Дело любвеобильного убийства

      Я был невероятно рад, что Гено понял меня. Нет, я действительно не допираю, чем это заслужил. Я, казалось, не сделал ему ничего такого хорошего за всё время нашего общения. Но вот он для меня сделал очень многое. И теперь, пройдя через этот конфликт, я много чего понял для себя.       Как минимум, не стоит делать поспешных выводов. Это уж точно. Потому что сегодня я чуть не отказался от своих к нему чувств. Да, не сказать, что это очень просто, но я был близок к такому глупому шагу… Знаете, эти перепады настроений и эмоций меня конкретно так настопиздили. Сначала, подслушав их с Эррором разговор, я разозлился. Потом мне было грустно. А потом, как только мы договорились обсудить это, я стал радоваться. Или это нормально…?       Я всё еще не понимаю очень многих вещей. Но я действительно хочу стать лучше и смелее, чтобы… у нас всё было нормально. Никогда до этого так глубоко не задумывался над этим, но я хочу иметь счастливое будущее. С Гено. Это важный пункт.       После того, как мы с ним поговорили, я чуть ли не полностью провалился в свои мысли, пока мы шли обратно до комнаты Саенса, где сидели все наши ребята. Я думал, что ещё секунда, и я совсем потеряю бдительность, врезавшись в стену. Потому что в груди разом возникло столько чувств, в голове куча мыслей… А душа бегала из стороны в сторону, будучи заточённой в рёбрах. Ей хотелось вырваться, бегать, прыгать, может даже кричать. Так хотелось сделать и мне.       Я не знаю, как он вызывает у меня такую кучу эмоций. Я не понимал, как он так смог: оттопить мои многовековые ледники. Но у Геноцида как-то получилось это сделать.       Из мыслей меня выкинуло то, что мы уже оказались в комнате, и Инк вкинул какую-то шутку… Это что, дежавю? Или я только отдуплился? Или что вообще происходит?       Я опять куда-то провалился в мысли, никак не мог сосредоточиться и быть тут, а не там, где-то в жопе своего подсознания. Но я не уследил, и в итоге мысленно куда-то уплыл…

***

      — Мне больно… Б-больно…       Я проснулся в холодном поту, вскочив со своей кровати. На дворе была глубокая ночь. Сука, ну вот как же это кстати… Мне вставать ни свет, ни заря, а мой чудоорганизм решил резко проснуться. Прекрасно.       Но, в любом случае, что это сейчас было? Я слышал какой-то плачь, какие-то болезненные стоны. Ещё эта фраза ужасная… Причём, я слышал её наяву, она не звучала у меня в голове, это я сразу заметил. Ничего не понимаю…       — Что пр… Что происходит…?       Вот опять! Я резко повернулся в тот угол комнаты, откуда это только что слышал. Вот, действительно, дружище. Кем бы ты не был, но я тоже не понимаю, что происходит.       Я решил, мол, ладно. Схожу на кухню, выпью чего-нибудь горячего, и снова лягу спать. Рабочий день был тяжёлый, может, из-за стресса я не мог нормально уснуть. Хотя, тревожно мне не было… Или было? Это что за чувство такое? Хотя, откуда мне вообще знать, как это ощущается.       Я спустился по лестнице на первый этаж, проходя на кухню. Что у нас вообще есть из горячего? Какой-то дешёвый чай, химозное, просроченное какао… В общем, понятно. Хуй мне с маслом, а не что-нибудь горячее. Я заглянул в холодильник, и увидел там какой-то несчастный кусок колбасы. Одна единственная оставшаясь от утренних бутербродов жопка колбасы. Ну, подумал, уж лучше так, чем никак. Взял её, закинул в рот, и, противясь, жевал. Так мне надоела эта вонючая колбаса, уже сил нет. Но, вместе с силами, нет и выбора.       — Холодно… Мне холодно…       Да кому там холодно? Кому больно? Что это за голос вообще?       — Прошу, помогите, мне очень больно… Мне больно, очень, умоляю… Спасите меня…       Меня резко шибануло в голову. Я, чуть не подавившись, рухнул на пол, ударяясь лбом. Сразу попытался встать, но, прислушавшись к своим ощущениям, отвётливо почувствовал на вкус страх… Так, стоять. Чего-чего я там почувствовал? Ладно, похоже, мне показалось.       Ан-нет, нихера мне не показалось. Я предпринял вторую попытку встать, как у меня повысился пульс. Конечности сковало, словно к ним были привязаны тяжеленные гири, тянущие меня вниз. Голова начала кружиться, а по всему телу пошла дрожь. Стало не на шутку тревожно.       Нет, ну стой. Как такое вообще хотя бы в теории возможно? Звучит, честно говоря, как полная хуйня. Я просто напросто не могу испытывать эмоции. Это тупо не прописано в моём коде. Ало, вселенная, что за хуйня?       Тем не менее, не смотря на мои возмущения, тревога никуда не отступала. И что делать я не знал. Блять, я впервые с таким сталкиваюсь! Что обычные эмоциональные монстры делают в таких случаях?       Стал активно что-то вспоминать. Рассказы Инка тут ничем не помогут, он сам безэмоциональный. Рассказы Эррора я не слушал, да и наверняка он тревогу не испытывал никогда… Наверно. Блять, а кто тогда? Я не с многими общался из-за безвылазного за пределы моей альтернативы образа жизни. Папс у меня такой же, как и я. … И че теперь мне делать?       Я перевернулся на спину, и лёг, смотря в потолок. Он стал протягиваться далеко-далеко вверх, стены росли, а я пытался сосредоточиться на мыслях. Но тревога и наступающая паника отвлекали, забирая всё моё внимание на них.       — Я вас ненавижу!       Опять эти крики… Может, кто-то есть в безграничье? Точно! Вдруг там кто-то застрял! Надо сходить, проверить.       Я, преисполнившись решимостью, каким-то образом встал на ноги, и, материализовав свою косу в руке, переместился в смерное безграничье. Вообще это, наверно, глупая затея. Я не знаю, с чего я взял, что надо проверить это место… Никогда не было такого, чтобы кто-то застрявший здесь кричал. Тем более настолько, чтобы его было слышно аж у нас дома.       Я стал бродить в поисках этого бедолаги. Ходил-ходил, искал-искал, но никого в итоге там не было… Я решил пройтись ещё раз, прислушиваясь более внимательно. Мол, вдруг я кого-то упустил.       И пока я ходил второй раз… Я увидел какое-то еле заметно свечение вдали. Ну вот, вот и этот бедный, застрявший здесь монстр! Сейчас я быстро к нему подойду, поговорю, и отправлю его туда, куда ему надо. Делов на пять минут, не более. И потом обратно спать, без голосов в доме. Ой как хорошо.       Я шёл весьма долго, около десяти минут, что ли. Оказалось, что расстояние от меня до этого свечения было отнюдь не маленьким. Поэтому пришлось пройтись. Ну, думал я, ладно. Зато сейчас подустану, и потом крепче усну. И вот, я наконец подошёл к этому источнику света…       И что это такое? Тут… летают какие-то частички кода. Циферки, буковки… И че это должно значить?       Но я решил затаить дыхание и прислушаться. От него… не исходило никаких звуков. Так, ну, ладно. А почему тогда эта хреновина светится? Она же-…       — УБЛЮДОК!!!       — БЛЯТЬ!       Я, сильно испугавшись, отпрыгнул назад, чуть сам не оказался здесь в качестве посетителя, а не работника. Будь этот крик хоть на один децибел громче, я бы склеил ласты.       Так. Я не понимаю, что происходит. Потому что после этого очень ненужного (вообще-то) оскорбления, у меня начала болеть душа. Но, думаю, что это из-за испуга. По крайней мере, мне оставалось на это надеяться.       И свечение всё еще было здесь. Всё так же тусклым светом немного озаряло пространство. Я стоял ждал ещё какой-нибудь активности от этой непонятной штуки.       — Будьте вы все прокляты… Ненавижу вас…       И снова болезненные стоны. Этот кто-то, видимо, ревел от боли. Ревел, шмыгал, хныкал… Мне уже даже становится его жалко.       — Может, ты дашь какую-то подсказку, кто ты такой? — спросил я, даже не ожидая ответа.       Это был так, риторический вопрос. Просто я никак не мог понять, что тут вообще творится. А интересно было до жути. Да и ладно даже этот интерес, я, блять, уснуть не могу из-за этого.       И я на секунду задумался о том, что… Наверное, странно испытывать жалость к этому непонятному, плачущему голосу. Я даже не знаю, что это за существо, а просто из-за того, что этому кому-то больно… Не знаю, это не по моему, как будто. Никогда такого и не было…       Стоять. А ведь и правда, такого никогда не было. Блять, стоп, чего? У меня буквально прописано, что я не должен испытывать жалость к тому, кого «обслуживаю», провожая в мир иной. Или, может, дело в том, что он тут, фактически, не находится? Я ведь даже не знаю, я не проверял ни разу… О звёзды, что происходит вообще?       — Какого хера… Какого хера они нашли мне замену?!       Опа. А вот и зацепочка. Я кажется начинаю что-то вспоминать…       Точно. Это же было буквально сегодня… Умерший Санс, на которого я решил благополучно забить. Ну, признаю, неудобно получилось. Но что уже поменяешь? Вот именно, что ничего.       И меня продолжала смущать жалость к нему. Никак не отпускала мысль о том, что я, вообще-то, такого делать не могу. И что в моей голове не заложена такая эмоция… И че делать?       — Твари… Ублюдки! Безмозглые уёбки! Ненавижу! Нен… Ненавижу…       Мне резко стало плохо. Снова то, что было и дома, головокружение, тяжесть в конечностях, появившаяся тревога… Я вновь свалился на пол, но уже не упал, а скорее сел. А из седячего положения уже лёг, почувствовав себя еще хуже.       В глазах начало мутнеть и темнеть. Я никак не мог ничего понять. Почему тут эти частички кода, почему я слышу голос этого Санса… Почему мне вообще становится хуже? Почему я испытываю какие-то странные, непривычные для меня эмоции? Такие как страх, тревога, и… жалость.       Это мне наказание? За то, что я банально устал? Или что, вы, высшие уёбки думали, что моя «неусталость» будет работать вечно? Хуй там, я пашу на это вонючее дело уже несколько, сука, веков. Конечно, я устал. И, само собой, я мог что-то сделать сквозь рукава. Блять, один раз! Один единственный раз, и я уже по уши в дерьме!       Это несправедливо. Я понимаю, что поступил плохо, но это несправедливо. Я тоже живой, и у меня тоже есть какой-то ресурс, который, как раз таки, исчерпался в тот момент. Я знаю, что это моя работа, и я обязан её выполнять. Но я не хочу. А может я хочу жрать конфеты пачками? А может разрушать? Или создавать? А вот меня не спросили.       И я отключился, уплывая куда-то за пределы всего. И, всё еще слыша голос несчастного, я вырубился. Я не знаю, что со мной будет, если я вот так усну в безграничье. Ну вот, заодно проверю, раз выдался такой «шанс».

***

      — Рипер? Рип-е-е-ер, ало! — Оутер тормошил меня за плечи, выглядя обеспокоенным, — Бля, че, ему снова скорую вызывать? Он не двигается уже десять минут.       Все вокруг меня столпились в полукруге, в страхе таращась. Неужели я настолько сильно залип в свои воспоминания?       — Тихо, ребят, вы че? — сказал я, и все резко дёрнулись, — В порядке я, какая ещё к херам скорая?       — О, да ладно! — выпалил Фелл, — Мы думали, ты всё, пипец.       — Дружище, ты чего так залип? — спросил у меня Фреш.       Я словно потерял дар речи. Не знал, что ответить. Это всё так резко случилось, что меня чуть снова не накрыла паника, но я старался игнорировать её.       Я как-то случайно во всей толпе нашёл Папса. Его взгляд выглядел очень опечаленным и грустным. Вот уж его я точно не хотел заставлять волноваться за меня… Боюсь, что этот случай только усугубит его страх. Он и так не жалеет нервов из-за того, что со мной происходит. А увидев это, думаю, Папайрус будет волноваться ещё сильнее. А я этого ой как не хотел.       — Не давите на него, ребят. — резко раздался голос Саенса в тихой комнате, — У него был сложный день.       Ох, чую, зря он это сказал. Раз уж он знает про мой сложный день, боюсь, что вопросы к нему только поприбавятся… Опять я думаю про эти настоебавшие вопросы. Хватит уже.       — Извините, ребят. — отдуплился я, — Я и правда подустал сегодня. Поэтому и уплыл куда-то… в свои мысли. Не парьтесь.       — Не париться? Ты смеёшься, что ли? — в разговор вклинился недовольный Эррор, — Ты не реагировал абсолютно ни на что целых десять минут! Мы тебя уже думали начать бить, вдруг, очнёшься наконец.       — Не, бить меня точно не надо…

***

      — Санс? Са-а-анс! — раздавалось эхом.       Я очнулся после невероятно «классной» ночки. В итоге я и вправду так и проспал всю оставшуюся ночь на полу смертного безграничья. И, к сожалению, Папс проснулся раньше меня. Я планировал как-нибудь незаметно прошмыгнуть утром, чтобы он ничего не заметил. Но, уже не успел. Придётся либо что-то сочинять, либо сказать правду. Но тогда мой брат будет сильно волноваться.       — Санс!!! — он заметил меня и быстро подбежал, пока я принимал сидячее положение, — Ты что, дурак совсем? Ты что тут делаешь?       — Да я тут… уснул.       — Уснул??? — он пришёл в большое возмущение, — Ты тут всю ночь провёл? А зачем? И как так получилось? Зачем тебе было тут спать?!       От бесконечных вопросов у меня разболелась голова. М-да уж, не самой лучшей идеей было тут оставаться. Всё-таки, тут не люкс условия, а вполне твёрдый и холодный пол. Надо было, что ли, попытаться хоть как-то доползти до кровати… Если бы получилось, в любом случае, это было бы лучше, чем в итоге спать здесь.       — Да я как-то заработался… Папс, не переживай. Всё в порядке.       — «Всё в порядке»?! Санс, по моему, ничего не в порядке! Если ты и правда так заработался, то тогда!..       И тут я уплыл в свои мысли, перестав слышать негодования брата. Я вспомнил про эти частички кода, которые я видел. Обернулся, и заметил, что их стало меньше. Но, как факт, они всё ещё здесь. И это меня настораживало. Это всё значило, что частичка того Санса ещё здесь. И… избавляться от них, или нет — я не знаю. Нужно это, или не нужно… А вдруг ещё что-то случится?       Я боялся каких-нибудь ужасных последствий. Словно мой поступок ещё мне откликнется. Видя эти редкие, полупрозрачные строчки, я прям чувствовал, какая мне потом пизда. Вот будто я сделал то, чего мне совсем не следовало делать. Я чувствовал, что со временем очень пожалею о решении вчерашнего дня — просто взять и перезапустить смертное безграничье.       Папайрус продолжал возмущаться, но я его всё так же не слушал. Всё моё внимание сконцентрировалось на том, что меня ждёт в дальнейшем. Я заранее знал, что разгребать последствия моей заёбанности работой мне придётся очень и очень долго. Заранее знал, что, скорее всего, получу по шапке от каких-нибудь высших сил, которые придут по мою душу. Потому что в этом всём не было ничего нормального. В голосах, всхлипах и болезненных стонах, в этом летающем коде — нет ничего такого, что должно было случиться.       Всё-таки мне нужно было запариться. Мне нужно было уделить этому должное внимание. Я был обязан выполнить свою работу качественно, так, как полагается. Я, блять, учился на это всю свою ебучую жизнь, но в патовой и запарной ситуации я решил поступить самым лёгким и незатратным способом. Я идиот, я просто конченый идиот. Гори оно всё синем пламенем.

***

      Полностью я очнулся тогда, когда мы приехали провожать Папса обратно. Я уже видел лишь его затылок, растворяющийся в портале. Я не знаю, почему я сегодня такой рассеянный.       Потом, бац — и я уже оказался в автобусе, сидя у окна. Всё очень быстро бежало перед глазами, а я лишь пытался поймать хотя бы один момент, где смогу осознавать происходящее. Вот бы мне хотя бы одну осознанную за этот вечер секундочку, чтобы хотя бы передохнуть от бесконечных наплывов воспоминаний. Я вовсе не хочу визуализировать у себя в голове те моменты, которые вспоминал. Но картинка так и продолжала появляться.       Вместе с картинкой появилась целая куча зацепок, которые могут неплохо помочь в нашем расследовании. Я теперь могу хотя бы примерно подсказать, когда могла случиться ошибка в коде. Когда всё поломалось…       По всей видимости, всё, что со мной происходит — и правда месть. Ха-ха, ну и ублюдство. Я просто в ахуе… Я искренне не хотел думать, что это всё последствия того случая. До последнего не хотел верить в хотя бы малейший шанс этого. Но теперь это начинает быть правдой.       Думаю, я действительно этого заслужил. Забрав нормальную жизнь того Санса, я теперь расплачиваюсь своей. Я лишился спокойного сна, жизни без панических атак и тревожности. Всё взамен на то, что тогда сделал. Думаю, с такой стороны, это кажется справедливым. Как бы я не кричал, что это всё плохо, что эта херня не перестаёт со мной происходить… Я готов взять на себя ответственность за тот день.       Я его игнорировал, забывал, подавлял в голове. Но от правды мне никуда не убежать и не скрыться. Я обязан был в один день признать своё «поражение» в этом. Это действительно всё моя вина. Это моя вина, что я тогда настолько устал, что сделал свою работу спустя рукава. Я был идиотом, полнейшим идиотом. Мне никогда не следовало так поступать.       Остаётся просто надеяться, что тому Сансу будет легче существовать с той мыслью, что я тоже страдаю. Не так, как он, несомненно. Он, вероятно, натерпелся намного больше, чем я. И я надеюсь, что если в один момент он узнает о том, что я по сей день разгребаю последствия, ему станет легче.

***

      — Пожалуйста… Вытащите меня отсюда…       — Санс, ты иногда просто невыносим! Я не могу поверить, что-…       — Стой, Папс! — резко крикнул я, услышав эти голоса снова, — Ты слышал это?       — … Слышал что? — я в отчаянии вытаращился на брата, — Санс, ты начинаешь меня серьёзно напрягать…       Всё, это была конечная. Значит, что всё это только в моей больной голове. Пиздец, приплыли. Вот так и работай несколько веков, занимаясь каждый день одним и тем же — крышак съедет настолько, что уже голоса в голове появятся.       — Ну… Крик. Сейчас же кто-то крикнул. — я не оставлял надежд на то, что это всё ещё не моя больная фантазия, — Ты правда не слышал?       — ПОМОГИТЕ!       — Вот! Вот сейчас! — я обернулся, указывая пальцем в пустоту, — Ты слышал???       — Санс… Я ничего не слышал…       Это конец. Я уже даже не знаю, что думать. Я же отчётливо слышал прям истошный крик… Ну он же был! Он звучит так, словно он ну совсем не в моей голове, а наяву! Ну не мог я сбрендить, это уму непостижимо!       — Давай сейчас мы пойдём домой и ты нормально поспишь. А я сегодня снова поработаю за тебя.       — Ну нет, Папс. — говорил я ему, начиная пячиться назад от его протянутой руки, — Всё в порядке, правда. Я могу сегодня поработать. Я не сильно-то и устал.       — Нет, Санс, давай. — он настаивал на своём, подходя ко мне ближе и уже начиная наклоняться, — Вставай и пойдём домой. Тебе нужно отдохнуть.       — ВЫТАЩИТЕ МЕНЯ ОТСЮДА!       — Давай, не сопротивляйся. Я же тебе только хорошего желаю.       — ПРОШУ!       — Н-но… Но крики, Папс!       — Нет тут никаких…       — МНЕ БОЛЬНО!       — Криков… Это…       — ПОМОГИТЕ!       — Просто…       — Я ХОЧУ ДОМОЙ!

В твоей голове.

***

«Никогда не хотел причинять тебе боль»

«Хотел тебя осчастливить, а получилось с точностью да наоборот»