Маяк на острове Сен-Анри

Этьен слушал восклицания безумца и потихоньку пробовал вытащить из его железной хватки свою руку. Куда там! Великан держал крепко, хотя вроде бы и не давил слишком. Этьену вспомнилось, как братья рассуждали об охоте и о том, как важно не повредить шкурку, если хочешь не только добыть мясо, но ещё и выгодно продать мех или сделать чучело. Может, Робер тоже таким промышляет? Вот притащит Этьена в своё логово, а там шкура Николя на полу возле камина, глаза вытаращены, зубы скалятся — ужас! Этьен резко рванул руку, потребовал: — Отпусти! Робер остановился, потрепал козу по холке и ткнул пальцем вверх: — Сейчас заплачет! Небо действительно хмурилось, готовилось пролиться дождём, и Этьен повторил: — Отпусти. Ну пожалуйста! Робер оглянулся в сторону флагштока, погрозил пальцем, потом указал вперёд, на дорогу, ведущую к рыбацким хижинам: — Домой! Этьен сглотнул. Он понимал, что братьев надо отвязать, но в одиночку не посмел бы. Нет, надо действительно пойти домой, рассказать всё отцу, пусть он поможет. — Намокнут! — радостно сказал Робер и расхохотался. Этьен снова дёрнул рукой, и Робер наконец отпустил его, поудобнее перехватил ноги козы и зашагал прочь по тропинке, что-то бурно приговаривая. Этьен остановился, разглядывая его сапоги и гадая, из чьей шкуры они сделаны. Где-то вдали загрохотало, и Этьен будто проснулся, встрепенулся, кинулся домой, спотыкаясь о камни. Ливануло уже почти у поворота, на том участке, где тропа шла у самого обрыва над пляжем. Дождь обрушился сплошной белой стеной, и Этьен остановился, попытался укрыться порванной курткой. Кепку он где-то потерял — наверное, в лесу, когда братья его схватили? Или уже потом, когда Робер его посадил на дерево? Этьен не мог вспомнить. Мысли путались. А ведь братья до сих пор там, привязаны к флагштоку, рискуют погибнуть! Этьен решил было бежать к ним, отвязывать — ну не убьют же они его, раз он вернулся их спасать! Дождь смыл, казалось, всё кругом. Этьен развернулся, пошёл назад, пытаясь понять, где флагшток. Даже маяка в этом кромешном ливне было не разглядеть, и Этьен пытался хотя бы не потерять из виду пузырящуюся известковой водой дорожку. Он наклонился вперёд, пытаясь создать хоть небольшое бездождевое поле перед собой, чтобы видеть, куда ступает, и это ему, кажется, удалось. А потом дорожка под ногами поползла, и Этьен полетел вниз вместе с потоком воды и камней.