. Неужели перед ней сидел кто-то настолько могущественный? И, видимо, заметив панику, появившуюся в глазах девушки, Джон пояснил:       — Я не могу это сделать.       Его голос прозвучал печально, почти обреченно. И, поймав на себе вопросительный взгляд Алисы, мистер Райт пояснил:       — Судя по тому, что ты обнаружила на себе следы то ли удержания, то ли связывания и абсолютно этого не помнишь, тебе уже стирали память недавно. Кто и зачем, я не знаю и пока не могу выяснить. Но знаю одно: если человеку слишком часто стирать память, он может сойти с ума. Провалы в памяти могут стать для него чем-то обыденным. В некоторых случаях наступает слабоумие… В общем, это очень рискованно.       — Для меня, — подытожила Алиса. — Если ты это сделаешь, это большой риск для меня. Но если не сделаешь, то для тебя.       Джон устало кивнул и прикрыл глаза.       Алиса не знала, что и думать. В этом признании было и невероятное благородство, самопожертвование ради нее — человека, которого он почти что не знал. И какой-то намек на эгоизм, ведь было совершенно неясно, что Джон попросит взамен на такую огромную услугу. При условии, конечно, что он говорит правду. Может и нет никакого “Статута” и он придумал это, чтобы очень изящно еще раз залезть к ней в трусы.       “Если так, что он молодец! Метод практически стопроцентный”, — ехидно шепнул внутренний голос.       Девушка сделала несколько глубоких вдохов, чтобы привести в порядок нахлынувшие чувства, и напрямую спросила:       — Что я буду должна тебе за сей благородный жест?       Неожиданно Джон распахнул глаза и посмотрел на нее с укоризной. Кажется, она задела его лучшие чувства.       Но, подумав, мужчина все-таки сказал:       — Тебе никому ни за что нельзя говорить, что ты все это знаешь. Никаких волшебников, никакой магии. Если никто не узнает, что я раскрыл себя, то можно считать, что ничего и не было. — Сказав это, Джон поджал губы. Было видно, что он немного нервничает. Дождавшись от Алисы утвердительного кивка, мистер Райт приподнял бровь и надменно добавил. — И на всякий случай. Я тебе не базарный фокусник. Показывать тебе магию для твоего веселья я не буду. Любое заклинание оставляет магический след. А я очень не хочу, чтобы меня тут нашли.       Алиса согласилась и на это условие.       Разговор явно зашел в тупик. Девушка молчала, схватившись за голову, пытаясь уложить в нее все, что только что узнала. Оказалось, что заново перестроить полностью перевернувшийся мир, это не дело пяти минут. Осознать, что есть волшебники и магия. Что мальчишка Джон, казавшийся смешным дикарем из прошлого века, на самом деле способен творить какие-никакие, а чудеса…       Алиса тихо произнесла:       — И что еще очень важного я о вас не знаю, мистер Райт? Это хотя бы настоящее имя?       В ответ Джон покачал головой.       — Тогда давайте знакомиться, — раздраженно сказала Алиса, протягивая ему руку, — Я Алиса. А ты кто такой?       Джон выпрямился и поднял на девушку пугающе серьезный взгляд. В карих глазах не осталось ни капли насмешливости или инфантильной жеманности. Только твердая уверенность и гордость.       Мужчина медленно обхватил рукой протянутую ладонь и со смесью достоинства и неохоты ответил:       — Теодор.       Алисе в который раз захотелось влепить ему по роже.