Секреты мистера Джона

      Ночи в Линессе становились все холодней и наступали раньше. Нотт почти проникся их тишиной, безлюдьем и звездностью. Пока они с Алисой шли к дому Синклеров, их путь освещала яркая луна. И если бы не тревожные обстоятельства, толкнувшие Теодора провожать девушку до порога, эту прогулку можно было бы счесть очень даже романтической.       — Ты взяла с собой запасное противоядие? — Спросил Нотт Алису.       — Разумеется, — недовольно ответила она, — Три порции. Не надо так обо мне печься.       Теодор хотел привычно пропустить это ворчание мимо ушей, но не сдержался.       — Почему тебя так бесит банальная забота? — возмущенно спросил он. — Я же не спросил ничего сверхъестественного. Просто хотел убедиться, что у тебя есть про запас.       Алиса посмотрела на него суровым взглядом, немного подумала и ответила:       — Обычно такие жесты намекают, что меня держат за какое-то неразумное, несостоятельное и беспомощное существо.       От этого ответа Теодор немного опешил.       — Что из моего поведения заставило тебя думать, что я считаю тебя беспомощной? — Стараясь подавить раздражение, спросил он.       Кажется, теперь настала очередь Алисы быть обескураженной. Она молча взглянула на него и продолжила идти, погруженная в размышления.       — Я не заставил тебя сидеть дома вместо проникновения в дом мистера Борса, хотя это вполне могло быть опасным, — заметил Теодор, — Во многом руководствуюсь твоими суждениями. Доверил тебе самую страшную свою тайну, в конце-концов!       Алиса резко остановилась и вздохнула.       — Да-да, со всех сторон положительный, — с некоторым сарказмом ответила она. — Просто, пойми… Я сыта по горло мужчинами, которые из шкуры выпрыгивают, чтобы доказать, что они лучше меня. Что я какая-то слабая и глупая, и непременно нуждаюсь в чьем-то покровительстве. Ты.. — неуверенно продолжила она, — Тот еще хитрый лис. И порой ужасно упрямый. Но, пожалуй, я соглашусь, так по-скотски ты ко мне не относишься. Это, скорее, по привычке.       Теодор задумался. Ну что он мог сказать на это? Что да, считает магглов априори слабее себя? И заслуженно. И вообще-то до того, как встретил Алису, считал их еще и глупее… Но за эти дни она доказала ему остроту своего ума, которым он, к слову ( упаси Мерлин, об этом когда-нибудь узнает отец) Теодор начал восхищаться.       — Слушай, — нехотя начал он, — Я не хотел тебя обидеть. Я не считаю тебя слабой, и доверил бы тебе даже свою жизнь. Но я правда переживаю за тебя. Это настолько мешает тебе жить?       Алиса взглянула в его глаза с какой-то затаенной болью.       — Да, мешает, — ответила она, — Хотя бы потому, что из-за этого я тоже начала к тебе привязываться.       Эти слова жаром отозвались в груди Теодора, хотя прозвучали до крайности обреченно. Он сделал шаг к Алисе и обнял ее. Нежно погладил по волосам. Поцеловал в щеку, всем телом ощущая, как девушка скована от тревоги в его руках.       Затем он отстранился и с лукавой улыбкой сказал: — Ну и кто тут все усложняет? Может, ты все-таки просто примешь тот факт, что я само очарование, и продолжишь жить дальше?       В ответ Алиса фыркнула и улыбнулась. Лед тронулся, и от этого на сердце у Теодора потеплело.       До дома Синклеров они дошли в гораздо более приятном настроении. На пороге обменялись пожеланиями спокойной ночи. И Алиса. разумеется, не упустила случая напомнить Теодору об обещании возвращаться под невидимостью и даже указала место на участке Синклеров, где лучше всего будет незаметно наложить заклинание.       Теодору нестерпимо захотелось поцеловать девушку на прощанье. И, судя по тому, как она замялась на пороге, Алиса тоже не была готова быстро проститься с Ноттом, что несомненно льстило его самолюбию. Поэтому он подхватил ее ладонь и запечатлел легкий поцелуй на ней.       Дорога домой показалась ему очень короткой. Ведь он провел ее в сумбурных размышлениях об Алисе. О том, что он вообще к ней испытывает. Чем все это может обернуться (кроме как катастрофой). И о том, как одна-единственная маггла по сути сумела перевернуть весь его гребаный мир.       От переполнявших его эмоций и мыслей Теодор чувствовал себя самым счастливым и самым несчастным мужчиной на свете одновременно. И подошел к двери своей лавки с ощущением полного сумбура в голове. Но стоило ему переступить ее порог, как все мысли мигом улетучились…       Дверь была взломана, но без видимых следов — значит действовали магией. В торговом зале творился сущий кавардак: одна из витрин разбита, часть товаров раскиданы по полу. И посреди всего этого отчетливо алела лужа крови.       Теодор немедленно достал палочку и пошел обходить дом. Он с тревогой и готовностью распахивал дверь за дверью… Но никого. За прилавком никто не прятался. Кухня была пуста. Ванная тоже. Осталась только спальня.       Нотт решительно подошел к двери и прислушался. Внутри кто-то как-будто скребся. Теодор почувствовал, как все мышцы в его теле напряглись. Он поудобнее перехватил палочку, готовясь к бою, сделал глубокий вдох и распахнул дверь. Секунда на осознание. И с губ Нотта срывается разочарованно-облегченное:       — Мерлин тебя побери, Бладжер.       Кот лежал на полу, растянувшись и отчаянно вылизывал левую лопатку.       Теодор включил свет и увидел, что кот не просто умывается, он зализывает рану. Причем не то от ножа, не то от режущих чар. Теодор аккуратно осмотрел рану на предмет загрязнения и произнес то единственное исцеляющее заклинание, которое выучил на случай разбитых коленей на тренировках по полетам на метле. Благо, этого хватило. Вполне довольный Бладжер поднялся на лапы, отряхнулся и благодарно потерся щекой о руку хозяина.       — Какого тут произошло? Ты что, сражался с тем, кто сюда проник? — Спросил Теодор. И, закономерно не дождавшись ответа, вернулся в торговый зал. Почти как и ожидалось, кроме погрома Теодора ожидала и корреспонденция от проникшего. Удивило лишь то, что записок было не одна, а две.       Первая гласила:       “Вы получили от меня уже не одно, а целых два вполне вежливых предупреждения, но до сих пор не покинули город. Более того, кажется вы все-таки пытаетесь вмешиваться в дела, которые вас ни коем образом не касаются. Предупреждаю: вы стоите на пути не только моих личных амбиций, но и великого открытия! Если вы не покинете город, следующей будет ваша дорогая мисс Макмиллан”.       Теодор яростно смял бумагу и откинул прочь, как надоедливый мусор.       “Этот ублюдок считает, что может угрожать Алисе”, — чувствуя, как гнев застилает глаза, подумал Теодор, — “Убью! В порошок сотру! Уничтожу!”.       Вторая записка была написана совершенно другой рукой. Почерк менее аккуратной, более размашистый. Будто писавший ее очень торопился.       “Мистер Нотт! Вы идиот. Вам действительно нужно вернуться в поместье и возглавить Пожирателей, а не протирать штаны в этой дыре и потрахивать какую-то грязную магглу. Да, мы уже знаем, где вы. Просто даем вам время взяться за ум. К вашему сведению, местный маггл Борс вообще ни при чем. Вы идете по ложному следу. Маг не он, а какая-то старая женщина. Тот Борс, который приходил, не настоящий. Идите на мерзкий свист. Она как-то использует его. А лучше одумайтесь и поезжайте домой! Пока не сдохли тут. Доброжелатель из Пожирателей Смерти”.       — И эти уроды меня достали… — Обреченно сказал Теодор.       В одно мгновенье ему показалось, что на его плечи давит вся тяжесть мира. Он просто хотел спрятаться в глуши, а теперь с одной стороны какой-то маньяк угрожает расправой Алисе, с другой — Пожиратели уже нашли его и тоже чего-то требуют… Хотя наводка, указанная в письме. показалась Нотту интересной.       “Вот только не врут ли?” — с сомнением подумал он, — “Просто чтобы произвести впечатление”.       В этот момент в торговый зал вышел Бладжер. Теодор глянул сначала на него, а потом на лужу крови посреди пола. Оценив масштаб, он понял, что если бы столько крови вытекло бы из кота, он до спальни бы не добрался.       — А ты неплохо потрепал наших гостей, я смотрю. Или они между собой передрались?       Вместо ответа Бладжер подошел к Теодору, зацепив его хвостом, и картинно растянулся на полу.       Теодор поднял глаза и задумчиво посмотрел на вновь запылившееся чучело совы.       “А может в жопу это все и вызвать авроров?”, — кисло подумал он.