Глоток воздуха

***

На следующий день после моего дебюта все новости трубили о новом «супергерое». Кто-то считал, что преступников задержала новая разработка Старка, кто-то грешил на мутантов. Позже выложили показания грабителей, которые яро утверждали, что это был человек со сверхспособностями. С самого утра по городу курсировали наряды полиции, видимо, пытаясь отыскать новую «угрозу» в моём лице. А я? Я сходила в магазин, потом часами тупила в стену, размышляя, что стоит перекинуть все фото со старого телефона на флешку и носить её с собой как талисман. Вечером перевязала плечо и помазала руки мазью от ожогов. Вроде полегчало. Ближе к девяти я снова забралась на ту же крышу и стала ждать. Два часа эфир не преподносил ничего интересного, и я решила самой пройтись по улицам в поисках тех, кому нужна помощь. Накинула толстовку, чтобы не выделяться среди редких прохожих, но балаклаву не снимала. Пробегая мимо тёмного переулка, я услышала тихий всхлип. Прижавшись к стене, насторожилась. — Сука, деньги гони, а то зарежу к чёртовой матери! — рычал грубый мужской голос. —Я вам уже отдала кошелёк! — донёсся истеричный ответ. —Телефон сюда! Будешь доплачивать натурой, стерва! — послышались звуки борьбы. —Нет, пожалуйста! — очередной всхлип, и следом — оглушительная пощёчина. Я больше не могла стоять в стороне. Резко выскочив из-за угла, я полоснула огнём по силуэту насильника. Руки саднило, но я стиснула зубы. Мужик отпрянул от жертвы, выставив вперёд нож. — Это ты та тварь, которая вчера пацанов из магазина покалечила?! Мы росли на одной улице! — проорал он. Я проигнорировала его выпад и лёгким движением приморозила его к стене. К утру, с божьей помощью, оттает. Подойдя вплотную, для собственного удовольствия врезала ему по лицу. В рот засунула первую попавшуюся тряпку из мусорного ведра, чтобы не кричал. — С-спасибо... — сзади раздался жалобный девичий голос. Я обернулась. Это была не взрослая женщина, а подросток, года на два младше меня. Даже в темноте были видны синяки и порванная одежда. Ярость накрыла меня с головой. Я развернулась к насильнику и принялась горящими руками молотить его по незамороженным частям тела. — Ах ты сволочь! Ублюдок! Детей трогаешь, тварь! — я в остервенении била его, оставляя на коже и одежде опалённые пятна. Когда он перестал шевелиться, я остановилась. Прислушалась. Дышит. Медленно повернулась к девочке. Она всё так же стояла, прижавшись к стене, но в её позе читался уже чистый, неподдельный страх. Я медленно подняла руки, показывая, что не причиню ей вреда. — Позвони в полицию. Пусть заберут этого урода. Оставайся здесь и уходи только с копами или родителями, — отдала я распоряжения. Девочка закивала, подняв с земли свой телефон. — Я буду здесь, наверху, пока за тобой не приедут, — сказала я. Она снова поблагодарила, но я уже не слышала. Скрывшись в глубине переулка, я нашла пожарную лестницу и взобралась на крышу. Подойдя к краю, я стала наблюдать. Минут через восемь подъехала полицейская машина. Насильника упаковали, девочку увезли. Я решила подежурить ещё пару часов.

***

Теперь мои дни обрели новый ритм. После школы и тренировки я мчалась на пустырь с озером, чтобы вдоволь отработать приёмы. Мне нужно было научиться брать более высокие температуры без таких жутких последствий. Я придумывала новые комбинации, основываясь на горьком опыте первых стычек. По вечерам — снова на дежурство. Так пролетел месяц. В новостях чуть ли не ежедневно обсуждали «удивительные ночные происшествия», которые предотвращает некий «Неизвестный мститель». Меня смешило то, что я уже заочно мститель. В начале второго весеннего месяца я стала выбираться на дежурство и днём. В основном, мелочёвка: остановить машину без тормозов (кропотливая работа, между прочим, — нужно было сделать это аккуратно и без жертв), поймать карманника, помочь потерявшемуся ребёнку. Пару раз попались ограбления банков — там пришлось попотеть, чтобы выйти сухой из воды. И так — день за днём, ночь за ночью.

***

В школе со мной стал общаться парень по имени Алекс. Позже, заглянув в списки, я узнала его полное имя — Александр Витязев. Оказалось, он недавно переехал — у его отца здесь бизнес. И мы с Алексом, словно два магнита, потянулись друг к другу. Стало ясно, что мы оба чувствуем необъяснимое спокойствие, когда рядом. Как две одинокие лодки в чужом море. Для комфорта мы иногда переходили на русский. В общем, сошлись по духу, эстетике и мировоззрению как две капли воды. Не зря говорят, рыбак рыбака видит издалека. Алекс напоминал мне моего старшего брата — такой же дурашливый и по-домашнему уютный. — Слушай, через пару недель какая-то научная экскурсия, — Алекс подсел ко мне на скамейку во дворе школы и протянул мороженое. — Какой-то толстосум будет нам лекции читать. Пойдёшь? — Бесплатно? И далеко? — мне не особо хотелось таскаться по сомнительным мероприятиям. — Наверное, да. Для отличников обычно бесплатно, а ты у нас крутая. А где — хз. Джейкоб сказал, учителя потом всё объяснят. Джейкоб — местный всезнайка, сын директора и душа любой тусовки. Ходячий источник информации. — Ладно, я подумаю. А ты как? — Конечно! Может чего-нибудь у него стырю. Такие обычно мелочи не замечают. А мне кушать на что-то надо! — Алекс комично ткнул пальцем в небо. — Говоришь, как будто это у меня отец — успешный бизнесмен, — я толкнула его в бок. — Папа папой, но жизнь меня уже научила крутиться! В старой школе я как-то стащил из кабинета целый ноутбук. Никто и не заметил, — хвастался парень. — Потом, конечно, вернул... Но суть не в этом. — Эх, Санёк, Санёк... Всё тебе надо утянуть. — А как же! Ловкость рук — и никакого мошенничества! — он игриво развёл руками. — Слушай, а ты настоящих супергероев видела? — спросил он вдруг. — Нет, а что? — за всё время здесь я встречала только Стрэнджа, но Алексу это знать необязательно. — Я тоже нет. А охота! Думал, раз ты тут давно, может, кого и встречала... — Алекс по-детски надул губы. — Вот чего Старк в своей башне сидит? Прилетел бы к нам в Бруклин, я бы хоть одним глазком глянул! Может взял бы меня на стажировку... — протянул он мечтательно. — Ты хочешь на стажировку к Старку? — я удивилась. — У тебя же биохимический профиль. — Ну и что? Старку, что ли, биологи не нужны? Конечно, нужны! А тут я такой красивенький нарисуюсь, — Алекс самодовольно ухмыльнулся. — Ага, и глупенький, — тихо добавила я. — Эй! — он обиженно насупился. Я расхохоталась. Алекс — настоящее чудо. Не знаю, что бы я без него делала. Он — олицетворение дома. Каждый раз, глядя на него, я вспоминаю своих друзей. Они были такими же: родными, смешными, безумно добрыми. Мы обожали дурачиться, шутить и делать всякие глупости. Алекс вобрал в себя всё это, став одновременно и больным напоминанием о прошлом, и пластырем для моего израненного сердца. Его манера говорить, двигаться, его красивые, как лесная чаща, глаза — всё это моя отдушина. Частичка дома. И никакой Стрэндж не отнимет у меня этот последний оплот!