Часть 7
18 февраля 2023 г., 04:24
Яркий свет от лампы раздражает. Юноша закусывает губу, пока молодая девушка-врач дотрагивается до обнажённого плеча холодной сталью. Медицинский пинцет умелыми пальцами направляется в глубину раны, пока другая рука слегка раскрывает края повреждённой кожи, чтобы было удобнее.
Чуя тихо скулит. Ему сделали обезболивающее буквально минуту назад, так что заметного эффекта лекарство не принесло, а, кажется, наоборот, только сильнее обострило чувствительность. Артюр, смотря, как лицо мальчика искажает гримаса боли, обречённо вздыхает, опуская голову.
Пуля с противным лязгом падает на железный поднос, и теперь кожи касается иголка. Накахара сглатывает, напрягаясь всем телом и стараясь силой мысли притупить ощущения. Жмурится, сдавленно шипит, когда его без надлежащей подготовки зашивают. Такое себе чувство.
Врачиха, помазав свеженький шов чем-то холодным и жгучим, отходит за бинтами, туго перевязывает плечо, а после негромко объясняет Артюру правила ухода за больными такого вида. Он кивает, несколько раз вскользь благодаря за быстроту действий, уверенно встаёт, когда как перед глазами всё плывёт от пережитого стресса, и помогает Чуе натянуть рубашку. Предлагает даже помочь идти, но парнишка отмахивается, мол, не инвалид, сам справится.
Они молча покидают главное здание мафии. Чуя думает, что облажался, и потому не поднимает взгляда с земли, придерживая больную руку другой. Рембо идёт чуть впереди, мысленно благодаря интуицию. Он как знал, что что-то обязательно пойдёт не так, как только Поль рассказал о своеобразном экзамене. Не ошибся. И неизвестно, что произошло бы между теми двумя, не прерви Артюр их. Чуя бы, безусловно, вскочил и хорошенько вмазал типу, что посмел в него пулю выпустить. А потом мальчишки бы подрались, избивали бы друг друга кулаками, пока не изувечили бы лица. Нет, Чуя бы бил, а тот просто закрывался бы руками, смеясь и этим специально раздражая Накахару, которого и дырка в плече не удержала бы.
— Ты ведь не будешь злиться?
— А? О чём ты? — в непонимании переспрашивает Рандо, когда они оба уже сидят на заднем сидении служебного автомобиля с личным водителем.
— Я не учёл всех возможных вариантов, — со вздохом пояснил А5158, поворачивая голову к окну и наблюдая за быстро мелькающими пейзажами.
Артюр мягко улыбается.
— Всё в порядке, mon ange. Ты ведь даже не знал, что так может быть.
— Поль говорил о том, что в жизни всё куда сложнее, чем на тренировке. Я… Я не ожидал, что эта самая жизнь начнётся уже там, — честно признался Чуя. При этом его лицо было напряжено, будто он внутренне решает самую сложную в мире задачу.
— Но в этом есть и плюсы, верно? Теперь ты знаешь, что опасность может возникнуть из ниоткуда и в самый неожиданный момент.
Мальчик кивнул и немного расслабился. Чёлка распушилась от ветра, проникающего сквозь окошко на первом сидении. Пряди спали на лицо, скрывая за собой задумчивые океанические глаза.
***
Когда вместо будильника звучит настойчивый голос, а чьи-то руки буквально вырывают из объятий мягкой постели, единственное, что хочется делать, — убивать. Чуя недовольно рычит, когда его приподнимают за плечи, задевая рану, и трясут взад-вперёд, чтобы побыстрее пробудился. Разлепив веки, он видит Верлена, в полном расцвете сил и идеальном расположении духа. Рядом стоит Рембо, прикрывая рукой лицо, мол, не надо на меня смотреть, в этой клоунаде я не участвую. — Зачем так рано? — скулит парень, поджимая губы и желая превратиться в желе, чтобы вылиться обратно на кровать и доспать положенные часы. — Тебя вызывает босс, — прямо говорит Поль, и непонятно, то ли он напуган этой вестью, то ли чересчур обрадован. Или это Чуя слишком сонный, что не может разобрать? — И это срочно, — добавляет Артюр, скрещивая руки на груди. Вот он, видное дело, волнуется, ведь даже не пытается это скрыть. В такие моменты он хмурится и становится чересчур серьёзным на лицо. Накахара раздосадованно зевает, протирая глаза. С горечью смотрит на подушку, ещё тёплую и такую манящую, а после проводит по волосам холодными пальцами, убирая чёлку назад. Почему-то руки у него всегда мёрзнут, даже сейчас, когда на дворе без пяти минут лето. — Меня отчитают, да? — вяло спрашивает он, влезая ногами в мягкие домашние тапочки и снова зевая. — За вчерашнюю оплошность, верно? — Не знаю. — Верлен пожимает плечами, поднимая брови. — Но не думаю, что за это. Босс не из тех, кто за малейшую ошибку ругает. Придёшь к нему и узнаешь, что к чему. На такой ответ он примерно и рассчитывал. Вздохнул, несколько мгновений недвижно постояв в дверном проёме, и спокойным шагом направился в ванную превращать морду разбуженного во время зимней спячки медведя в лицо распрекрасного принца. Вода журчала расслабляюще, слегка согревала пальцы. Зубная паста насыщала дыхание мятой. Расчёска приводила гриву в порядок. Стоя напротив зеркала и глядя в глаза своему отражению, Чуя часто придумывал самые, по его мнению, красивые сравнения, представляя себя одним из тех писателей, чьё творчество спасало его от одиночества в стенах той чёртовой маленькой комнатушки, о которой даже вспоминать не хочется. А ведь он переживал, что будет скучать по тому гадкому месту! Проводя рукой по золотисто-рыжим волосам, он задерживает взгляд на отражении своих голубых радужек. Всматривается, будто не его это глаза вовсе. Такие холодные и глубокие… Ему кажется, что с той стороны зеркала на него смотрит чужой человек, до ужаса похожий на него самого. Приходится со звоном стукнуть себя по щекам, чтобы вновь не погрузиться в болото мыслей. Он ненавидел это чувство, когда сознание было на грани отключки, а в разум будто проникал кто-то чужой. Чуя тогда словно со стороны смотрел на себя. Поганое чувство. Встряхивая головой и завязывая чуть отросшие волосы в миниатюрный хвостик на затылке, он расстаётся со своей копией за стеклом, перемещаясь на кухню. В помещении парит белая дымка от кофе, разносится запах свежих булочек с корицей и круассанов. Признаться, юноша сильно удивился, когда впервые заместо кашеобразного варева ему на завтрак предложили французские угощения. Он выглядел умилительно, как котёнок, поедающий самое вкусное лакомство. Уплетал за обе щеки, глазки блестели. Это определённо одно из самых приятных воспоминаний о рыжеволосом мальчике, которое Артюр оставит в памяти вплоть до самой смерти. — Bon appetit, — с улыбкой произносит Накахара, плюхаясь на стул. Рембо, сидящий напротив него, тихо усмехается. Утреннее перевоплощение из грубого чудовища в вежливого красавца прошло, как всегда, отлично. После завтрака Чуя ретируется в свою комнату, распахивая дверцы небольшого шкафа и хватая первую попавшуюся одежду. Крутится перед зеркалом, приглаживая непослушные кудряшки. Небрежно скидывает домашнюю одежду на кровать, не удосужившись сложить. Сейчас, когда он только-только начал пробовать жизнь вне клетки, всё, абсолютно всё, хоть как-то напоминающее о лаборатории, он старался делать в точности наоборот. Никаких законов, никаких правил. Он хотел чувствовать себя по-настоящему свободным. Как… как все нормальные люди. Именно поэтому он, напоследок глянув на свой вид — серая безрукавная спортивка и тёмно-коричневые, почти чёрные брюки, — махнул рукой на беспорядок в комнате, мол, оставлю тебя на потом. Он быстро переместился в прихожую, по привычке прижимаясь к стене и стараясь держаться по большей части в тени, и натянул кроссовки, выпрямляясь и изображая полную боевую готовность. Поль, сделавшийся его личным водителем, хмыкнул и поправил чёрную шляпу на голове. Повернул ключ, и дверь открылась, впуская в квартиру противную уличную жару. Но Чуе было всё равно до этого. Сейчас единственное, что могло его интересовать, — это цель его визита к господину Огаю и то, что ждёт его в тёмном кабинете этого жуткого человека.***
Снова звенящая тишина, снова стены из тонированного стекла, снова цоканье каблуков и запах страха. Чёрный коридор мрачной аурой давит на сознание, и он чувствует, как его взгляд скользит по стенам, словно не находит ничего интересного. На самом деле, он просто ищет выход, но не может найти ни одной открытой двери, лишь множество закрытых, за которыми ничего нет. Пусто. Абсолютно ничего. С того момента, как они с Верленом расстались у главного входа, прошло немного времени, но минуты казались часами в этом бесконечном коридоре. Юноша чувствует, как сердце замирает в груди, когда он доходит до самого конца, где впереди лишь тупик. Всё те же охранники, кажется, даже не сдвинувшиеся с мест с прошлого его прихода, предупреждающе поднимают оружие, направляя на пришедшего. — Я Накахара Чуя, — говорит парень, слегка сдвигая брови к переносице, чтобы выглядеть более серьёзным. — Босс вызывал меня. Услышав имя, мужчины опускают автоматы, а один из них, поправив манжет рукава, трижды стучит в дверь, ожидая, пока не раздастся разрешение на пропуск. Лишь после тихого «войдите» Чую пропускают внутрь, раскрыв перед ним массивные двери. Ничего не изменилось. Алый диван, алое кресло и восседающий на нём предводитель тьмы с алым шарфом на плечах. — Давно не виделись, Чуя-кун. — Мори склоняет голову к плечу и щурится, изображая радушную улыбку. Свет от настольной лампы окрашивает часть его лица золотым, покуда на вторую падает тень. — Как твоя подготовка? — Идёт полным ходом, — ровным голосом отвечает А5158, внутренне молясь всему святому, чтобы ничто не выдало в нём волнение и, чего греха таить, страх. Он боялся человека перед собой, и это, скорее всего, простая запуганность и страх перед статусом. — Замечательно. — Огай подпирает подбородок сцепленными в замочек руками. Чуя мысленно делает пометку, что это — одна из любимых поз босса. Между ними повисает тишина. Юноша стоит неподвижно и ровно, как солдат, убрав руки за спину. Нервно потирает пальцы. Ситуация напрягающая. Должно быть, это какое-то испытание на стойкость, думает он, ведь выдержать на себе такой взгляд довольно непросто. Спустя минуту он ощущает, как волоски на спине, один за другим, поднимаются. Чёртов стресс! — Так зачем вы вызывали меня? — лучшая защита — это нападение, так что Чуя задаёт волнующий его вопрос, морально готовясь услышать что угодно. — Господи, ну наконец-то спросил! — звучит до боли знакомый голос, от которого лицо Накахары мгновенно меняется со спокойного на раздражённое, а руки сами собой сжимаются в кулаки. — Ты-ы! — злобно цедит он, ощущая даже боль в плече, там, где вчера наложили первый в его жизни шов. — Да-да, собственной персоной. — Темноволосый мальчишка выходит из тени, словно до этого был её частью, и бесцеремонно усаживается на край боссовского стола. Нога на ногу, руки по бокам. Вот же гад ползучий! — Ублюдок!.. Ты что здесь забыл? — Я тоже безмерно рад встретиться вновь! — игнорируя сказанное, нараспев произносит пацан, прикрывая глаз. Только сейчас Чуя заметил, что половину его лица скрывают бинты, которые, если присмотреться, виднеются и на шее, и на запястьях. — Захлопнись! — рявкает Накахара, взбесившись до дрожи в руках. Вчерашний день пролетает перед глазами. Этот поганый выстрел, этот чёртов надменный взгляд, боль и больничное крыло штаба… Угх! — Гляжу, вы уже успели подружиться, — с усмешкой произносит Мори, в ответ получая синхронное «нет!» от обоих мальчишек. Хмыкает, прикрывая глаза. — Так вот, о чём это я. Чуя, — услышав своё имя, рыжий тотчас берёт себя в руки и выстраивается по струнке ровно, откладывая желание прибить настырного бинтованного на попозже. — Сегодня твоё первое задание. Ух, и сердце в пятки улетело. Как это… задание?.. Он не готов! Дайте ещё хоть чуточку времени, Чуя станет лучше, честно! И тогда хоть на все четыре стороны посылайте! — Не делай такое испуганное лицо. — Мори облокачивается на спинку кресла, протяжно вздыхая. — В этом нет ничего сложного. Он переводит взгляд на темноволосого мальчишку, вмиг переставшего дёргать ногами. По лицу скользит недобрая улыбка. — К тому же, Дазай-кун тебе поможет, ведь так? — Ещё чего! — фыркает тот, скрещивая руки на груди и отворачиваясь. — Я не стану сотрудничать с таким, как он! — Не припоминаю, чтобы говорил, что у тебя есть выбор, Осаму. — Мальчишка мгновенно становится хмурым, и чёлка спадает на лицо, когда он опускает голову. Видимо, ему не нравится, когда его называют по имени. — Так ты поможешь ему освоиться, гм? — Как скажете, босс, — сухо отвечает Дазай, не поднимая взгляда. Даже спрыгивает со стола, отходя немного подальше. — Чудно. — Огай беззвучно хлопает в ладоши, после подпирая ими щеку. — В последнее время было зафиксировано около десятка случаев, когда одна из наших контрабандных контор воровала оружие. Её лидер избегает всякого контакта, что ещё больше доказывает его причастность к этому дельцу. Ваша цель — найти его дочь и доставить лично мне. Все необходимые данные и информацию можете найти вот в этой папке, — он взглядом указал на документ в бледно-жёлтой картонной обложке. Видя, как юноши буквально пускали друг на друга испепеляющие искры из глаз, когда оба потянулись за папкой, Мори усмехнулся, на мгновение вспоминая прошлое. — На этом всё. Вы можете быть свободны, — немного сменив положение головы, он, подумав, добавил: — И пожалуйста, не поубивайте друг друга. Звучат совершенно не убеждающие обещания, и мальчишки, тихо рыча, как два кота перед дракой, спешно покидают кабинет Огая, попеременно пихая друг друга.
